Усмиритель душ.

Глава 34.

Переводчик тг: smileonlytogod

Редактор: MihAsya

Переводчик: YaminiRevva_02.

В маленькой горной хижине все спокойно. Друг Чжао связывается с Лином и сообщает ему, что дорога, вероятно, будет заблокирована еще три-четыре дня. Шэн коротко обсуждает это со студентами, и они соглашаются, что, учитывая последствия схода лавины, выжившие в Речной деревне, вероятно, не захотят их развлекать. Они решают вернуться в Город Драконов, когда Чжао вернется. Капитан класса разогревает молоко для Да Цин и начинает готовить завтрак. Профессор поручает ученикам помочь Линь прибраться во дворе. Это простое и жестокое задание… Под руководством Лина они выкапывают все черепа, которые пытались напасть прошлой ночью, и складывают их на земле. Фальшивый монах берет огромный камень и разбивает их вдребезги. Через некоторое время Жу возвращается с гигантским мешком: с человеческий рост. Супервумен откладывает мешок, достает маленькую бутылочку, нагревает ее и выпивает жидкость. Затем она быстро берется за дело, помогая Лин, и разбивает черепа один за другим, как грецкие орехи. Успех — сто процентов, работа эффективная и качественная. Эта прямолинейная и жестокая утренняя тренировка продолжается до тех пор, пока девушка внутри не зовет их на завтрак. Чжу, должно быть, под наркотиками: она отталкивает мальчика и Да Цин, которые тянутся к Шэн, и протискивается на место рядом с ним. Она небрежно обращается: «Профессор Шэн, не могли бы вы передать мне шоколадный соус». Она смешивает сладкое с соленым: невозможно представить, какова на вкус вяленая говядина в шоколаде. Чжу ест, поглядывая на спокойного и сдержанного Шэна. Она делает вид, что сосредоточенно макает шоколадный соус, и, не поднимая глаз, произносит: «Наш шеф ухаживает за вами». Шэн делает паузу и смотрит на нее. Чжу все еще смотрит вниз и говорит, словно ведя светскую беседу: «Вы же не могли не заметить, правда?». Выражение лица Шэна не меняется, и он тоже не отвечает, протягивая ей еще одну упаковку шоколадного соуса: «Хочешь еще?» Чжу замолкает и поднимает глаза; она смотрит на Шэня очень необычным взглядом. Ее круглые радужные оболочки постепенно сужаются в две тонкие щели: взгляд хладнокровного животного. Змеиные глаза выглядят чрезвычайно жутко на ее милом лице. Но Шэн лишь бросает на нее взгляд и как ни в чем не бывало снова осредоточивается на еде. «Значит, он тебе нравится?» — Чжу понижает голос и тихонько спрашивает у его уха. Шэн спокойно спрашивает: «Почему ты хочешь это знать?» «Я.» — Чжу закатывает глаза: «Я любопытная, каждый эксплуатируемый и угнетаемый работник имеет право любопытствовать о своем боссе». Шэн смотрит на нее с полуулыбкой: «Если ты такая любопытная, неужели ты не можешь выяснить это сама?» Шэн облегченно смеется и берет горшок с подогретым молоком, протирая его влажной салфеткой, и спрашивает: «Эта еда сухая, хочешь что-нибудь выпить?» Лицо Чжу слегка искажается, она пытается притвориться улыбающейся: «Конечно, я выпью немного, спасибо!» Чжу небрежно оставляет несколько вмятин на внешнем слое чашки-термоса. Шэн, похоже, не замечает этого и наливает ей молока, по привычке говоря: «Пейте, пока теплое». Вмятины на чашке углубляются в ее руках. В его глазах мелькает намек на улыбку, и Шэн ставит чайник на место. Внезапно он что-то чувствует и оборачивается, глядя в окно. Его лицо меняется. Чжу не знает, слишком ли она чувствительна или нет, но мрачное выражение лица Шэна заставляет ее чувствовать себя очень неуютно. Инстинктивно она хочет отодвинуться от него, но останавливает себя. С чего бы ей бояться беспомощного университетского преподавателя? Это нелогично! Солнечный свет мерцает на линзах Шэна, отражаясь в них ослепительным блеском. «Я сыт», — вскоре слышит Чжу: «Пойду приберусь во дворе. Вы, ребята, не уходите сами, слушайте полицейских». Он выходит во двор, и никто не обращает внимания на эту небольшую интермедию… Странно, но через двадцать минут все уже позавтракали, и никто не замечает, что Шэн пропал, когда они выходят во двор. Он как будто не существовал. Кроме Чжу и Линь, никто не догадывается, что должен быть еще один человек. Через десять минут пропавший Шэн появляется на том месте, где была найдена «рука» Ван. На нем нет даже куртки. Ветер треплет воротник его рубашки и волосы, снег падает на линзы. Кажется, он не чувствует холода. Шэн стоит под обрывом, смотрит по сторонам и вдруг вытягивает руку. Его ладонь обращена вниз в когтистом жесте. Рука невероятно бледная, на ней отчетливо проступают зеленые вены, как будто его тело было тщательно отрисовано. От его движения сотрясается земля, ветер усиливается и превращается в воющий вихрь, взмывающий в облака, словно острый клинок. Затем вся поверхность поднимается в воздух, и под толстым слоем льда оказывается растрескавшийся слой мерзлой земли. В этот миг что-то вырывается из земли и стреляет в Шэна сзади, словно стрела. Он кажется неосторожным. Медленно распространяется смесь запаха гниения и цветочного аромата. В следующее мгновение Шэн разворачивается со скоростью, незаметной невооруженным глазом, и хватается за шею появивщегося. То, что он поднимает за шею, — духовный зверь. Брови Шэня подергиваются, а лицо наполняется свирепостью. В горле зверя раздается хруст, налитые кровью глаза смотрят на Шэна. «Правила есть правила», -Шэн говорит без выражения: «Ты грубо переступил черту и явился сюда без разрешения. Наказание — смерть». Духовный зверь поднимается и борется в воздухе, как умирающая рыба. Шэн крепко сжимает его, и зверь энергично извивается, а затем перестает двигаться. Мужчина бросает его на землю, и труп исчезает, коснувшись снега, на поверхности которого появляется необычный цветок. Шэн топчет его и, не глядя, разламывает на две части. Он указывает пальцем на землю, и по снегу расплывается черная линия, которая поднимается по скале в каменную пещеру по едва заметным отпечаткам ног. Вскоре что-то неистово трещит, и глаза Шэна сияют. Черная линия разрывается на части. В то же время издалека доносится резкий крик, и из-под земли появляются восемь духов-зверей. Они отличаются от тех, которых Чжао видел на крыше. Каждый из них ростом не менее трех метров, красноглазый и как Линг и свиреп, снежные горы дрожат. Шэн кричит: «Марионетки». Под его ногами возникает облако серого тумана и крутится вокруг его ног. Шэн дотрагивается до него ступней, и облако улетает в каменную пещеру. Затем в руке Шэна появляется черный клинок: три фута и три дюйма в длину, невероятно толстый и абсолютно черный. На острие клинка — лишь слабое мерцание… Его видят только души, которые будут убиты. Он резко двигается. Вопли прекращаются. За долю секунды все они одновременно обезглавливаются. Огромные чудовища рушатся вниз. Затем появляются несколько еще более крупных, как неувядающие сорняки. Похоже, кто-то отчаянно хочет его задержать. Что касается Чжао и ребят, то они находятся внутри пещеры. Сначала пещера кажется обычной, но по мере продвижения вперед она становится все глубже и темнее и в конце концов превращается в кромешную тьму. Чжао зажигает факел. Примерно через сто метров путь им преграждает дверь. Под светом факела дверь плохо видна, но, похоже, она сделана из какого-то древнего сплава: ржавая, сверху и по обеим сторонам висят три черепа. На двери нарисован перевернутый треугольник. «Треугольник? Это запретная магия Луобулы?» — Чу подходит ближе и надевает перчатки. Он осторожно проводит пальцами по двери, а затем легонько стучит по ней, прикладывая ухо. Он говорит: «Должен быть какой-то скрытый замок, это не так сложно, я осмотрю его». Чжао пинает Го под зад: «Подвинься поближе и учись у своего брата Чу». Го бездумно шагает вперед. Чу смотрит на него с презрением… Высокомерные и умные, наверное, все пренебрегают марионетками. Но раз уж шеф здесь, он осматривает дверь, ответственно объясняя: «Ничего примечательного, научишься, когда будешь больше наблюдать». Он говорит, беря факел. Он направляет его на дверную щель и заглядывает внутрь: «Там одна толстая колонна с тридцатью пятью маленькими, итого тридцать шесть. Поскольку это число делится на шесть, они, вероятно, соединены вместе». Он подает сигнал Го: «Пригнись, я наступлю тебе на плечи». Го опускается на колени, как собака. Чу не дает ему покоя: он наступает прямо на Го и начинает стучать по треугольнику. Нелегко выдержать вес человека… Хотя Чу очень худой, Го очень слабый. Вскоре его начинает трясти; боясь, что Чу может упасть, он стискивает зубы и не шевелится. Когда Го думает, что его вот-вот раздавит, Чу спрыгивает вниз и говорит: «За этой дверью тридцать шесть железных колонн из-за потайных переключателей в них есть пустоты. Материалы тоже разные, поэтому плотность различается. Если ваш слух достаточно чувствителен, то с практикой вы сможете заметить разницу». Го стоит на коленях на полу, широко раскрыв глаза, пыхтя и отдуваясь, с открытым ртом он не понимает ни слова из того, что ему говорят! Чу смотрит на него и не обращает внимания. Он разговаривает только с Чжао, стоящим позади него: «Теперь, когда я знаю общую структуру, мне придется угадывать детали на собственном опыте». Чу включает выключатель и вытаскивает кусок из центра треугольника Го в испуге садится на пол и падает назад. Чу проводит пальцами по кругу и оборачивается: «Вокруг этого круга тридцать шесть колонн, думаю, только три могут сработать. Как вы думаете, начальник Чжао, какие три?» «Юг, северо-запад, северо-восток», — отвечает Чжао, не задумываясь. Го наконец-то слышит то, к чему можно прислушаться, и быстро спрашивает: «Итак… мы считаем вверх как север, вниз как юг, влево — запад, вправо — восток?» Чу и Чжао молчаливо игнорируют его существование. Самолюбие Го сильно подорвано, и он не смеет больше ничего сказать. В этот момент его поникшая голова поднимается, и Чжао светит факелом на дверь. Он показывает налево и спрашивает: «Что это?». Го тупо отвечает: «…горы». Чжао резко поворачивает голову вправо: «А это что?» «Волны… вода?» «Народ ханга жил между реками и горами, от середины уровня до долины… Я уже говорил тебе, идиот… из-за гор им было трудно определять направление. Для них горы были вверху, а это юг, вода внизу, а это север. Что за левый запад и правый восток, — потрепал его по голове Чжао, — даже свинья умнее тебя!» Пока они разговаривают, Чу уже взломал потайные замки; дверь медленно открывается. Влажный и гнилостный запах проникает в ноздри.