The painkiller

      Здание отеля «Грёзы» в Мире Грёз давно опустело. Некогда уютные комнаты облюбовали пауки и прочая  живность, а в главных залах поджидали свирепые монстры, готовые тот час же свернуть шею неудачливым путникам.        «Отель в Мире Грёз закрыт на реконструкцию»: вот, что они говорили всё это время. Реконструкция, а как же… Так вот и верь им, этому правительству.        Все жители Пенаконии уже давно поняли, что никогда больше не увидят другую сторону отеля «Грёзы» вновь. Да и, будем честны, не ждал её никто - эту реконструкцию.        Пока простой народ веселился и воплощал свои сокровенные желания в реальность, были и те, кто даже в Мире Грёз продолжал работать не покладая рук.        Одним из таких ярых работяг, достойных титула «Работник года» был и Доктор Рацио: мужчина с короткими волосами и глазами цвета янтаря. Веритас называл себя заурядной личностью, но отнюдь таковым не являлся. У него за плечами было восемь докторских степеней, а его мысли и теории цитировали в научных трактатах и книгах. Для всех вокруг он был простым, немного эгоцентричным, как и подобает учёному, человеком. Никто и никогда не осмеливался сказать чего-то необдуманного в разговоре с ним. С недавнего времени, Веритас оказался под стражей и частенько засиживался до самого утра за закрытыми дверям своего кабинета. Сначала стражники удивлялись такой любви к работе со стороны мужчины, а затем просто перестали обращать внимание. Им платят - ну и хорошо, пусть платят дальше. Что тут сложного, постоять в карауле пару часов, приглянуть за каким-то там учёным. Но никто и подумать не мог, что этот самый учёный по ночам тихо сбегает со своего рабочего места.        Доктора Рацио никогда не замечали прохожие, ведь место, которое он так часто посещал было запретной зоной вот уже так много лет. Учёный почти каждую ночь проводил в том самом заброшенном, подлежащем затяжной реконструкции отеле «Грёзы». Он мог спокойно посещать это место, спрятанное от чужих глаз, ведь его боевые способности были на уровне выше среднего, а если знать окольные пути, можно и вовсе не наткнуться на злых существ.        Сегодня, как и во множество таких же серых и безрадостных дней, Веритас направился в номер 40007, что располагался на четвёртом этаже здания. Как и ожидалось, дверь снова закрылась автоматически. Это, наверное, было единственным минусом этого места. Каждый раз пробираясь внутрь уже давно не жилого номера отеля, великий учёный чувствовал себя вором, мошенником и взломщиком. Три в одном, полный букет.        Рацио недолго повозился с замком и спустя несколько мгновений послышался хруст. С привычным звуком, дверь отворилась и перед взором мужчины предстала уже хорошо знакомая комнатушка. Два дивана, зеркало, журнальный столик и чаша сновидений: всё это было мужчине роднее дома.        Это место видело его в моменты радости и в моменты, когда ему было невообразимо плохо. Он часто приходил сюда чтобы бесплатно напиться до беспамятства, ведь на четвёртом  этаже раньше был бар. Заведение уже давно не функционировало, бармена и посетителей там не было, но за его стенами всё ещё оставалось множество бутылок с различным крепким алкоголем. А это значило только одно - можно было на славу уйти в отрыв, опустошив хоть все тары за раз.       Он сделал несколько шагов вперёд и умостился на одном из диванов. Мужчина лёг и закрыл глаза в попытке немного подремать. Настроение у него было ужасное. Весь день Доктор ходил хмурый как туча. А всё из-за недавнего аукциона…

***

      -Как здорово, что на мой ежегодный аукцион «купи кота в мешке» пришло так много народу! Хмф, господа, да вы только взгляните какой первосортный товар! Тот, кто поставит больше всех - заберёт эту вещь с собой ха-ха. - Раздался протяжный, звонкий голос человека со странной маской, закрывающей всю верхнюю половину лица.       -Сегодня с вами я, ваш ведущий - Иль Дотторе. Кажется, самое время делать ставки ха-ха. - мужчина коротко посмеивался и этим походил на отшибленного психопата.       Дотторе стоял посреди большой цирковой арены со всех сторон окруженной трибунами, ломящимися от количества зрителей. За его спиной стояла клетка, накрытая сверху белой простынёй. Никто из присутствующих в зале понятия не имел, что или кто находится в этой клетке, но все прекрасно знали, что данное мероприятие проводится нелегально, а за белой простынёй и железными прутьями может быть всё: от маленького пакетика с наркотиками до живого человека.       Зрители в миг превратились в голодное стадо и позабыв всё человеческое, что в них было подняли телефоны и вошли в общую группу, пароль от которой всё это время виднелся на большом экране рядом с Дотторе.       —И так, господа, начальная ставка 100.000 в любой валюте! - вновь раздался веселый голос человека с вьющимися волосам, немного синеватого цвета.       -Ничего себе, сто тысяч на старте… Видимо на этот раз Дотторе продаёт что-то очень ценное. - Послышалось от кого-то в сети.       Начали поступать первые ставки. Ставили все: бедные, богатые, люди с низким и высоким социальным рангом, путешественники и местные.       -Один миллион триста тысяч раз… Один миллион триста тысяч два…       -Стойте, а можно ли ставить в другой валюте? Имею ввиду, не в море? Вы ведь можете пересчитать по курсу. - Раздалось от кого-то из группы. Голос этого человека был низким и сильным, но в то же время- терялся на фоне множества других голосов участников аукциона.       -Конечно! вы можете ставить в любой валюте, до тех пор, пока её обмен доступен в банке северного королевства! - Ответил псих.       -Тогда, ставлю пять тысяч камней сотворения. По курсу это около шести миллионов моры.       Все удивлённо ахнули и даже сам Дотторе не удержался и немного прикусил губу.        -Ставка принята, но прошу уточнить. Это те самые камни сотворения из Каэнри’ах?        -Да, они самые. - ответил всё тот же низкий голос.       -Тогда, пять миллионов моры раз, пять миллионов моры два…  После того, как мужчина досчитал до двух в группу пришло новое сообщение. Это сообщение отличалось от других, оно не сопровождалось голосовой декламацией и могло с лёгкостью затеряться на фоне других. Кто-то с ником «Гипсовая голова» написал.       «Ставлю восемь миллионов кредитов. Их же тоже принимаете?»       Заметив это сообщение, глаза Дотторе округлились. Он был очень удивлён, что люди готовы вывалить восемь миллионов за то, чего ни разу в жизни не видели. И всё же он продолжил.       -Ставки поднимаются. Гипсовая голова ставит восемь миллионов кредитов, что равносильно восьми миллионам моры. Кто готов сражаться? Восемь миллионов раз…       Не успел человек в маске досчитать до двух, как его тут же перебил тот самый низкий голос, что ранее ставил камни сотворения.        -Тогда, я ставлю десять миллионов моры!       Эта ставка оказалась не по зубам даже гипсовой голове, а поэтому товар прибрал к рукам загадочный гость, что платил валютой давно разрушенного королевства. Этот мужчина представился Дайнслеффом, но Доктор Рацио, что скрывался за псевдонимом «гипсовая голова», не верил, что он назвался настоящим именем.        Дотторе одним резким движением сдёрнул простыню с клетки и взору всех присутствующих предстал мужчина. Его глаза выглядели довольно странно. Радужки были не однотонными. Он смотрел на всех озлобленно, а на его шее была выжжена метка раба.       -Прошу любить и жаловать: Авантюрин, потомок Синогийцев.

***

      Жизнь Авантюрина с самого рождения сильно отличалась от понятия нормальной жизни. Его родители вынуждены были бежать с родной планеты из-за кризиса, войн и раздора. Затем их родная планета и вовсе была уничтожена. После уничтожения места, которое они назвали домом, богатые люди начали охоту на Синогийцев из-за из необычного цвета глаз. А ещё поговаривали, что люди этой расы чертовски хороши в сексе. Маленького мальчика разлучили с семьей, отправив на рынок рабов. Вот так он и переходил из рук в руки, пока не оказался на аукционе.        Ему были противны все люди, но каждый день он продолжал наивно улыбаться своему новому «господину». Его так часто перепродавали, чтобы выкосить побольше денег, что он, будучи подростком, перестал пытаться запомнить имена своих владельцев. Авантюрин хотел лишь поскорее выбраться из своего кошмара.        Он давным-давно перестал чувствовать что-либо кроме боли, а боль он чувствовал всегда. Это мерзкое чувство сопровождало его по жизни и если ничего не болело, значит что-то не так: вот таким образом мыслил Авантюрин.       Но, его страдания наконец-то подошли к концу с тех пор, как его выкупил Дайнслефф. Он оказался на удивление хорошим парнем и просто отпустил Авантюрина, избавив его от статуса раба. Такому стоило бы порадоваться, но парень, который всю свою жизнь провёл таким образом не мог более принять себя как обычного человека. Его добродетель отпустил его на все четыре стороны, но из всего хорошего местом, куда он отправится дальше парень выбрал Пенаконию. Планету с которой всё началось, планету, жители которой готовы были вывалить миллионы за рабов-Синогийцев, планету, на которой ему лучше бы вообще не появляться.       Путь не занял много времени и уже через день после аукциона Авантюрин прибыл на Пенаконию. Узнав о знаменитом Мире Грёз, он поселился там не желая просыпаться в реальности. Хоть парня и предупреждали о закрытой на реконструкцию зоне, это сильно его не волновало и первым делом он пошёл прямиком в отель «Грёзы», в надежде занять там номер.       Прогуливаясь по просторным коридорам отеля, Авантюрин осматривал открытые номера и ни один из них не казался ему достаточно комфортным и привлекательным. Уж слишком пыльным и грязным был этот отель. Поднявшись на четвёртый этаж он увидел открытую дверь и без раздумий вошел внутрь номера 40007. Но, его удивлению не было предела, когда он увидел распластавшегося на диване, полусонного человека с золотым венком на голове.       -Простите. - тихо промямлил Авантюрин и так же тихо покинул номер продолжая поиски свободных.        Можно ли считать это везением, но буквально в паре шагов от него была ещё одна распахнутая дверь. Дверь номера 40006. Надеясь, что не наткнётся на кого-то ещё, Авантюрин заглянул внутрь. Не обнаружив внутри никого живого, парень выдохнул с облегчением, прикрыл за собой дверь и лёг на удобный диван, стоящий прямо посреди комнаты. Он так устал за время пути, что едва приняв лежачее положение больше не мог пошевелить конечностями. Хотя, можно ли вообще устать в Мире Грёз?       Доктор Рацио вышел из своего полудрёма. Разворошив воспоминания об аукционе на него снова накатила волна злости и он тихо выругался себе под нос:       -И как этот смазливый мальчишка мог достаться какому-то там Дайнслеффу…       Впервые за долгое время ему настолько понравился товар на аукционе «купи кота в мешке», что этот Авантюрин, или как его там, не выходил из его мыслей уже второй день.       Решив, что так дальше дело не пойдёт, мужчина вышел из номера и неспешно пошёл в сторону бара. Как и ожидалось, там было много не вскрытых бутылок с выпивкой. Веритас взял первую попавшуюся из ящика.       -Водка, 70 градусов - прочитал он на этикетке. - Как раз то, что мне нужно чтобы забыться. - добавил мужчина, срывая пломбу и откручивав крышку стеклянной бутылки.       Доктор Рацио пил не от того, что ему нравился этот едкий вкус спирта во рту, нет, совсем нет. Учёный пил потому что хотел перестать думать, он хотел отключить свой мозг в конце концов. И вот после очередного глотка с горла стеклянной тары в его ушах послышался резкий, но такой нежный голос.        -Вам не стоит столько пить. - сказал мужчина, тихо приблизившийся к нему сзади.       Конечно это был никто иной, как Авантюрин. Парню надоело сидеть в номере и он решил разведать обстановку в окрестностях. Но, чего он не ожидал больше всего, так это снова увидеть своего соседа в золотом венке.       Доктор Рацио замер от удивления, а затем, собрав остатки здравого смысла и сознания отставил бутылку в сторону и обернулся. Перед его взглядом выразительно появился силуэт того самого раба из клетки, которого он так сильно хотел выкупить на аукционе.       -Не может быть. - восторженно прошептал учёный.       Веритас не мог поверить в такое стечение обстоятельств и судорожно протирал глаза, думая, что это всё - галлюцинация, вызванная алкоголем. Ему явно не стоило пить так много водки. Теперь Рацио не мог отличить реальность от проделок его фантазии. Мужчина подошёл ближе к уже знакомому ему парню:        -Вы бы за собой лучше следили, молодой человек. Я не видел вас здесь ранее. Кем будете? - спросил учёный. Чтобы собрать все слова в одну фразу и не нести пьяный бред, Доктору Рацио пришлось потратить немало сил.       -Моё имя Авантюрин, я на Пенаконии недавно и не совсем легально... - последние слова мужчина промямлил себе под нос, будто бы с презрением глядя на свою судьбу, сложившуюся так уж плохо - поэтому я и пришёл в отель «Грёзы».       После этих слов картина немного прояснилась и Веритас удивился такому повороту судьбы. Ну и почему этот парень должен был встретиться ему, когда он вусмерть пьян… Всё-таки водка сделала своё дело и великий учёный не мог быть в ответе за все свои слова и действия. Сейчас он только лишь видел цель и совершенно не видел никаких препятствий к достижению этой самой цели. А ведь и правда, препятствий-то между ними и не было.       На самом деле, была причина по которой Авантюрин решился выйти из номера и причина эта была не лучшей. За долгие годы пребывания в рабстве, Авантюрин привык к тому, что ему часто причиняют боль. Наиболее ужасным видом боли, была боль во время секса с кем-то. За всю свою жизнь он находился в сексуальном рабстве как минимум трижды, а потом его снова и снова перепродавали другим владельцам. Но, вот не задача, с тех пор как его выкупил Дайнслефф, Авантюрин совсем не чувствовал никакой боли. Его накрыло чувство полного опустошения и усталости. «Так вот как на самом деле ощущается свобода» - частенько думал парень.       Поэтому, вспомнив, что в гостинице должен быть бар, Авантюрин направился туда, чтобы выпить. Распитие спиртного напоминало ему о рукоприкладстве и насилии и заставляло чувствовать душевную боль. Хоть душевная боль была не такой сильной, как физическая: это по прежнему было видом боли. Но, завидев человека из номера по соседству, его планы несколько поменялись.       До чего же смешная ситуация вышла: в баре сидели двое, один пришёл глушить боль, другой пришёл её искать.       -Слушайте, может быть моё предложение покажется вам абсурдным. - Начал было говорить человек, скрывавшийся под ником «гипсовая голова». Но его речь была прервана.       -Подождите, мне тоже есть, что сказать. Не хотите ли вы переспать со мной?  - Спросил Авантюрин.       Его вопрос не был таким уж и странным. Множество людей мечтало провести ночь с кем-то из Синогийцев, а тут он сам предлагает. Ну и как от такого можно отказаться?       Рацио не поверил тому, что услышал и переспросил:       -Что вы только что…       Но Авантюрин снова не посчитал нужным дослушать его до конца и заткнул мужчине рот поцелуем. Он грубо впивался в губы учёного, зная, что эти отношения - всего на одну ночь. Он уверял себя, что сделает это только раз в жизни, дабы не умереть от вечной апатии и пожирающей пустоты внутри. Чтобы ещё раз почувствовать боль.       Когда Веритас понял, что происходит, он взял инициативу в свои руки. Учёный повалил парня на спину, прижав того к барной стойке по прежнему не разрывая жаркий поцелуй. Он немного прикусил губу Авантюрина, а тот легко выгнулся под ним от нахлынувшей лёгкой боли. Да, это было то самое чувство за которым он пришёл.       Затем Рацио начал срывать одежду с раба, обнажая его фарфоровую кожу и нездорово-худое тело. Учёный спускался ниже по шее дорожкой из поцелуев, иногда закусывая плоть человека под ним. С каждым новым укусом Авантюрин извивался и тихо стонал, давая своему случайному партнёру знать, что его заводит.       Авантюрин тем временем копошился руками в штанах Доктора Рацио, пытаясь расстегнут ремень. Провозившись несколько долгих минут, у него всё же получилось. Под тонкой тканью нижнего белья учёного виднелся внушительных размеров бугорок.       «Неужели этот человек уже возбудился» - Думал Авантюрин. ну, чем раньше, тем для него лучше. Он хотел как можно скорее утопить свою жажду.       Стянув нижнее бельё, парень обнажил член Доктора Рацио и начал легко надрачивать, пока тот кусал его шею.        -Вставьте его в меня. - скомандовал Авантюрин, в надежде завершить это как можно скорее.        Доктор Рацио был не против и аккуратно стянул штаны своего спутника.        -Носишь штаны на голое тело? Всегда готов к тому, что тебя отымеют? - спросил Рацио.        При нормальных обстоятельствах даже во время секса он оставался сдержанным, но теперь его разум был под градусом, а под ним стонал и извивался человек, чью жизнь он не смог заполучить день назад. Человек, из-за которого он впал в отчаяние и напился.       Ответа на вопрос ученого не последовало, Авантюрин тихо посмеялся и снова полностью погрузился в процесс. Он направил член Рацио к своему обнаженному анусу и ждал, пока тот что-что предпримет.       К его большому удивлению, учёный будто бы понял всю концепцию боли и задумку Авантюрина. Он взял всё в свои руки и резко перевернул парня со спины на живот, вдавив того лицом в барную стойку. Доктор скрутил его руки за спиной и прижал их одной своей сверху, а другой рукой он направил свой член к заднице Авантюрина и резко вошёл на всю длину.       От такого резкого движения, перед глазами Авантюрина всё поплыло. Он никак не мог сфокусировать взгляд. Всеобъемлющая боль накатила на него с новой силой и он громко простонал. Это именно то, чего он так сильно хотел.       Веритас продолжал ритмичные движения бёдрами, вбиваясь в тело раба каждый раз с новой силой. Громкие стоны наполнили комнату. Они оба наконец-то смогли забыться. За всё это время с их последней встречи, всем чего желал Доктор Рацио - был Авантюрин, а всем, чего желал Авантюрин - была боль. В этот самый момент они оба получили то, что хотели.       Спустя множество времени и несколько разных самых развратных и вульгарных поз, которые только хотел опробовать в своей жизни "светило науки", никто уже не следил словами, что вылетати из их уст. Никому из них уже не было дела до того, насколько всё это абсурдно и клишировано, а Веритас даже перестал думать о том, что случайно попал под дествие какого-то странного яда, что менял реальность. Авантюрин изгибался под учёным. Его тело покрывали десятки укусов, что теперь напоминали россыпь ярко-алых роз. Рацио сжимал свои крепкие руки вокруг поясницы блондина всё никак не желая его отпускать, а Авантюрин и против-то не был. Ему оставалось только получать то, чего он так давно хотел. Его свобода заключалась не в обширности мира вокруг него. Его свобода заключалась в боли, что причинял ему каждый новый день. Мужчина стонал всё громче, а Рацио прибавлял темп глубоких толчков. Иногда учёный задевал какую-то точку в теле Авантюрина доставляя тому не только боль, но ещё и удовольствие. Хотя, после стольких случаев нахождения а сексуальном рабстве, Авантюрин даже не мог понять, что именно с ним сейчас происходит. Это чувство можно было сравнить со вкусом очень горячего, но до невозможности вкусного кофе. Сперва оно обжигает язык и вызывает отвращение, доставляет боль какую-никакую, а затем появляется это странное, но такое манящее послевкусие, что заставляет продолжать пить его несмотря на жгучую боль с каждым глотком. Может, он просто к этому привык. Может быть, парню стоило бы разобраться в себе и своем прошлом, но это всё было слишком сложно. Сегодня его удача подкинула ему такой подарок судьбы. Впервые за несколько лет некогда безжизненно выглядящие радужки глаз Авантюрина начали блестеть и сиять так, будто бы он сделал жадный и давно желанный глоток свежего воздуха. Ещё один толчок, последний и Веритас излился внутрь этого парня с разноцветными радужками глаз. От сильного напора и чувства наполненности, в ушах Авантюрина зазвенело, а взгляд заплыл туманной дымкой. Лица обоих покраснели, по лбу учёного стекал пот. Теперь он понял, почему Синогийцев так нахваливают как секс-рабов.        -Вы не против повторять время от времени? - спросил Доктор Рацио у парня, теряющего остатки сознания и всё ещё лежащего под ним.       -Дайте только свои контакты. - запинаясь после каждого слова говорил человек, которого недавно выкупили из рабства и подарили свободу.        Получив свободу он снова заковывает себя в кандалы, может так устроена вся его жизнь и это уже никак не изменить? Может этому человеку остаётся только влачить своё жалкое существование?       - Вы можете найти меня в чайной золотого мига в любое время суток! - с нескрываемой радостью сказал Веритас.

***

Вот так и получилось, что ты аккуратно размешиваешь ложечкой сахар в чае, а я не знаю, как прекратить любить тебя.