Не надо, пожалуйста!

. Входная дверь со скрипом открывается. Ночь. Глубокая, звездная ночь, которая не помещала Нилу выйти на пробежку и очистить свою голову от ненужных мыслей. После пробежка все становится на свои места. Весь бардак в голове становится на полочки. Эндрю вышел из дома до ухода Нила. По его словам, он пошел в магазин за мороженым. Но почему-то непонятное напряжение и волнение засело глубоко в груди Джостена. Вроде обычный поход в магазин. Такой же, как и всегда. Эндрю часто выходил вечером, либо ночью из дома. Никто и ничто не сможет противостоять его любви и тяге к мороженому, но предчувствие было ужасным. И это было действительно странно. Ведь ботинки на массивной подошве, стоявшие в коридоре были Эндрю. Так же, как и черное пальто, которое валялось на полу. Видимо, оно слетело с петельки и упало. Но вот только сам Эндрю признаков жизни не подавал. Не было слышно ни чайника, который обычно кипел на кухне. Ведь Эндрю любил шоколадное мороженое с какао. Ни звуков ударяющейся ложки о посуду. Все было тихо. За исключением котов, мяукающих и отбирающихся об ноги Нила. -Дрю? Я дома — прозвучал давольно тихо голос Нила. Ответа не последовало. Тогда Джостен направился в квартиру, заходя в каждую комнату и проверяя, там ли Миньярд. Он обошел все. Ванну, спальню, кладовку, кухню, но Эндрю нигде не было. Но когда он услышал скрип дивана, тут же направился в сторону зала. Там, где и был пропавший парень. Эндрю, лежащий на диване в позе клубочка. Колени прижимались к груди, а глаза зажмурены. Руки обнимали свои же плечи. Эндрю тяжело и прерывисто дышал, стараясь не задохнуться от собственных эмоций, которые так и норовили выбраться наружу. Но он не позволял. Это не в его духе, не в его стиле. Эндрю должен держаться каменной стеной. Не показывать эмоций. Не плакать, не улыбаться. Он должен быть холодный, как глыба льда. Возможно, тогда его никто не тронет. Тогда все будут боятся его, называть монстром и обходить за двадцать километров. Но никто не знает, что это лишь защитная реакция сломленного и разбитого ребенка. Никто не знает, что настоящий Эндрю и мухи не обидит. Только Нил видел, как тот самый Эндрю, которого все называют монстром раздумывал о том, чтобы забрать пять котят с улицы, ведь никто не должен быть брошенным и одиноким. Но с пониманием того, что они не справляться с таким количеством животных, котята были оставлены, но это совсем не помешало блондину каждый день ходить и кормить зверьков. Но сейчас от этого парня ничего не осталось. Он лежал опустошенный и отказывался даже смотреть на его наркомана. На человека, которому когда-то вручил ключи от дома и доверил свои самые сокровенные секреты. -Хэй, Дрю. Это я, Нил Джостен. Ты как? — подойдя чуть ближе, Нил смотрел на парня -Нет. — шепотом произнес Эндрю. Нил отпрянул, отходя на пару шагов дальше. Как давно Эндрю не говорил ему нет? Год? Может два? Нил даже не помнил этого дня. Но сейчас все изменилось -Нет, не подходи! -Эндрю, это все лишь я, Нил. Я не собираюсь делать тебе больно. — Джостен отошел назад, растерянный и все еще не понимающий, что случилось. Но тут Миньярд встал. Он дрожащими руками вытащил из пачки сигарету, медленно, при этом хромая шагал к подоконнику. Сердце Нила дрогнуло. В голову лезли самые неприятные мысли и догадки произошедшего. Казалось, земля ушла из-под ног. Но когда было произнесено тихое «ай», после попытки Эндрю сесть на подоконник, ноги Джостена подкосились. Он заметил рану не лбу Эндрю. Выглядит так, будто об его голову сломали кирпич. Лицо его было болезненно бледным. Засохшие следы крови, которая раннее текла из носа. На нем была черная толстовка, а сверху, на голову накинут капюшон. На ногах черные спортивные штаны, порванные в некоторых местах. Понимая, что значит это зрелище, Нил прикрыл дрожащие губы руками -Эндрю. — Нил пытался сказать это как можно спокойнее, чтобы не напугать Эндрю еще больше, но голос его надломился. Эндрю выглядел так измучено и болезненно. Хотелось прижать его к своей груди, гладить по спине и говорить все возможные приятные, ласковые слова, которые только существуют. Но Эндрю бы ни за что в жизни не позволил этому случиться -Эндрю, посмотри на меня Тишина. Эндрю молчал, словно никогда и не умел разговаривать. Его лицо искажала боль и недоверие, челюсть была сжата, как и руки, согнутые в кулаки до того сильно, что костяшки побелели. Он боялся пошевелиться, зная, что за каждым последующим, неаккуратным движением будет невыносимая, режущая боль. Миньярд прекрасно знал и помнил эту боль. Он пережил это достаточно раз, чтобы его тело запомнило эти ощущения. —Джесси — единственное слово, сказанное Эндрю. Оно было сказано так тихо, что Нилу пришлось напрячь свои уши. Джесси. Один из приемных отцов Эндрю. Но вот только есть одно «но». Он был не просто отцом. Он был одним из тех монстров, ждущих ночи, чтобы сделать Эндрю больно и наслаждаться этим. Джесси был сущим монстром. Настоящим демоном во плоти, не жалеющий детей. Хотя, такими были все, кто только смел дотронуться до Эндрю и любого другого ребенка. Это он душил маленького мальчика, отчаянно вырывающегося из лап злобного зверя. Он заставлял Эндрю молчать и терять сознание во время полового акта, чтобы не разбудить их «прелестную мамочку», которая в свою очередь не замечала ничего подозрительного в том, что ее хоть и приемный, но сын дрожал от любого движения отца. Всесе они были слепы -Я встретил его по пути домой. Он искал меня. По его словам «сильно соскучился». Решил навестить сыночка и вспомнить былые времена — Эндрю говорил словно робот. За весь рассказ ни один мускул на его лице не дрогнул, придерживая ту самую маску безразличия -Он сделал это на чертовой улице. Прижимая мое лицо к кирпичной стене. Даже Дрейк был более любезен Слова Эндрю были словно нож в спину. От одного представления всей этой картины становилось тошно. В горле образовался ком, глаза Нила бегали, внимательно рассматривая Эндрю. -Твои ножи, они.. — спросить о том, почему Эндрю не воспользовался ножами было тупо. Естественно, это не могло случится просто так. Миньярд угрожает Аарону и Ники лезвием при любой возможности, а Джесси противостоять не смог. Оно было понятно почему -Он выбил их у меня из рук. Я не настолько идиот, чтобы не додуматься воспользоваться оружием. У меня были ножи, а у него ключи от замков на моих шкафчиков, где находились все страхи. Он буквально сделал все, чтобы обездвижить меня, так что, я был безоружен. Я никак не мог повлиять на ситуацию. Всё, мой поезд уехал еще в семь лет, Нил! Даже спустя столько лет судьба подкидывает мне все дерьмо человечества. Видимо, я обречен на страдания! — с губ Эндрю вырвался смех. Это было самое отвратительное, что только слышал Нил. Он смеялся над своей болью.