Сборник драбблов

Холодно. Невероятно холодно.

        Когда они прощались со своей базой, Джаст уже знал, что это конец, что они с Альфедовым не вернутся домой и погрязнут в пучине. он знал, что Камаз и Фуршет не вернутся, что они вряд-ли в порядке и просто замерзли насмерть, как и все они.         Оказывается, что когда на глаза наворачиваются слезы, сдержать их слишком тяжело. Он не знал, что они так неприятно обжигают щеки, так больно режут по сердцу. Джаст чувствует себя, словно маленький ребенок. Он как малыш Кшиштоф, абсолютно беззащитен перед бурей. Он ничего не может сделать и может лишь наблюдает, как все то, что они строили несколько лет, вновь рухнет.         Холод пробирается по телу Джаста. И честно сказать, рассудок не до конца понимает, что происходит. Оказывается, он даже не пытался убежать, не пытался спасти свою жизнь, ведь знал — они не выберутся.         Иронично, что он умирает, рыдая. Умирает, запертый в лёд, и не способный помочь своим напарникам и любимому, глупому снеговику. Джаст даже не понимает, что с ним. Он краем глаза видит Альцеста, видит Сантоса, но Альфедов где-то не рядом. Судя по всему его завалило снегом, но, может стоит выбираться?..         Он слишком поздно об этом подумал. ровно к тому моменту, когда его тело начало сводить судорогами. Икры заболели, живот скрутило, а слезы начали трескаться, вместе с кожей. если он умрет сейчас, это будет так глупо. ведь от свободы его отделяет обычный лёд, но в голове оказывается каша. Противная, густая, отвратительная каша с опилками. Мысли путаются в тугие узлы. ощущение, словно кто-то со всей дури бьёт его головой о железные перила, как на заводе Обси.  

Он медленно умирает. В очередной раз. Лишь бы вернуться....

        Какое же это противное и склизкое чувство. Неприятное, жалкое. но его не избежать. Все однажды приходит к концу и даже его жизнь. Он никогда не говорил вслух о том, что чувствует, всегда молчал. Такова была его доля. Он создал топоры, но не посмел и слова сказать собственным товарищам. А сейчас, он лишь умирает, смотря на своего любимого друга, товарища, глупого снеговика, с которым они столько раз ссорились и ругались по пустякам.       Джаст помнит, как они поругались в последний раз. Как он кричал на их базе, а потом, когда ушел, понял, что сердце неприятно щемит от мысли о том, что они поссорились. А когда началась буря, уже не было дела до примирения. Они оба проглотили обиду и смирились, приняли и даже не разговаривали меж друг другом, только когда прощались с любимой базой.       А сейчас, Альфедов может лишь рыдать, крепко обнимая ледяную фигуру, старательно пытаясь сделать хоть что-то. Но на его глазах, Джаст умирает. Этого не видно сквозь лед, но глаза закатываются, воздуха оказывается слишком мало, а температура — слишком низкой.       Теперь снеговик один. Абсолютно один, на миллионы километров.