Осколки тьмы

Такемичи и Минами шли по пустынным улицам, лишь иногда оживлённым присутствием людей, спешащих домой. Оба парня молчали почти всю дорогу, однако, едва они начали подходить к нужному месту, услышали звуки мотоциклов и разной болтовни. Подойдя к собравшимся членам банды, мальчик заметно занервничал. Все, смотря на двух незнакомцев, перешёптывались между собой. Из толпы вышел один парень и, подойдя к Мичи, схватил его за ворот. — Слышь, мелюзга, это не детская площадка, так что валите отсюда, — он говорил приказным тоном, от которого Минами немного отошёл назад. Как только предложение было закончено, Ханагаки с устрашающей ухмылкой посмотрел на парня. Он взял руку, которой его держали за ворот, и, оттолкнувшись от земли, схватился за плечо. Одно резкое движение, и по округе разнеслись хруст и дикий ор. На это прибежал командир второго отряда. Увидев, что происходит, Мицуя немного растерянно смотрел на мальчика. Мичи, в свою очередь, ещё раз провернул руку; послышался такой же хруст и вновь крик боли. — Т. Ты охуел, я тебя… — парень уже не мог нормально говорить и постепенно стал стихать. — Я его руку обратно вставил, дня три с небольшой болью походит и пройдёт, — Мичи сказал это Такаши, но так и не посмотрел на него. — Следите за своими ра… Участниками. По всей толпе прошёлся шёпот. — Он хотел сказать рабами? — спросил первый голос. — Определённо… — Да уж, я бы не хотел к такому главе… — Как он может настолько людей не ценить… — Кто он вообще такой? — Подстилка главы. Ха-ха-ха. — Может, одного из командиров? — голоса не стихали, а содержание фраз становилась всё красочнее. Мицуя прошёлся по всем леденящим душу взглядом, а окончательно заткнула всех улыбка Ханагаки. Такаши немного растерянно показал жестом, чтобы оба парня следовали за ним. Пока втроём шли к главе группировки, остальные разносили в толпе разные предположения, кем являются пришедшие. Стоило Майки увидеть Ханагаки, как он сразу вскочил с места и подбежал к нему. Сано со всей силы обнял истинного и немного удивлённо посмотрел на стоящего рядом Минами. — А он что тут делает? — указывая на спутника Такемичи, спросил блондин. — Он — моя правая рука, я без него, как без руки, — Такемичи говорил это с серьёзным лицом. — Пожалуйста отпусти меня, мне дышать нечем, — мальчик сделал едва слышимый вздох. К ним подошёл Шиничиро и оторвал Майки от Таке. Старший Сано извинился за поведение брата и, поцеловав руку соулмейта, удалился к остальным. Такемичи немного нервно улыбнулся и, не заметно для всех, вытер руку. Мальчик не привык к прикосновениям, а когда начал путешествовать, то стал скрупулёзно следить за тем, чтобы его меньше трогали. Если и приходилось контактировать, то он всегда вытирал ту или иную часть тела. Конечно, это не касалось близких людей. Данный момент не стал исключением, хоть мальчик и понимал, что ему ничего не грозит, однако от привычек очень сложно избавиться. Остальное собрание прошло почти без происшествий. Мичи для себя ничего нового не открыл, зато очень даже хорошо чувствовал пристальные взгляды, исследующие его вдоль и поперёк, — не только истинных, но и остальных членов банды. От этих взоров мальчик легко спрятался за спиной Минами, где он и просидел почти всё собрание, уже не обращая внимания на оставшиеся взгляды. Телефон отвлёк его на долгое время, а Минами понимал ситуацию. После того, как все, кроме истинных, разбрелись кто куда, все подошли к Ханагаки. Минами продолжал сидеть, но увидев пристальные взгляды людей, встал. — Минами, иди ко мне домой, — Таке убрал телефон и посмотрел на своего подчинённого. — Там Ханма должен быть. — Хорошо, — парень поклонился на девяносто градусов и удалился прочь. — Такемичи, а ты не боишься, что он тебя ограбит? — спросил Дракон, недоверчиво глядя в сторону уходившего. — Нет, я его довольно давно знаю, так что беспокоиться мне не о чем… — Говоришь неуверенно, — отбил оправдание Шиничиро. — Да я уже ни в чём не уверен… — мальчик сказал это шёпотом, но некоторые его всё же услышали. — Мы тут подумали, что тебе, наверное, не очень приятно, когда мы все рядом с тобой… — Вакаса подошёл к мальчику и обнял его со спины. — Спасибо, но я уже привык к вам, — Такемичи сильно сжал левую руку парня. — Пусти. Вакаса послушался мальчика и разжал пальцы. — В общем, мы решили, что нам нужно поближе познакомиться, — начал Мицуя издалека. — И каждый из нас хочет узнать тебя… Индивидуально, — продолжил Баджи. — И если ты не против — не хочешь ли сходить с нами на свидание, со всеми отдельно? — добил Майки. Как только Мичи услышал всё это, на его лице промелькнула нервная улыбка, а изо рта вылетел смешок. Внешне Ханагаки выглядел спокойно, однако внутри у него в этот момент уживались бок о бок истерика, радость и отчаяние. Все эти чувства поочерёдно доминировали над ним, и казалось, что сейчас Мичи не сдержится и всё это вывалиться на стоящих рядом парней. Немного подождав и собрав себя в руки, ноги и как-либо ещё, Ханагаки мило улыбнулся и выдал односложное: «Хорошо». Остальные были счастливы и уже начали драться, кто первый пойдёт с Такемичи на свидание. В конце концов, право выбора дали самому виновнику торжества. Немного подумав, мальчик выбрал Шиничиро —единственного человека, которого он не встретил ни за одно перемещение. — Тогда завтра ты всецело мой, — воодушевлённо пропел Сано. — Да-да, твой… мне уже пора, так что пока, — Такемичи попрощался со всеми и поспешил удалиться.

¤¤¤¤¤¤

Вернулся мальчик лишь поздно вечером. Ханмы дома не было, а Минами приготовил ужин и оставил записку. «Я в больнице, если что-то понадобится — звоните.» Такемичи выбросил листок в мусорку, а еду поставил в холодильник. Приняв душ, он решил, что надо прогуляться. Одевшись во всё чёрное, Ханагаки вышел из дома и направился в конец улицы. Проходя через районы и кварталы, он достал пачку сигарет и закурил. Сделав несколько затяжек, вновь повернул в переулок. На секунду он остановился — у него заболело место, где были метки. Мичи решил, что ему уже достаточно тех, кого он встретил, и, развернувшись, он пошёл в противоположную сторону. Выйдя из переулка, Мичи почувствовал новую боль, только теперь уже в плече. Такемичи решил, что хуже быть уже ничего не может и будет даже хорошо, если все его соулмейты перегрызут друг друга. Поэтому он прижался к стене в ожидании чудес. Боль усиливалась, а в переулке стали слышны шаги. Мичи старался слиться со стеной, и это вполне себе выходило, ведь он был в чёрной одежде, а переулок не освещался. С противоположных сторон появилось по одному силуэту. Мальчик на мгновение задержал дыхание, ведь прямо перед ним прошёл один из них. Оба остановились недалеко от Ханагаки. — Ты не нашёл никого? — спросил первый. — Нет, как будто он или она испарился… — второй почесал затылок. — Или просто с метками что-то не так, — предположил первый. — Хотя мы с ними ничего не делали, так что всё должно быть нормально… — Ага, говорит человек, который хотел татухой забить метку, но она проявилась вновь поверх неё, и это стало страшным зрелищем, вследствие чего пришлось выводить тату, — с усмешкой произнёс второй. — Не напоминай, я же не говорил, что это сработает, —раздражённо ответил первый. — Ты ничем не лучше! — выдал он, указывая на рядом стоящие фигуры. — Мне жаль нашего истинного, потому что у него есть ты. — Было бы легче, если бы нам попалось имя, а не рисунок души. — Кто вообще придумал это всё? Почему нельзя просто трахаться со всеми подряд, и ты не будешь никому должен, ведь это по обоюдному согласию. — Братишка, ты вот со всем этим придержи. Говоришь так, будто реально собрался так жить. — Нет, не собрался, просто хочу найти нашего истинного, а за это время не то что встретились — даже метка не реагировала. И сейчас мы как долбанутые по всему району расхаживаем в поисках человека, которого даже в лицо не видели. — Звучит так тупо, — сказал второй. — Ладно, мне кажется, что это бесполезно, поэтому нам надо закругляться. — А метки? — Забыли. Пошли уже. Оба парня прошли мимо Мичи, который до сих пор был прижат к стене. Вдруг одна из фигур остановилась и резким движением развернулась. Такемичи чуть не отдал концы от страха. Как только Хайтани-старший повернулся, у него на лице появилась зловещая улыбка, и он быстрым движением направился в сторону парня. Мичи же был в ступоре от страха и небольшого шока. Ран вплотную подошёл к Ханагаки и с дьявольской улыбкой провёл по его щеке тыльной стороной ладони. — Наконец-то мы тебя нашли, — пропел Ран. — А ты мастер прятаться, — добавил подошедший Риндо. — Оу-у-у… Как мило… — Мичи с лёгкой улыбкой посмотрел на братьев. Стоило только обоим братьям отвести взгляды, чтобы переглянуться, как Ханагаки ударил Рана в живот. Тот от резкой боли согнулся, но довольно быстро стал приходить в себя. Воспользовавшись моментом, мальчик убежал из переулка и направился петлять по улицам. За ним явно приставят слежку, и Хайтани сделают всё, чтобы Мичи не смог укрыться от их взора, а если это произойдёт, то станет конкретной проблемой, ибо оба брата очень властные. Тем более они видели его лицо — значит при личной встрече Мичи не отвертеться. Наконец добравшись до дома, Ханагаки дал себе обещание, что больше никогда в жизни не ступит на улицу ночью. Однако в скором времени он его нарушил…

¤¤¤¤¤¤

Забравшись в тёплую постель, мальчик хотел лишь одного — спокойствия. Но этому не суждено было сбыться — в дверь начали ломиться и Таке пришлось встать. Спустившись ко входной двери и заглянув в глазок, Мичи был шокирован и в тоже время очень сильно зол. Такемичи открыл дверь, и прямо на него свалились две туши. Мальчик вовремя отскочил, отчего оба незванных гостя приземлились на холодный паркет. Они что-то недовольно промычали, а Таке, до сих пор отходя от шока, думал, куда девать двух детей, пьяных в хлам. Ханму с горем пополам он смог дотащить до его комнаты, периодически роняя, как бы невзначай, — после этих падений у него ещё долго будут синяки, — а Кисаки Мичи хотел оставить лежать в прихожей, однако, пожалев его, поселил в гостиной. На утро он проснулся первым и направился прямиком на кухню. По времени было уже восемь часов утра, а уже кто-то яростно звонил в звонок. Открыв дверь, Таке увидел девушку с платиновыми волосами и красными глазами. Сняв свои солнцезащитные очки, она нервно грызла одну из душек аксессуара. Как только дверь открылась, она с широкой улыбкой обняла Ханагаки. — Приветик, я думала, что ты меня встретишь, — девушка, огибая мальчика, прошла в прихожую. — У меня появились небольшие проблемы, и я проспал… — Не похоже на тебя. — Знаю, — Мичи взял пальто девушки и показал ей жестом, чтобы она прошла на кухню. — Будь тише: здесь ещё двое. — Ого, наш мальчик уже не мальчик! — уголки губ поползли вверх; увидев лицо друга, девушка ещё шире заулыбалась. — Да ладно, я что, из мира выпала? Когда Такемичи и гостья сидели на кухне, последняя начала расспрашивать, как дела у друга. — Полина, ты прекрасно знаешь, как у меня обстоят дела… — Ханагаки покрутил чашку с чаем в руках. — Ладно родители, но всё, что сейчас происходит, — это с моей прошлой жизнью не катит. — Да, — собеседница отпила немного чая. — Тогда всё было по-другому… И как нас так угораздило. — Ладно я, а ты как смогла прыгнуть сюда? До сих пор не понимаю, ты что, набором к этой способности идёшь? — мальчик вопросительно посмотрел на Полину, однако она просто улыбнулась в ответ. — Не волнуйся, я набором не вхожу, у меня всего-то здесь дела появились, и я заодно решила свидеться с тобой. Узнать, как поживает мой драгоценный друг. — Плохо он поживает… Все мои бывшие друзья теперь соулмейты! Даже Кисаки! Кстати, он в гостиной спит, — Такемичи указал в нужную сторону. — Божечки, как, наверно, трудно тебе с ними. И теперь понятно, почему ты у нас теперь не мальчик. — Господи, Полина. — Что? Мне же нужно тебя хоть чуть-чуть подразнить. — Лучше скажи, можно ли как-нибудь отказаться от истинного и не умереть от адской боли? — …Мичи, это не так просто. Ты сможешь отказаться максимум от троих… И то, это не обнадёживает… Смотря на твоё телосложение, даже подобная авантюра может стать смертельной. — Значит, нет… — …Нет… Мне жаль, я бы хотела помочь, но не могу, — девушка опустила голову. — Но это не значит, что способа совсем нет. Может и есть, просто никто ещё не нашёл его. — А если… — не успел мальчик договорить, как у него завибрировал телефон. Посмотрев на экран, он увидел, что ему звонят. — Алло? — Привет… Ты уже готов? Прости, что так рано… — Нет, ничего. Я как раз недавно встал, через минут двадцать буду готов. — О, хорошо. Тогда к этому времени я подъеду. — Хорошо. Ханагаки положил трубку. — Кто это был? — поинтересовалась Полина. — Один из моих соулмейтов. — Ого, класс. И вы куда-то собрались? — Ага… С Шиничиро… — Он жив? — Ага. — Ничего себе, это же замечательно! Значит, здесь всё наладится! — Нет, не думаю. — С чего бы? — Просто. Ты здесь на пару дней останешься? — А-ага, я хотела поселиться в отеле. — Нет, давай лучше ко мне. У меня здесь два бомжа, и за ними надо присмотреть… — Бомжа… — прыснула в кулак Полина, стараясь быть при этом тише. — Я присмотрю за ними, не бойся, — она вытерла слезу и с улыбкой посмотрела на друга. — Я тебе во век веков должен! — мальчик встал со стула и, обняв девушку, пошёл переодеваться. Через десять минут Мичи стоял около входной двери и, попрощавшись с подругой, вышел из дома. За порогом его уже ждал Шиничиро. — Привет. Долго ждёшь? — спросил мальчик, подойдя к парню. — Нет. Держи, — Сано протянул истинному шлем. — Куда поедем? — Сюрприз. Сев на байк, оба парня направились в закат… То есть на свидание. Первым делом Шиничиро отвёл Ханагаки на пляж. Он был дикий и по его виду становилось ясно, что почти никто о нём не знает. Только около моря и одна дорожка были тщательно убраны, а на остальной части лежали щепки, водоросли и прочий природный мусор. — Может, расскажешь о себе? — невзначай предложил Сано-старший. — Хм. Мне особо не о чем рассказывать. Меня зовут Такемичи Ханагаки… Родители за границей, есть брат. Мне семнадцать лет… Всё, пожалуй, — мальчик, сняв обувь, ходил по мокрому песку. Солёная вода покрывала часть его ног — она была тёплой и ласкала кожу. — А что тебе нравится? — Шиничиро продолжал наблюдать за Ханагаки и его плавными движениями. — Мне всё нравится, поэтому можешь звать меня куда угодно и давать что угодно, — Такемичи закончил говорить и поправил волосы, растрепавшиеся от ветра. — Но у человека не может быть такого… — Сано остановился и посмотрел на Ханагаки, который тоже замер на месте. — Я такой, какой есть, — процедил мальчик, а про себя добавил: «Удобный для всех…» Оба парня молча прошли до конца пляжа. Каждый из них думал о своём, никто так и не поделился мыслями друг с другом… — Ладно, поехали в другое место, — Шиничиро не стал дожидаться ответа и, схватив руку Мичи, направился назад. — А сейчас куда едем? — вновь поинтересовался мальчик. — Сюрприз, — после этих слов, они запрыгнули на байк, и Шин надавил на газ, помчавшись по полупустой трассе. Уже минут через двадцать Мичи сидел напротив парня и ждал свой заказ в ресторане. — Ты, похоже, знаешь много мест, куда можно сходить, — улыбнулся Таке. — Вероятно… Почти весь день парни провели вместе: они каждый раз меняли местоположение, и одно место было лучше другого. После кафе Шиничиро отвёз соулмейта на аттракционы. Там они провели большую часть времени, веселясь, после чего Сано пригласил Мичи в ресторан. Едва только Ханагаки закончил есть, парень забрал его, и они поехали на горы. Дорога заняла много времени, однако уже к вечеру байк стоял у подножья горы. Шиничиро и Такемичи же взбирались на одну из возвышенностей. Добравшись до вершины, они остановились, залюбовавшись. Перед мальчиком предстала очень красивая картина заката. — Я понимаю, что тебе будет трудно… — Шиничиро негромко заговорил и, смотря на мальчика, продолжил. — Мы постараемся помочь тебе, чем сможем. Каждый из нас хочет узнать тебя поближе… Я уверен, что ты очень милый в душе. Может, я тебе и не понравился, может, тебе было некомфортно со мной… — парень продолжал болтать всякую ерунду, пока Такемичи не взял его за руку. — Сегодня — это был просто замечательный день… Спасибо, я благодарен тебе за это. Просто сейчас я не могу ярко показывать свои эмоции… — Мичи улыбнулся, смотря, как парень неловко краснеет. — Н.ну хорошо, я всё понимаю! — Сано прикрыл рот рукой и немного отошёл от Мичи, добавив: — Нам уже пора возвращаться… Мне тоже очень понравилось проводить с тобой время. На дружеской ноте парни вернулись в город. Уже у дверей дома Ханагаки, оба парня услышали грохот и крики. Шиничиро насторожился, а Такемичи улыбнулся. Поцеловав парня в щеку, он немного отодвинул его от двери и резким движением открыл её. Сано ничего не успел сделать, находясь в полном шоке, а прямо в его ногах лежал Ханма. Следом за Шуджи вышел Кисаки, а после и Полина, злая, как собака, и ругавшаяся на непонятном языке. После, стукнув себя по голове, девушка вздохнула и, посмотрев на Мичи, сказала. — Они просто исчадье ада! Сам Люцифер их свёл! — сказав это, она повернулась и направилась в глубь дома. — Такемичи. Кто это? — спросил отошедший от шока Шиничиро. — Кисаки, Ханма, Полина. — он поочерёдно показал на парней, а после и в дом, говоря имена. — Они мои соулмейты, а она — подруга. — Понятно… я тогда попозже наберу тебя, — Шиничиро попрощался с мальчиком и отправился к байку. Сев на него и в последний раз взглянув на истинного, он уехал. — Так, а теперь вы…