Неделя Достозаев.

Осаму нравилось стоять под струями теплой воды вместе с Фёдором. А что здесь такого? Они оба полностью доверяют друг другу и скрывать им друг от друга совсем нечего. Фёдор чаще всего тоже не против такого. Ему нравится мыть голову Осаму. Его волосы такие привлекательные по мнению брюнета. Он часто тянет его за них, но не так грубо и сильно. Сейчас Осаму нежно водил длинным пальцем по груди Фёдора, который как обычно смотрел в стену и думал о том как же опять навредить всему миру. — Феденька, слушай.. а давай в душ вместе сходим, м? — Достоевский поворачивает голову в его сторону — почему бы и нет. Только потом мы ляжем спать, я безумно устал сегодня, мышонок — Осаму похлопал глазками и кивнул. А что ему оставалось делать? Он тоже устал после работы хотя практически ничего там не делал. Ну. Пускал самолётики. Они стянули полотенца с двери входя в ванную комнату. Осаму сейчас был в футболке и в нижнем белье, а Достоевскому настолько было лень переодеваться, что он даже не снял рубашку, расстегнул пару пуговиц, а вот штаны снял. Как они разделись вещи сразу полетели в корзину с грязным бельем. Бинты так же остались на шатене, но вскоре Фёдор подцепил у него на шее бинт начиная его распускать. — ты ведь мне доверяешь мне, мышонок? Я хочу видеть тебя без них — продолжая распускать бинты на шее пока не показались шрамы от темного прошлого Дазая да и не только. — доверяю, федь, доверяю.. стягивая их все с меня. Но учти. Я не хотел пугать тебя. Моё тело изуродовано — сказал младший шёпотом с серьезным выражением лица. С Федором он мог быть настоящим, а не поддельным. Вскоре они зашли в душ настраивая температуру воды. Волосы сразу же намокли. Старший осторожно прижался губами к шее возлюбленного оставляя невесомый поцелуй, а после того как отстранился сказал: — я люблю тебя, мой мышонок, таким какой ты есть. И ты вовсе не урод. У меня ведь тоже много шрамов — улыбнулся Достоевский вновь прижимаясь губами к шее расцеловывая её полностью, уделяя особое внимание: ключицам, кадыку.