Для прочтения сжечь

      — Себастьян, открывай сейчас же! — в дверь забарабанили с такой силой, что, казалось, она вот-вот сорвется с петель.       Ив подлетела на кровати и поняла, что, кажется, падает, но так и не долетела до пола, схваченная за предплечье.       Она вскрикнула от боли — так и руку вывихнуть недолго — и тут же услышала хриплое «прости».       Видимо, они так и уснули в обнимку той ночью, хотя последнее, что Ив помнила, как Себастьян рассказывал одну из историй, приключившихся с ним ни то в Бостоне, ни то в Портленде, и делал он это абсолютно точно не в этой комнате…       — Доброе утро, — прошептала Ив, поняв, что улыбается.       — Доброе, — Себастьян, кажется, хотел было притянуть ее ближе, но стук, а, вернее, избиение несчастной двери повторилось. — Поппи сейчас дверь выбьет, — проворчал он и неохотно поднялся с постели.       Его одежда, которая явно не была предназначена для сна, вся измялась, но отчего-то в арсенале волшебников так и не появилось заклинаний для глажки, поэтому Ив только хихикнула. Себастьян скривился, поняв, должно быть, в чем причина ее веселья.       Поппи влетела в квартиру, едва не сбив ее хозяина с ног.       — Ив ищут! — выпалила она и удивленно ахнула, увидев подругу, которая тоже уже вышла из спальни, кутаясь в клетчатый плед.       — Ты очнулась? — с облегчением Поппи рухнула на стул. — Слава Мерлину, Ив! Ох…       — Давай-ка успокойся и объясни нормально, — подавая девушке стакан воды, сказал Себастьян. — Почему ты такая запыхавшаяся?       — Ошиблась с улицей, трансгрессировала не туда, пришлось бежать, — отмахнулась она и в несколько крупных глотков выпила воду. — Как ты, Ив? Ничего не болит?       Ив улыбнулась и покачала головой.       — Это просто замечательно, поэтому перейду сразу к делу. Джонатан сказал, что тебя искали в больнице Святого Мунго. Я виделась с ним только что, и он рассказал кое-что странное. В общем, позавчера к ним в канцелярию попал запрос о том, что некий мистер Уайт разыскивает девушку, по описанию похожую на тебя, и, что самое необычное, в запросе упоминалось ножевое ранение. Джонатан потому и запомнил это: все же волшебники обычно сами в состоянии справится с такими мелочами, — она нервно хихикнула, — а здесь… В общем, ему это показалось забавным, и он рассказал мне.       — Мистер Уайт…? — Себастьян вопросительно посмотрел на Ив.       — Я не знаю никого с такой фамилией.       По спине пробежал холодок, а перед мысленным взором возникли бледные глаза.       — Мне показалось, это важно, — словно извиняясь, пробормотала Поппи, и Ив торопливо закивала.       — Все в порядке, я просто… — Ив запнулась и умоляюще посмотрела на Себастьяна.       — Знаете, я, пожалуй, пойду приведу себя в порядок, — растрепав еще сильнее и без того лохматые после сна волосы, он поспешил оставить их наедине.       Ив села напротив подруги.       — Думаю, ты очень хочешь знать, что происходит…       В следующие четверть часа, умолчав о некоторых событиях, которые подвели ее к неприятной встрече в злосчастном переулке, Ив рассказала о том, что с ней случилось. Даже так ей казалось, что она подвергает Поппи неоправданным рискам, но все же мисс Свитинг не была беззащитной овечкой, тем более они давно сговорились, что если Ив приводит в исполнение один из их планов — «Мантикора» была далеко не единственным — то Поппи имеет право знать хотя бы часть происходящего.       — И тебе не странно, что он воспользовался ножом? Он явно не боится использовать непростительные заклятия, поэтому вполне мог применить Круциатус или Империус, чтобы вытянуть из тебя что-то…       — Как раз это мне ясно… Думаю, расчет был на то, что я истеку кровью в том переулке и умру, но для тех, кто обнаружит мое тело, это будет выглядеть как рядовое магловское убийство. Возможно, даже вышедшее из-под контроля ограбление или изнасилование… Или он просто садист, и ему нравится смотреть, как из человека по каплям вытекает жизнь… Да и сыворотка правды надежней даже Круциатуса.       — Ты так спокойно говоришь об этом, — прошептала Поппи. Ив не ответила: воспоминания о произошедшем были словно и не ее вовсе. — Но почему ты трансгрессировала к Себастьяну? — Не в Мунго, не к Министерству, а сюда…       — Поппи, я думаю, — Ив улыбнулась, — ты прекрасно знаешь ответ на этот вопрос, хоть он тебе и не нравится.       — Ну, не нравится — это сильно сказано, — задумчиво проговорила Поппи. — Просто… после всего… О, кстати! — она вдруг зарылась в перекинутую через плечо сумку, которую забыла снять.       — Я понимаю твои сомнения, — глядя, как подруга что-то ищет на дне этого бездонного колодца, сказала Ив, — но не стоит. Все в порядке, правда.       Наконец, Поппи выставила на стол несколько пузырьков с каким-то зельем. Стекло было темное, оттого о содержимом можно было только догадываться.       — Это укрепляющий отвар. Я попросила у Джонатана, он сказал, что это вмиг поставит тебя на ноги.       — Спасибо, — Ив снова улыбнулась и, взяв пузырек, покрутила его в пальцах. — Мне это и впрямь пригодиться.       Ив откупорила пробку и залпом выпила содержимое.       — Ну как? — опасливо спросила Поппи.       — Неплохо, совсем даже, — памятуя о гадости, подсунутой Себастьяном накануне, призналась она. — Сладость перебивает гниловатый вкус полыни.       — Так ты останешься здесь? — снова спросила Поппи. — Ты могла бы перебраться ко мне на время…       — Мисс Поппи Свитинг, вы просто настоящий цербер на страже репутации вашей подруги! — иронично заметил Себастьян, показавшись в дверях ванной комнаты.       — И давно ты подслушиваешь? — насупилась Поппи, но Ив только махнула рукой, усмехнувшись.       — Моей репутации мало что может навредить, — она взяла подругу за руку. — Поппи, это может быть опасно, а я не хочу, чтобы из-за меня ты оказалась в беде. Поэтому да, я собираюсь остаться здесь, пока мы не разберемся с этой проблемой. Если ты не против, — сказала она Себастьяну.       — К твоим услугам, — он склонил голову в шутливом поклоне. — Кстати, кто такой этот Джонатан? — спросил он вдруг.       — О! Джонатан Помфри, — Ив лукаво улыбнулась, поглядев на подругу. — Обаятельный молодой целитель, работает в больнице Святого Мунго. Поппи познакомилась с ним, когда…       — Обстоятельства не важны, — перебила Поппи, смущенно краснея.       — Обаятельный, значит, — задумчиво проговорил Себастьян. — И ты ему доверяешь? — спросил он, обращаясь к Поппи.       — Доверяю, — твердо ответила она.       

* * *

      — Мне же не кажется, что письма Пенелопы и этот немец связаны? — спросил Себастьян несколькими часами позже. Они не были уверены, откуда этот человек был родом: из Австрии, Германии или Пруссии, поэтому звали его просто «немец». — Или все же дело именно в том, что ты могла увидеть в кабинете у Смита?       Они уже проводили Поппи, позавтракали остатками вчерашнего ужина, и Ив даже нашла в себе силы одеться во что-то кроме ночной сорочки: укрепляющий отвар вполне оправдывал свое название.       — Если здесь что-то посерьезнее обычной аферы, — Ив оторвалась от записки Пенелопы, которую перечитывала уже в сотый, должно быть, раз, — то тогда при чем здесь Уильям Харт?       — Не знаю, Ив. Может быть, — Себастьян мерил комнату шагами, засунув руки в карманы, — он случайно оказался замешан в этом. И Пенелопа… ты точно веришь, что она была под Империусом?       — Себастьян, я в десятый раз тебе повторяю: она не может быть заодно с этим немцем.       — Мне все же не дает покоя, что Корвин Смит занимает пост главы департамента международного магического сотрудничества, а меж тем к нему в кабинет беззастенчиво заглядывают такие вот персонажи, — поморщился Себастьян.       — Вот в то, что Корвин не чист на руку, я могу поверить. Пенелопа же… я не знаю, может, просто интуиция, но я не верю, что она замешана в этом. В любом случае, не напрямую. И чтобы выманить меня, ее абсолютно точно держали под Империусом.       Она отложила записку и нагнулась к столику, на котором, завернутый в носовой платок, лежал перепачканный в ее крови нож. Теперь она имела возможность рассмотреть его как следует.       Она взяла сверток в руки и откинула край.       С виду ничего необычного: лезвие в пять дюймов, продольная борозда вдоль тупой грани, простая гарда, обычная костяная рукоять.       — Даже обидно, что я могла умереть от столь заурядной штуки, — пробормотала она.       Себастьян остановился на месте и серьезно посмотрел на нее.       — Не говори так, пожалуйста. Мне не по себе от мысли, что это могло случиться.       Ив с улыбкой закатила глаза.       — Только не говори, что жить без меня не сможешь.       — Смогу, — тихо сказал он. — Но очень не хочу.       

* * *

      Ив не успела ничего сказать, потому что в дверь снова постучались.       Себастьян приготовил палочку и, приложив палец к губам и стараясь ступать как можно тише, подобрался к двери, пока сама Ив не отошла так, чтобы с порога ее не было видно.       На пороге по ту сторону стоял светловолосый мальчишка лет одиннадцати и, широко улыбаясь, качался из стороны в сторону, что-то напевая. Увидев Себастьяна, он вытянулся по струнке и протянул какой-то конверт.       — Мистер, здрасьте! А вам письмо! — бодро продекламировал он.       — Мне? — озадаченно спросил Себастьян, забирая конверт из рук мальчишки.       — Ну ясен-красен не мне, я-то и читать не умею! — засмеялся малец. — Вы ж мистер Сэллоу? Тут еще кое-чего, еле дотащил. — Он ткнул пальцем влево.       Себастьян перегнулся через порог и увидел две большие коробки, поставленные одна на другую.       — А кто отправитель?       — Да шоб я знал! Мужчина какой-то, но чего ж мне имя спрашивать? Не мое это дело.       — Мужчина? — с подозрением спросил Себастьян.       Он кинул быстрый взгляд на Ив: та слегка побледнела.       — Ну не женщина-то точно! Хоть и красивый навроде тех важных мистеров, что ходят по Гайд-парку. Такой, как там говорят… хохленый!       — Холеный? — переспросил Себастьян. Может, и не стоит так переживать? Немца, судя по описанию Ив, таким словом точно не назовешь.       — Да, вот такой!       — Хм, ну хорошо. Спасибо, — сказал Себастьян, закрывая дверь, но мальчишка успел просунуть ногу. — Да что еще?       — Так спасибо в кармане не утащишь, — намекая на то, что неплохо бы подкинуть ему пару монет, хмыкнул парнишка.       Себастьян окончательно расслабился: слишком уж мальчонка ушлый для такого заказчика.       Ив тихо выдохнула, сдерживая смех.       — Скажешь, тот, кто тебе наказал доставить это все, не заплатил тебе? — хмыкнув, спросил Себастьян.       — Ох, и правда, — парень стукнул себя по лбу ладонью. — Запамятовал! Ну тогда бывайте, — он еще раз широко улыбнулся и, махнув рукой, пошел к лестнице, на ходу добавив. — И если надо что кому передать, тут каждый второй знает, где найти Желтого Тома!       Проводив наглеца, Себастьян закрыл дверь, решив пока не забирать коробки из коридора: мало ли что там за дрянь?       Он отложил палочку, которую все это время держал за спиной, и снова посмотрел на Ив.       — Что там? — с интересом спросила она, приблизившись.       — Еще не знаю… Но способ доставки весьма нетривиальный. Как бы Антея не приревновала…       — Так вот как зовут ту красавицу? — улыбнулась Ив.       Себастьян кивнул, вскрывая конверт, развернул лист и начал читать:       

Друзья мои!

Вы так славно потрудились в попытках найти меня, что я решил: пора пойти вам навстречу. Письма дражайшей мисс Смит привлекли ко мне слишком много ненужного внимания, а моя скромная персона не выдерживает такого натиска. Поэтому я с радостью избавлюсь от них за скромную сумму в две тысячи галлеонов. Зная, что за опасные люди их ищут, могу вас уверить: цена и правда ниже рыночной.

Отчего они столь востребованы, я не знаю и знать не хочу, ведь моя голова мне дороже на моих же плечах. А вот с вашей репутацией и полезными знакомствами вы, быть может, найдете им достойное применение. Буду ждать вас завтра у Итальянских садов в три часа дня.

От чистого сердца,

У.Х.

P.S.: В посылке вы найдете кошель, в который я прошу положить указанную сумму. Также я взял на себя смелость подобрать вам туалеты по своему вкусу. Прошу, не откажите мне в этом маленьком капризе.

      — Я схожу с ума, или Уильям Харт назначил нам рандеву?       — Едва ли, только если это не массовое помешательство, — сказал Себастьян.       — Опасные люди? — Ив забрала из его рук письмо и пробежалась глазами еще раз. — Видимо, мы правы насчет немца… вряд ли Смита можно считать опасным, да и Уиллоби… Но если дело в немце, зачем они ему…       — Может, шифр?       — Нет, Пенелопа говорила, что Харт буквально надиктовывал ей эти письма, а это значит…       — … что если он сейчас хочет от них избавиться, то взаправду вряд ли понимает, зачем на самом деле письма разыскивают.       Себастьян снова вышел в коридор, поднял с пола коробки и занес их в комнату.       Ив с любопытством заглянула под крышку верхней и ахнула, тут же запуская пальцы в ворох парчи и шелка.       — Вот это да… — прошептала Ив, и, аккуратно достав наряд, приложила к себе. — А у него неплохой вкус, хоть это и попахивает каким-то…       — Извращением, — усмехнулся Себастьян. — Дай-ка посмотреть, что он приготовил мне.       — Но две тысячи галлеонов? Где мы добудем до завтра такие деньги?       — Ну, здесь как будто нет особой проблемы, — он довольно улыбнулся, поймав удивленный взгляд Ив. — Вот Уиллоби-то пожалеет, что на это дело выделил неограниченный кредит из своих личных средств в Гринготтсе.

* * *

      — Себастьян Сэллоу, вы выглядите как заправский денди! — сложив руки у сердца, Ив застыла в дверном проеме.       Харт действительно расстарался: белоснежная рубашка, муслиновый платок глубокого синего цвета, перчатки на пару тонов светлее, идеально сидящие жилет и приталенное пальто сложного темно-серого оттенка, брюки, даже блестящие оксфорды, все словно подогнали по фигуре Себастьяна.       — Это точно обязательно? — с видом мученика он отвернулся от маленького зеркала, напротив которого поправлял узел галстука. — О…       — О? — спросила Ив, кокетливо поправляя шляпку. Она и сама была ужасно довольна тем, как выглядит: этот грозовой серый отлично шел ее глазам, да и, как оказалось, чудно сочетался с цветом костюма ее спутника.       Себастьян не ответил, только посмотрел на нее так, что у Ив подогнулись колени, а платье вмиг стало тесным.       — Перестань, — строго сказала она, отводя взгляд.       — Перестать что? — лукаво спросил он, склонив голову на бок.       — Смотреть на меня так, будто хочешь снять с меня это платье.       — А что если я и правда этого хочу?       — Но ведь тогда мы опоздаем на встречу, — пожала плечами Ив, хотя в глубине души признавалась, что едва ли нашла бы в себе силы остановить его, реши он сделать с ней то, что хочет. В конце концов, сейчас она хотела того же.       — Вот так профессионализм, — усмехнулся Себастьян и, подхватив трость, протянул Ив руку. — Тогда идемте, миледи.

* * *

      В скором времени они действительно были в назначенном месте.       Итальянские сады, без малого сорок лет назад построенные принцем Альбертом для своей венценосной супруги, были излюбленным местом для прогулок многих жителей Лондона. Маленькое произведение искусства, они словно бы были короной для разделяющего Гайд-парк и Кенсингтонские сады пруда Серпентин, с этими аккуратными бассейнами, устланными каррарским мрамором, изящными каменными статуями и фонтаном в центре.       Ив они тоже нравились, хотя, предложи ей прогуляться, она скорее выбрала бы более живописный в своей дикости Грин-парк.       Впрочем, в тот день ей и Себастьяну было не до любования окружающими красотами: их куда больше занимало, кто из степенно прогуливающихся туда-сюда людей их таинственный Уильям Харт.       — Может, тот? — спросила Ив, взглядом указывая на высокого щеголеватого юношу, беседующего с какой-то полной дамой в тени дерева.       — Или тот? — Себастьян повернул Ив чуть в сторону, и она увидела мужчину в строгом костюме, вальяжно устроившегося на скамейке.       — Может, он еще не пришел? — Ив украдкой взглянула на маленькие карманные часы. Пять минут третьего. — А что насчет…       — О, друзья мои! — донеслось у них за спиной.       Ив и Себастьян переглянулись и повернулись назад, чтобы узреть молодую рыжеволосую даму в изысканном, хотя и чуть пестроватом лиловом наряде. Перед дамой стояла аккуратненькая коляска того же лилового оттенка, укрытая плотным кружевным покрывалом.       — Извините, — сказала ей Ив, — но вы, кажется, обознались…       — Ну что вы! — защебетала женщина, и, схватив Ив за руку, прижала к сердцу. — Как я счастлива этой встречи! О, неужели вы не узнали свою добрую подругу, которая пригласила вас прогуляться? Хотя, могу вас простить! Нынче я выгляжу иначе… Но что за наряд! — она коснулась своих щек руками, разглядывая Ив с ног до головы. — Какая красавица, не так ли? — она повернулась к Себастьяну. — И спутник под стать! Но да я увлеклась болтовней! Уверена, вас куда больше интересует другой предмет. Ну же, скорее, поглядите на моего Никки!       Ив и Себастьян снова удивленно посмотрели друг на друга. Кажется, их посетила одна и та же мысль об одном сложном зелье, ингредиенты для которого Ив нашла в доме в Ричмонде совсем недавно.       Харт, а это несомненно был он, склонился над коляской и приподнял кружево. Ив почувствовала, как брови дернулись вверх вопреки ее воле: в коляске вместо младенца лежала симпатичная кукла в детском платьице, а рядом — пухлый сверток, обернутый в пергамент.       — Не правда ли, такой милый? Проблем с ним, конечно, предостаточно, но дети частенько доставляют много хлопот. Но я верю, Никки обязательно порадует мамочку, — позаимствованные Хартом губы растянулись в очаровательной улыбке. — Ну же, дорогая, не стесняйтесь.       — Да, и правда чудесный малыш, — выдавила Ив, пытаясь не засмеяться от всей абсурдности ситуации. — Как ты считаешь, Себастьян?       — Думаю, такому малышу нужен особый подарок, — он деловито достал кошель, положил его рядом с фальшивым младенцем, и, забрав сверток, словно бы между прочим спрятал его в глубокий карман пальто.       — О, не стоило! — засмеялся Харт, но вдруг, изменившись в лице, набросил кружевной полог обратно. — Вот незадача… Кажется, наш общий с вами, дорогая, знакомый направляется сюда.       Ив повернулась туда, куда смотрел Харт, почувствовав, как сердце ее тревожно сжалось.       — Себастьян, — шепнула Ив, резко отворачиваясь, и почувствовала, как он сжал ее ладонь в своей.       — Да-да, тот высокий бледный джентльмен, весь в черном, — чуть потускневшим голосом сказал Харт. — Как жаль, что нам нужно расстаться так скоро, но если мы не хотим столкнуться с этим назойливым человеком лично, то лучше поторопиться. Хотя, мне бояться нечего… но вам и правда не стоит задерживаться здесь, у всех на виду. Удачи вам, друзья!       Харт жеманно усмехнулся и как ни в чем ни бывало толкнул коляску и пошел по дорожке в сторону Гайд-парка.       — Идем, — Себастьян потянул Ив за собой, и вскоре они скрылись в тени павильона, отрезающего сады от улицы.       Вжав Ив в прохладный гладкий мрамор, он чуть выглянул наружу, ища взглядом их преследователя.       — Откуда он вообще узнал, что мы будем здесь? Или он ищет Харта? — зашептала Ив, чувствуя, как колотиться в груди сердце.       Они получили письма, и если сейчас немец не обнаружит их, то они будут на шаг ближе к разгадке! О, она многое бы отдала, чтобы всадить ему нож в глаз, но даже просто обвести его вокруг пальца было бы волшебно…       — Ну что там? — Ив заерзала, но Себастьян еще сильнее навалился на нее, для верности накрывая рот ладонью.       — Тише! — шикнул он.       Ив было хотела оттолкнуть его, но тяжесть его тела вдруг показалась такой приятной, что она просто не смогла найти в себе силы.       — Что б его, выглядит злым как гиппогриф. Мечется от пруда к пруду… теперь пошел в сторону Гайд-парка… нет, возвращается. Снова уходит, кажется… да кого же он ищет?       Они простояли так еще несколько минут, пока вдруг рука Себастьяна, удерживающая Ив на месте, не расслабилась.       — Вроде и правда ушел… — сказал Себастьян и, столкнувшись с Ив взглядом, напрягся снова. — Почему ты так смотришь?       — Ты добыл письма, — сказала она хрипло и чуть выгнулась, прижимаясь к нему сильнее. — Я должна тебе желание.       — Прямо сейчас?       Она кивнула.       Сердце все еще билось как бешеное, и сквозь все бессчетные слои одежды она чувствовала, что Себастьян взбудоражен не меньше.       — Мне казалось, что в наше пари вмешались иные силы, и оно отменилось само собой…       — Мы так не договаривались, Себастьян.       Его глаза прищурились.       — А что бы ты загадала? — спросил он тихо и наклонился к самому ее уху. — Чего ты хочешь, Ив?       — Тебя, — слово сорвалось с ее пересохших губ, и она спешно облизала их.       — Тогда поцелуй меня, — сказал он, и в этой фразе приказ смешался с мольбой.       — Вот так? — она коснулась губами его подбородка, там, где бледнела полоска шрама. — Или так? — встав на цыпочки, поцеловала в щеку. — А может…       Невесомый поцелуй в уголок губ, потом — в шею, там, где заканчивался ворот рубашки, и еще один, чуть выше, почти у уха…       — Искусительница, — со свистом вырвалось у него.       Громкий визг заставил Себастьяна отскочить от Ив, и та едва не потеряла равновесие, тут же, к счастью, подхваченная его руками.       Они с круглыми глазами уставились на незнакомую пожилую женщину с высохшим как у мумии лицом, перекошенным от гнева.       — Это возмутительно! — она замахала руками, в своем черном платье напомнив Ив огромную тощую ворону. — Что вы тут устроили! Прямо на людях, Господь Всемогущий, помилуй нас, грешных! — старуха перекрестилась и неожиданно ловко для своих лет выскочила из павильона, принимаясь голосить о нынешней молодежи, падении нравов и прочей чепухе.       — Похоже, нам следует последовать одному из главных принципов дендизма, — Ив посмотрела на Себастьяна и схватила его за руку, едва сдерживая смех. — «Удалиться, как только достигнуто впечатление».