Рецепты по приготовлению соседей

      — Это Призрак, — представил Ань Кэюй крысу на своем плече, — ему было одиноко, так что он попросил меня искупать его.              Говорил Ань Кэюй серьезно: на его лице невозможно было увидеть и следа улыбки. Он просто стоял в дверном проходе и смотрел на Хэ Сяовэя таким взглядом, что становилось понятно… всё.              Хэ Сяовэй кашлянул и без лишних церемоний протянул руку к Ань Кэюю. Его тыльная сторона ладони нежно дотронулась до чужого лба и опустилась обратно.              — Да ты весь горишь.              Ань Кэюй шмыгнул сопливым носом и без смущения признался:              — Да, приболел немного… Голова что-то кружится…              Хэ Сяовэй покачал головой и в приказном порядке велел Ань Кэюю собираться «в гости». И да, да, можешь и крысу свою вонючую захватить, только давай уже быстрее. Ну что ты смотришь? Мыл её? Мыл или нет, крысы всё равно вонючие.              В итоге, Ань Кэюй оказался завернут в два пледа и награжден несколькими лечебными пилюлями и горячим зеленым чаем. Призрак тоже не остался без угощений: Хэ Сяовэй брезгливо кинул ему кусок вяленого мяса, а сам принялся варить рассыпчатый рис.              — Интересно, когда жар спадет, ты все так же спокойно будешь нянчиться со своей крысой?              — Причем тут жар? — не понял Ань Кэюй, шумно прихлебывая из чашки. Болящее горло неприятно обжигало, но он все равно упорно пил. — Я до него, что ли, крыс не видел?              — В прошлый раз ты прибежал ко мне за пистолетом, чтобы пристрелить одну такую.              Ань Кэюй смущенно закашлялся и извиняющимся тоном обратился к Призраку:              — Это была ошибка.              Крыса пошевелила усами и осталась сидеть у Ань Кэюя между ног. Ей нравилось быть в тепле, создаваемым двумя теплыми пледами.              Естественно, в тот вечер Хэ Сяовэй не отпустил Ань Кэюя ночевать к себе. Он по-настоящему был обеспокоен поведением своего будущего парня: в конце концов, если мозг этого человека сварится, он окончательно перестанет понимать его намеки. Уложив Ань Кэюя себе под бок, а крысу на отдельную подушку Хэ Сяовэй принялся мягко гладить чужие волосы. У него давно не было близких отношений, выходящих за рамки обычного перепиха, поэтому подобные нежности с особенной коварностью действовали на его огрубевшее сердце. Поддавшись порыву, Хэ Сяовэй потянулся к губам Ань Кэюя, но был остановлен шлепком по груди.              — Сдурел? Заразиться хочешь?              Хэ Сяовэй хмыкнул:              — Может и хочу.              — Тогда иди и целуй кого-нибудь другого.              — Другого не хочу.              Ань Кэюй покачал головой и, неуловимым движением достав откуда-то носовой платок, шумно сморканулся.              — Ты очень странный, — пробурчал он, закрывая глаза.              — Ты тоже, — не остался в долгу Хэ Сяовэй.              Они уже крепко спали, когда этажом выше начали раздаваться знакомые женские крики. Истошные и оглушительные, они могли разбудить даже глухого. Ань Кэюй продрал свои больные глаза и уставился на потолок. Где-то там должно было находиться отверстие от пули…              — Сяовэй… Сяовэй!              — Ммм?              — Разве это не подходящий момент?              — Для чего? — сквозь сон уточнил мужчина, даже не открывая глаз.              — Чтобы узнать, что это за крики. Сколько ты уже тут живешь? Разве не пора бы тебе выполнить свое задание?              Голос Ань Кэюя звучал немного неровно, и Хэ Сяовэй догадался, что того до сих пор лихорадило. Прикоснувшись губами к его лбу, Хэ Сяовэй лишь убедился в этом.              — Желаешь соседям смерти только за то, что они помешали тебе спать?              С небольшим запозданием, но Ань Кэюй возмутился:              — Я не предлагал тебе их убивать!              — А что тогда?              — Ну… ты же говорил, что тебе нужно найти причины…              — Ага. Причины, чтобы пристрелить их. Ладно, не делай такое лицо, а то я начинаю чувствовать себя психопатом.              А ты разве не психопат?! Ты убиваешь людей!!!              — Ну что? — снова заговорил Хэ Сяовэй, когда устал от возмущенного сопения Ань Кэюя. — Ладно-ладно, я схожу, попытаюсь что-нибудь узнать.              Ань Кэюй проследил за его фигурой, идущей ко входной двери, и, не выдержав, окликнул:              — А раньше ты почему не ходил?              — Неинтересно было. Ждал чего-нибудь другого.              Чего другого ты ждал?              Стекающую кровь с потолка?              — Возьми с собой пистолет, — с беспокойством напутствовал Ань Кэюй.              — Беспокоишься обо мне? — улыбнулся Хэ Сяовэй, не спеша подходить к нужному ящику. Даже в темноте было видно, как его глаза искрятся смехом. — Что мне могут сделать эти три пирожка?              Ань Кэюй возмутился:              — Разве не ты меня с криками от их квартиры оттаскивал?              — Ну ты меня с собой не сравнивай.              Так Хэ Сяовэй и ушел. Ань Кэюй обеспокоенно поднял голову, словно мог разглядеть что-то через потолок и принялся ждать. Минута, две, три, десять… Крики умолкли, но Хэ Сяовэй всё не возвращался.              “Блять, — ругался про себя Ань Кэюй, — зачем я его туда послал?”. Пусть он не хотел этого признавать, Хэ Сяовэй все же нравился ему — как друг, человек и, может быть, даже партнер, так что переживал он за него совершенно искренне. В конце концов, он аккуратно сполз с кровати, стараясь не потревожить спящего Призрака, и поковылял к выходу из квартиры.              Он хотел только взглянуть. И вернуться.              К счастью, от его болезни тоже был толк: стоило ему пройти парочку шагов, как голова начала кружиться. Ань Кэюй ахнул, схватился рукой за ближайшую стену и сполз по ней. В таком состоянии его и нашел вернувшийся Хэ Сяовэй.              — Куда ты намылился? — возмутился он, помогая Ань Кэюю подняться. — Дурачок.              Сильные руки подхватили Ань Кэюя за талию и подтолкнули в сторону кровати. Хэ Сяовэй даже не напрягался, практически таща на себя отключающегося мужчину.              — Почему так долго? — пробормотал Ань Кэюй, с силой жмуря глаза и, тем самым, пытаясь справиться с головокружением.              — Все завтра, — шикнул Хэ Сяовэй, укладывая его под одеяло. — Лежи, я принесу тебе жаропонижающее.              — Но…              — Никаких «но».              Ань Кэюй уже смутно помнил, как проглотил маленькую белую таблетку и отказался запивать ее водой. Еще хуже он помнил, как оказался раздет и обтерт холодным влажным полотенцем. Однако все это немного помогло и к утру он уже напоминал человека, пусть и больного.              Хэ Сяовэя в квартире не было, как и Призрака на подушке. Ань Кэюй умылся и наскоро почистил зубы пальцем, то ли брезгуя, то ли стесняясь взять чужую щетку… Все-таки целоваться с человеком — это одно, а использовать его средство личной гигиены — совсем другое. Еще и без спроса.              Хэ Сяовэй все не возвращался. Ань Кэюй проверил WeChat, попытался дозвониться ему, но наткнулся на автоответчик. Тогда он проверил, на месте ли футляр с винтовкой, и убедился, что уйти на свою «работу» Хэ Сяовэй не мог. Или мог?              — Да какая вообще разница, — буркнул себе под нос Ань Кэюй для самоуспокоения и отправился к себе. Входную дверь двести первой квартиры он при этом заботливо захлопнул.              Призрак сидел на кухонном столе и выжидающе смотрел на Ань Кэюя.              — Вот ты где… Голоден?              Крыса не ответила и не сдвинулась с места. Ань Кэюй вздохнул и подошел к ней поближе. Спросил:              — Ты не видел, куда ушел мой сосед? Нет? Ладно-ладно, сейчас…              Пока Призрак обнюхивал подношения в виде долек яблока, Ань Кэюй бесцеремонно задрал ему хвост… Ничего.              — Так ты девочка? — пробормотал он задумчиво. — Хотя я раньше так близко крыс не видел… Есть ли у вас яйца?              Интернет подсказал, что есть. И будь они у Призрака, Ань Кэюю даже не пришлось бы поднимать хвост, чтобы их увидеть.              Так, развлекаясь с крысой и глотая лекарства, Ань Кэюй и провел весь день. Он ждал вестей от Хэ Сяовэя, проверял телефон, даже ходил и несколько раз стучал в его дверь, но ничего… Его сосед словно испарился. В конце концов, уже ближе к ночи Ань Кэюй не выдержал и поднялся на третий этаж.              Было тихо. Никаких криков, никакой крови, ничего. Лишь приятный запах готовящегося ужина — мясной и ароматный. Ань Кэюй сглотнул и коротко постучал в чужую дверь. Несмотря на то, что он не был таким уж большим трусом, его сердце все равно стучало слишком громко и часто. Ах, ну что за жуткий дом!              — О, — пробасил открывший дверь толстяк, добродушно улыбаясь, — ты тот новый сосед снизу?              Определить, какой из братьев Е открыл ему дверь, Ань Кэюй не смог, но сейчас это не такой уж его и волновало.              — Да, это я… Здравствуйте. Хотел спросить вас… Не видели ли вы соседа из двести первой?              Толстяк улыбнулся еще шире.              — А вы сдружились, что ли?              — Ну… Типа того… — растерялся Ань Кэюй, смотря в глаза-щелочки напротив.              — Как здорово, — хохотнул мужчина. — Тогда заходи.