Тебе придётся признать

— А что они едят? — конечно же, вопросов от Фэн Синя стало только больше. Му Цин закатывает глаза, очень и очень тяжело вздыхая. — Это всё ещё мои волосы. Какого черта они должны есть что-то особенное? — Но… — глупо моргает Фэн Синь, как будто это Му Цин не понимает что-то совершенно очевидное. — Они же змеи? — И что?! «М-м-м, я бы сейчас съела тех крылышек из доставки. Помните?» — мечтательно вздыхает Жасмин, едва ли не причмокивая от одних только воспоминаний. Девочки, конечно же, никак не могли проигнорировать возможные угощения, начиная говорить одновременно с ним. Заполняя голову Му Цина восторженным гомоном своих голосов. «А мне сладенького хочется» — воодушевленно щебечет Колокольчик, всегда падкая на всё мучное — и не только — и обязательно с большим количеством сахара. «Нет-нет-нет, те острые закуски вот прям самое оно» — тут же протестует Фиалка, уверенная, что её выбор самый лучший. — Нет, — категорично отрезает Му Цин, повышая голос, то ли стараясь обрубить на корню дальнейшие возражения Фэн Синя, то ли пытаясь заставить девочек замолчать. Ведь они настолько разбушевались, что у Му Цина, кажется, вот-вот начнется мигрень. — Они ничего не будут. Секунду Фэн Синь просто ошеломленно смотрит, приоткрыв рот от удивления, ведь он даже ещё не успел ничего сказать. А потом как-то сразу весь сникает, сокрушенно пробормотав: — А я хотел угостить их мармеладками. И на одну короткую секунду Му Цину действительно становится неловко за свою реакцию, но это уже был бы не он, если бы так легко отказался от своих же слов. Поэтому Му Цин лишь фыркает и показательно отворачивается, разворачиваясь обратно на своем стуле. И всё же — вновь уставившись на школьную доску, — сердце Му Цина невольно сжимается и возможно — только возможно — одна крохотная мысль о том, что ему стоит быть немного помягче, всё же просачивается в его сознание. И за своими переживаниями ни он, ни Фэн Синь не замечают того, как проворная Колокольчик всё же утаскивает одну мармеладку прямо из протянутой руки.

***

— Ладно, ты можешь задать один вопрос, на который я честно отвечу, — Му Цин всё же решает, что Фэн Синю можно дать один крошечный шанс. Он всё ещё боится «открыться», слишком хорошо помня, как к нему всю жизнь относились, да и до сих пор относятся, «обычные» люди, но Фэн Синь за всё это время так и не сделал ничего плохого. Да и девочки обычно никогда столь открыто не проявляли ни к кому такую явную симпатию. Фэн Синь ошарашенно хлопает ресницами, явно даже не думая, что ему решат пойти навстречу, но, слава всевышнему, довольно быстро берет себя в руки: — Какие у них — Фэн Синь нежно чешет под подбородком потянувшуюся к нему Жасмин. — любимые цвета? Ну если у них есть предпочтения. — Ты тратишь свою единственную возможность на такую глупость? — возмущенно восклицает, хмурясь, Му Цин, действительно искренне не понимая подобного решения. Ведь Фэн Синь мог бы спросить что-то действительно стоящее. Что-то, что заставило бы пожалеть Му Цина о своем решении, больно ударив последствиями. — Мне кажется, что-то серьёзное ты не захотел бы мне вот так просто рассказать, — беспечно пожимает плечами он, всё ещё почесывая под подбородком каждую змейку, которая тянется к нему, требуя ласки. Справедливо. Му Цин и правда был готов в любую секунду послать к черту, если бы Фэн Синь слишком нагло переступил невидимые, но четко очерченные границы. Но, когда уже даже всегда подозрительная Фиалка несмело вытягивает свою мордочку навстречу чужой руке, то Му Цин окончательно решает, что оно того стоит. «Скажи. Скажи, что мне нравится желтый, ну или оранжевый» — настаивает Колокольчик в его голове. «А мне… Мне нравится красный» — смущенно бормочет Жасмин, наверняка, сама тут же розовея своими малюсенькими щёчками. «Фиолетовый очень красивый цвет» — радостно вклинивается Одуванчик, готовая поддержать любой разговор. Остальные змейки молчат, видимо, не считая, что это настолько уж важная информация. Но Му Цин уже давно заметил, что Фиалка чаще всего засматривается на бирюзовые вещи, когда как Лютик отдает предпочтение простому лаконичному черному. Конечно же, Му Цин не собирается передавать всё слово в слово, но тем не менее быстро и отрывисто сообщает, показывая поочередно на каждую змейку, что же им нравится. И только видя, как неподдельной радостью и восторгом загораются глаза Фэн Синя, когда ему действительно отвечают, Му Цин понимает, что прямо сейчас он фактически проболтался о том, что действительно разговаривает со своими собственными волосами. Правда Фэн Синь не смеется, не издевается и даже не делает какого акцента на этом, как будто ничего необычного не происходит, будто Му Цину не нужно переживать, что его же слова мгновенно обернутся против него. И Му Цин, уже задеревеневший от ужаса, сразу же расслабляется, допуская одну лишь крохотную неосторожную мысль, что, возможно, в этот раз у него все может получиться.

***

— Вот бы я тоже мог с ними разговаривать, — практически скулит Фэн Синь, когда они уже выходят из дверей школы. В последнее время Фэн Синь стал часто провожать Му Цина после уроков до поворота, где их пути расходятся. И это почему-то не раздражало. Возможно, Му Цину даже нравились эти неспешные прогулки, в почти комфортной тишине? Фэн Синь не всегда болтал без умолку и такие моменты Му Цин по-настоящему ценил. Но сегодня явно был не его день. — Или различать. Они наверняка разные, но я не могу найти отличий, — Фэн Синь сокрушенно вздыхает, а Му Цин лишь закатывает глаза. — Даже не надейся, что я тебе покажу каждую и назову её по имени. Фэн Синь останавливается и Му Цину тоже невольно приходится притормозить. — Так у них всё же есть имена, — радостно восклицает Фэн Синь, довольный тем, что его догадка подтвердилась. Жар тут же опаляет щёки Му Цина. Твою же ж мать, в какой момент он начал разбалтывать все свои секреты. — Нет, — категорично отрезает Му Цин. — Но да же, — Фэн Синь, конечно же, не сдается. Девочки радостно жужжат над ухом. Готовые разболтать свои имена в ту же секунду, если бы они умели говорить в общепринятом понимании. «Цыц, мы всё ещё недостаточно ему доверяем» — и только Фиалка вторит мыслям Му Цина, осаждая своих слишком беспечных сестер. Но дело не только в недоверии. Конечно, Му Цину нужно ещё какое-то время, чтобы пообщаться и действительно узнать Фэн Синя. Уже как друга. Но, господи, у него даже язык не поворачивается озвучить то самое нежное сокровенное, которое тут же обнажит его душу. Свою привязанность к кому-то всегда так сложно обличить в слова. Нет уж, Фэн Синь может прожить и без этой информации. — Нет, тебе показалось, — они уже дошли до нужного поворота и Му Цин просто переходит через дорогу, не давая Фэн Синю и шанса продолжить этот бессмысленный спор. Ему придется запастись терпением, если Фэн Синь и правда хочет узнать всё то, что Му Цин не готов кому-либо так просто рассказать.