Горячий лёд

В бурлящем потоке жизни каждый человек невольно задумывается на счёт своего существования. В поисках путеводной звезды – смысла своей жизни. По мере моего взросления эта загадка все сильнее занимает мои мысли, обретая осязаемую форму. Осознание собственной уникальности и стремление оставить неизгладимый след в мире превратились в неугасимый огонь внутри меня. Как подросток, одержимый фигурным катанием, я черпаю вдохновение из зимних месяцев в году, гладкого простирающегося далеко вперёд льда и призовых мест. Для меня победа в каждом соревновании – не просто триумф навыка, но и свидетельство того, что я приближаюсь к своей мечте: стать лучшим фигуристом в мире. Вращения, прыжки и скольжение на коньках – это не просто физические действия, а выражение моих глубинных эмоций, моего безграничного потенциала. Я понимаю, что путь к вершине усеян трудностями. Часы изнурительных тренировок, боль в мышцах и неизбежные разочарования – это неотъемлемая часть моего пути. Но каждый момент, когда мне удаётся занять первое место моя решимость растёт. Для меня фигурное катание – не просто спорт, а высшее призвание, которое ведет меня к самореализации и бессмертию на льду. Смысл моей жизни заключается не только в завоевании медалей или славы. У меня есть глубинная потребность вдохновлять других своим искусством, побуждать их мечтать по-крупному и неустанно стремиться к своим целям. Я верю, что посредством выступлений, которые захватывают сердца зрителей, я могу оставить вечный след в этом мире. Я искренне надеюсь, что меня запомнят, как человека, который пылал сердцем, как только вставал на холодный лёд.

* * *

Экран выключенного телефона неожиданно засветился. Только один человек на свете мог написать в столь позднюю ночь. Эдгар: И тебе привет, с каким поводом пишешь? Колетт: Почему сразу должен быть повод? Может я просто захотела поинтересоваться твоим самочувствием. В её словах была доля правды. Сегодняшнее выступление прошло мягко говоря не так, как планировалось. Эдгар: Всё нормально, только нога болит немного. Колетт: НЕМНОГО?!? Ты походу и головой ударился. Гипс это то, что ты называешь "немного"? Парень на последнее сообщение лишь рассмеялся так искренне и по-настоящему, словно ждал, что подруга так и напишет. Эдгар: Ты мою маму только не пародируй. Колетт: Кстати о твоей маме, она тебе же сказала? Эмо внезапно притих. Сейчас было два варианта, второй из которых был маловероятен. Эдгар: Я всё-таки приемный? Колетт: Хмжхахах, дурак, я не про это. Мы с тобой на каникулы едем же и когда твоя мама разговаривала с моей, то сказала, что мы едем в Китай. Эдгар:Китай? Это где вообще? Колетт: ХАХАХАХА, ты что прикалываешься? Парень был абсолютно серьёзен. Да, он сдавал географию в девятом классе, но точно эмо уже не помнил, где находится каждая страна. Колетт: Ты там умер? Эдгар: Я гуглил. Впринципе прикольное место. Колетт: Собирай манатки давай у нас самолёт на 17:45. Эдгар: Ещё целых 15 часов. Колетт: Быстро я сказала!! Эд был рад общению с подругой. Её манера разговора была для него яркой, но самое главное девушка была единственной с кем можно было поделиться секретами, переживаниями и планами на жизнь.

* * *

По прибытию в аэропорт Эдгар и Колетт попрощались с родителями. Их сопровождал тренер по фигурному катанию. По лицу подруги было видно, что она хотела выдать смешную, по её мнению, шутку, но парень её опередил. — С Грифом лучше не шутить, — шепотом проговорил он. Всю оставшуюся поездку они молчали, лишь иногда перекидывались взглядами. Когда же Колетт осознала, что лететь им ещё 5 часов, то приняла решение заснуть. — Разбудишь, как прилетим, — попросила она, сладко зевая. — Поверь, как только мы будем садиться, ты это поймёшь. Девушка дремала на плече друга, сам же эмо листал ленту соцсетей. В лс парня число сообщений перевалило за пол тысячи, а все его рекомендации были заполнены постами от разных пабликов, где обсуждалось вчерашнее выступление. «Самый талантливый фигурист России потерпел поражение?» «Конец карьеры, это было сразу понятно». Достало. — "Это не то чего я хотел", — подумал про себя Эд и, последовав примеру подруги, уснул. После посадки белобрысое чудо ещё долго жаловалось на головную боль и что её укачало. Парень иногда подшучивал над подругой из-за этого, но сейчас купил Колетт её любимую лимонную воду и до этого неизвестную ранее им сладкую выпечку. Многое здесь Эдгар видел впервые. Всё вокруг производило на него большое впечатление, но он не подавал виду, что удивлён. — Ты чего зеваешь? — спросил Эд. У себя или у подруги, он так и не понял, ведь зевнули они почти одновременно. — Спать хочу. — Ты же совсем недавно говорила, что бодрячком. Что, всё уже? — Семь утра-а. Рано же, — уставше промямлила Колетт. — Во-первых, нужно было спать вчера ночью, а во-вторых ты же покимарила в самолёте. Девушка посмотрела на него так, словно она не на самолете летела, а через океан от акулы плыла из последних сил. — Ладно, — усмехаясь от забавного вида белобрысой, сказал эмо — пошли в отель. Поспим перед экскурсией.