Я буду хорошим хозяином

— А где я? — Пробурчал Никита, попытавшись открыть глаза. Все плыло, показывая багровые узоры, а в ушах зародился невыносимый шум. Было ощущение, будто собственное тело было против каких либо действий. Бездействие как гарант безопасности, небольшой промежуток времени, чтобы восстановиться. — Тц… Все тело ломит… — Простонал парень от боли, пытаясь подняться с кровати, как только сел, сразу являлась и чернота в глазах. Последним воспоминанием была пыточная, поэтому он не мог догадаться, куда занесла его судьба на этот раз. Но, по крайней мере, сейчас он в безопасности. Ему было тепло, на нем целая одежда — итог не такой уж и плохой. Риколит попытался встать на ноги, немного пошатывался поэтому, облокотился об стоящую неподалеку тумбу. Глаза медленно начали проходиться по комнате изучая обстановку. Огромное окно с левой стороны с приоткрытыми шторами. Мебель из темного дуба, все остальные элементы интерьера, были выполнены в синих оттенках. К удивлению в предполагаемой спальне не было ни плазмы, ни компьютера. Единственное, что было, это шкаф, навесные полки с книгами и кресло, рядом с которым стоял небольшой столик укрытый светло-синей тканью, но на нём ничего не лежало. Место казалось пустоватым, но довольно уютным и выполненным со вкусом. Только что именно, он здесь делает? Судя по всему, место действительно предположительно принадлежало полицейскому, такое легко понять по ихнему стилю. Под ногами мягкий ковер, который заставлял ослабевать, все внутри его кричало о том, что пора остановится и ещё немного отдохнуть. Парень перевел взгляд на тумбу за которую держался, там стоял портрет счастливого усатого мужчины, который держал в руках светло-коричневого щенка. Все-таки он правильно понял все изначально; скорее всего это и есть тот полицай который для чего-то его забрал. Знак на груди уже говорил о генеральской принадлежности, как и в неком плане знакомая полицейская форма. Никита решил заглянуть внутрь тумбочки, надеясь что найдет там что-то полезное, к сожалению ничего, первая была полностью пустая, а вот нижняя содержала в себе только носки с трусами. Они разделены на разные секции, из чего можно сделать вывод, что хозяин этого места чистоплотен. В шкаф пока что смысла залазить не было. Он снова присел на кровать, отдыхая. Она крайне удобна, слабость никак не проходила. Организму нужно восстановление, еда и вода, ибо его давно не кормили, пару дней так точно, может даже больше. Полностью потерял счет времени, ещё тогда, так что понятия не имел какой сегодня день. Риколит решил рискнуть и подойти к двери, она не была закрыта, что подразумевало возможность свободного передвижения. Массивная с выраженными узорами, привлекающими внимание, нотки аристократизма в этом дизайне присутствовали. Благо сделано было гармонично, все так же сохраняло тот самый уют. «Никто в здравом уме не оставил бы открытой комнату с особо опасным преступником» — рассудил он. Парень вышел за порог, движимый желанием найти пропитание и наконец понять что с ним происходит. Просторный лестничный коридор, который укрыт толстым ковром, он поглощал любые звуки шагов. Наверняка ему бы следовало спуститься пониже. В любом случае принял именно такое решение увидев с высоты двоих полицаев, чьи силуэты были видны из-за света ламп. Если судить по отсутствию окон, то они светились беспрерывно, давая обозрение жителям этого места. Они во всех случаях понимали для чего он находится здесь. Конечно, мог пойти в другие стороны, исследовать территории где предположительно никого не присутствовало. Что-то ему подсказывало что следует подойти к ним и спросить в чем дело. Очевидно что здесь не желали ему вреда, раз уделили место в настолько просторной комнатушке. Никита медленно спускался по лестнице держась за перила, чтобы не упасть. Пальцы ощущали холодность дерева, оно было не грубым, до блеска покрытым лаком. Те почти сразу заметили движение впереди и обратили внимание, видя что тому трудно, подошли поближе к нему. Но пока что решили не трогать с интересом смотря на него. Силюк перепуган, внимательно их осматривая, обращая внимания на мелкие детали, их странные погоны, никогда их не выдел, впрочем, не разбирался в этом. Очевидно что высокопоставленные дядьки какие-то. Форма из плотной ткани, с тщательно отглаженными складками, полиция как-никак пример для подражания. За этой одеждой, готов был поспорить, скрывался микрофон, и возможно, датчик. На их шевронах была парочка желтых линий, белая звезда и какая-то птица, похожая толи на павлина, толи на петуха. В любом случае его максимум знаний — это отличить генерала от остальных, и то по красующемуся значку на груди. Но такой отличительной черты не заметил, значило что те лишь слуги. Большего сказать о них не мог. — Где я? — Проговорил Никита, стараясь чтобы его голос звучал как можно тверже, но слабость все равно слышалась как бы ее не старались скрыть. Полицейские лишь ещё с большим изумлением посмотрели на него, были восхищенны. — Чего вы так на меня смотрите? — Риколит перепугался, но решил не подниматься обратно наверх, все же ему нужна была пища. Да и поймать в таком состоянии легче простого, если хотят навредить, то сделают это прямо сейчас. — Он говорит… Удивительно, это действительно похоже на какую-то разговорную речь. — Алшье был впечатлён. Его лицо озарилось удивлением, и он невольно откинулся назад, словно не веря своим ушам. Будь честным, он ожидал какое-то хмыканье или подобные звуки, а тут что-то похожее на реплики. Похоже, он не далеко ушел от них по развитию, и это действительно восхищало. — Тебе не кажется, что мы его пугаем? Ну, если судить по мимике, может быть… — Эмре внимательно следил за сужившимися зрачками, которые обычно бывают у сильно испуганных особ. Относился к всему аналитически подмечая каждое движение мышц, каждый нервный тик. Парень, замечая такой настойчивый взгляд, лишь активнее начал двигать зрачками, будто искал предположительный способ побега. — Мне кажется, он даже побледнел за секунду, хотя куда ещё сильнее? — И что ты предлагаешь? — Полицейский после этих слов нагнулся вперёд, чтобы находится с парнем приблизительно на уровне глаз. Это не было чем-то странным для Риколита, ведь полицаи действительно использовали подобные жесты очень часто, во времена разговоров. Такое поведение в основном указывало на не агрессивность. Риколит не понял ни слова из их разговора и это его насторожило, был шанс, что они его тоже не понимают. Может быть, тот полицейский который его забрал сюда даст ответы на все вопросы, раз забрал, то с определенной целью. Никита чувствуя как его ноги подгибаются от усталости решил дальше искать кухню, вряд ли они его поймут. Навредить уж если судить, по пусть и странному поведению, явно не желали. Силюк медленно двигался, его шаги были неуверенными, они давались ему с трудом. Не хотя отпустил перила, теперь ему не за что было держаться, следовательно, легко потерять равновесие. Игнорировать боль в теле было невозможным. Глаза не останавливались на осмотре мелочей в этом помещении. Ему попросту это было не важным, далеко не самая важная цель сейчас. — А куда он идет? — Эмре просто смотрел в сторону покачивающейся игрока, не собираясь пока что вмешиваться в его действия. Строил предположительные догадки, но не думал что целью похода являлось что-то определенное. — Не думаю что в таком состоянии ему требуется ходить, — ответил второй полицейский поглаживая подбородок, он выражал некое беспокойство за нового питомца. — Думаю стоит его уложить обратно в кровать. — Он хочет есть, перевозка была длительной, думаю для начала нужно покормить, а уже потом укладывать. Может быть хочет кушать? — Предположил Эмре, у него никак не выходила мысль о еде, видя истощенное тело. Определенно такое ни в каком случае не может быть нормальным. — Вполне, вполне, а чем его кормить, что едят эти… как их… Никиты вот. — Алшье медлил, пытаясь вспомнить как называется это причудливое создание. — Игроки. — Поправил Эмре, ибо прекрасно помнил каждое сказанное слово по поводу этого существа, но собрата в таких ошибках не винил, ему очень сложно давались новые, необычные слова. — Никита это его имя. Риколит повернулся к ним отчётливо услышав свое имя, произнесено оно было невнятно с явным акцентом. Обращение шло явно к нему, поэтому остановился, ожидая подальших действий со стороны полицаев. Надеялся что его не начнут неожиданно избивать, ведь мало ли что могло резко прийти к ним в голову. Полицейские были способны на многое, они доказывали ему подобное своими действиями, невиданной жестокостью. Эти уж точно не отличались от остальных, пока что не проявляя явной ненависти. — Эй, а он отреагировал, на свое имя-то. — Удивлённо подметил Алшье, делая пару шагов вперёд, чтобы потрепать Никиту по волосам в знак похвалы. Судя по всему тот был недовольный от таких касаний и скрывылся закрыв глаза. Такое выражение лица показалось ему забавным, поэтому издал легкий смешок сохраняя в помещении нотки дружелюбности. — Давай мы его отнесем на кухню? Мне кажется он достаточно самостоятелен, чтобы выбрать себе что-нибудь поесть, заодно поймём чем пытается. — Предложил Эмре, принимая некую сознательность игрока, решив оставить даже выбор. Тому уж точно будет виднее, что употреблять в пищу. — Ты уверен что он сможет, выбрать себе что-нибудь самостоятельно? Вдруг, возьмет хлеб, он ему не подойдёт и у него начнутся проблемы с желудочком? — Второй выразил категоричное сомнение подчеркивая последствия неправильного подбора пищи. Ума может не хватить, может его ареал обитания в корне отличается от тех продуктов что находятся в их доступности. — Он ходит, говорит и реагирует, значит пищу себе подобрать сможет. — Отстаивал свою точку зрения первый, понимая, что так или иначе того прийдется кормить. — Может быть, думаю, генерал сказал бы то же самое. Ну, что ж, понесли. — Полицейский взял Риколита на руки и не спеша понес, его голос выражал явное несогласие с таким мнением. — Он кстати легкий, я ещё вчера заметил что у него косточки видно. Мне кажется это ненормальным, как и отсутствие запаха. Никита решил не сопротивляться, давая себя перенести, ходьба давалась с трудом, чуть не падал, а так посмотрит куда его принесут. Много мыслей внезапно стало на этот счёт, может в пыточную, а может и к генералу который даст ответы на все интересующие вопросы. — Тоже кажется что его нужно откормить, но может это действительно особенность в чем сильно сомневаюсь. — Полицейский не считал что видимость костей нормальное явление, но и с таким существом они сталкиваются впервые. Очевидно замученный, непонятно что делать с ним. -У каждого моба вообще-то должен быть запах, у жителей он противный, рвотный, а у нас нормальный. А вот у него к сожалению отсутствует, интересно как они друг-друга отличают? — Задумался Алшье, его со вчерашнего дня тревожил этот вопрос. Может быть их нюх просто неспособен уловить источаемый запах, настолько скрытен. — Отпусти Никиту, сейчас, откроем холодильничек, и он себе что-то выберет. — Парня медленно отпустили на ноги, придерживая, давая ему время оклематься, если сделать это резко, явно не удержится на ногах. — Смотри, Никита, Никита, Никита. — Полицейский открыл холодильник, специально поклацивая пальцами и зовя его, дабы обратить внимание на себя. Силюк моментально ожил, значит его все же решили накормить, у полицейских холодильник полон всякой еды. Различные колбасы, хлеб, вода, различные овощи и фруктоза, так же есть всякие приправы. У парня глаза разбегались от такого изобилия выбора, и живот предательски заурчал требуя быстрее его наполнить. Он решил взять колбасу, хлеб и сыр, сделать себе бутербродов, ещё и воды себе нальет из стоящего там графина. Голод был физическим, видя еду его тело собрало все свои силы. Быстро нашел досточку, на столе начиная аккуратно ровными ломтиками нарезать. Подташнивало, но определенно следовало поесть, это единственное, что ему сейчас требовалось. — Он ест тоже что и мы… — Заметил Алшье, продолжая с интересом наблюдать за питомцем. — Что, ж, это облегчает задачу. Он делает себе бутерброды, значит базовые навыки тоже имеет. -К слову очень красиво нарезает и ровно, мне бы так уметь. Наверное, раньше тоже такое ел, раз легко с этим разобрался, ты гляди и доску взял чтобы ткань не повредить. Никита доделал себе еду, решив остановится на пяти, решив что не стоит забывать желудок полностью как в последний раз. Ничегошеньки не понимал, особенно о чем они разговаривали так увлеченно причем. Ему по правде говоря не нравилось, то что его с таким упорством разглядывают. Не любил когда за ним следили. Предпочел бы чтобы оставили его в покое. Бутерброды были вкусными, привкус колбасы оказался приятным и знакомым. Это была обычная варёная колбаса, но сейчас она была настоящим деликатесом для Никиты. Что-то знакомое в этом месте определенно облегчало его существование и успокаивало. — Э-э-э… Отпусти, усатый! — Внезапно вскрикнул Никита, когда один из полицейских взял его на руки. Он конечно доел, но был явно недовольный тем что его берут на руки. — Дерется, наверное не нравится ему что. — Полицай продолжал анализировать каждое действие игрока, ему ж было безумно интересно наблюдать за ним. — Ну, не знаю, наверное не наелся? — С этими словами полицейский отпустил Никиту и стал внимательно следить за его действиями. К удивлению, Никита не направился обратно к холодильнику, а пошёл в другую сторону. Риколит стремился только к одному — обследовать это место. Еда немного привела его в чувства, отдыхать просто лежа не мог. Сковывала его тревога неизвестности и желание найти ответы на все вопросы побыстрее. Надеялся что за ним не пойдут и дадут спокойно все исследовать, что маловероятно. Ожидал что останется тут ненадолго, как-никак его не понимают. — Не понимаю, чего хочет, но куда-то идёт. Был бы тут Мурата, объяснил бы его поведение. — Алшье был недоволен немного бурчливым и упертым характером Никиты. Несмотря на внешнюю строгость и профессионализм им двигало детское любопытство. Все тело было напряжённо, а глаза следили за каждый действием Никиты с неприкрытым интересом. Смело мог признаться — считает его привлекательным. — Думаю стоит мне позвонить ему и поговорить по поводу этого питомца, узнаем что делать, пока проследи за ним. — Полицейскому пришла в голову именно подобная идея потому что знал о любви генерала к разным существам, да и о его знаниях в этой теме. Интересы у него были такие; вечно шляться по приютам, волонтерствовать, а так же смотреть всякие передачки и читать книги по этой теме. Сегодня насколько помнил, у того не было запланированных встреч, а значит стоило именно набрать. Отвлечет, но вопрос достаточно важный, как-никак касается его собственности. Ждать пока перезвонят не пришлось, почти сразу взяли трубку. «Многие существа изучают новые места обитания, дайте ему спокойно походить. Возможно ему станет легче, поймет что в безопасности, что и как тут. Ему наверное, стоит побыть одному сегодня, приду и попробую наладить с ним контакт. Не навязывайтесь ему сегодня, надо отдохнуть. Если не просит внимания, то не нужно лезть» — Прозвучал оживленный голос Мураты, он был занят монотонной работой, но новость про своего питомца воспринялась позитивно. Не терпелось ему прийти домой и познакомиться с ним поближе. — Хорошо, передам Алшье. — Ответ Эмри показался предельно ясным, даже логичным. Парень пережил избиение от скорее всего от таких, как они, поэтому некоторое время будет их побаиваться. А учитывая неизвестную для того обстановку, наверное действительно стоило оставить его в покое. — Я позвонил генералу, он порекомендовал перестать смотреть на Никиту, ближайшее время, чтобы тот смог адаптироваться к новому месту. — Полицмент подошел к коллеге и передал слова начальника, выражение лица второго быстро поменялось. — Жаль, мне хотелось поглядеть на него, да и потискать, но раз Мурат запрещает, то ладно. Как-никак, его собственность. Ладно, пошли, пускай разгуливает, нам пока нужно убраться на кухне, да в библиотеке пыль протирать, — вздохнул второй полицейский, с неохотой принимая решение. Его лицо выражало легкое разочарование, но идти против решений генерала не мог. Понимал что все-таки в чем-то мужчина был прав. — За это мне и не нравится наша работа, но хоть платят неплохо, — сказал он, направляясь в сторону кухни. Полицейские медленно уходили, оставляя Никиту одного. — Взаимно, надеюсь можно будет потом потискать Никиту, — усмехнулся напарник, следуя за ним. Оба полицейских скрылись за занавесками, которые закрывали вход в кухню, и Никита остался в относительном тишине и покое. Риколит оглянулся, ему не кажется, те действительно куда-то ушли, а это прекрасное время чтобы все детально обследовать. Очевидно что это лишь коридор, а впереди там где открыты занавески находится что-то вроде прихожей или залы. Никиту привлекла большая плазма весящая над камином, он не был уверен безопасно ли такое вообще. Он украшен празднично, будто на Новый год: на нем весели гирлянды сине-красно-желтые. Добавляли разнообразия, огня в нем не было, и вдруг заметил рядом три празднично упакованных коробки, самая большая была открытой, там лежало много простынь и подушки, а по стенкам виднелись некоторые дырки. Парень сморщится, прежде чем вспомнил происходящее позже, как раз таки свое местонахождение в ней. Определенно именно та в которой его перевозили. Остальные две были закрытые, две синих коробок которые весомо отличались по размеру, относительно маленькими были. Перевязанные ядерно-зелёной лентой, будто говорили что владелец этих подарков — именно Силюк. Понимая, что в них кроется ответ парень сел на колени и начал открывать ту которая немного поменьше. Бант в его руках с легкостью поддался, губы свелись в полоску, его мысли заняло тянущее предвкушение. Кришка коробки быстро оказалась на полу, а зрачки сузились в тихом ужасе: внутри лежало дилдо — массивное, довольно объемное. Пускай ему было и противно, но переложил игрушку на пол, дабы осмотреть внутренности получше. Нитки на которых были одеты шарики различных размеров, отправлены были туда же, очевидно что это так называемые анальные шарики. Походило на арсенал какого-то извращенца. Издевки полицейских и на том не закончились, но надежда найти хоть что-то полезное оставалась. Обязательно спрячет эти вещи где-нибудь, если их кто-то увидит — будет неловко. Дальше там лежал комплект одежды синего цвета, парень без раздумий начал ее распечатывать, она была крепко упакована в полиэтиленовый пакет и пришлось приложить усилия, чтобы открыть его. Взгляд начал проходить по ярко-синему корсажу с белыми вставками, был оформлен декоративной шнуровкой спереди. Оно было украшено множеством рюш и воланов по краям, включая рукава и подол. Парень сглотил вязкую слюну — ему уложили платье горничной, которое идеально подходило ему по размеру. Отчаянные нарастало с каждой увиденной вещью, и представить не мог что собираются с ним здесь делать. Риколит решил открыть ещё один оставленный ему комплект одежды, он уже был зеленого цвета и это давало шанс на что-то подобающее. Эта упаковка уже далась легче, внутри обнаружилось зеленое худи, которое было подобное тем что постоянно носил. За ним были спрятаны джинсы, так же их носил на постоянной основе. Хоть что-то приятное положили. Другой комплект был очень похож на тот который только что открыл, поэтому ожидал в нем увидеть то же самое. Но к его неприятному удивлению там была зеленая юбка с футболкой. Они идеально подходили к друг-другу и очевидно были комплектом, который следовало носить вместе. Риколит был уверен, он ни за что не оденет ничего из открытого на себя. В жизнь никогда не позволит произойти с ним такому позору. На дне лежало пара комплектов зеленых трусов и носков, которые лично у него не вызвали никаких лишних вопросов. Когда убедился что больше там ничего не осталось, запихнул все вещи обратно. Следовало спрятать ее куда подальше, но впереди оставалась ещё одна такая коробка. Выглядела она побольше, и впрямь, когда он подвинул ее к себе поближе почувствовалась как очень тяжелая, представить не мог что туда положили. Наверное, там будет хотя бы одна дельная вещь, которая поможет ему разобраться во всем, она была обязана там быть. Открыв ее обнаружил двое тяжелых книг, которые и придавали содержимому коробки солидный вес. Только переложив их на пол обратил внимание, что они были тщательно подобраны для обущения местному языку. Толстые тома с плотными обложками и мелким шрифтом внутри выглядели угрожающе, как будто хотели навязать ему чужие знания и культуру. Сверху лежали так же несколько обучающих языку книжек с цветными иллюстрациями, которые выглядели куда дружелюбнее, вот только не внушали доверия. После их лежало пару книг и на его родном языке: «Желанное тепло» и «Фиалки на твоем теле». Обложки были украшены с интимным подтекстом, что сразу говорило о содержании. Эти книги явно предназначались для эмоционального воздействия, но парень не обратил на них особого внимания. Кроме того в коробке присутствовали и две тетради на спиралях. Одна с сереньким котенком, который смотрел своими огромными блеклыми глазами через стекло аквариума в котором плавала золотая рыбка. На обложке крупная надпись на родном языке «Привет! Поможешь достать?», которая в обычное время определенно смогла бы вызвать ухмылку, но сейчас только раздражение и пренебрежение. Вторая тетрадь была украшена изображением коричневого щенка, который смотрел прям в душу своими темными глазами. Этот наивный взгляд вызывал лишь горечь и злобу на тех, кто решил сделать эти тетради частью его унижения. В момент накатывающей безнадеги, он заметил ещё один предмет в углу коробки сложенный лист бумаги. Развернул его начал читать:

«Привет Никита, можешь считать, что тебе повезло, казнь отменилась. Мы решили, что лучшее решение — использовать тебя во благо и подарить одному очень хорошему человеку в политических целях. Поздравляем тебя с новой жизнью, парень, теперь ты не будешь нам мешаться. Можешь надеяться на побег сколько угодно, делать всё что захочешь — не наша теперь проблема.

PS: Не забудь подготовить свою попку к частым посещениям своего хозяина, удачи! Мы также положили тебе несколько подарочков — что-то вроде одежды и учебников полицейского языка. Мы ведь не такие плохие, угу? =)»

Придурошный смайлик внизу как бы издевался над ним. Они ошибаются, он обязательно сбежит через аэропорт или на корабле, первым рейсом. Не может быть всё настолько плохо. Полицейские — это самые ужасные люди, которых он знал. Прочитав оставленное для него письмо, он почувствовал, как его кровь закипает от ярости. В каждой строчке письма чувствовалась насмешка и презрение. Полицейские явно наслаждались его унижением. Он бросил записку обратно, решив, что нужно действовать. Оставаться тут не сулило ни к чему хорошему.