Там, где я тебя нашёл

На кровати прямо лицом к нему, опираясь на свою правую руку. Лицо его оставалось все так же непроницаемым, лишь румянец на скулах выдавал с головой. Левая рука Сакусы опускалась вниз вдоль его тело, прямиком к широко раздвинутым ногам. Сакуса Киёми, так бесстыдно открытый сейчас, для него, для Атсуму Мии, слишком возбуждающие растягивал себя двумя пальцами.  Мия был готов кончить лишь от открывшейся картины. Полотенце обмотанное вокруг его бедер, резко стало тесным в паху, а узел на нём готов был вот-вот развязаться, отправляя полотенце на пол. Взгляд его скользил по телу юноши от макушки до кончиков ног, стараясь обратить внимание на каждую детальку. На эти усыпанные родинками плечи, которые сейчас были в напряженном состоянии. На явно очерченные мышцы груди и пресса, которые так и хотелось усеять поцелуями и укусами, что чесались зубы. На завораживающие кисти рук, которые казалось находятся не в естественном им положении, вот только не стоит забывать о том, что присуще Сакусе. На два… ох, черт, уже на три таких длинных пальца, которые то исчезали, то появлялись в колечке мышц. Мия лихорадочно сглотнул накопившуюся во рту слюну, облизав губы и смотря таким диким взглядом, что будь на то его воля, он бы уже накинулся на Киёми, оставляя на своем пути лишь отметины.  — Ты долго будешь стоять? - хрипло произнёс Сакуса (дайте Мии сил не сойти сума от этого голоса), а на щеках его лишь сильнее зарделся румянец.  Атсуму ничего не ответил. Он лишь сорвался с места, так будто его кто-то со всей силой толкнул в спину, заставляя (или поощряя?) начать действовать. Мия опустился на кровать между ног Сакусы. Его взгляд так и гулял по телу юноши, не зная за что зацепится. Он наклонился к лицу Киёми, опираясь по обе стороны от ребер юноши и сжимая кулаками покрывало.  — Можно? - Еле слышно спросил Мия, гранича на полушепоте, будто боясь спугнуть момент.  Сакуса, на чьем лице в этот момент пролегла хмурая складка меж бровей, расслабился, устремляя этот непроницаемый взгляд темных глаз. Пару секунд они просто смотрели друг другу в глаза, пока Киёми утвердительно не кивнул. С Мии в этот момент будто сняли оковы, кажется, разрешая даже больше, чем Атсуму мог даже подумать. Он окончательно наклонился вниз, касаясь своими губами губ юноши, сплетая их в безумном напоре, будто от него могли куда-то убежать.  Вскоре, Мия оторвался от губ Сакусы, мельком замечая как тот коротко потянулся за ним, словно желая продолжить этот поцелуй, но тут же прерывая это действие. Тем временем Атсуму начал спускаться вниз, оставляя мелкие поцелуи на точенной челюсти, оставляя легкий поцелуй в области шеи. Мия ни разу не мог отвести взгляд от плеч Сакусы, которые были усыпаны редкими родинками. Они были столь заметными на бледной коже юноши и столь прекрасными, что Атсуму был готов целовать их всё время. Это он и сделал.  Мия настолько давно хотел вот так прикасаться к Сакусе, что сейчас даже не знал, что ему сделать, что же всё-таки можно. Поэтому сейчас юноша решил сделать то, что хотел с того самого дня, как впервые увидел Киёми без футболки, оставить поцелуи на этих родинках. И он это делала, он целовал эти плечи с родинками, спускался поцелуями вниз по торсу, иногда оставляя редкие и легкие укусы. Слушал, сбитое дыхание Сакусы, который продолжал медленно двигать пальцами внутри себя.   Атсуму всё ещё был в полотенце, которое держалось не пойми как, но сейчас оно уже становилось ненужно, поэтому, стянув его, юноша поднялся обратно вверх, к губам Сакусы и сбытым шёпотом спросил: — Оми, где презерватив?  Сакуса окинул Мию взглядом, после чего, протянув руку за свою спину, протянул взятый презерватив в руки Атсуму. Юноша забрал его и откинувшись назад, опираясь на пятки. Принялся раскатывать презерватив по твердо стоящему члену, замечая, как дернулся член Сакусы, наблюдающего за ним. Стоило Мии поднять глаза, как в его руки молчаливо была протянута баночка со смазкой, выдавив которую, он смазал свой член, пока он  не заблестел в тусклом свете. Атсуму приблизился и остановился, едва касаясь кончиками пальцев бедра Сакусы, проводя вверх, к еле заметным тазовым косточкам, которые слегка выпирали несмотря на то, что Киёми не был худощавым, у него было хорошее спортивное телосложение.  — Готов? — спросил Мия. — Да, — выдохнул Сакуса, протягивая руку вперед и касаясь плеча Мии, — почти готов. Матрас вновь прогнулся, когда Сакуса, приподнявшись, надавил на плечо Мии, опрокидывая того на спину. Атсуму опешил от таких действий, не сразу поняв, что только что было. Он смотрел на Сакусу снизу вверх, пытаясь понять, что задумал этот юноша. Киёми же смотрел на него, румянец на его лице стал чуть темнее, становясь более алым и таким заметным, покрывая скулы и еле заметно переходя на уши.  Под пристальным взглядом Сакусы, Мия откинул голову назад, прикрывая глаза и медленно выдыхая, пытаясь на издать стона от возникшей ситуации, от того, как Киёми смотрел на него сверху вниз, от того, как это выглядело чертовски возбуждающие, что член Атсуму невольно подпрыгнул. Когда же Сакуса его дотронулся, Мия был на грани, он готов был кончить прямо здесь и сейчас.  — Атсуму.  - Сакуса провёл рукой по члену Мии, наблюдая за его реакцией. Затем, как лихорадочно поднялась и опустилась грудная клетка, как Мия открыл глаза, радужки которых стала очень тонкой.  — Оми? - Мия закусил губы, под темным и пристальным взглядом юноши.  Сакуса сжал член Атсуму под головкой, скользкая от смазки головка члена Атсуму потерлась о него, вверх и вниз, словно дразня, прежде чем Сакуса медленно ввел её. Атсуму прикусил губу, вцепившись руками в простынь, когда Сакуса полностью ввёл в себя его член, приживаясь бедрами к нему и опираюсь руками на его бедра, запрокинув голову назад и лихорадочно дыша. Сакуса хорошо подготовил себя, внутри него  было тепло, легкое сжимающие давление со стороны Киёми  вызвало мурчащий стон в груди Атсуму. Не удержавшись, Мия уже было поднял руки, желая опустить их на бедра юноши, но вовремя себя остановил, боясь пересечь ту грань, которая может стать концом всего. Эти движения не скрылись от Сакусы, он  фыркнул, и изгиб его рта был почти улыбкой. Оттолкнувшись руками от ног Мии, он перенес центр тяжести вперед, изменяя угол наклона , и лихорадочный жар разлился по его телу. Он напрягся, делая судорожный выдох на грани тихого стона, а Атсуму желал дернуть бедрами вверх, вот только Киёми крепко сжал его по бокам, не давая двигаться. Лишь опустил его руки на свои бедра, позволяя Мии сжать их своими руками. — Блять. — Произнес Атсуму напряженным голосом, когда Киёми плотнее сжался вокруг его члена.  — Хорошо? — тихо спросил Сакуса, словно дразня и издеваясь, над распластавшимся под ним юношей. — Да. Хорошо. Великолепно. Последовала пауза, которая казалась бесконечной. Атсуму хотел снова попробовать двинуться внутри Сакусы, но лишь сильнее прикусил губу и ждал. И Сакуса сказал: — Атсуму? — Да? Что? Еще одно колебание, а затем: — Ты красивый. Всё в тебе. Атсуму почувствовал, словно из него вышибло дух. Он судорожно втянул воздух, тепло разлилось по его лицу и груди, и начал: — Оми, чт… Сакуса сделал резко движение бедрами вверх, а затем обратно вниз,  и удивленный вскрик Атсуму ни чем не был заглушен, заставляя его судорожно закусить губу, чтобы хоть как-то заглушить свои стоны. Он собрался с духом, собираясь открыть глаза и взглянуть на Сакусу, когда последовало еще одно движение, а затем еще одно— Сакуса задал быстрый ритм, который заставил Атсуму забыть обо всём, лишь заставляя слушать тихие стоны Киёми и звуки ударяющейся кожи о кожу. Он мог думать только об ощущении  себя внутри Сакусы, горячего и влажного, сжимающего его, практически покидающего, оставляя лишь одну головку в себе и вновь возвращаясь резким движением.  Атсуму застонал и, приподняв колени, тем самым меняя упор на стопы, и заполучив какую-то свободу в движениях, толкнулся внутрь Сакусы до упора. Киёми содрогнулся, когда толчок оказался глубже и резче, посылая дрожь по всему телу.  Руки Мии сомкнулись на бедрах Сакусы и следующий толчки его бедер стали быстрее и резче. Он наблюдал за Киёми, чьё лицо залил румянец, который лихорадочно дышал, уперевшись руками в грудь Атсуму и сдерживая стоны, вот только тихие звуки все равно вылетали, после особо резких толчков прямо в нужный комок нервов внутри.  — Блять… Оми… — Атсуму начал беспорядочно толкаться внутрь юноши, как раз в тот момент, когда Сакуса переместил одну из своих ладоней на свой член, надрачивая в такт движениям Атсуму.  Мия вошел в него раз, другой и кончил, глубоко войдя в Сакусу, издавая гортанный стон и крепко сжимая бедро Киёми. Прозвучал низкий стон со стороны Киёми, когда член Атсуму дернулся, а он кончил в собственный кулак. Тяжело дыша, юноша слез с Мии, переборов в себе желание раскинуться на кровати, рядом с нежащимся Атсуму, который прикрыв глаза тяжело дышал и радостная улыбка не покидала его лицо.  — Киёми, это было… блять, это было ахуенно.  Сакуса фыркнул на это высказывание, а на его лице появилась легкая тень улыбки, и произнёс: — Не знаю как тебе, но мне нужен душ.