Ееее, капуста!

      Тревога после Хэллоуина ещё не отпускала Алекса, но никаких сообщений он больше не получал. А Владимир в ответ на благотворительность отмахнулся и приказал заниматься делами; письма сами себя не разгребут. Сам же сел за стол и самозабвенно чёркал что-то в блокноте. Видимо, вдохновение нашло. Алекс то и дело поглядывал на него, однако это ничего не дало.       Раз игры в гляделки не прошибали Владимира, придётся задать вопрос в лоб.       — Что ты ей сделал?       — А, ты ещё помнишь, — ухмылка Владимира была скрыта под ширмой его волос, но в тоне отчётливо слышалась. — Её тут больше нет.       — Эм... И как я это понять должен?       — Никак, — Владимир пожал плечами. — Расслабься ты, я просто написал на неё заяву. Её вышвырнули отсюда, так что дорога к тебе ей отрезана.       Алекс не нашёл нужных слов, поэтому вздохнул и с новыми силами вернулся к стопке писем.

***

      Следующая неделя пролетела незаметно, без каких-либо происшествий. Настолько незаметно, что Жопашник уже заскучал по внезапным сообщениям сталкерши. Но не успел он найти красоту в стабильности и спокойствии, как к нему всё же явилось что-то интересное.       — Жопашник, я сяду к тебе, — не терпящим возражений тоном сказала Симона, потеснив Владимира плечом; тот очень часто сидел именно со своим менеджером.       Будь их куратор вне лекционной, скорее всего блондин бы высказался, но не сейчас. Алекс немного беспомощно наблюдал за Владимиром, как он выходит из ступора и направляется к задним рядам сидеть с каким-то неизвестным Алексу одногруппником... Он в целом мало на кого обращал внимание, но теперь обратил. Хотя конечно, по большей части смотрел он именно на Владимира — как он взаимодействует с другими людьми? Оказалось, он очень много шутит; Алекс конечно не расслышал слова, но прекрасно понял их интонацию. Только почему-то он сам, являясь менеджером Владимира, редко слышал шутки в свой адрес. Не то, чтобы ему приятно, когда над ним подшучивают.. но откуда такие различия?       При этом не то, чтобы Владимир хотел подружиться с кем-то, пусть к нему и тянулись люди. Тогда зачем он это делает? Алекс не нашёлся с ответом, поэтому бросил размышления. Владимир скосил взгляд на него и чуть сощурился. Жопашнику показалось, будто Владимир улыбнулся уголком губ, однако рассмотреть не успел, этот образ растворился так же быстро, как и возник. Они обменялись немым диалогом и по такому же немому соглашению отвернулись друг от друга.       Симона же сидела без какого-либо стеснения, словно бы его тут не было. Алекс всё же решил прервать затянувшееся молчание.       — А где Брокколи-тян?       — Простудилась, — коротко ответила Симона.       На том можно было и закончить расспрашивать. Да и не то чтобы Алексу хотелось много говорить с Симоной, поэтому оставшееся время он потратил на подготовку к лекции. На удивление, Симона тоже этим занялась.       Ни на секунду оба не отвлекались от лекции, что снова было в новинку для Алекса — Владимир ведь не упускал случая поболтать, вне зависимости, заняты они или же свободны, а Симона молчит, хотя между прочим, подсела к нему, вытеснив Владимира. Зачем же она это сделала?..       Время текло очень медленно без Владимира...оказывается лекции очень скучны. Он иногда смотрел на свою соседку по парте, но ничего не говорил.       Выстраданные конспекты струились под его ручкой стремительно, и всё же без особого смысла.       — Жопашник, — наконец прошептала Симона, улучив момент, когда Вилен отвлёкся.       Алекс чуть не уронил свои принадлежности, когда услышал её голос, но теперь развернулся, отложив тетрадь.       — Что такое?       Но Симона снова писала конспект и на его голос не отозвалась. Алекс изредка поглядывал на неё, пытаясь ухватиться за её взгляд, так и не добившись ничего.       — У меня есть лишний билет в кино. Брокки не любит такие фильмы, но думаю ты не будешь против, — спустя несколько минут послышался ответ. То ли она обдумывала, говорить или нет, то ли ей важно было сосредоточиться на лекции.       — Я не привереда, — без спешки откликнулся Алекс.       Симона кивнула и продолжила писать, только под конец всех пар отдав билет и сказав все подробности, она снова выглядела собой.. Что означал этот поход в кино?       А ведь Алекс уже второй раз куда-то ходит, что ново для него, как затворника. Прислушавшись к своим ощущениям, стало немного спокойнее. Такие перемены ему даже на пользу.       Невольно в голову полезли мысли про тот предыдущий раз...которым был с Владимиром. А сейчас — вообще Симона. Какой-то червячок сожаления затесался внутри, и Алекс не мог понять, почему. Всё же хорошо.       Проснулись воспоминания о театре. Как он тогда был не в силах заострить внимание на чём-то другом? Этому же хватило единого взгляда, чтобы потом едва не забыть про существование кинотеатра; Алекс даже записал себе в заметки на всякий случай. Может, театр был ему интереснее? Да не то чтобы сама постановка засела ему в сердце... Он помнил название, как выглядел билет, номера их мест — и своё и Владимира, — как тогда оделся, что чувствовал когда ждал Владимира...       Жопашник настолько задумался над этим всем, что даже не заметил, как врезался в кого-то в коридоре.       — Ты чего это? Я тебе не наливал вчера даже, — знакомые нотки в голосе окончательно пробудили его.       Ну конечно же, это был Владимир.       — Кстати, ты мне нужен, сегодня...       — Во сколько?       — Сразу же после занятий. Так вот...       — Я не смогу, — пробормотал Алекс, теребя сумку.       — Перебивать нехорошо, — прищурился Владимир. — И когда Его Высочество будет свободно?       — Я не... — Алекс вздохнул, понимая что видимо задел Владимира. — Как только освобожусь, так сразу помогу тебе.       — И побыстрее, не люблю ждать. Я буду репетировать.       — Но мы же не выступаем пока что.       — Я пою не только здесь на сцене, забыл? У меня появились деньги, так что есть вероятность концерта, уже лично моего. И ты, как менеджер, будешь критиковать меня, — он шумно выдохнул. — Не зазнайся только.       — И не буду. Что-то ещё от меня нужно?       — О, так хочешь чтобы тебя завалили работой? — Владимир ехидно улыбнулся. — Могу устроить, запросто.       — Сделаю всё что в моих силах, — кивнул Алекс.       — Вот уж не думала, что ты этому павлину в рот будешь заглядывать, — рядом материализовалась Симона и грубо пихнула его под бок.       — Не лезь в чужие разговоры, жирафиха, — скривился Владимир.       — Пошли уже, — Симона потащила Алекса за толстовку, вынуждая пройти за собой.       — Ты с ней на свиданку что-ли? — не понятно было, негодовал Владимир или просто интересовался.       — Мы не на свидание, идиот! — прикрикнула на него Симона.       Владимир пожал плечами и ушёл в противоположном от них направлении, тогда как Алекс с Симоной пошли в корпус в молчании.       — Я собираюсь достаточно быстро, так что буду готова через 15 минут. Советую и тебе не задерживаться, — с этими словами Симона зашла в свою комнату.       Даже меньше чем через указанный срок они встретились в главной гостиной. Сегодня Симона в целом была более молчаливой, чем обычно, но по дороге и вовсе закрылась. Алекс невпопад задавал вопросы в начале их прогулки, а Симона.. отвечала неохотно. Автобус ждали тоже в тишине между собой — вразрез с шумом машин.       О предпочтениях Симоны он не узнал, как и не узнал о том, какие фильмы она уже смотрела. С Алексом же можно обсудить почти все; он много провёл времени наедине с телевизором и приставками, так что он поддержал бы разговор.       Проехав несколько остановок, он вышел на нужной и следом за ним Симона.       — Да уж, надо было одеть что-то теплее, — проворчала Симона, обхватив себя за плечи.       — Тебе дать куртку?       — Ага, и свою жопу простуди ещё. Обойдусь, — какое-то время она сидела в телефоне, а затем воскликнула, указав пальцем налево: — Нашла! Кино вон там, пойдём.       В спешке добравшись до места, Алекс сдал свои вещи в гардеробную и вдохнул тёплый воздух, в котором витал сладкий аромат попкорна. Разыгрался аппетит, так что он купил им обоим по ведёрку и напитку. Симона уже стояла с их билетами на кассе, и теперь, получив обратно, повела Жопашника в один из залов.       Места располагались почти в самом конце, зал ещё был освещён ярким светом. До начала — он ещё раз посмотрел на билет — оставалось несколько минут.       — Ну что, Жопашник, готов натерпеться страху? — Симона стукнула его в плечо своим кулаком и уселась поудобнее.       — Посмотрим ещё, кто из нас тут испугается, — он улыбнулся и приготовился к включению экрана.       Как раз в этот момент прозвучал громкий голос из колонок, призывающий выключить звук у мобильных устройств. Свет погас, и экран залил зал холодным синим свечением. Алекс откинулся на спинку кресла и почувствовал, как напряжение, которое он носил в себе последние дни, начинает потихоньку отпускать. Пожалуй, именно тогда Симона наконец ожила. Им удалось обсудить фильм. Она так же, как и Алекс, смотрела фильм без какого-либо страха. Просмотр выдался насыщенным; у каждого из них моментально созревали комментарии, подходящие и не очень.       — Они очень тупо померли, — указывая рукой на экран, Симона засмеялась.       — Это было даже ожидаемо. Твои ставки, выживет ли хоть кто-то?       — Хм... — она потянулась за новой порцией попкорна, прежде чем ответить. — Те двое.       — Принято. Я думал на эту же девушку, а её парень... странно что он ещё не сдох.       — Ты не такой безнадёжный, каким кажешься, — Симона пихнула его в бок и с довольной улыбкой продолжила смотреть.       Спустя почти два часа, когда фильм закончился, Алекс предложил ей прогуляться, надеясь что сможет наконец понять, что не так. Что-то подсказывало ему: Симоне нужен был разговор. Возможно, он ошибался в своих доводах, поэтому... лучшим решением будет просто ждать.       Пока шёл фильм, по городу прошёлся дождь ( а вот снега им не видать ещё долго, хотя прохлада и окутала воздух). Приятная влажность, запах мокрой почвы погружал в атмосферу, которая призывала раскрепоститься. Алекс украдкой посмотрел на спутницу — если ему до этого казалось, что Симона тише обычного, то сейчас воцарилось звенящее молчание. Диалог никак не клеился по дороге, ни через десять минут, ни через полчаса. Он почти отчаялся и захотел завести её отогреваться — стало ещё холоднее, а Симона ранее говорила, что ей холодно, — как вдруг Симона ускорилась и встала перед ним, скрестив руки на груди. Алекс всё ещё находился в своей голове, поэтому не успел сориентироваться и просто тупо стоял, не в силах что-то из себя выдавить. Как он мог подумать, что хоть кому-то вообще пригодится его помощь, он же истукан истуканом...       — Ты весь вечер пилишь меня взглядом. Что-то не так? — первой не выдержала Симона.       — Ты выглядишь грустной, — он ответил не сразу, но как только вернулся дар речи.       На секунду, она растеряла свой боевой настрой, но на её лицо всё равно нахлынула злость.       — Ну и что? Какая тебе разница?       — Ты зачем-то позвала меня, хотя мы не то, чтобы много общаемся. Не значит ли это, что... — ему подумалось, что если он скажет слово помощь, ответа на свои вопросы не услышит никогда. — Ты хотела поговорить с кем-то? — неуверенно продолжил Алекс. Видя, как Симона скривилась, он быстро добавил: — Я выслушаю.       — Я голодна.       Симона заспешила к первому попавшемуся на глаза фастфуду и скрылась в его недрах. Алекс смиренно прошёл следом, думая, что дальше делать. Симону он нашёл в толпе не без труда; заведение полнилось посетителями. Встав рядом с ней в очереди, он ждал их очереди.       — Пополам?       — Только попробуй заплатить за меня, — подтвердила Симона.       Он просто кивнул и, когда очередь всё же дошла до них, заказал только себе. Женщина за кассой приятно улыбнулась им и сказала ждать. Их имена и номер высветились на таблице. Симона переглянулась с Алексом перед тем, как выбрать столик. А хотя что тут выбирать — почти все оказались заняты, несмотря на то, что помещение имело приличные размеры.       Естественно, когда вокруг столько людей, Жопашник тем более не предпринимал попытки разговорить её. Сам не желал бы разговаривать о чём-то личном в таком месте. Пока заказ не принесли, Алекс решил проверить телефон. Владимир ему не писал... хотя он не удержался бы, за столько то времени. Но пытаться как можно скорее уйти к нему сейчас будет лицемерно, после того, как он сам копнул глубже.       Ненадолго отвлёкшись, когда принесли их заказ, Жопашник спросил:       — Извини, что опять лезу... Тебе это нужно?       — Расскажу я, расскажу, главное отцепись и дай мне поесть, — зло откликнулась она.       Устыдившись своего интереса, Алекс принялся за бургер. Кусок в горло не лез конечно, однако стоило поесть, чтобы не ехать обратно голодным. Доесть всё у него не получилось, и он отложил бургер. Грозило тем, что он тут всё обблюёт.       Чуть позже него, Симона закончила со своей порцией. По негласному соглашению, оба поднялись с мест и последовали наружу. Алекс придержал за ней дверь и на этот раз всё же накинул свою куртку на Симону.       — Я же сказала!..       — И всё же позволь. Когда приедем отдашь, что в этом такого?       Симона хмуро зыркнула на Алекса, но снимать куртку не стала, только застегнула плотнее и вздохнула.       — Да, я в самом деле хотела бы с кем-то поделиться... — видя, что Алекс открыл рот, она продолжила: — И нет, не Брокколи-тян. У неё своих проблем хватает.       — Но ей наверняка важно знать, что у тебя произошло, вы же подруги.       — Я не знаю как с ней поговорить об этом, — слова Симоны потонули в шуме проезжающих машин. — Но думаю, что хоть кому-то надо рассказать, а то держать в себе так себе. С ума скоро сойду.       — Расскажи, правильно думаешь.. Это...могу что-то изменить в лучшую сторону?       — Кроме моей матери точно никто не сможет, — Симона презрительно скривилась. — Этот мудак съебался когда мне было девять, а теперь вдруг объявился. Мало того, что живёт в нашей квартире, так ещё и деньги на алкоголь спускает.       — И он требует их с тебя, так получается? — внутри у Алекса всё сжалось.       Ничего не ответив, она села на лавочку — они как-то незаметно дошли до парка — и закурила.       — Мне придётся скорректировать своё расписание и найти работу, потому что стипендии не особо хватает. Мать и так на своей пашет, не хватало ей ещё на вторую уходить.       Плечи Симоны поникли, а затяжки становились всё тяжелее. Непонятно сколько просидев на скамье, не разговаривая, каждый думал о своём. Её проблемы пробудили у Алекса воспоминания уже о своей семье. Там всё не так уж и плохо, на самом-то деле. Скуривая сигареты, Симона бросала их прямо на землю и давила ботинком. Небольшая кучка росла, и когда Симона уже стала закашливаться, Алекс не вытерпел и отобрал у неё сигареты.       — Эй, ты что творишь?! А ну отдай!       — Тебе уже плохо. Пойдём на остановку?       Разъярённая Симона зашагала туда, куда он сказал, попутно засыпая его проклятиями. Он сам немного расстроился, впрочем понимая её реакцию. Они пришли к остановке и принялись ждать. На часах было часов десять, так что по времени они ещё успевали. Только вот... Жопашник изрядно задержался здесь, а Владимир хотел поговорить с ним о чём-то важном. Он-то расчитывал, что его не будет от силы пару часов, ну максимум три, а вышло целых пять.       — Павлин тебя твой удушит, — озвучила его мысли Симона.       — Это точно. Ты... тебе стало лучше?       — По сравнению с тем, чтобы молча жрать это дерьмо — да.       Алекс выдохнул. Зато это было сделано.       Мимо них проезжали машины, проходили люди, но автобусов всё не было и не было. Один-единственный, который мог бы их отвезти к Академии, попросту проехал мимо, даже не убавив скорости. Симона тогда сильно ругалась, поэтому Алекс предложил добраться пешком, что теперь поделать?       Сверяясь с навигатором, они шли по нужному маршруту уже какое-то время, петляя по улицам города. Иногда фонарей не было, как и нормальной дороги, так что Симона светила им с телефона, пока он крутил карту, то и дело путаясь, где они находятся. Поступь Жопашника была нервной, он то и дело срывался в бег, пока наконец не решил открыть личные сообщения с Владимиром.

[19:34] Ты где?

[21:19] ?..

      Алексу стало невыносимо стыдно. Да, конечно, вроде бы ничего такого он не сделал, но это как-будто только ухудшало ситуацию. [22:46] Скоро буду       Какой там скоро, он сейчас хрен пойми где!..

***

       Прошло ещё полчаса, прежде чем Академия Кракена показалась из-за деревьев. Алекс скомкано попрощался с Симоной, и та не спрашивала, почему он перешёл на бег, не стала поддерживать темп, утопая в своих мыслях. Алекс посчитал, что так даже лучше и, спотыкаясь, переступил наконец за ворота. Охранник с криками погнал его во внутрь, крича про безалаберную молодёжь, но Жопашнику было всё равно. Толком не отдышавшись, он понёсся в их с Владимиром комнату, надеясь обнаружить его там...       Комната была пуста.       Алекс решил проверить, не написал ли ему Владимир, но сообщений не приходило. Он даже не прочитал последнее, да и в сеть не заходил. Оставалось ещё одно место, где можно было застать Владимира. Конечно же, это репетиционный зал их музкружка.       Уже на подходах к дверям, он слышал внутри шум — в противовес шумному городу, здесь раздавался только шорох листвы и чавканье грязи под ногами. Застыв в нерешительности, Алекс попробовал сформировать готовую модель диалога, однако совершенно не понимал, что и как ему говорить сейчас. Надо ли? А Владимир ли там, в зале? Приоткрыв дверь, Алекс глубоко вздохнул, сжимая ручку двери. Да отчего ему так страшно?       Через просвет был виден зал, что утонул в ночном свете. А в нём метался один человек, сметая всё на своём пути. Тот вдруг закричал:       — Бездарность!       И повторял он это несметное количество раз. По голосу уже стало понятно, что это действительно Владимир. Алекс открыл дверь шире и включил свет, входя внутрь.       — Зачем ты сюда пришёл? — едва ли не набросился на него Владимир.       Его лицо было покрыто тонкими красными полосами. Если до этого у Алекса были хоть какие-то фразы на готове, то сейчас разбежались все до единой.       — Что?..       — Иди отсюда, я без тебя справлюсь, — Владимир взял контроль над своим голосом, но в глазах всё равно отражалась буря эмоций, преимущественно негативных.       — Извини, я опоздал.       — Хотя бы до этого ты додумался. Какого чёрта ты тут забыл?       — Я искал тебя, — как само собой разумеющееся сказал Алекс. — Что случилось?       — Уже неважно, — Владимир развернулся и зашагал к выходу, как Алекс остановил его, потянув на себя. Он нервно стряхнул руку, но всё же остался. — Мне надо было песню сочинить. Теперь уже ничего не получится.       Владимир махнул рукой на один из столов, который ещё стоял. Там лежали разорванные в клочья бумаги с нотами и словами. Он устало опустился на пол и закрыл лицо ладонями.       — Зачем же ты их порвал?       — Да ты совсем тупой что-ли?       Владимир пнул стол, и повалил тем самым целых два. Алекс встрепенулся и поспешил поднять их, затем снова вернулся к бумажкам, пытаясь понять, что там было написано. Владимир продумывал для каждого по отдельности композиционный план, аккорды, ноты, чтобы всё звучало органично. Видимо, на этот раз что-то его не устроило и он порвал всё, над чем работал.       — С чем у тебя проблемы?       — Я сам разберусь.       — Ты сегодня днём подходил ко мне. О чём ты хотел поговорить?       — Я хочу устраивать свои концерты. Но плана программы нет, мест, где выступить — тоже. А что мне исполнять? На это я тоже не знаю ответов, — Владимир отнял руки от себя и бессильно опустил их на колени, смотря на Алекса. — Жопашник, ты же мой менеджер.       — Разберёмся.       Услышав не то, что хотел, Владимир поморщился и сидел несколько минут злой, но понемногу оттаивал. Алекс пока взял гитару в руки и стал настраивать её, стараясь не обращать внимания на царивший вокруг балаган. Некоторые аккорды получилось распознать, но потом пришлось импровизировать. Возможно, как раз это и сподвигло Владимира подняться с места и двинуться к аппаратуре. Алекс замер; вдруг Владимир разгромит тут всё? Но нет, он подключил свой микрофон и стал петь. Немного сжато, но выходило как обычно, выше всяких похвал. Иногда Владимир останавливался и подходил к Алексу, перенаправляя его.       — Нет, здесь по-другому.       Алекс подстроился, после чего песня в самом деле зазвучала лучше. Голос Владимира к концу затих, и они вместе опустились на подоконник.       — Когда ты планируешь этим заняться?       — Возможно, после нового года... но не уверен, насколько часто получится выступать, — Владимир перевёл отстранённый взгляд на внутренний двор. — Я раньше не играл на публику масштабно. Были какие-то сборы, выступления в метро, но это всё не то. А на сцене всё ощущается... Даже не могу передать словами, какое это удовольствие.       — И всё же я не вижу ошибок у тебя в записях. Что тогда не получилось?       — Да ничего там не получилось. Ты не сыграл и половину того, что изначально было. Сосредоточиться на игре стало легче, когда ты взял на себя гитару.       — А ты попытался всё и сразу? — Жопашник не сдержал удивления, и оно просочилось в его речь. — Естественно у тебя не получилось       — Ещё раз ты скажешь, что у меня что-то не получается, будешь завален письмами моих фанатов до конца своей жизни.       Пожалуй, Владимир снова стал собой.