тяжелая ночь

лололошка никогда не показывал, о чем он на самом деле переживает окружающим его людям. его подруга шэрон, узнавая что-то новое от ло, всегда удивлялась, как же ему удается оставаться таким спокойным. но она не знала, что в душе парень переживает даже больше, чем она. он просто не мог выразить это на публике, словно что-то не позволяло ему это сделать. лололошка, лишь в одиночестве, пока никто не видит, хватался за голову и думал о том, что же ему делать дальше и кому он может доверять. сейчас же единственным человеком, которому ло мог доверять, был дилан, который мирно спал на диване, что находился в волонтерском центре, в который они ворвались. но вся его иллюзия идеального мира рассыпалась, когда он узнал, что тот — автоматон. теперь же он даже не знал, что чувствовать по отношению к нему. да, безусловно, за все те месяцы нахождения в этом мире, дилан стал дорог для ло, он стал его другом, но, как оказалось, это все было иллюзией? слова, действия, мимика — это все идеально выстроенный код, созданный, чтобы уподобиться человеку. все* друзья в этом мире — роботы, они просто запрограммированы дружить с ним. и что он должен чувствовать после всей этой правды? разумеется он злился, но ему также было и страшно, и просто невыносимо осознавать все это. и ведь он даже не мог записать свои мысли в заметки, потому что за его телефоном следят. это просто издевательство! ему казалось, что он сойдет с ума от всей этой недосказанности и держания в себе. так он и просидел бы до утра на холодном кафельном полу, сжав ноги в колени и засунув руки в волосы, если бы не услышал шорох, доносящийся с дивана, на котором находился дилан. ло быстро встал с пола и подошел к холодильнику, делая вид, что ищет что-то. — ло? почему не спишь? вроде ночь на дворе. — сказал дилан, попутно медленно моргая, все еще оставаясь в горизонтальном положении. — ..о, дилан. мне захотелось чего-то перекусить, вот я и встал. — лололошка сказал это максимально спокойно, словно в его голове не переносилось кучу мыслей несколько секунд назад. — издеваешься? я видел, как ты подскочил. — и вот дилан уже сидел на диване, смотря на лололошку своими темно-синими глазами. он не знал, почему спрашивает и переживает о ло. может, потому что они уже многое прошли и он единственный, кто знает, что тот автоматон? хах, да, наверно, так и есть. -… — как обычно молчишь, да? знаешь, ты немного криповый, когда так делаешь. — хах, криповый, да? то есть…ты меня боишься? ты же робот, дилан, какая тебе разница, а? — … — ответом стала тишина. дилан соврет, если скажет, что его это не задело. да, он выкрутил себе оптимизм, и казалось, что его не особо заботило, — автоматон он или человек, но упрек в искренности его чувств сильно задевал парня. его брови были слегка опущены, как и верхние веки, нижние же были приподняты, но не напряжены, нос наморщился, а рот был чуть приоткрыт. нижняя губа, как и верхняя, была поднята и выдвинута вверх по направлению к верхней губе. как человек. лололошка, увидев резко переменившееся лицо дилана, и осознав, что он только что сказал, сразу же принялся извиняться: «о боже, дилан, извини, я не подумал, я. — он закрыл лицо руками. — ты же знаешь, столько всего произошло, мне очень сложно принять все так быстро, прости еще раз». — ло.. — пауза. — черт, ладно, извини, я все понимаю. просто ложись спать и не думай об этом. завтра все будет лучше. — лицо дилана уже не выражало отвращение, наоборот — он выглядел спокойным, но в то же время понимающим. под лунным светом он казался лололошке особенно красивым. его слова и тон, с которым он их говорил, помогли парню успокоиться. — да. извини еще раз. — забей. внезапно лололошке стало так приятно. просто высказаться о том, что у него на душе. даже если это была малая капля. все-таки дилан — это и правда тот, кому он может доверять, и неважно, кем он является — автоматоном или человеком. дилан — это дилан. на лице ло выступила улыбка, и он направился к дилану. он надеялся, что тот будет не против, поэтому очень аккуратно обнял его, пока тот просто смотрел ему в очи (что уже давно не находились за толстыми стеклами черных очков, из-за чего позволяли разглядеть всю глубину этих глаз, и дилан не мог сказать, что не гряз в них), а после сказал шепотом с максимальной нежностью, на которую он способен: «спасибо. правда». после этого, дилан сам положил свои руки на спину парня — не за что, иди спи — а сам спрятал улыбку в толстовку.