Терпение

Тонкие пальцы медленно ведут по бледной коже, а губы сладко шепчут на ухо слова восхищения. Губы мягким поцелуем касаются розоватой щеки, а, после и уголка чужих губ, утягивая в медленный поцелуй. Пьер кладет ладонь на ланиту блондина, словно пытаясь скрыть этот интимный момент, лишь бы партнеру было комфортно. Но, кажется, даже так Уильям всё ещё выглядит смущенным. Язык осторожно толкается в чужой рот, перед этим скользя по резцам зубов Лиама. С уст срывается томный выдох, а их языки соприкасаются. Свободная рука касается подушечками пальцев торса блондина, спускаясь вниз к животу. Он ведёт нежными касаниями от пупка к паху, от чего чужое тело вздрагивает в удовольствии и лёгком возбуждении. От наслаждения внутри разгорается пламя, а Уильям уже более раскованно позволяет французу властвовать над своим телом. Он кладет руки на талию Пьера, слегка сжимая её. Воздуха от поцелуя не хватает, что вынуждает обоих прерваться. Сенье спускается такими же краткими поцелуями к шее блондина, вдыхает лёгкий аромат духов англичанина и задерживается на доли секунд. Возбуждение давно завязало плотный узел в паху и как же ему хочется, наконец, получить желаемое. Хочется впиться в эту бледную кожу, окрасив её багровыми отметинами. Хочется ласкать это тело, заставляя Уильяма прекратить сдерживать себя. Хочется заполучить англичанина в собственные владения. И Пьер не может более сдерживать себя, хоть и пытается изо всех сил. Между ними негласный уговор: француз сегодня обещал быть нежен. Губы медленно переходят с шеи на ключицы, выцеловывая уже и их. Уильям снова лишь выдахает. Зелёные глаза внимательно наблюдают из под полуприкрытых век, а уголки губ приподнимаются в лёгкой улыбке. Кажется, он более чем доволен тем, что смог убедить Сенье постараться держать себя в руках. Одна из рук англичанина, что касается талии француза, плавно переползает к его шее, а, потом, и подбородку, заставляя Пьера посмотреть в свои глаза. - Ты молодец, - хвалит его Темзенд. Пьер лишь бросает тихое "угу", после чего вновь льнёт губами к чужому телу, уже в районе торса. Пальцы ловко цепляют резинку чужих трусов, стягивая их с Лиама, пока сам Сенье продолжает одаривать англичанина множеством поцелуев. Темзенд тянется за смазкой, пока вторая рука с талии перемещается на чужую ягодицу. Пьер поднимается обратно к чужим губам и с лёгкой улыбкой целует Уильяма. Их губы вновь соединяются, а языки возвращаются в неоконченный ранее танец. Пальцы француза касаются головки члена, слегка сжимая её, и ползут вниз. Темзенд равно выдыхает воздух прямо в поцелуе. Он на ощупь наливает на свои пальцы смазку и кладет руку меж ягодиц француза. Пьер упирается рукой на кровать около чужой головы, а сам спускается к уху Уильяма, начиная чуть-ли не мурча говорить ему на французском. - Même mille étoiles ne peuvent éclipser ta beauté, mon amour... (Даже тысячи звёзд не способны затмить твою красоту, моя любовь ) Пальцы Темзенда касаются колечка мышц, размазывая вокруг смазку и Пьер шумно выдыхает прямо на его ухо. Лёгкое нажатие и один палец проникает внутрь, срывая с чужих уст тихий стон. В отличие от Сенье, Лиам гораздо сдержаннее и может позволить себе не торопиться. Но вот Пьер, с трудом держа себя в руках, припадает к шее англичанина, цепляясь за неё губами. Второй палец добавляется достаточно быстро, заставляя шатена вновь издать замысловатый звук. Уильям же начинает медленно двигаться ими внутри Сенье, то надавливая на стенки, то раздвигая их по типу ножниц внутри. Он прекрасно понимает на сколько сейчас тяжело французу, но на любые чужие попытки проявить страсть, отвечает тем, что прекращает движения. И Пьер уже готов взвыть от возбуждения, готов послать всё куда подальше и накинуться, словно дикое животное. Но нельзя, ведь тогда Лиам всё прервёт и желаемого не получит ни один из них. Вторая рука Уильяма берет Пьера на уровне бедер и слегка тянет на себя, указывая расположиться на уровне своего паха. Сам же Сенье от возбуждения поджимает губы, и недовольно хмыкает. Пальцы продолжают сжимать член блондина, лаская его движениями вверх-вниз, обводя головку и задерживаясь большим пальцем поверх уретры. Но в какой-то момент внутри становится пусто и Сенье вжимается в чужое плечо. Его запястья касается рука англичанина, убирая достаточно цепкую хватку с члена. А ладонь ложится на грудь, заставляя Пьера выпрямиться в спине и, наконец, оторваться от попыток исцеловать каждый сантиметр чужого тела. Уильям кладет ладони на талию Сенье и слегка давит ими вниз, упираясь головкой члена в колечко мышц. И, кажется, проходит целая вечность, прежде чем по телу француза медом растекается удовольствие. На губах шатена проскальзывает улыбка одновременно с вырывающимся из уст стоном. Темзенд на это лишь бросает удовлетворённый взгляд в голубые глаза. Он даёт немного времени Пьеру, чтобы тот привык, лишь после этого подаёт бедра вверх, делая первый толчок. И Пьер не скупится на очередной стон, а потом и на свои движения. Он встречно опускается вниз, насаживаясь на член так глубоко, как это возможно. Темзенд слегка хмурит брови и сжимает талию француза, намекая на то, что своевольничать тот будет явно не сегодня. - Ну Уил, - возмущается Пьер. - Без ну, тебя что-то не устраивает? На это Пьер лишь закатывает глаза и цыкает. Но даже так, Уильяму нравится подобная реакция. Он любит смотреть, как Сенье старается ради него, есть в этом свой шарм. И в качестве своеобразной награды за такое, Темзенд продолжает двигаться, уже более резкими и частыми толчками. Пьер опускается вниз, опираясь на обе свои руки, что лежат по бокам от головы Уильяма. Он не скупится на стоны и периодически тянется к шее англичанина, но лишь для того, чтобы коснуться её своими губами. Всё же держать себя в руках гораздо сложнее, чем он ожидал. А блондин ещё и масло в этот огонь подливает, смотря на Сенье строгим изучающим взглядом, словно пытаясь подловить того на любой ошибке. И в конечном итоге так и происходит: Пьер ошибается. Попытка оставить багряный след на шее Темзенда оборачивается резким ощущением пустоты сзади. Голубые глаза распахиваются в злобе и панике одновременно. Хотелось закричать отборным французским матом, или же просто сделать всё самостоятельно. Но он сдержал этот порыв и лишь выдал короткое "извини, забылся" неловко улыбаясь. Уильям вздохнул, но решил спустить все с рук в этот раз Пьеру. Уж слишком они далеко зашли, дабы прерываться. Вновь резкий толчок, которым Темзенд вошёл обратно. Очередной громкий стон прозвучал в комнате, а затем ещё один, когда пальцы англичанина коснулись его члена, сжимая в области головки. Уильям начал двигаться рукой в такт собственных толчков, заставляя Сенье окончательно уронить голову на свое плечо. Вторая рука вновь надавила на талию, позволяя французу, наконец, взять часть инициативы и на себя. На лбу проступили капельки пота, заставляя и без того кудрявые пряди виться сильнее. И Пьер наконец окончательно отдался этому удовольствию, двигаясь навстречу чужим бёдрам, пока узел внизу живота, наконец, не развязался. Белесая жидкость брызнула на живот англичанина, а мышцы сжались в порыве оргазма. И такая теснота внутри не обошла и Уильяма стороной: он излился внутри француза, с приглушённым с трудом сдерживаемым стоном. Пьер слез с Темзенда, устало падая рядом с ним. Всё-таки терпение стоило того...