Можно к тебе?

— Да пошли вы нахуй — шепотом говорит Минхо и громко хлопает дверью уходя на улицу. Конфликты с родителями для него это уже обыденная вещь, мама может начать кричать на пустом месте, а отец отчитывать за прогулы и плохую учебу в университете. Ему все равно, он не хочет учиться, там где учиться, не хочет работать по этой специальности, не хочет быть медиком. Ему это совершенно не интересно. Он хочет танцевать, его сердце хочет этого. Хочется двигаться в такт музыке, забыть обо всем и глушить боль танцами. А родители против этого. Мол " Что дадут тебе эти танцы? А вот, медики они востребованы ". Им все равно, что он хочет, к чему лежит его душа, главное чтобы статус семьи крепко держался и никогда не падал. *** На улице давно за полночь. Тепло, очень хорошо, конец августа, поэтому так хорошо. Но мурашки все равно скачут по телу, ведь легкий ветер забирается под самую одежду и тихонько дует. Ли вздрагивает и обнимает себя двумя руками. Ему обидно, чертовски обидно, что родители не поддерживают его, не поддерживали никогда в таких вещах. Это больно. Иногда хочется почувствовать себя любимым, знать, что тебя не осудят за новое хобби и надеяться, что твои слова и мысли будут услышаны. Больно. — боже — он вновь вздрагивает, хочется под теплое одеяло, смотреть любимый фильм и есть вредную еду, а вот возвращаться домой желания сегодня нет. — Минхо? Ты почему тут? — слышится голос сверху, родной голос, теплый и искренний. Джисон. Его сосед джисон переехал в этот дом год назад и они достаточно быстро сблизились и начали дружить, оставались друг у друга на ночевки, а Хан постоянно одаривал Хо своими теплыми объятиями. Его руки всегда были теплыми, не то что руки Минхо - холодные как у покойника, в любую погоду, в любое время года, ужасно холодные. — Джисон! — легкая улыбка налезла на лицо, от чего глаза немного прищурились. — Джисон, ты ведь один дома? — да. Родители в командировке, я разве не говорил? — отрицательный кивок, но за то с улыбкой в ответ. — а можно к тебе? Пожалуйста.. — конечно, поднимайся скорее — а дальше его и след простыл. Минхо рванул к подъезду. — дурак