Осколки тьмы

— Какие, к хуям, метки?! — прокричал Мичи, стоя посреди класса во время урока. — Ханагаки Такемичи! Живо к директору! — Курами-сенсей зло смотрела на мальчика, который сорвал ей урок. Казалось, еще немного, и из ее глаз полетят искры. Нехотя, Мичи встал и направился к выходу. «Да уж, перестарался… и, походу, это не мой мир…» — Да бля-я-я, — мальчик, схватившись за голову, присел. — Ханагаки, ты почему не на уроке? — Мичи поднял голову и увидел Аккуна. — Я это, к директору иду… — Ты что-то натворил? — Ха-ха-ха… Есть такое. — У нас урок у Курами-сенсея. Она злая? — Да. Ну, я тоже виноват. Сматерился во время урока. — Ниче себе. Тебе точно конец, об этом же родителям доложат! — Не доложат, ведь они спонсируют школу. Так что подожди меня, я быстро к директору схожу. — Хорошо. — Кстати, а почему ты не на уроке? — Так я в больницу ходил. У меня освобождение на первый урок. — Повезло… Наверное. Потом в библиотеку сходим. — Ну ладно, все равно до конца урока есть ещё время. Мичи подошёл к двери и, постучав, зашёл. Аккун остался ждать у входа. — Эм, здравствуйте… — Такемичи? Что-то случилось? — Да, Масуру‐сенсей. Меня Курами‐сенсей отправила. — Ладно, и что же ты натворил? — Сорвал ей урок. —Ха-а-а, понятно. Такемичи, я знаю, что ты надеешься на помощь родителей. И они тебе помогают, так что на этот раз я закрою на это глаза. — Хорошо, Масуну-сенсей. — Иди давай, я не стану сообщать родителям. Но в следующий раз, поблажек не будет. Это моя обязанность докладывать твоим родителям о твоём поведении в стенах школы. — Спасибо большое, — Мичи поклонился и быстро вышел из кабинета. Аккун, ждал друга оперевшись о стену. — Ну что? — Ничего, просто отчитали. — М-да, наверное, хорошо быть богатеньким. — Ага, невероятно. Ты прекрасно знаешь мои отношения с родителями. — И то верно. Кстати, зачем тебе в библиотеку? — Да так, просто захотел узнать кое-что о метках. — О, тогда тебе Ямамото может помочь. Он все знает о метках. — Это же просто замечательно! Тогда, надо дождаться перемены. — Хорошо. Тогда давай уже потихоньку идти к классу, до звонка осталось минуты две. — Ага. Уже подходя к дверям класса, мальчики услышали звонок. Постепенно все ученики, сидевшие в классе, начали выходить в коридор. Аккун зашёл в класс, а за ним и Такемичи. Учительницы в классе уже не было. Пока Таке готовился ко второму уроку, Аккун что-то сказал ребятам. Они подошли к голубоглазому и, взяв его, выволокли из класса. Уже стоя на крыше, троица расспрашивала мальчика, почему Таке вел себя так, как будто впервые слышит про метки. — Ну, мне просто надоело сидеть на уроке. Я просто не переношу Курами-сенсея. — Мы все не переносим, — почти сразу высказался первый мальчик. — Но никто из нас так ее не злил, — подхватил за первым уже другой. — Она после того, как ты вышел, вся красная стояла, — мальчики, перебивая друг друга, начали говорить о том, что произошло после ухода Мичи. — М-да, она вроде учитель, а эмоции держать при себе не может, — добавил Аккун. — Кстати, Ямамото. Расскажи нам про метки и их свойства. У вас же урок был, ну, и ты об этом знаешь больше, чем мы. — Ну, ладно. Слушайте. У людей метки появляются с семнадцати лет в ночь их дня рождения. Конечно, это не всегда так, но происходит у большинства, поэтому обязательно появится хотя бы одна метка. Бывает такое, что соулмейт умер или ещё не родился. Тогда у человека начнет гореть запястье правой руки. В таких случаях человек должен ждать, пока партнёр не достигнет возраста, когда ему присваивается метка. Другие, у кого умер партнёр, должны ждать, пока судьба не решит, кто будет новым. А это значит, что метка может появиться и не в день рождения ни того, ни другого человека. Об остальном: сильными метками в физическом плане считаются красные, а синие — в интеллектуальном. Также есть места, где появляются метки людей, которые будут главными — на запястье, ключице или между лопаток. И чем больше метка, тем сильнее и влиятельнее партнёр. У таких людей могут быть две способности: подавлять других своей меткой либо же действовать как обезболивающее для партнёра. С такими людьми трудно разорвать связь. Если человек, отказавшийся от партнёра, чувствует адскую боль по всему телу, то разрыв с таким партнёром может привести к смерти. А отказавшему ничего за это не будет, так как он против судьбы не шел и смирился. Еще есть «гаремники», в нем все метки обычно маленькие. Только у тех, кто главный, будут больше. Как-то так. — Ничего себе. — А, и ещё, метки могут быть различными хобби, любимой вещью или едой. Ну, или просто имя. И только у человека с множеством меток могут появиться имена, а у соулмейтов — рисунок, характеризующий этого человека. То есть это будет не его любимая вещь или хобби, а рисунок его души… — Но нам такого не говорили на уроке. — Конечно, это изучают в старших классах, ведь рисунок души появляется крайне редко. Даже реже, чем особо меченый с двадцатью метками. Настолько маленький процент. Но зато он даёт понять другим, что его партнёр «гаремник». У таких людей связь с соулмейтами очень сильная, поэтому любой отказ от них — мучительная смерть для меченого. — Бр-р-р, мне бы не хотелось такого, — прошипел Аккун, морщась. — Но есть один плюс. Если меченый хочет отказаться от других партнёров и оставить одного, то ему надо вступить с ним в половой контакт во время отказа. Так боли будет меньше. — М-да, надеюсь, никому из нас такой не попадется. —Ага! — сказали все разом, отчего тут же засмеялись. Прозвенел звонок, и ребята прошли в класс. Мичи, думая о своем, немного отстал. Вдруг, его, закрыв ладонью рот, поволокли обратно на крышу…

➳༻❀✿❀༺➳

Возможности увидеть человека, тащившего его, не было, но парень сразу понял, что кто бы это ни был, его кости он с наслаждением будет молоть в блендере, а кожу, как медвежью шкуру, растянет на полу в гостиной. Завернув за одну из стен, человек отошел от парня на шаг. Мичи отпустили. — А ты уж очень спокоен для того, кого схватили и потащили, — Баджи улыбнулся мальчику. — Мальчик, ты кто? Вроде бы обычный ботан, а ведёшь себя как последняя тварь, — Мичи не сразу узнал типичного ботана Баджи. — Вообще обидно, но на первый раз прощаю. Я не ботан и не тварь, а вот ты, погляжу, больно смелый, — Баджи растянул на лице свою привычную улыбку. Только в этот раз безобидная улыбка показалась Мичи кровожадным оскалом. Промолчав, Мичи всмотрелся и сразу узнал эту улыбку. Он был в небольшом ступоре, но после решил закругляться. — Мне нечего тебе дать, а помочь я тебе никак не могу. Мы никогда раньше не виделись. Одолжить денег тоже не могу, сам бомж. У меня, кажется, начался урок, покедова, — Ханагаки хотел было уйти, как на его пути появился высокий парень. — Мне ничего из этого не нужно. И вообще, мы вчера встречались, — рассмеялся Баджи, снимая очки и убирая резинку в карман. — Узнал? — Э-э-э, да-а? — Мичи уже устал и решил прикинуться глупым. — Значит, нет. Хорошо, я Кейске Баджи, а это Кен Рюгуджи, — говоря это, клыкастый указал на себя и стоящего перед Мичи Дракена. — Понятно, я могу идти? — Таке нервно посмотрел на время. Ещё десять минут, и ему не разрешат зайти в класс. — Нет, пока нет. Мы хотим тебя пригласить… — Отказываюсь. Меня это не интересует. Мне плевать, что мне сделают. Я слабый и невинный человек. Драться не умею, переговоры вести тоже, — Таке уже начал нервничать. Ведь обычно кого попало они не пригласили бы в Тосву. — А откуда знаешь, что мы хотим тебя пригласить в банду? — спросил Дракен. — И че это за смена событий? Значит, это не ты вчера уложил парня больше и тяжелее тебя? — Баджи привёл очень сильный аргумент. — Значит, спутал! — Мичи толкнул Дракена и ушёл, оставляя парней на месте. Отойдя в другой конец крыши за поворот, он сел на корточки и достал сигареты. Закурив, мальчик выдохнул. Судьба, видимо, настойчиво хочет их свести, но Мичи уже все решил. — Курить вообще-то вредно, — голубоглазый удивленно поднял глаза. Увидев Минами, он жестом предложил взять другую. Тот взял одну сигарету и зажигалку. — А сам-то куришь. — Ну, я-то старше. — А тебе откуда знать, что я младше? — По телосложению видно… — Тц, сколько раз повторять — внешность обманчива! — Мичи стукнул последнего по голове. — Значит, ты старше? — Нет, мне шестнадцать. — Ух ты, а когда день рождение? — Двадцать пятого июня… — А, так значит ты метку получишь еще не скоро… Д-а-а. К слову, уже восемнадцатое августа, ещё день и выходные… — Да, восемнадцатое… — Кстати, я уже собрал десять человек. Хоть на первый взгляд они не очень, но они надёжные и сильные. — Молодец. А как там дела с формой? — Он отказался, сказал, что боится брать такой большой заказ. — Ничего страшного… Скажи, что он сможет, что ты понимаешь. Даже если будет ошибка, ты дашь ещё финансы, чтобы он сделал все по-своему. — Почему именно он? — выдал Минами, выдержав небольшую паузу. — Потому что он действительно хорош в этом… — Понял. Прозвенел звонок. Мичи, встав, отряхнулся и, попрощавшись с Минами, пошёл в класс. Там Ханагаки сразу встретили его друзья и начали расспрашивать о произошедшем. Не вникая в подробности, он в общих чертах рассказал, что его задержал какой-то парень, перепутал с другом, а в класс возвращаться он не хотел. — Ну, Таке, ты даёшь, — выдохнул Ямамото. — Ага, вот такой я… Остальной день прошёл без происшествий. Не считая того, что за ним постоянно следили. Возвращаясь домой, мальчик вновь увидел своих друзей. Решив, что им не обязательно знать, где он живёт, голубоглазый направился в противоположную сторону от дома, там он зашёл в первый попавшийся подъезд и отправил лифт на шестой этаж. А сам пошёл по лестнице. Увидев, что за ним вошли и начали осматриваться, Мичи тихо поднялся на второй этаж. Там он открыл дверь, ведущую на балкон, и начал ждать. Услышав топот ног, задержал дыхание. Шаги пошли вверх по лестнице. Выдохнув, мальчик быстро, но без шума начал спускаться. Открыть подъезд беззвучно совершенно невозможно, поэтому, открыв дверь, мальчик ринулся бежать куда глаза глядят.

➳༻❀✿❀༺➳

Мичи добрался до дома очень поздно. Ощущение было, что за ним весь город следил. День — ужасный, все в этом мире — ужасно. Уже не в силах что-либо делать, мальчик лег в прихожей и уснул. Конечно, посреди ночи ему стало неудобно, и он перебрался на кровать, по пути раздеваясь. На утро у голубоглазого болела спина. Он решил, что в школу сегодня не пойдет. Знания нужны, но пересекаться с бандой преследователей не хотелось. Подумав, мальчик принял окончательное решение уехать из города. Конечно, после спасения Шиничиро. Он начал готовиться с утра: упаковал вещи и оставил только самое нужное. Сначала нужно сообщить об этом Минами, а после и друзьям. У Мичи оставалось ещё два дня в запасе… Он тщательно готовился. Дом решил оставить — вдруг пригодиться, когда он будет здесь проездом. Родителям он сообщил о переезде и о поступлении в новую школу-интернат. Да, это по названию школа не очень, но она для богатеньких, коим является Мичи. Минами он расскажет, когда они в следующий раз встретятся. Было бы неплохо взять у него номер. Так незаметно прошло два дня. Двадцатое августа, ровно шесть вечера. Мичи занял позицию за столбом около магазина Шиничиро. Он прекрасно знал, где он находится и как без шума зайти внутрь. Сейчас он выжидал нужного момента и людей. Пришли они часам в к девяти. Взломав дверной замок, двое проникли внутрь. Голубоглазый последовал за ними. Его не заметили, а через пару мгновений вышел хозяин магазина. Мальчик решил не медлить. Пока Казутора готовился ударить Шиничиро, Мичи подбежал к парню и, ударив по ногам, повалил его. Сам мальчик встал на то место, где секунду назад стоял парень. Не успев полностью увернуться от удара, он получил его в плечо. Мальчик, выкрикнув несколько матов, убежал. Дальше уже разберётся Баджи. Он как раз кричал на друга, который мог убить постороннего человека или брата Майки. Таке, держась за плечо, медленно пошёл по улице, но, увидев, что из магазина вышел Шин, он зашёл на первый попавшийся участок. Оттуда он перелез через забор и оказался на другой улице. Так он решил, что временно в безопасности. Боль в плече становилась сильнее. «Скорее всего вывих» — подумалось Такемичи. — О, глава, ты что здесь делаешь? — У тебя всегда получается находить меня в самый неподходящий момент, — Таке узнал в нежданном попутчике Минами. — Тебе помочь? — А ты как думаешь? — Залезайте, — бросив это, Минами повернулся к мальчику спиной. Он подождал, пока глава залезет на его спину. — В больницу? — Нет, ко мне домой. — Понял. Дальше они шли молча: Минами просто не знал, о чем можно спросить, а мальчик пытался не взвыть от боли. Когда они добрались до дома Такемичи, он пригласил знакомого внутрь. Там они уже уселись за стол, когда Мичи вставили плечо обратно (с помощью Минами). — Не спрашивай что случилось, скоро по слухам узнаешь. Сейчас важнее кое-что другое. Я завтра уезжаю, мне повезло встретить тебя сейчас. Дай мне свой номер и адрес. Я буду присылать деньги и указания, — Таке протянул парню блокнот и ручку. — А почему так? — Минами, взяв принадлежности, начал писать. — Просто… за мной следят, и это немного раздражает. Тем более я переезжаю в школу. Школу-интернат. Там образование лучше. Раз в неделю мы будем встречаться. Я буду проверять проделанную работу, — Мичи похлопал парня по плечу и взял протянутый блокнот. Перевернув лист, он записал адрес школы, ещё один адрес и номер телефона. — Вот. Первый — это адрес школы, второй — место, где все члены Багрового Заката будут приходить на собрания. Полиция там почти не бывает, поэтому это лучшее место в городе. А последнее — мой номер. И ещё кое-что, — мальчик молча удалился из комнаты, после чего вернулся уже с золотой картой в руках. — Вот, — он протянул ее Минами. — Здесь четыре миллиона йен. Расширяй банду, заплати за форму, а миллион — тебе. За лечение твоей матери я уже заплатил, через три дня ей сделают операцию, — закончив говорить, мальчик посмотрел на парня, который начал плакать. — Не реви. — Я… Спасибо тебе большое… — Ты же мой работник, а за хорошее выполнение работы надо награждать. — Но откуда у шеснадцатилетнего парня столько денег? — Тебе не обязательно это знать. Теперь иди, скоро уже полночь, мне надо собрать остатки вещей. Ах да, насчёт встреч — каждое воскресенье в кафе, неподалеку от той школы, где я учился. — Ха-ха, хорошо. — А что смешного? Там вкусно готовят. Топай давай уже. — До следующей встречи, глава. — Ага… Проводив гостя, мальчик вытащил чемодан и две сумки. Там были все его вещи. Спать ему не хотелось, к тому же неприятным бонусом ко всему этому была покалеченная рука, боль в которой отдавалась пульсациями в туловище и шею. Так он провел время до утра. Уже в семь утра около дома стояла дорогая машина. Хоть родители и не замечали никого, кроме друг друга, они давали все, что просил мальчик. Главное, чтобы отстал.