Партнëры

Кида точно могли счесть чудиком. Чтобы так пристально, и наблюдать за своим партнëром во сне... Но он ничего не мог ссобой поделать. Его уже давно приворожил один только вид на открытое лицо Киллера, - настолько запретное и прекрасное. Если Кида спросят, что он любит в нëм больше, то он не сможет определиться. У Киллера были и яркие длинные ресницы, и загорелая кожа, и золотистые локоны, и его губы, которых так и манит поцеловать. Но сойдет ли с рук Киду такая дерзость? Ох, если бы Киллер знал, каким на самом деле робким был его капитан, то расмеялся бы. Как бы он катался по полу от смеха, если бы узнал, как он боится даже коснуться его не так. Но Кид прячет свои боязни за маской уверенности, с которой он смотрел на всех своих врагов. Если Кид признаётся, что лучше вскроет горло какому-нибудь Дозорному, чем подержит Киллера за руку, то лучше сразу прыгнет за борт. Они теперь больше, чем друзья. Они теперь самые настоящие партнеры. И они должны целоваться и заниматься любовью. Но Кид не может почему-то так просто перейти от партнëров к "Партнëрам". Всю свою жизнь он видел Киллера, как своего лучшего друга, и изменить всë вот так в одночасье затрудняется. Но он также понимает, что ему нужно сделать этот шаг, чтобы смотреть на спящего Киллера всегда. В итоге он собирает всю свою силу в кулак. Наклоняется. Ближе... Ведь это так легко: поцеловать своего партнëра и разбудить его поцелуем, как это делают другие парочки. Так почему эта идея кажется Киду такой... Пугающей? "Долго будешь с духом собираться?" "А-..." Кид не успел даже удивиться, как Киллер сам наклонил его к себе. Губы прикоснулись друг с другом. Кид зажмурился от страха, но расслабился. Открыл рот, когда нужно было, и поддался всем своим подавленным мыслям. Быть может они и никогда не были друзьями? Почему-то их дружба всегда имела какую-то не исследованную глубину, куда оба боялись заглянуть. Для них было что-то, что было нормально, и что-то пугающее, чего оба боялись делать, потому что "А не странно ли это?". Их дружба уже была чем-то большим, но признать это они никак не могли, беспокоясь о чувствах друг друга. И в итоге они перешли ту невидимую грань не когда провели ночь друг с другом, а сейчас, когда поцеловались. "Прости, Кид. Ты так долго смотрел на меня, что я просто не мог не поиздеваться" Киллер широко улыбнулся после этого. "Козëл" Кид прыснул весь красный, "Мог бы и сказать, а не..." Последнюю фразу Кид не договорил,- Было уже не важно. Они лежали на кровати, держась за руки. Они больше не друзья. Никогда ими не были. Вот, что случается, когда ты ступаешь туда, куда никогда не ступал раньше: Ты падаешь и не можешь остановиться от падения. Этот процесс безвозвратный, и неизвестно, что их будет ждать в конце. "Я люблю тебя, Кид" Киллер обнял его, заполняя всë личное пространство своими волосами. Его аура почти удушающа. Кид в ней задыхается, но уйти не хочет. Когда-нибудь он пожалеет о том, что позволил божеству так глубоко войти в него. Но сейчас он не жалеет не о чём. Если его любовь его сгубит, и он переродится, то он готов искать Киллера вновь и умирать миллионное количество раз. "Я тебя тоже..." Кид прошептал в ответ, прижимая голову к золотой макушке, заполняя собой и его личное пространство, "Очень... Очень" Киллер впился рукой в край ребра Кида, будто пытаясь нащупать его сердце. Но помимо попытки ничего дикарского не последовало. Оно было прямо под его ладонью, и билось в унисон с его. Кид вздохнул. Можно начинать день.