Утро выдалось нежным

Солнечные лучи не только нежно согревали Се Ляня, но и игриво заглядывали тому в лицо, пытаясь заставить окончательно растерять сон. Однако Юноша в свою очередь никак не поддавался утренним забавам и немного нахмурившись, перевернулся на другой бок не забыв попутно накрыть одеялом  и себя, и своего возлюбленного, что мирно лежал рядышком. Если солнце не справилась со своей задачей разбудить Се Ляня, то для Сань Лана это оказалось проще варенной репы и помог ему в этом самый действенный способ - красота и очарование. Се Лянь никогда не упускал возможность полюбоваться Сань Ланом, тем более спящим. Сонно приоткрыв один глаз, рука принца так и осталась висеть в воздухе вместе с одеялом, а  янтарные глаза в свою очередь смотрели на юношу, кажется, с нескончаемой нежностью и обожанием. Но внезапно идиллия любования была прервана таким же внезапным пробуждением Сань Лана. - Доброе утро, Гэгэ. Голос юноши был хриплым и Се Лянь соврал, если бы сказал что ему не хочется записать его на диктофон и позже прослушивать снова и снова. - Ты уже проснулся? Извини,  я разбудил тебя своим копошением. - Гэгэ никогда не следует извиняться  впредь за подобное. Сань Лан приподнялся на локтях и аккуратно провел ладонью по щеке Се Ляня, попутно заглядывая тому в глаза. - Но рассматривать по утрам своего Сань Лана Гэгэ никто не в праве запретить. Сань Лан хитро улыбнулся, наблюдая как Се Лянь сначала хотел было что-то сказать в ответ, но передумав,  позволил своим щекам окраситься в красноватый оттенок. - Сань Лан, хватит озорства. Сказал принц и хотел встать, однако у его возлюбленного, кажется, были совсем другие планы на Его Высочество. Немного надавив Се Ляню на грудь рукой, тот упал обратно на мягкие перины, а Хуа Чен в свою очередь навис над ним. - Гэгэ готов уделить своему Сань Лану немного времени, правда? произнесенное выбило Се Ляня из утренней неги и воображение отреагировало куда быстрее, чем сознание, поэтому уже  не самые призентабельные картинки заставляли щеки принца гореть пуще прежнего. Пользуясь замешательством Се Ляня, Хуа Чен примкнул к мягким губам Его Высочества. Он целовал мягко, чувственно. Се Лянь невольно сравнил чужие губы с сегодняшними лучиками солнца.  Растрогавшись нежностью демона, Се Лянь углубил поцелуй позволив Сань Лану продолжить свой замысел и уже через секунду их языки слились воедино. Когда воздуха перестало хватать обоим, Хуа Чен хитро улыбнувшись в поцелуй, отстранился от покрасневших губ возлюбленного. Но их разлука не была долговечной и демон  невесомо коснулся губами шеи принца, заставляя того тихонько простонать и свободной рукой зарыться в иссиня чёрные волосы, которые градом осыпали голую спину градоначальника. Ощущая давление руки принца, Хуа Чен примкнул к нежной коже куда сильнее, чем прежде, оставляя за собой следы. Сань Лан спускался все ниже и ниже, заставляя Се Ляня прочувствовать каждое движение языком, что совершал демон. Принцу же в свою очередь оставалось лишь поддаваться ласкам и тихонько стонать, награждая тем самым чуткий слух градоначальника. Хуа Чен не пропускал ни единого участка тела и итогом его работы стал изнеженный Се Лянь, который тяжело дышал под ним. Вернувшись к лицу, демон поцеловал своего возлюбленного в носик и будто взглядом спрашивал разрешение старшего на дальнейшие, более решительные действия. Тот, конечно, был уже не в состоянии отказать Сань Лану - поистине коварный план князя демонов. Получив в ответ лёгкий кивок, демон начал опускаться вниз не забывая попутно оставлять поцелуи по всему телу. Он остановился на уровне бедер Се Ляня и одарил их лёгкими касаниями губ. Выпрямившись, Сань Лан потянулся к прикроватной тумбочке, доставая оттуда смазку, которая секундой позже оказалась  на тонких пальцах демона. Вводя один палец, Хуа Чен нежно целовал щеки Се Ляня, пытаясь смягчить первоначальную боль, делая её ещё более  мимолетной. Движения были  отточены их отношениями, поэтому найти чувствительную точку не составило труда. Попадая снова и снова Сань Лан дарил сладкие ощущения своему партнёру, который в свою очередь от подобных воздействий уже давно потерял голову, а с мягких губ то и дело срывались протяженые стоны, вперемешку с именем любимого. Закончив с прелюдией и убедившись, что Се Лянь полностю готов, Сань Лан вытащил пальцы и провел по собственному члену рукой, оставляя на нем остатки смазки. Далее, Хуа Чен  закинул ноги  Се Ляня к себе на плечи и аккуратно вошёл, давая время привыкнуть. Хуа Чен двигался медленно и осторожно, наблюдая за реакцией принца. Однако уже через несколько минут разнеженного темпа, Се Лянь явно дал понять, что готов к более резким толчкам и Хуа Чен  начал постепенно наращивать темп. Стоны вперемешку со звуком двух соприкасающихся тел сводили с ума. Каждый толчок все быстрее приближал их к долгожданной развязке, которая не заставила себя ждать. Единственное, о чем жалел принц - он не успел предупредить Хуа Чена. Но, кажется, тот не обратил на это никакого внимания и все это время был полностью поглощен ощущениями и чувствами. Немного погодя, Сань Лан вышел из Се Ляня и мягко посмеявшись поцеловал возлюбленного в лоб,  а тот в свою очередь отметил, что надо бы почаще будить Сань Лана по утрам.