Если завтра мы умрём...

***

      Вэй Ин сидел в таверне и пил вино. Лучшее, которое подавали в этом городе. Ради него сам хозяин таверны сбегал почти на другой край города, попросил своего конкурента об одолжении, выкупил это вино по тройной цене и принёс Старейшине Илина. Молодой мужчина небрежно бросил хозяину слиток золота, за который можно было скупить всё вино в этом городе! Но У Сянь не обращал внимания на цену. Сегодня. Потому что завтра ему придётся умереть. Ему так и сказали:       — Твоя задача — унести с собой в мир Забвения как можно больше монстров. Остальных мы постараемся прикончить сами.       Постараются они! Вэй Ин усмехнулся, потирая шею, на которой был огромный металлический ошейник — знак того, что он раб. Для обывателей это было просто видимое глазу украшение. Непривычное, но у «этого Вэя» свои причуды. Заклинатели же знали, что с этим «украшением» он будет вынужден служить кланам Вэнь и Цзинь, даже против своей воли. И в какой-то степени Вэй Ин был счастлив, что завтра его жизнь прекратится.       Последняя битва с Ци Шанем была проиграна из-за предательства клана Цзинь. Потом Вэй Ина, почти растерзанного, притащили «пред светлые очи» Вэнь Жо Ханя и Цзинь Гуань Шаня, где над ним вдоволь насмеялись, наиздевались, а потом сообщили, что его приятель Ван Цзи исчез, видимо, струсил и сбежал! Вэй Ин не поверил в это ни на секунду! Однако он уже больше года ищет его во всех городах и селениях, куда его отправляют новые правители истреблять нечисть, но ничего не слышно про высокого красивого молодого человека со светлыми глазами и сдержанным характером.       Вэй У Сянь вздыхает и допивает вино из одного кувшинчика. Он достаёт мешочек с деньгами, заглядывает в него, спрашивает у хозяина таверны:       — Уважаемый, есть ли в вашем городе семья, которая бедствует? Но только чтобы это были очень достойные люди, попавшие в беду?       Хозяин задумывается только на секунду и говорит:       — Да, Старейшина. Совсем недавно, пару недель назад у нас случился обвал. Камни сошли на несколько домов, погибли люди. Но больше всего пострадала одна семья. Там погиб отец семейства, а женщина осталась на улице с шестью детьми, да ещё под свою опеку взяла четверых соседских сирот. Сейчас бегает по всему городу, ищет работу. Живут в развалинах, которые сами и починили по возможности и силам. Пока лето, но скоро оно закончится. Наш городок совсем нищий, практически никто ничем не в состоянии им помочь…       Вэй Ин встал, поблагодарил хозяина, спросил, куда ему идти. Семья с сиротами обитала недалеко. Вскоре Вэй Ин своими глазами увидел то, про что говорил хозяин таверны: из обломков досок и старых одеял собрано несколько шалашей. В одном копошились совсем маленькие дети. Девочка лет восьми готовила мутную похлёбку на костре. Остальные дети были ещё младше. Вэй Ин присел рядом с маленькой хозяйкой и спросил:       — Уважаемая госпожа, могу ли я поговорить с Вашей матушкой?       Девочка сникла и сказала:       — Моя матушка, как и отец и три брата погибли.       — А та добрая женщина, которая о вас заботится, где она сейчас?       — Она шьёт для нашего местного господина.       — Могли бы Вы её позвать? А я пока послежу за Вашим блюдом.       Девочка кивнула и сорвалась с места. Вэй Ин попробовал похлёбку, поморщился. Позвал пробегающего мимо мальчишку лет десяти и спросил:       — Хочешь заработать сладкий суп?       — Хочу, — ответил сорванец.       — Тогда пойди к хозяину вон той таверны, скажи ему, что Старейшина Илина просит принести сюда самые вкусные блюда, какие у него имеются. В том числе и сладкий суп для тебя,       Вскоре пришли женщина с девочкой и оторопели от того, что почти вся площадка, которую они расчистили для жизни, заставлена горшочками с едой. Женщина кинулась Вэй Ину в ноги, но он поднял её и сказал:       — Покушайте сами и покормите детей.       Женщина, не дожидаясь второго предложения, посадила детей в кружок и принялась их кормить. Когда последний карапуз, довольно улыбнувшись, утопал со своего места, женщина, наконец, взяла миску, собрала в неё остатки еды и поела сама. У Сянь подсел к ней и спросил:       — Знаете, кто я?       — Конечно, Старейшина, — склонила голову женщина.       Вэй Ин поморщился. Это прозвище прилипло к нему после того, как он, побывав на горе Луаньцзан, начал частенько туда захаживать, чтобы уединиться и подпитаться Тёмной энергией. Но, делать нечего, такова цена славы. Никто уже не помнил, что когда-то он был героем Юнь Мэня. Да и сам его родной городок стал полузабытым местечком, где когда-то правил клан Цзян. Последний отпрыск когда-то одного из Великих орденов заклинателей сейчас гнил в плену в Ци Шане и был ещё одним рычагом давления на Вэй Ина. Хотя была ещё шицзэ, наложница Цзинь Гуаньшаня. Но с ней обращались лучше, чем с её братом. И Вэй Ин уже и мечтать перестал, что когда-нибудь сможет их освободить…       Сейчас он показал женщине мешочек со слитками золота и спросил:       — Что бы Вы хотели приобрести за это золото?       Женщина криво усмехнулась и ответила:       — Будь у меня столько золота, я купила бы дом для своей семьи, и небольшую лавку, где продавала бы рисовые лепёшки.       Вэй Ин кивнул и сказал:       — Тогда давайте купим для Вас всё это.       Они пошли в город, просмотрели несколько домов, выставленных на продажу. Измученная женщина просто мечтала о крыше над головой для себя и детей. Но У Сянь придирчиво рассматривал все предложенные дома, выбрал лучший, значительно сбил первоначальную цену. Часть денег отдал хозяину, а выторгованное дал женщине. Та удивлённо смотрела себе на руки и с недоверием спрашивала:       — Это точно мне? Всё-всё?       Вэй Ин смеялся и тянул её на главную площадь городка. Там он быстро определил разоряющуюся лавку, дал хозяину за неё небольшую сумму и снова «разницу» отдал женщине. Она осмотрела новое место работы и сказала:       — Здесь торговать лепёшками будет невыгодно, ведь тут ещё четыре похожих лавки. А вот запить эти лепёшки людям нечем. Я открою чайную.       Вэй Ин кивнул и отсыпал ей ещё золота, чтобы женщина не чувствовала нужды, покупая товар для лавки. Тогда несчастная бросилась ему в ноги и спросила:       — Господин, чем я смогу отплатить Вам?       У Сянь с тоской посмотрел на женщину. Она была совсем молодой, но он всё же попросил:       — Дай мне своё материнское благословение. Моя мама погибла, когда я был совсем маленьким, и я не получил от неё ни одного наставления. От такой матери, как ты, благословение наверняка станет для меня счастливым.       Женщина кивнула, Вэй Ин встал на колени. Ему на ухо зашептали привычные в таких случаях слова: чтобы здоровье не покидало тела, удача сопутствовала во всех делах, любой труд был в радость и приносил богатство. Но вдруг Вэй Ин вздрогнул от слов:       — Пусть душа твоя обретёт счастье в любви.       Вот об этом даже не мечтал Старейшина Илина, обвинённый во всех преступлениях мира и приговорённый за это истреблять нечисть повсюду, куда его пошлют главы орденов Вэнь и Цзинь. Он поблагодарил женщину и двинулся в сторону невольничьего рынка. Ещё в таверне хозяин сказал, что сегодня через их городок будет проходить караван с невольниками, некоторых из которых выставят на продажу тут. Это будут больные, возможно умирающие рабы. Поэтому очень дешёвые. Но несколько дней они потрудятся, отработав тем самым свою стоимость. Но Вэй Ин шёл туда с одним намерением: выкупить как можно больше людей и отпустить на волю, чтобы они хотя бы умерли свободными!       Подойдя к каравану, У Сянь сильно удивился. Потому что среди невольников было множество молодых мужчин, которых объединяло что-то общее. Вэй Ин присмотрелся и понял, что его так насторожило: все они были высокими и стройными, со светлыми глазами и очень спокойные с виду. У Сянь пошёл к хозяину рабов и поинтересовался:       — Уважаемый, почему твои невольники так похожи друг на друга?       — А, — махнул хозяин рукой, — вот уже больше года мы ищем наложника для главы клана Лан Линь Цзинь Гуань Шаня по приметам: высокий, стройный, светлые глаза, невозмутимый характер, беспримерно красивый. В этот раз я даже забрался на гору в монастырь, чтобы забрать оттуда умирающего воина. Но, чувствую, что он не дотянет до Лан Линя. Придётся продать его тут.       Сердце У Сяня быстро забилось. Он попросил показать ему этого воина. Торговец, почувствовав неподдельный интерес пришедшего к его невольнику, принялся канючить, что содержание этого раба обошлось ему гораздо дороже, чем других. Поэтому и цену за него он поставит больше. И никаких возвратов или отказов в случае, если это — не тот, кого ищет почтенный господин. Вэй Ин на всё согласно кивал, даже когда торговец назвал цену, за которую можно было бы купить троих здоровых рабов! Он подбежал к убогому ложу, на котором лежал человек в лохмотьях. Сквозь прорехи в одежде было видно, как сильно он исхудал. Никто давным давно даже не обтирал его лицо. Однако Вэй Ин сразу признал Лань Чжаня. Он бросил в руки торговца остатки золота, подхватил умирающего на руки и понёс его в гостиницу, где остановился сам. Там он приказал принести ему воду, чтобы искупаться самому и помыть больного. Вэй Ин видел на дорогом лице признаки, что очень скоро они встретятся по ту сторону смерти.       Искупав почти невесомого Ван Цзи, Вэй Ин переодел его в самые красивые светлые одежды, которые сумел найти для него в этом городе хозяин гостиницы. Он всё это время звал друга по имени. И вот, наконец, светлые глаза открылись. Лань Чжань, сосредоточив на Вэе свой взгляд, разомкнул губы и прошептал:       — Вэй Ин…       — Я, — обрадовался У Сянь. — Хорошо, что ты проснулся, Лань Чжань. Ты поспел к ужину!       И он принялся кормить обессилевшего Второго Нефрита. То ли от еды, то ли от заботы о нём, Лань Чжань вдруг выпрямился, сел ровнее и даже хотел сам начать кушать, но Вэй Ин сказал:       — Оставь, Лань Чжань. Ты пока не набрал столько сил, чтобы отнимать у меня что-то, тем более, орудие для приёма пищи. Я накормлю ими и тебя, и себя. А ты пока можешь только хмуриться! Скажи лучше, Ван Цзи, что с тобой случилось? Куда ты пропал?       Лань Чжань нахмурился ещё сильнее. Когда он заговорил, У Сянь едва не расплакался, так обессилел даже его голос! Но он подбадривающе покивал, и Лань Чжань рассказал ему:       — Я был в бою рядом с Хуанем. Мы бились спина к спине. Ты тоже был у меня на виду почти всё время. Но вдруг воины клана Цзинь стали нападать на нас. Мы с братом решили, что кто-то подчинил их себе и заставляет действовать против их воли. И оказались правы! Их глаза были ненормальными, движения резкими и едва ли осозноваемыми. Мы бились больше часа, меня ранили множество раза, как и Си Ченя. Потом я, наверное, потерял сознание. Когда приходил в себя, то понимал, что нахожусь в монастыре в горах. Но со временем я приходил в себя всё реже. Последние несколько раз, как я понимаю, уже пребывал в рабах.       Вэй Ин кивнул. Он не стал говорить, что стараниями новых Великих глав орденов, имя Второго Нефрита ордена Лань осыпано позором. Было ясно, что Лань Чжань умирает. Так пусть хотя бы этот их последний день ничем не омрачится. После ужина Вэй Ин снова взял Лань Чжаня на руки и перенёс в кровать. Сам хотел уйти, но тонкая бледная рука вдруг легла ему на запястье, а слабый голос попросил:       — Не уходи, Вэй Ин. Я долгие годы делал всё, чтобы ты считал, что безразличен мне. Но все эти годы я хранил страшную тайну. Я не мог стать твоим другом, потому что мои чувства к тебе вовсе не дружеские! Почти сразу, как только я впервые тебя увидел, моё сердце забилось быстрее при виде твоей красоты. А твой нрав покорил меня своей свободой, которая при этом не переходила в распущенность. Вэй Ин, я не знаю, проснусь ли завтра, найду ли тебя рядом, поэтому говорю сейчас: я люблю тебя не как товарища или друга. Моё сердце выбрало тебя. Если бы у нас было время, я ни за что не сказал бы тебе об этом, чтобы не оскор…       Однако Вэй Ин вдруг склонился и накрыл его губы своими, не позволяя закончить фразу. Потому что каждое слово, сказанное этим прекрасным господином, нежным трепетом отзывалось в его сердце. Поэтому Вэй Ин распахнул одежды на себе и Ван Цзи и возлёг рядом с тем, кого искал больше года. Поэтому он осыпал ласками это родное, хотя потерявшее привлекательность тело. Ван Цзи ловил его руки, ласкал губами плечи и лицо, тонул в наслаждении, чувствуя, как с каждым стоном жизнь покидает его измученное тело!       Вэй Ин лёг рядом с заснувшим Ван Цзи. Он так и не сказал ему, что тоже любит его, но времени у них практически нет. За окном уже забрезжил рассвет. У Сянь привёл в порядок себя и Лань Чжаня, чтобы утром слуги не посчитали их распутниками. Ведь Вэй Ин так и не решился перейти грань, просто заласкав возлюбленного до оргазма. А сейчас в его руках лежит тело, в котором уже угасает жизнь: под глазами огромные тени, переносица почернела, губы резко очертились синим ободком. Поцеловав Ван Цзи в лоб, Вэй Ин взял своё оружие и покинул комнату. Внизу он велел хозяину заботиться о больном вплоть до его смерти и достойно похоронить. А потом сообщить главе ордена Гу Су Лань, что его брат мёртв. Он отдал мужчин всё серебро, которое у него было, и пошёл исполнять приказ умереть.       Вэй Ин двигался по незнакомой местности. Тут долгие годы даже близко не проходили заклинатели, поэтому нечисть расплодилась настолько, что жители близлежащих поселений стали массово покидать свои дома. Запустение было таким очевидным, что Вэй Ин порадовался, что взял с собой немного еды. Сражаться насмерть на голодный желудок совсем грустно. Он присел у дороги, достал из рукава платок, в который завернул кусок жареного мяса и лепёшки, и принялся с аппетитом уплетать их, поглядывая на заходящее солнце. У Сянь понимал, что смотреть нужно в обратную сторону, ведь именно оттуда хлынет нечисть. Но ему захотелось перед смертью полюбоваться на мирный пейзаж и вспомнить слова Лань Чжаня. Наконец он встал, отряхнул с одежды крошки, отвернулся от заката и сказал:       — А теперь начнём!       Он только успел выхватить Чэньцин, поднести её к губам, как чёрная лавина подкатилась к нему. Звуки флейты стали преградой, сквозь которую никак не могли прорваться твари. Обезопасив себя, Вэй Ин сменил мелодию, и принялся наблюдать, как тёмные сущности, призванные им для боя, стали сминать ряды монстров. Зрелище было не из приятных: большинство тварей когда-то были людьми, но сейчас лишь немного напоминали их. Однако запах гниющей плоти был невыносимым! Ошмётки от их тел часто прилетали в лицо Вэй У Сяню и неприятно сползали вниз ко рту. А стоило хотя бы капле этой мерзости проникнуть в него, как он сам пополнит ряды нечисти. Поэтому Вэй Ин останавливался и тщательно вытирался. В этот момент силы его сущностей слабели, и нечисть напирала с новой силой! Снова и снова Вэй Ин останавливался, оттягивая момент собственного превращения в тварь и приближая свою гибель.       Однако когда он уже потерял надежду, кто-то выскочил из-за его спины и принялся уничтожать нечисть с немыслимой скоростью. Вэй Ин никак не мог понять, кто этот неожиданный помощник? Потому что, судя по технике, это был сильный заклинатель, однако ему словно чего-то не хватало для достижения цели. Но этот воин появился вовремя: вместе они, подменяя друг друга, сумели не только оттеснить тварей, но и, кажется, уничтожить их. Вэй Ин уже почти праздновал победу, когда увидел, как замер его неожиданный помощник. Он посмотрел в ту сторону, куда обернулся неизвестный воин. И тоже замер: огромная фигура стояла перед ними в полный рост, меняя очертания. Наконец, У Сянь понял, что перед ними стоит исполинский воин, которого создали твари, объединившись в одно целое.       Неожиданный помощник Вэй Ина выскочил перед ним и выставил вперёд меч. Однако Вэй Ин сказал:       — Если он желает нас убить, то сделал это, просто переставив ногу. Давай послушаем, что он хочет сказать.       Исполинский воин слегка поклонился им, затем наклонился, протянул руку, на которой стоял почти целый труп человека. Этот труп резко открыл глаза, словно кто-то изнутри управлял им, так же двигались его губы, когда он начал говорить:       — Господа заклинатели, зачем вы пришли? Мы ждали тех, кто обрекал нас на гибель, Вэня Жо Ханя и Цзинь Гуань Шаня. Эти двое ради власти погубили тысячи душ! И эти души поклялись уничтожить их. Но пришли вы и стали биться так, словно это — дело вашей жизни!       Вэй Ин поклонился трупу и сказал:       — Простите меня, благородные воины! Вы почти правы. Это — дело жизни одного очень близкого для меня человека. Кроме того, меня заставляют, потому что осудили и приговорили биться с нечистью. Мне приказали, я пришёл.       Труп внимательно выслушал его, затем протянул руку к горлу У Сяня, его помощник снова дёрнулся, но Вэй Ин удержал его. И труп, схватив ошейник, сильно сдавил его. Магические оковы рассыпались, повторив участь металла. Вэй Ин с облегчением потёр шею и поклонился трупу и исполину. Потом спросил:       — А что будет с их пленниками? Я не смогу жить свободно, пока близкие люди страдают!       Труп сказал:       — Отнеси нас к ним. Сами мы не можем покинуть эту местность, а они, запечатав нас тут, посылают нам вместо себя вас!       Вэй Ин кивнул, достал мешочек тянькунь и развязал тесёмки, предлагая:       — Забирайтесь.       Исполин рассыпался на множество фрагментов, которые стали прятаться в открытый мешочек. Положив магическую ловушку в рукав, он, наконец, повернулся к своему помощнику, поклонился ему и сказал:       — Благодарю Вас, господин заклинатель. Меня зовут Вэй Ин. Я хотел бы, чтобы Вы назвали мне имя того, кто так помог мне в битве?       — Ву Минг Джибей, — ответил незнакомец.       Вэй Ин смутился, постаравшись понять, что ещё, кроме «безымянный» это может означать, но снова поклонился и сказал:       — Благодарю Вас. Могу ли я чем-то Вам отплатить за помощь?       Однако мужчина покачал головой. У Сянь старался рассмотреть лицо Ву, но в ночи это было сделать непросто, к тому же глубоко надвинутый капюшон усложнял задачу. Вэй посмотрел на меч. Но тот был совершенно обычным оружием, не имеющим ни капли магической силы. Вот, почему ему показалось, что воину не хватает не мастерства, а именно силы! Вэй Ин похлопал себя по карманам, но вспомнил, что все свои деньги он оставил хозяину гостиницы, где умирал Лань Чжань.       Лань Чжань! Он может успеть! И Вэй Ин бросился назад, в город. Его помощник не отставал ни на шаг, стараясь не опережать У Сяня. Не обращая на него внимания, Вэй Ин прибежал в гостиницу. Однако он не нашёл хозяина, а в комнате, где остался Лань Чжань, уже жили другие люди. Вэй Ин решил, что его возлюбленный всё же умер, и хозяин теперь заботится о его погребении. Но у Вэй Ина было ещё одно важное дело. И он помчался в Ци Шань.       Ближе к полудню, У Сянь понял, что разговаривает со своим молчаливым спутником, совершенно не обращая внимания на то, что большинство его вопросов и измышлений остаются без ответа. На закате они пришли в Ци Шань. У Жо Ханя очень кстати гостил Цзинь Гуань Шань. Эти два бессердечных правителя встретили Вэй Ина довольно легкомысленно. Они спросили, не поранился ли он, когда бился с «безобидными тварями»? Потом Гуань Шань сказал, что до него дошли слухи о Втором Нефрите: тот сбежал в какой-то монастырь и притих. Но глава ордена Цзинь решил пополнить свой мужской гарем тем, кто когда-то считался вторым по красоте во всём Китае! У Сянь сильно сжал кулак, затем засунул его в рукав, нащупал заветный мешочек и сказал:       — Я не стал сражаться с «безобидными тварями». Решил, что вам будет интересно проверить свои силы и умения! — и дёрнул за тесёмку.       Тут же из мешочка стали вырываться фрагменты тёмных сущностей, которые стремительным потоком понеслись к двум главам, моментально облепив их со всех сторон. А потом Вэй Ин едва успел прикрыться, потому что тела двух предателей буквально разорвало на мелкие частички! Однако ожесточившимся на них духам этого было мало, они набросились на высвободившиеся души бывших глав и пожрали их, так же разорвав в клочья! Тут же зловонные фрагменты тварей безвольно упали на пол, завалив пол так, что и Вэй Ин со своим спутником, и стражи оказались по колено в этой мерзкой массе. Стражи тут же бросились вон, чтобы разнести весть о гибели сразу двух глав кланов от рук «этого Вэя»!       Сам же Вэй Ин, пользуясь суматохой и неразберихой, бросился к темницам. Там он, с суровым видом наступая на стражу, потребовал освободить всех пленников, пока он не натравил на них тех, кто только что уничтожил их глав! Среди освобождённых он быстро нашёл Цзян Чена и вкратце рассказал, что произошло.       — Иди в Лан Линь и вели этим снобам освободить мою шицзэ. Если кто-то захочет воспротивиться, припугни мерзавца моим именем. Я теперь надолго снова стану «этим проклятым Вэем». Поспеши, Цзян Чен. Мне нужно срочно добраться до Гу Су. У меня там дела.       Он уже отнял у какого-то стражника меч и собрался встать на него, как понял, что его спутник взял его за руку и не отпускает, словно требуя взять с собой. Вэй Ин вздохнул, поставил мужчину впереди себя и поднялся вместе с ним в воздух. Забытое чувство свободы наполнило юношу, он радостно принялся рассказывать своему молчаливому спутнику, как впервые встретил Лань Чжаня, такого прекрасного, что ни одна знаменитая заклинательница не смогла бы с ним сравниться! А теперь ему придётся рассказать его брату, что Лань Чжань мёртв. Вэй Ин загрустил, потому что он так и не рассказал своему возлюбленному, насколько и его чувство сильное.       Когда они прибыли, в Облачных Глубинах уже наступил час Свиньи и все легли спать. Однако У Сянь был не из тех, кого может остановить такой пустяк, как магическая преграда, запертые ворота и защищённый множеством заклинаний дом главы клана Лань. Не успела сгореть одна палочка, как он стоял у кровати Лань Си Ченя, склонившись и восклицая:       — Глава клана Лань, просыпайтесь, я принёс Вам известие о Вашем брате!       — Вэй У Сянь! — спросонья воскликнул Си Чень. — Как ты сюда попал?       — Это не важно! Глава клана Лань, Ваш брат умер, но я не успел сказать ему нечто очень важное! Прошу Вас, призовите душу Ван Цзи!       — Спокойнее, Вэй Ин! Почему ты думаешь, что мой брат мёртв?       — Я видел его умирающим. Я выкупил его у работорговца.       Си Чень нахмурился и сказал:       — Как он мог попасть к работорговцам? Я лично передал его двум монахам и попросил позаботиться о нём!       — Видимо, не все монахи ответственные, глава клана Лань. Его обнаружили ищейки главы клана Цзинь, который… он хотел забрать Ван Цзи в свой гарем, в общем. Но тот был при смерти, и работорговец продал его мне, знатно наварившись. Но я не жалею, Вы не подумайте. Я рад, что смог перед смертью привести его в порядок и даже немного успокоить, — смутившись сказал Вэй Ин. — Но я не успел сказать ему главного, потому что был уверен, что мы умрём почти вместе. А теперь мне срочно нужно…       — Я понял Вас, молодой господин Вэй.       Молодые люди прошли к столу, на котором лежал цинь Лань Чжаня. Си Чень, потерев ладони, поднёс их к струнам и легонько коснулся тонкими пальцами в нужном месте, чтобы прозвучала мелодия призыва души. И вдруг спутник Вэй Ина навалился на него, словно потеряв сознание. У Сянь едва успел подхватить того и аккуратно уложить на циновку. Глава ордена Лань внимательно посмотрел на упавшего, и вдруг глаза его расширились. Он принялся наигрывать другую мелодию, попутно говоря:       — Молодой господин Вэй, быстрее, возьмите мешочек для захвата души! Тут душа Ван Цзи, но она только что покинула тело. Чужое!       Вэй Ин схватил мешочек, произнёс заклинание и спрятал мятущуюся душу Лань Чжаня. Наконец он открыл лицо своего спутника и замер: это был хозяин гостиницы. Начиная что-то понимать, он запечатал тело от разложения и сказал:       — Простите, глава клана Лань, что напрасно потревожил Вас! Теперь мне нужно вернуть душу Лань Чжаня в его тело. И я предполагаю, что даже знаю, где оно. Если что, будьте спокойны, я позабочусь о Вашем брате. Только, пожалуйста, не проклинайте нас. Что бы Вы ни услышали…       — Вэй Ин, — перебил юношу Си Чень, — я знаю о Ваших чувствах. Ван Цзи никогда не умел скрывать своих чувств, по крайней мере, от меня. Да и Ваше желание подружиться с ним, во что бы то ни стало, говорит само за себя! Поэтому просто знайте, что в Облачных Глубинах Вас всегда ждут. А сейчас поспешите и спасите моего брата!       И Вэй Ин поспешил, таща на себе труп хозяина гостиницы! Он призвал своих иньских помощников и уже через час был в гостинице. Узнав, где живёт хозяин, он бросился туда. Однако дома никого не было. Вэй Ин сбросил труп со спины, усадил его на скамью у стены дома, и пошёл в ближайший бордель. Как он и ожидал, Ван Цзи уже сидел среди красоток, которые наперебой осыпали его комплиментами. У Сянь усмехнулся: невзрачному хозяину гостиницы повезло отхватить себе тело одного из самых красивых юнош их поколения! Но, время не ждёт. Он подходит к телу Лань Чжаня и шепчет ему на ухо:       — Пора тебе вернуть чужое тело. Поспеши, а то твоё уже начало прокисать! Ещё пару часов, и возвращаться будет некуда.       Светлые глаза с испугом посмотрели на Вэй Ина, и Лань Чжань свалился ему на руки, словно без чувств. Девушки с воплями бросились в рассыпную! А Вэй Ин распустил тесёмки мешочка-ловушки и велел:       — Возвращайся, Лань Чжань. Как только ты мог до такого додуматься: захватить чужое тело!       Светлые глаза снова открылись и Лань Чжань сказал:       — Вэй Ин. Где я?       — В борделе, конечно, — с облегчением рассмеялся У Сянь.       Ван Цзи испуганно вскочил, но Вэй Ин испугался, что тот его поколотит за такое, сразу принялся оправдываться:       — Ты поменялся телами с человеком, который никогда не был даже привлекательным! Как ты думаешь, куда он побежит в первую очередь с таким телом? Но я успел вовремя, не переживай. Скажи, Лань Чжань, как ты себя чувствуешь? — спросил он обеспокоенно.       Потому что Ван Цзи побледнел ещё сильнее, чем обычно. Пощупав пульс юноши, Вэй Ин хохотнул:       — Этой твоей беде я могу запросто помочь. Просто иди за мной и ничего не говори.       Два прекрасных юноши снова идут в гостиницу, где их уже встречает красный и не слишком довольный хозяин. Однако помня о щедрости гостя, он приглашает их в лучший номер, приносит самое свежее постельное бельё, сам заставляет слуг принести горячую воду. И когда все приготовления завершены, Вэй Ин говорит ему невозмутимо:       — То, что я дал Вам в прошлый раз, наверняка покроет и наш ночлег в этой прекрасной комнате.       — Но, господин, — забормотал хозяин недовольно, — как же…       — Лань Чжань, а ведь это — отличная идея: ходить в бой с телом, которое не жалко, а своё сохранять в целости!       — Конечно, господа, располагайтесь, никто не потревожит вас до самого завтрашнего вечера!       Как только двери скрыли от глаз Вэй Ина недовольного мужчину, он повернулся к Ван Цзи и сказал:       — Мы не умерли, Лань Чжань. А это значит, что нам нужно продолжать жить с нашими чувствами. И теперь я должен сказать тебе: очень сложно не влюбиться в твое прекрасное лицо! Но гораздо труднее остаться равнодушным, когда понимаешь, насколько великолепной душой обладает это роскошное тело! Ван Цзи, ты просто не оставил мне шансов! Я не мог не влюбиться в тебя. Только тебе хватило мозгов сразу это понять, а я сам себя обманывал, что мне нужна только твоя дружба. А это было совсем не так! Лань Чжань, скажи что-нибудь, а то я от смущения сейчас в обморок упаду…       И тут же Лань Чжань подхватил его на руки и сказал:       — Пока я рядом, ты не упадёшь.       Вэй Ин обвил руками шею Лань Чжаня и притянул его для поцелуя…       Ближе к утру Вэй Ин, наконец, уговорил Лань Чжаня остановиться и немного поспать. Он только задавался вопросом: откуда Лань Чжань знает столько о запретной любви? А ещё — почему его тело так быстро восстановилось? Однако на последний вопрос он мог ответить и сам: всякий раз, когда Лань Чжань поднимал его душу над облаками, его тело наполнялось чистейшей силой!       Он уже сладко задремал на плече возлюбленного, когда дверь резко распахнулась, и на пороге возник пылающий гневом Цзян Чен. Однако, увидев столь неоднозначную картину, он затормозил. Потом нахмурился и спросил:       — Это точно то, чем кажется?       Лань Чжань молча прикрыл Вэй Ина и сказал:       — Цзян Чен, прими это спокойно.       Вань Инь плюхается на кровать рядом с Вэй Ином и говорит:       — Уже принял. Что с вами делать? Вы давно ведёте себя, как влюблённая парочка, которая всё никак не объяснится! Но Вэй Ин, я должен тебе кое-что сказать. Помнишь ли ты бывшего наречённого нашей шицзэ? Так вот, этот павлин Цзи Сюань не желает возвращать нам сестру! Он теперь — глава клана Цзинь, и первое, что стоит в его планах — сделать нашу а-Ли своей супругой, как когда-то и намечалось! И она согласилась! И даже меня не спросили! Как и ты! — толкает он в бок Вэй Ина. Однако ловит недовольный взгляд Ван Цзи и говорит: — Лань Чжань, прекрати так смотреть! Никому, кроме тебя, этот бракованный заклинатель не нужен! Ай! Вэй Ин, я же шучу! Прекрати толкаться, или я закрою перед тобой ворота Пристани Лотосов!