Высокая башня

      Харли медленно болтала ногами в пустоте, сидя на краю крыши самого высокого здания в Готэме, периодически вздыхая, когда печаль волнами накатывала и завладевала её сердцем. Ей было очень одиноко, но она ни в коем случае не расскажет об этом ни единой живой душе.       Никогда…       Прошло уже около года, а Джокер всё ещё не показал своего бледного лика и не сделал очередного громогласного объявления о своём величайшем трюке – инсценировке собственной смерти. «Неужели ему действительно все равно?» – размышляет она, вслушиваясь в звуки ночного города.       Хотя… Она уже прекрасно знает ответ, когда ворона пролетает над её головой в облачном сиреневом небе. — Что случилось, Харли? – спрашивает голос позади, что было вполне ожидаемо.       Оу, она в курсе, кто именно стоит у неё за спиной, ей не требовалось видеть чёрный плащ или маску, скрывающие его личность. — В последнее время ты выглядишь как никогда мрачной.       Харли драматично вздыхает, на что он лишь подходит и садится рядом с ней, храня понимающее молчание…       Он доверяет.       Знает, что внутри неё есть добро, и она способна на большее – без паутины манипуляций сумасшедшего клоуна, шепчущего ей на ухо своим тягучим голосом: «Убей».       Памела отлично справилась, её помощь была неоценима, наверняка это тяжкий труд – находиться рядом с ней, особенно в такие поздние холодные ночи, подобные этой.       Он верит, что она не столкнет его с карниза. Очаровательно… — О, нет, не волнуйся, мистер-Большая-Летучая-Мышь, всё нормально, – усмехнулась она, хотя искренняя улыбка на её лице так и не появилась.       Наверное, сейчас она выглядела так, будто только что плакала. Наверное.       И она благодарна за то, что он не стал заострять на этом внимание, а просто поднял руку и жестом предложил прижаться ближе в уютном объятии. — Нет ничего постыдного в том, чтобы тосковать по человеку, которого ты когда-то очень сильно любила, Харли, – казалось, он читает её мысли.       Впрочем, чему тут удивляться? За время, прошедшее со кончины Джокера, Бэтмен каким-то образом умудрился превратиться в прекрасного… собеседника, друга. — Ага… Только… Он был ужасным человеком, Бэтси, – пискнула она, отчаянно цепляясь за него.       Харли устало выдохнула, прижимаясь к его теплу; она и не подозревала, насколько прохладным был воздух сегодня вечером. — Я благодарна, что он мёртв. Он заслужил всё: до самого последнего мучительного момента. — Харли, – Брюс вздохнул, тщательно обдумывая свои дальнейшие слова, и нежно провёл рукой по спутанной копне тускло окрашенных волос.       В последнее время она красила их во всевозможные цвета. Но в некоторых местах на её макушке всё ещё можно было заметить тёмно-зелёные пряди. — Как насчёт того, чтобы спрятаться от холода и поесть горячего супа у меня дома, а? — Мне бы этого очень хотелось, мистер Мышь.

КОНЕЦ.