Ребёнок

      На следующий утро, Лань Ванцзи отправил письмо брату, что задержится в Юн Мэне. Ему хотелось узнать ребенка поближе, на сколько это возможно. И конечно же рассказать про ситуацию с главой Цзян. Он надеялся застать ребенка, которого имени так и не узнал, в лазарете, сидящем возле Цзян Ваньиня. И угадал. Мальчик сидел и ждал пробуждения отца. Лань вспомнил себя ребенком, когда умерла его мама. После ее смерти он сидел и ждал, что она когда-нибудь снова ему улыбнется и с ним заговорит. — Доброе утро, Господин Лань. — поприветствовал его мальчик, заметив его. — Мгм. — Зачем вы пришли? — Проверить Главу Цзян. — Ладно. Ичэнь снова отвернулся. Лань Ванцзи сел рядом и тоже молчал. Лицо Цзян Чэна было спокойным, умиротворённым. Ичэнь разглядывал его лицо. — А где твоя мама? — Ее нет. Папа сказал, что она меня бросила в лесу. — Ясно... Значит это не кровный ребенок Цзян Ваньина. Дальше у них разговор не шел. — Кем вы приходитесь папе? — спросил мальчик, не отрываясь от разглядывания «родителя». — Он мой... знакомый... — Почему вы с ним раньше не виделись? — Мы виделись, но редко. — Ясно. Снова повисла тишина. В коридоре послышались шаги, Лань Ванцзи встал, но мальчик даже не пошевелился, пришел лекарь, а за ним стоял слуга. — О, здравствуйте, Господин Лань, не ожидал вас здесь увидеть — поприветствовал его мужчина. А после посмотрел на мальчика — и вас молодой господин. Слуга им тоже поклонился. Малыш перевел на них хмурый взгляд. — Папа сейчас спит, вы ему мешает, надо быть тише — сказал он. Лекарь только улыбнулся и кивнул. — Вы правы молодой господин, прошу покинуть комнату, я его осмотрю. Лань Ванцзи и Слуга вышли первыми, за ними ребенок. Лекарь закрыл дверь. И только сейчас мальчик выдохнул, будто до этого задерживал дыхание. — Молодой господин, время завтрака, пойдёмте — сказал слуга. — А вы пойдете с нами, Лань Ванцзи? — спросил мальчик, глядя на заклинателя. — Мгм. — ответом послужил кивок. __       Пока другие завтракали Цзян Чэн стал просыпаться, вокруг все плыло, любое движение отдавало болью. Как раз пришел лекарь с лекарством. — Вы проснулись, Глава, вам не стоит двигаться. Как вы себя чувствуете? — спросил лекарь. — Плохо... — ответил Цзян Чэн, голос его был хриплым. — Понимаю. Что вы последнее помните? — Ночная охота, монстр и темнота… — Хорошо, сейчас вы выпьете отвар, он должен помочь, надеюсь вам станет лучше. — Где Ичэнь? — спросил больной. — Он завтракает, я сообщу, чтобы его привели, но сейчас выпейте отвар. Целитель помог заклинателю выпить отвар и Цзян Чэн снова лег. Целитель его оставил одного по его просьбе. Пока он был в размышлениях, дверь в комнату открылась, показался ребенок. — Папа! — воскликнул он, подбегая и взяв его за руку — я скучал… — тихо сказал мальчик. Цзян Чэн только улыбнулся и не сильно сжал его руку. — Я тоже скучал… Прости… я обещал провести время с тобой… — Ничего, тебе надо было поспать, я знаю… — Ты у меня прелесть… Только сейчас он заметил Второго Нефрита в дверях. И сразу поменялся в лице. — А ты что здесь делаешь? — спросил он, мальчик посмотрел на него и на мужчину в белом. — Я тебя сюда принес… — ответил Лань, пройдя в комнату. — Ага… спасибо, можешь идти… — закатил глаза Цзян Чэн. — Он мне сказал, что вы знакомые… а это как? — спросил мальчик, глядя на отца. — Это когда вы знаете друг друга, но не играете вместе и не проводите время друг с другом — ответил Цзян Чэн. — Понятно… он тебе не нравится? — снова спросил ребенок. — Эм… как заклинатель он хорош, воспитан и благороден, ещё не такой уж и шумный, это в нем мне нравится. А так нет… — ответил Глава Ордена Цзян. Лань Ванцзи не ожидал таких слов, но лицо его осталось невозмутимым. — Понятно… — мальчик замолчал. Цзян Чэн поднял руку и погладил ребенка по голове, мальчик схватился за эту руку удерживая ее на месте. И снова заговорил, только уже обращаясь к Второму Нефриту. — Папе нужно отдохнуть, не могли бы вы покинуть комнату… — сказал он, не зная, правильно ли сказал. Цзян Чэн усмехнулся. Лань кивнул и вышел. __ Прошло чуть больше недели. Цзян Чэн мог и сидеть и немного двигаться, но из-за головокружения он снова садился на кровать. Малыш часто к нему приходил и сидел с ним, пропуская игры с ребятами, предпочитая время с отцом. Лань Ванцзи остался, он даже не собирался пока возвращаться, о чем и написал брату. Тот понял и пожелал скорейшего выздоровления Главе Ордена Цзян. А еще новостей по поводу лекарства пока нет, но целитель Гусу может помочь, только ему самому нужно видеть рану. Ванцзи ещё не удалось нормально поговорить с мальчиком, потому что тот часто был с отцом. И это злило его немного. Надо менять тактику… А Цзян Чэна злило то, что тот часто приходил. Ичэнь его часто прогонял прочь, потому что папе нужен покой. От этого мужчина улыбался и гладил ребенка по голове. Рана затягивалась плохо, лекарь осматривал тело и замечал, что яд стал медленнее, но все равно распространяться по телу. Что бы помогло избавиться от я да, он не знал. Этим он омрачил главу клана. В лечебнице царила напряжённая атмосфера. Цзян Чэн всё чаще замыкался в себе, раздражаясь от любого внимания, особенно со стороны Лань Ванцзи. Его рана заживала неохотно, а яд, хоть и замедлил своё распространение, всё ещё представлял серьёзную угрозу. Ичэнь, словно чувствуя беспокойство отца, всё больше времени проводил рядом с ним, отказываясь от игр и прогулок. Его маленькие ручки постоянно искали руку Цзян Чэна, а большие зелёные глаза внимательно следили за каждым движением «папы». Лань Ванцзи наблюдал за этой картиной со стороны. Он понимал, что его присутствие вызывает у Цзян Чэна раздражение, но не мог просто уйти, зная, что тот страдает. К тому же, маленький Ичэнь вызывал у него неподдельное любопытство — ребёнок был таким искренним и открытым, что невольно притягивал к себе внимание. Однажды, когда Ичэнь ненадолго отлучился, Лань Ванцзи решился поговорить с Цзян Чэном: — Состояние не улучшается. Нужно искать другое решение. — У меня есть лекарь, — огрызнулся Цзян Чэн. — Не нужно твоих советов. — Я знаю человека, который может помочь. Цзян Чэн поднял голову, в его глазах промелькнул проблеск интереса: — Кто? — Один целитель в Гусу. Он специализируется на редких ядах. Цзян Чэн молчал, обдумывая предложение. Его гордость боролась с желанием поскорее выздороветь ради Ичэня. В этот момент вернулся мальчик, неся в руках какой-то свёрток: — Папа, я принёс тебе твои любимые сладости! Он развернул ткань, показывая несколько пирожных. Цзян Чэн улыбнулся, несмотря на своё раздражение: — Откуда ты их взял? — Служанка дала. Сказала, что они помогут тебе поправиться. Лань Ванцзи молча наблюдал за этой сценой, чувствуя, как что-то в его сердце меняется. Эта простая сцена заботы тронула его больше, чем он ожидал. — Ичэнь, — неожиданно для себя произнёс Лань Ванцзи, — хочешь, я покажу тебе сад? Там сейчас цветут необычные цветы. Мальчик на мгновение задумался, затем неуверенно кивнул: — Только если папа разрешит. Цзян Чэн, глядя на искреннее желание ребёнка, неохотно согласился: — Только недолго... — он зло посмотрел на нежеланного гостя. В его взгляде читалась угроза. Лань это принял и лишь кивнул. Когда они ушли, Лань Ванцзи впервые за долгое время почувствовал, что нашёл подход к маленькому Ичэню. А Цзян Чэн, оставшись один, впервые за долгое время задумался о том, что, возможно, не всё так однозначно в отношении к этому невозмутимому заклинателю. Тем временем в саду Лань Ванцзи показывал Ичэню разные растения, рассказывая о них простые истории, и впервые за долгое время улыбался, наблюдая, как ребёнок с интересом слушает его рассказы.​