Терять и находить

      Сегодня Скарамучче исполнялось 15 лет. Это был невыносимо промозглый серый январский день. Совсем недавно закончились новогодние каникулы и все ученики и учителя ещё были озабочены праздниками и тем, что не успели отдохнуть. Постепенно в школу возвращалась привычная суета, за которой Скара наблюдал, сидя на подоконнике в конце коридора.       День был особенный, ведь родители с утра поздравили его и даже оставили новый планшет в качестве подарка. Скарамучча не совсем понимал, почему они не могут купить ему планшет в любой другой день, но счёл это за традицию. Больше про его день рождения никто не знал, и парень к этому абсолютно привык. Одноклассники жили своей обычной жизнью и никто его не трогал.       Внезапно он вспомнил один тёплый осенний день в конце октября. Несмотря на приближение зимы, погода была приятная и светило солнце. Его самый бесячий одноклассник Кадзуха зашёл в школу в тот день с широкой улыбкой, от чего Скара даже поморщился и как можно быстрее направился в кабинет.       И тут же пожалел. В кабинете собрались все их одноклассники с колпаками на головах и большим тортом. Они объяснили ошарашенному парню, что у Каэдэхары сегодня день рождения и они решили устроить ему сюрприз. Скарамучче пришлось в этом участвовать.       Сколько было криков, смеха, улыбок. Все обнимались с счастливым светловолосым парнем, а он радостно рассказывал, как родители устроили ему праздничный завтрак и подарили гитару, о которой он давно мечтал, как, выходя из дома, он напугался хлопушки, которую взорвал Хэйдзо. Скаре было так некомофортно, что даже сейчас от воспоминаний чуть не наворачивались слёзы.       Это со мной что-то не так или они все ненормальные?       Парень решил выйти на задний двор подышать воздухом. Скара забрёл в свой укромный уголок, который не был виден ни из одного окна, и, пошарив в рюкзаке, достал сигарету, которую ему удалось стащить у отца. Вот это действительно был подарок! Он собирался сделать пару тяг и потушить сигарету, так растягивая её на весь день, но стоило только щёлкнуть зажигалкой, как он услышал ненавистный голос.       - Эй, Скара, я видел ты… ты что куришь?!?!       - Ты идиот так орать?!?! - Скарамучча быстро спрятал сигарету обратно и злобно смотрел на Каэдахару.       - Эм, я… видел, что ты сидел грустный. У тебя что-то случилось?       - А тебе какое дело?       - Ты можешь хотя бы один день не грубить?!       - А что сегодня праздник какой? - поздно заметив иронию, Скара расхохотался, а Кадзуха стоял в недоумении.       - Какой сегодня праздник? - настороженно спросил он, потому что смех парня показался ему нездоровым на грани с истерикой.       - А, не бери в голову, просто у меня день рождения - монотонно произнёс Скара, смотря куда-то в сторону.       - Оо точно, ты же новенький! Прости нас, пожалуйста, мы не знали.       - Не надо мне этой жалости - процедил сквозь зубы тёмноволосый, а Кадзуха как всегда пропустил грубость мимо ушей.       - Хочешь сходить куда-нибудь сегодня? - неожиданно даже для себя выпалил Каэдэхара.       - Что…? - острый взгляд Скары чуть ли не прожигал дыру на переносице у второго.       - Ну, это не то, что ты подумал… хотя я не знаю, что ты подумал… в общем, раз у тебя день рождения, я подумал, может мы сходим куда-нибудь поесть и я тебя угощу… это будет как подарок - парень говорил очень сбивчиво и не заметил, как покраснел до ушей, а у Скарамуччи глаза постепенно лезли на лоб.       - Ты… ты что на свидание меня зовёшь? - очень тихо, но с таким отвращением произнёс Скарамучча, что Кадзуха резко побледнел.       Несколько секунд между парнями висело тяжёлое напряжение. Оба молчали и смотрели друг на друга выпученными глазами. Кадзуха поклялся себе, что Скара никогда не узнает о его чувствах, и вот сейчас он не знал, куда ему деться от такого позора. Скарамучча тем более понятия не имел, что он сейчас чувствует и как ему реагировать.       - Ты… ты… пидор обоссанный!!… Не приближайся ко мне никогда!! - выкрикнул Скара, толкая Кадзуху и в спешке убегая обратно к школе.

***

      В такси Скарамучча уже не сдерживал слёзы, а таксист не задавал лишних вопросов. Парень тревожно смотрел в затонированное окно и по привычке кусал губы. Ему ещё никогда не было так стыдно. Как можно было быть настолько ужасным человеком, чтобы на тебя невозможно было смотреть без ненависти?       Скара лишь притворялся бездушным. После школы он стал более спокойным и тихим, в университете почти ни с кем не общался и уж точно ни над кем не издевался. Он часто вспоминал эти три года в Инадзумской провинциальной школе. Эти три года он ненавидел больше всего.       В первый же день в той школе с ним познакомился Кадзуха. Его не оттолкнул ни угрюмый вид парня, ни дорогие шмотки, ни убийственный взгляд. Каэдэхара всё равно был доброжелательно настроен к нему. Это и выбесило Скарамуччу, положив начало долгой ненависти и попыткам уничтожить светлого ангелочка.       Чем больше Скара отталкивал его, пытался заставить ненавидеть, тем сильнее Кадзуху тянуло к нему. Каэдэхара словно видел его сквозь все маски и психологические защиты, искренне хотел спасти, но принять его помощь для Скары означало и признать всю ту боль, что он прятал глубоко с самого детства.       Поэтому его стратегия была неизменна. Оттолкнуть, загнобить, посмеяться, нахамить, игнорировать. Что угодно, только не признавать правду. И лишь к 18 годам Скара задумался о том, сколько боли причинил парню, пока убегал от своих чувств.       Он решил стереть из своей жизни те позорные года. Никогда не вспоминать ту историю и того доброго парня. Так он мог хотя бы не умирать со стыда каждый день. Но видно, судьба была не на его стороне, и ему пришлось встретиться с Кадзухой вновь.       На протяжении последних месяцев Скару иногда накрывали старые чувства, но пара порезов спасала положение. Он до сих пор не мог осознать то, что Кадзуха предложил ему быть в отношениях. После всего, что он сделал! Может, не так уж и больно ему было, а Скара всё себе придумал…       Однако сегодняшний день разбил все иллюзии. Хэйдзо явно дал понять, какую боль Скарамучча причинил его другу. Скару так разрывало от вины и стыда, что ему хотелось выть. С трудом он доехал до дома и сразу же полез в душ. Ничего нового, очередная истерика.       Иногда Скаре казалось, что однажды он сойдёт с ума, как и его мать. Всю жизнь Райден была такой безэмоциональной, словно робот. После того, как отца Скары посадили, она сломалась. Каждый день Скарамучча слышал, как она кричала и рвала на себе волосы.       Парень не знал, как себя вести. Он предпочёл тактику избегания и старался не пересекаться с мамой. Тихо плакал у себя в комнате и через окно выбирался за продуктами. Однажды Райден разревелась в магазине, когда уронила банку, и попыталась вскрыть вены осколками. После этого она оказалась в психушке. Скарамучча боялся, что однажды тоже не справится со своими чувствами.       Так, пожираемый ненавистью к себе, он вышел из душа и сразу схватил телефон, быстро натянув футболку. Он твёрдо убедился в том, что сейчас Хэйдзо вправит Кадзухе мозги и тот обязательно решит расстаться с ним. Скара решил сделать хотя бы одно полезное дело и найти Кадзухе новую квартиру.       Скроллинг интернета и переписки с арендодателями не помогли парню избавиться от навязчивых мыслей. Он всё старался вспомнить, в какой момент у Каэдэхары появились бинты на руках. И почему в школе никто не придал этому значения? Неужели все решили, что это такой способ самовыражения?       В начале Скарамучча подумал, что Кадзуха так скрывает порезы, и не придал этому особого значения, ведь это было знакомо и ему. Только сейчас у него постепенно начал складываться пазл.       Кажется, это было после его дня рождения в 8 классе… Кадзуха неделю не ходил в школу, а когда вернулся, руки уже были замотаны бинтами, которые с тех пор стали неотъемлемой частью его образа. Скару бросило в дрожь.

***

      Кадзуха ещё несколько долгих минут сидел на траве, как он упал от толчка Скары, прижимая руку к плечу, где совсем недавно была его рука. По щекам без остановки текли слёзы. Он уже точно опоздал на следующий урок. Да и какой смысл идти обратно в школу, если там он может увидеть его? Сердце Кадзухи не выдержит ещё одного удара.       Поэтому он решил пойти домой. Парень плёлся как можно медленнее, потому что дома могли быть родители и им пришлось бы объяснять, что случилось. Кадзуха и сам не мог понять, что именно сейчас его так задело.       Скара уже высмеивал его и на глазах у всех одноклассников, всем видом показывая, как он его ненавидит. Неужели Каэдэхара надеялся, что это всё показное, а на самом деле он тоже нравится этому задире?       Какой же он наивный идиот! Как можно было предложить ему сходить куда-то вдвоём!? Конечно, он теперь ещё больше его презирает. Кадзухе уже и самому от себя противно. Жалкий влюблённый мальчишка, который никому не нужен со своими чувствами. Даже лучший друг осуждает эту любовь.       С недовольством Хэйдзо он уже смирился. Больше всего Кадзуху пугало непонимание, как ему теперь ходить в школу. Скара наверняка догадался, что нравится ему. И как после этого смотреть ему в глаза? А вдруг он из мести захочет в край уничтожить жизнь Каэдэхары и устроит что-то ужасное?       Не прекращая рыдать, Кадзуха добрёл до своего дома. Какое облегчение, что родителей ещё не было. Не проходя дальше коридора, он сел на пол и уронил голову в руки. Навязчивые мысли становились громче и громче. Он крепко сжал и потянул волосы на голове. Кричать хотелось до тошноты.       Кричать о не мог, иначе соседи услышали бы. Ему пришла в голову другая идея. Разум гудел от целого роя самых разных мыслей, а перед глазами была пелена слёз. Сложно утверждать, что Кадзуха соображал в этот момент, но он был уверен в своих действиях.       На кухне взял самый большой нож. В ванной открыл кран. Ещё минуту поплакал, стоя перед зеркалом. И резко полоснул по левой руке.       Кадзуха взвыл от боли, но на секунду ему стало легче от этого, поэтому он постарался сделать то же самое с правой рукой, но получилось криво. Левая рука уже не слушалась его и заливала ванную кровью.       Острая боль и запах крови привели Кадзуху в чувства. Моментально осознав, что он натворил, парень постарался замотать руку полотенцем, но правая рука тоже постепенно теряла силы.       Кое-как, заливая пол кровью, Каэдэхара добрался до телефона и позвонил своему другу.       - Хэйдзо, я…я… мне нужна твоя помощь - голос парня дрожал и он не мог подобрать слова.       - Что случилось? - Сиканоин сразу насторожился: он никогда не слышал друга таким напуганным.       - Тут кровь… - Кадзуха снова начал плакать от мысли о своём бессилии и идиотизме.       Благо, Хэйдзо жил буквально в соседнем доме и быстро примчался к другу. Он молча нашёл бинты и замотал его руки, долго вытирал полы от крови, пока Кадзуха приходил в себя.       Затем он выкинул все испачканные тряпки и заварил чай. Некоторое время парни сидели в тишине. Ситуация была намного больше их самих, так что слова было невозможно подобрать.       - Я не хотел делать это всерьёз - охрипшим голосом проговорил Кадзуха, нарушив столь долгое молчание.       - Хорошо - всё ещё отрешённо проговорил Хэйдзо.       - Спасибо тебе, друг. Я не знаю… что бы делал без тебя.       - Мгм       Сиканоин никак не мог понять, что он чувствует. Страх? Злость? Обиду? Мысль о том, что он мог потерять близкого человека, сковывала всё сознание. Этого не могло произойти. Не должно никогда произойти. А если бы порезы оказались глубже… Он понял, что ему нужно направить все свои эмоции на что-то.       - Кадзуха, что произошло? - аккуратно поинтересовался Хэйдзо.       - Скара… кажется, догадался, что он мне нравится, и… я ему очень-очень противен.       - Ск-скара?       Хэйдзо вложил всю свою ярость в это имя. Неужели из-за него он чуть не потерял друга? Неужели Скарамучча настолько отвратительный человек, что не может хотя бы с уважением отнестись к чувствам других? В тот день Сиканоин однозначно решил, что этот парень – последнее ничтожество на планете.

***

      Кадзуха не мог вымолвить ни слова после ухода Скары. Он стоял в ступоре, не отводя глаз от направления, куда ушёл парень, в то время как его друг прожигал в нём дыру злобным взглядом, требующим объяснений. Каэдахара бросил лишь короткое «пошли» и парни покинули порт.       - Кадзуха, как это вообще получилось? - уже немного успокоившись, спросил Хэйдзо.       Светловолосый вздохнул и рассказал, как они встретились в кофейне, как его захлестнули чувства, как они случайно переспали и Скара потом извинился, а Кадзуха решил дать ему второй шанс.       - Знаешь, я не верю, что он может просто повзрослеть и резко стать таким добрым и хорошим.       - Конечно, это не произойдёт так быстро. Ты даже не представляешь, какой он травмированный… Я поверить не могу, сколько ему пришлось пережить. Но он старается, он ходит к психологу.       - А ты у нас что, мать Тереза?       - В каком смысле?       - Ну зачем тебе этот больной подросток? Можно же строить здоровые отношения с нормальными людьми. Ты мне рассказывал про коллегу из кофейни, он кажется довольно хорошим.       - Хэйдзо!! Ты совсем ничего не знаешь о любви?! Нравится мне Скара и всё, ничего не могу с этим сделать! - Кадзуха редко кричал на друга, поэтому Хэйдзо немного опешил.       - Неужели… настолько сильно?       - Как видишь…       Эмоции остыли и парни уже спокойно шли по набережной Облачного моря. Хэйдзо начал рассказывать про своё дело и преступника, которого он ищет. Конечно, ему нельзя было особо распространяться, но в общих чертах сказал, что он занимался каким-то черным бизнесом.       Каэдэхара рассказывал про работу и какие-то наметки для рассказов, но диалог как-то не клеился. Недосказанность и невыраженные эмоции так и висели в воздухе, не давая покоя друзьям. Кадзуха всё таки не выдержал.       - Зачем ты сказал ему про бинты? - он старался задать вопрос как можно спокойнее, но не смог скрывать обиды.       - Прости - коротко ответил Хэйдзо - Я был так зол и… не контролировал, что говорю. Хотелось сделать что-то такое, чтобы вы насвегда разошлись.       - Ну спасибо. Очевидно, нас ждёт разговор об этом дома.       - Правда, прости - Сиканоин говорил это искренне - Ты всё ему расскажешь?       - Думаю, да - после некоторого колебания ответил Кадзуха - Если я хочу строить с ним серьёзные отношения, то я должен быть честен. Может, ему тяжело будет это принять, но я не смогу жить с этим и дальше один.       - Да какая разница тяжело ему будет или нет?! А нам каково было? Если ты и правда хочешь быть с ним, то ему стоит знать. - в голосе Хэйдзо звучала злость.       - Ты всё ещё против этих отношений, да? - Кадзуха уже не был обижен, он лишь очень хотел сохранить и старого друга, и любимого парня.       - Мне сложно что-то сказать. Всё это так неожиданно… Кто угодно, только не Скарамучча, но нет… Правда, не могу ничего сказать, мне надо пожить с этой информацией.       Парни решили пока закрыть эту тему и насладиться прогулкой. Кадзуха показывал Хэйдзо город, который уже успел узнать, потом они зашли в бар выпить немного пива. Сиканоин делился новостями с родины, рассказывал, как поживают их знакомые и родители Кадзухи, а тот жаловался на тяготы жизни в эмиграции.       Чем больше времени проходило, тем тревожнее становилось Каэдэхаре, ведь близился разговор со Скарой. Он мог надеяться на то, что парень не придаст этому значения и они будут жить как прежде, но, судя по его реакции в порту, маловероятно.

***

      Стук входной двери вывел дрожащего парня из оцепенения. Скара не ожидал, что Кадзуха может сегодня вернуться, думал, он останется где-нибудь с Хэйдзо. Сиканоин ведь его лучший друг, а Скарамучча кто? Скорее всего самый ужасный человек в его жизни.       - Скара, ты дома? - по интонации было слышно, что Каэдахара переживал за состояние парня.       - Да - еле слышно выдавил из себя тёмноволосый.       Кадзуха понял, что звук шёл из спальни, и направился туда, по пути снимая пальто. Он увидел Скару сидящим на кровати, поджавшим коленки к груди и сильно сжимающим телефон в руках. Его лицо снова потеряло румянец и на щеке красовался лишь свежий синяк, а на искусанной губе виднелась капелька крови.       - Скар, ты как? - нежно спросил светловолосый, присаживаясь на кровать рядом с ним.       - Я в порядке - словно робот произнёс парень - Как вы погуляли?       - Сойдёт. Хэйдзо… ему нужно время чтобы привыкнуть. - Кадзухе и самому отчаянно хотелось в это верить, поэтому и говорил так.       - Ты не думаешь, что мне стоит знать? - тон Скарамуччи по-прежнему оставался железным, словно его душа и чувства были за толстым заслоном, а тело действовало как бездушная марионетка.       - Знать… о чём?       - О твоих бинтах - мир Кадзухи в этот момент рухнул, а Скара будто и не заметил - Я не спрашивал, потому что думал, это личное или такой стиль. Зачем Хэйдзо про это сказал? Это касается меня?       - Послушай, это… - парень посмотрел на потолок, но не смог сдержать покатившейся слезы, а затем ещё.       Он слегка прикусил губу и старался подобрать слова, но слёзы заслонили все остатки рассудка. Кадзуха очень давно не плакал. Он считал себя самым сильным, светлым и добрым человеком, помогал другим людям переживать их боль, а свою прятал глубоко-глубоко.       Пока он был с Хэйдзо, больше чувствовал злость и желание защитить свои отношения и чувства, доказать другу, что он не прав. Сейчас же он осознал, что произошло буквально самое худшее, что могло произойти в его жизни.       Вспоминать тот день было очень больно. Говорить об этом ещё больнее. Последний раз Кадзуха делал это у психолога и ревел всю сессию. Рассказать любимому человеку, что из-за него хотел покончить с собой… Парень не знал, как с этим справиться. Внезапно Кадзуха почувствовал себя таким слабым и беспомощным.       Внутри Скары что-то надломилось, когда он увидел слёзы этого всегда спокойного и мудрого парня. Он понял, что задел самую тонкую струну его души, да ещё и таким грубым тоном. Вот только в его семье не принято было плакать, поэтому он совершенно не знал, что делать, и продолжал сидеть в той же позе, крепко сжимая телефон.       - Эм, Кадзуха, прости, если это перебор. Можешь не рассказывать - уже более мягким голосом сказал он.       - Нет, тебе правда стоит знать - тихо произнёс Кадзуха - Прости, просто я… сейчас…       Пока парень старался прийти в себя, Скарамучча задумался, чем он может помочь Кадзухе. Когда Скара сам плачет, ему нужно, чтобы его оставили в покое.       - Может, мне отойти? - аккуратно спросил он, ещё сильнее кусая губу.       - Нет, нет, зачем? - Кадзуха вновь провёл руками по лицу, убирая бесконечные слёзы - Скара… лучше обними меня.       Это сложно было сказать словами. Каэдэхара с детства привык, что его кто-то обнимает и утешает. Видимо, Скарамучча был из совершенно другой вселенной и его нужно было попросить об этом, но от этого Кадзуха чувствовал себя ещё более разбитым.       Обнять…? Он хочет, чтобы я к нему прикоснулся в такой момент…? Как же это неловко…       Скара наконец выложил телефон из рук и подвинулся поближе к парню. Немного замешкав, он аккуратно прижал Кадзуху к себе так, что его влажное лицо уткнулось ему в грудь, и легонько погладил его по голове. Каэдэхара в ответ прижался ещё сильнее, обнимая того за спину и шумно втягивая воздух. На лице тёмноволосого выражалось недоумение высшей степени.       Оказавшись в объятиях этого хрупкого и закрытого парня, утыкаясь носом в костлявую грудь и чувствуя, как тонкие руки неуверенно, но всё сильнее прижимают его к себе, Кадзуха почувствовал нечто невероятное. Если бы в тот день Каэдахара мог узнать о том, как сложится его будущее, рассказывать было бы нечего.       Спустя некоторое время Кадзуха перестал плакать и поднял взгляд на Скарамуччу. У того на лице была смесь эмоций из ужаса, жалости, тревоги и удивления. Скара никогда не был так близок к кому-то, не сталкивался с чьими-то чувствами. Он от своих-то всю жизнь бежал.       - Прости меня, Скар, это очень болезненно для меня. Я думал, смогу рассказать без слёз, но как видишь… - шмыгая носом, Каэдэхара отстранился от парня.       - Знаешь, я уже сомневаюсь, что тебе нужно об этом говорить - вновь надев безэмоциональную маску, проговорил Скара.       - То, что мне больно, не значит, что не стоит об этом говорить - тяжело выдохнул светловолосый - Это правда касается тебя напрямую.       Возможно Кадзуха произнёс это слишком резко, но по какой-то причине у Скарамуччи волосы стали дыбом и кровь заледенела. Поначалу, конечно, он был зол и хотел знать, что Хэйдзо имел в виду, но сейчас… ему так сильно хотелось убежать и ничего не слышать. Решив не оттягивать время, Кадзуха продолжил.       - Помнишь твой день рождения в 8 классе?       - Помню - еле слышно ответил Скара.       Это был самый ужасный день. Я не знаю, зачем тогда его оттолкнул и накричал, ведь он всего лишь хотел меня поздравить. Наверное, надо извиниться… но блять! Как я ненавижу это делать!       - Ты тогда… был не в настроении наверное…       - Я был идиотом, Кадзуха, прости меня - быстро проговорил Скара.       - Может… А я… А я… - в горле снова образовался ком и Кадзуха не мог выговорить слова.       Неожиданно Скарамучча взял его за руку и сочувственно посмотрел в глаза, желая поддержать.       - Я был до жути влюблён в тебя тогда - наконец выговорился Каэдэхара.       - Ч-что… - Скара так и остался сидеть, вцепившись в руку светловолосого и с выпученными глазами - Но… я же был отвратительным человеком. Ты должен был ненавидеть меня…       - Знаю, но что-то меня зацепило в тебе, ещё и гормоны подростковые… Ты всем видом показывал, что презираешь меня, а я мечтал быть с тобой. Мне было безумно унизительно признаться в этом даже себе.       В комнате повисло недолгое молчание и Кадзуха начал развязывать свои бинты. Скарамучча затаил дыхание. Для Каэдэхары это был довольно интимный момент, ему было стыдно показывать шрамы даже тем, кто об этом знал. Он считал их клеймом своей юношеской наивности.       Скарамучча сидел с таким видом, будто его облили ледяной водой и швырнули головой об стену. Ведь он догадывался тогда, что Кадзуха неравнодушен к нему, но только ещё злобнее издевался над ним. Он отрицал свою ориентацию, отрицал свою ненависть к себе, обиду на родителей и переводил все чувства в отвращение к бедному мальчику.       Повзрослев, Скара задумался о том, какие последствия могло иметь его поведение и жгучая ненависть к себе разгоралась с большей силой. Сейчас же, прямо увидев, сколько боли он причинил этому человеку, Скаре больше всего хотелось сломать себе что-нибудь, желательно шею.       - Мне… очень жаль. - наконец выдавил из себя Скара, осторожно прикоснувшись пальцами к левой руке с неровно затянувшимся длинным шрамом - Кадзуха, как ты можешь вообще смотреть на меня?       Вместо ответа Кэдэхара поцеловал его. Медленно углубляя поцелуй и обнимая руками за шею. Сейчас он был такой беззащитный перед главным злодеем своей жизни. Его шрамы открыты и поцелуем он показывает, что несмотря на всю боль, до безумия любит Скарамуччу.       Тот же отвечал неуверенно, словно сомневаясь в вменяемости своего парня. Не может существовать такой любви. А если и существует, то Скара - последний, кто её заслуживает.       - Кадзуха, подожди, я не могу - прервав поцелуй и со сбитым дыханием проговорил тёмноволосый - Мне очень стыдно.       - Скара…       - Я тоже кое-чем поделюсь - прочистив горло, сказал Скара, положив свою руку на запястье светловолосого, которое всё ещё было у его лица. - Почему я тогда так резко отреагировал…       - Да?       - Я подумал, что ты зовёшь меня на свидание, что я тебе нравлюсь. Тогда я не мог принять свою ориентацию, потому что старался быть идеальным сыном для своих родителей, и меня вся эта ситуация напугала. Это не оправдывает меня, не стоило быть таким грубым. В общем, прости.       - Хорошо. Я понимаю тебя. Всё хорошо, правда - и Кадзуха снова утянул парня в поцелуи, повалив на спину.       Скарамучча был готов расплакаться от того тепла, что ему отдавал этот бесконечно светлый парень. И он решил полностью ему отдаться. Впивался в него зубами, руками цеплялся за крепкие мышцы на спине, оставляя следы от ногтей. Не сдерживал стонов от ощущений, когда его член тёрся о пресс Каэдэхары.       Кадзуха чувствовал освобождение и его это пьянило. Он действительно овладел этим парнем, своей школьной мечтой. Он мог целовать его бесконечно, целовать каждый сантиметр его тела, оставлять следы от укусов. Скара наконец стал его.       Скарамучча резко выскользнул из под него и толкнул Кадзуху на спину. Пока тот не успел ничего сообразить, Скара запрыгнул на него и принялся покрывать мускулистую грудь поцелуями, постепенно спускаясь вниз и расстёгивая его ширинку.       - Ты… ах       - Тш, не всё же тебе меня ублажать - томным голосом произнёс тёмноволосый и провёл языком по его члену.       Каэдэхара замычал от удовольствия, когда тот начал двигаться вверх и вниз. Скара очень редко это делал. Когда он с кем-то трахался, для него был важен собственный комфорт. У него никогда не возникало желания просто сделать кому-то приятно.       Но Кадзуха… этот парень вызывал у Скарамуччи бурю непонятных ему эмоций. Желание заботиться, страх потерять. Он больше не хотел причинять Кадзухе боль, вместо этого хотел сделать его счастливым.       Сейчас им казалось, что они обрели нечто вечное, что никогда не разрушится. Они мечтали раствориться друг в друге, словно подростки, впервые влюбившиеся, изучать друг друга и никогда не отпускать.

***

      На следующий день, пока Кадзуха был на работе, Скарамучча сидел дома и как обычно листал соцсети. Он очень удивился, когда получил уведомление на электронную почту, которой почти не пользовался. Это даже был не спам, а письмо с текстом от конкретного отправителя, правда с неизвестным адресом.       «Ты должен всё вернуть. Меня хотят скоро выпустить. Обязательно свяжись с Дотторе и попроси его о помощи. Я полагаюсь на тебя, сынок»       Скару передёрнуло.