Грань сна

Маки только распустились, погружая одних в воспоминания о поле боя, а других заставляя вспоминать о таких же красных волосах старшего сына Герцога Хенитьюз. Маки объяли всё пространство, вплоть до ворот, ведущих в Лес Тьмы, и лишь в некоторых местах не было ярко-алых, будто кровь, бутонов. Волосы цвета крови разметались по подушке, пока человек спал. Белая подушка создавала яркий контраст с алым цветом волос, а бледная кожа из-за яркости волос выглядела лишь чуть темнее постельного белья. Комната была погружена в полумрак, и уже взошедшее солнце не могло проникнуть в комнату из-за закрытых занавесок. Комната была оформлена в светлых тонах, и лишь некоторые детали выделялись более тёмными оттенками. Заваленный бумагами стол и расставленные по полочкам вещи показывали, что в комнате живут. Басен ещё раз попытался сбросить наваждение, но у него никак не получалось - он так и застыл, смотря на своего старшего брата. Тот был божественно красив, несмотря на то, что отрицал любую причастность к богам. Кейл, нет, Ким Рок Су был красив не только внешне, но и душевно. И как бы Басен не пытался, у него не получалось выбросить его из головы. Какие бы аргументы Басен не пытался придумать, его сердце находило всё больше и больше намёков на возможность таких отношений. Он не раз пытался убедить себя, что Кейл - его старший брат, но всё разбивалось об осознание того, что они сводные, но никак не родные. А после того, как он узнал, что в теле его старшего брата находится другой человек, последний аргумент на то, что Кейл считает его младшим братом, рассыпался, как карточный домик. "Сердцу не прикажешь" - так говорила Матушка. Вот и Басен не мог приказать сердцу не любить Рок Су. Он отвёл взгляд от Кейла, ведь тот вызывал неправильное желание защитить его. Неправильное - от того, что тот сам кого захочет защитит. Глаза сами собой снова остановились на худой фигуре: он скользил взглядом по поднимающейся от дыхания грудной клетке и наткнулся на голую, из-за расстегнувшейся пуговицы, кожу. Практически белая кожа будто сияла под тусклым светом, завораживая. Она будто бы просила оставить на ней парочку меток. Мелькнула мысль, что другие могли видеть и другие участки голой кожи. От этой мысли во рту стало кисло и в груди свернулось странное чувство. Он сделал шаг, затем ещё один, стараясь идти как можно тише, чтобы ненароком не разбудить спящего человека. А человека ли? Мелькнул вопрос в голове. Тогда это объяснило бы практически неземную красоту Кейла. Он покачал головой, прогоняя эту мысль. Ему не хотелось становиться похожим на этого безумца Клоппе, но что-то внутри любезно подсказывало, что он уже хуже того. Он сел на краешек кровати и, неожиданно даже для себя, коснулся лица Кейла. Провел рукой от скулы к губам. И именно на этом прикосновении он понял, что делает, и отдернул руку. Басен приложил пальцы, которыми касался губ возлюбленного, к губам, от чего к щекам прилил жар. Басен прижал руки к щекам, понимая, что если сейчас кто-либо увидит его, то поймет без лишних слов, а он и оправдаться не сможет. Один Кейл, как всегда, ничего не поймет. Эта мысль скользнула в сознание незаметно, а он лишь усмехнулся. Уже все в семье поняли, что в своих чувствах Кейл разбирается так же плохо, как и в чужих, когда те направлены на него самого. Он вздохнул, вспоминая причину своего прихода сюда. Отец послал его отдохнуть. Как же он был удивлён, когда оказалось, что в построенном особняке сейчас никого нет, кроме Ганса. Басен цыкнул на такую беспечность. А если бы на Кейла напали? Он не думает, что один дворецкий сможет защитить его самоотверженного братца. Басен потряс головой, когда понял, что мысли снова заходят в сторону беззащитности Кейла. Он почувствовал касание к своему плечу и, подняв голову, столкнулся взглядом с глазами винного оттенка. Он тут же испуганно отшатнулся, понимая, что за ним наблюдали как минимум минут пять, если не больше. - Что ты тут делаешь? - Спросил Кейл хриплым голосом. По спине Басена пробежали мурашки и жар собрался у щёк и паха. -Какая интересная реакция. - Шепнул Кейл, прикасаясь к его паху. Басен дёрнулся и открыл глаза: он находился в своём кабинете. Судя по всему, уснул за разбором документов. Он покачал головой, думая о концовке своего сна, и коснулся губ. Ничто не мешает ему и в правду навестить старшего, не так ли? Он усмехнулся и взялся за документы. Быстрее закончит, быстрее приедет в деревню Харрис.