Девятый круг Рая

      Сказать, что Чонгук офигел, не сказать ничего. Перед ним стоял неизвестный бледный тип с лицом камнем и совершенно безэмоциональной речью. На ангела он не сильно был похож, но его строгий костюм-тройка говорили об обратном. Ещё бы сверху плащ в точности, как у Кастиэля из Сверхъестественного. И ладно там ангелы были обычным делом, здесь же всё было куда страннее. Чонгук задался желанием купить чертов плащ каменному человеку. Может быть его убили, а это риелтор пришел за ним в ад? Ну не похож был мужчина напротив на какого-то крылатого ублюдка. Да и мозг кричал, что ангелов не существует. Странно всё это.       – Так ты реально ангел? Вот этот, которых мы изображаем в трусах и с белыми крылышками? – вроде прикалывается, а вроде и не до приколов.       – Что-то наподобие того, что ты описал, – пожимает плечами ангел. – Крылья у меня и вправду есть, но я их прячу. Людям запрещено их видеть.       Чонгук поднимается с кровати, не сводя глаз с диковинного существа. Вроде бы и обычный человек перед ним стоит, но глаза горят голубым огнем. Таких красивых глаз он ещё никогда не видел. И вряд ли ещё когда-нибудь сможет. Где-то он слышал, что ангелы очень жестоки по отношению к людям, но их привязанность равносильна смерти. Но ведь ангелы бессмертны. Они почти не чувствуют того, что чувствует сам человек: любовь, заботу, но привязанность сохраняется, однако навсегда и к одному человеку, в их случае к Богу.       Если кто-то посчитает, что ангелы служат человеку, то ошибутся. Ангелы служат своему отцу и разделают границы Рая и Ада, чтобы баланс в мире сохранялся.       – Я Юнги, рад познакомиться с тобой, Чонгук, – всё так же безэмоционально произносит мужчина, ближе подойдя к человеку.       Он осматривает раны и тянется рукой к лицу. Юнги прикасается аккуратно. Его пальцы безумно мягкие, но холодные. Он смотрит будто в глаза, но его взгляд проходит сквозь них, а уже спустя минуту долгих гляделок Чонгук отшатывается, испугавшись такого близкого контакта с каким-то мужиком. Он хотел уже было начать кричать, но вместо этого приложил руку к щеке, до которой дотрагивался Юнги. Никаких ссадин, порезов и отеков – всё прошло.       – Постой-постой, объясни, зачем ты сюда пришел? – подняв взгляд на уже как бы знакомого ангела, спрашивает Чонгук.       – Так велел Господь. Я пришел к тебе ещё вчера.       – Вчера? То есть, ты видел, как меня чуть не убили?       Он снова встал ближе, но и сейчас его лицо не поменялось. Юнги будто высечен из камня, а человеческие эмоции были ему чужды. Он только кивает, получая обиженный и полный недопонимая взгляд.       – Ты стоял и смотрел, пока меня убивали? – Чонгук отходит на несколько шагов и теперь переключается на Тэхёна, который вполуха слушает беседу этих двоих и пролистывает одну за одной статьи об убийствах в этом городе.       – Мне нельзя было вмешиваться.       Чонгука это злило.       – Нельзя было? А сейчас тебе разрешили? – не понимал Чонгук.       – А сейчас мне приказал Господь. Я здесь для того, чтобы дать тебе защиту, Чонгук, я буду рядом, когда тебе это будет нужно.       Юнги чуть склонил голову в бок, вопросительно наблюдая за тем, как Чонгук отошёл к столу, чтобы налить из графина сок в стакан. Ну конечно, людям нужно чем-то питаться, а вот ангелам совсем наоборот. Они не спят, не едят, не любят. Вот такие они – дети небес. И пусть снаружи они привлекательны, это только их оболочка.       – То есть, ты будешь за мной ходить по пятам? – изгибает бровь Чонгук, попутно заглядывая в записки Тэхена, тот на них почти не отвлекался, занятый делом.       – Почему? – в этот момент Юнги выглядел озадаченно и совсем открыто, будто что-то упустил из вида. – На небесах много работы для меня, так что мне некогда ходить за тобой. Как только тебе понадобится моя помощь, просто позови.       Чон чуть соком не подавился. Он же неверующий, а тут ему придется ладить с ангелом, хотя, стоит признать, этот парень ему жизнь спас и даже раны залечил. Он хочет задать ещё пару вопросов, но Юнги вдруг исчезает, оставляя за собой дуновение ветра.       – Что это, черт возьми, было?       Тэхён тянет улыбку, но больше не отвлекается. Он погружается в самую свежую статью, в которой говорится о странной череде смертей. За ночь умерло больше трёх человек в больнице, куда они отправляются сразу же после небольшого отдыха. Врачам они представляются следователями, работающими над этими преступлениями, а затем им выписывают пропуск на вход. До вечера они осматривают палаты, в которых раньше находились погибшие, и находят только странные знаки, выцарапанные в углу подоконников.       Ничего, даже каких-то особенных следов, запаха гнили, как это бывает обычно. Всё вверх ногами. И как-то неправильно.       Так ничего и не найдя, парни возвращаются в отдельную палату, которую им выдали после уговоров глав.врача. Тэхён падает на кровать собираясь проштудировать ещё несколько статей, а Чон остаётся стоять недалеко от кровати, покачиваясь из стороны сторону. Ему нужно в этом разобраться, и он сделает это.       – Ладно, я пройдусь, – Чонгук хлопает себя по бёдрам и выходит из палаты.       Ходить по больничным коридорам в полутьме немного жутко, но он не тот, кому стоит бояться. Взяв в руки пистолет и перезарядив его, мужчина спускается на первый этаж. Полная тишина: пациенты спят, врачи несут ночное дежурство, а лампа в конце коридора призывно мигает. Шумно втянув носом воздух, Чон двинулся вперёд, но замер на середине пути. На него, стоя недалеко от лестницы, глядела молодая девушка с залитыми будто черной краской глазами. Демон. Чонгук несколько раз оглянулся назад, убеждаясь в том, что обычных людей рядом нет, и двинулся в её сторону.       Они спускаются в подвал. Холодный, темный. Иногда смелость и харизма Чона мешает жить, как, например, сейчас. Его кто-то стукает по голове, но организм не собирается отключаться. Чонгук отскакивает к стене и несколько раз стреляет в темноту. Лампа над головой загорается и освещает помещение. На свет выходит та самая девушка, скаля зубы в улыбке. Зря он пришел сюда один, но обратного пути нет. Чон отходит назад и снова стреляет в девушку, вот только она на его жалкие попытки никак не реагирует. Кто-то хватает его сзади и швыряет в сторону, заставляя поднять голову на пару сантиметров от пола. Холодно и больно.       Его бьют в живот, головой об бетонный пол, пока в глазах не начинает темнеть. Чонгук слышит только тихий шепот где-то возле уха перед тем, как отключиться.       По телу проходит холодок, голова раскалывается. Чон крутит головой, пытается разлепить глаза, шевельнуться, но тело ужасно слабо – сил не хватает даже на то, чтобы вдохнуть. Грудная клетка будто разорвана. Руки связаны цепями, но даже если бы их не было, он бы не смог подняться.       – Привет, котик, – рядом на корточки присаживается та самая девушка, которую он видел в больнице. – Как ты себя чувствуешь?       – Пошла к чёрту, стерва.       Чонгук сплевывает кровь и чувствует, как перед глазами всё мутнее. Становится ещё тяжелее.       – Ой, ну чего ты такой агрессивный? Я же как лучше хочу, убью тебя быстро и безболезненно. Наверно. Не надо было нас искать, – цокает девушка и понимается, пока к ним подходят двое высоких мужчин. – Ты совершил ошибку.       Они хватают Чона за плечи и поднимают над полом, несколько раз с адской силой ударяя в живот, сначала просто кулаками, а затем дубинками. Мысли переворачиваются, а во рту уже приходится что-то похожее на кровяную смесь. Его тошнит, всё тело будто разваривается, а в голове набатом стучит: надо отсюда выбираться. Чонгук собирает последние силы и с остервенением бьёт сначала одного демона, а затем второго, заставляя на пару секунд потерять контроль над ним. Только он делает пару шагов к выходу, встречаясь взглядом с черными глазами, как тут же падает обратно, разбивая висок и отключаясь, на этот раз без возможности прийти в себя.       – Заберите его, мальчики, – командует Сеера, сложив руки на груди.       Этим людям с ними не тягаться, лучше бы шли призраков ловить.       Планам не суждено было сбыться: из темноты на свет ламп выходит мужчина с немного растрёпанными волосами. Его взгляд настолько чист, что внушает страх перед Богом.       – Не трогайте его.       – Ты кто такой? – не понимает девушка, хватаясь за кинжал.       – Ваша смерть, – представляется Юнги, пока сзади на пол падают охранники в лице двух демонов.

***

      Просыпаться после долгого сна это как выспаться на год вперёд: сил не прибавилось и спать всё равно захочется уже на следующие сутки. Чон чувствует не запах гнили и сырости, как это бывает обычно, а больничных препаратов и чего-то приятного, будто благовоний. С первой попытки глаза открыть не получается, поэтому он делает ещё несколько, впоследствии натыкаясь на стоящего напротив ангела. Либо он на небесах, либо его в который раз спасли, и вряд ли это сделал Тэхён.       Улыбка с лица не исчезает, стоит ей появиться, но тело всё ещё болезненно отходит от наркоза.       – Как себя чувствуешь? – всё так же безэмоционально интересуется Юнги, сложив руки в карманы брюк.       – Как будто Афганскую войну прошел, – хрипло отзывается Чон, осматривая палату полностью.       – Я там был.       Ничего кроме тяжелого вздоха у Чонгука произнести не получается. Странно просто лежать вот так и разговаривать с ангелом, который спас тебя от неминуемой смерти. И в который раз в голове мелькает мысль отблагодарить его за это.       – Спасибо, – почти неслышно шепчет Чонгук, сжимая рукой край одеяла.       – За что ты меня благодаришь?       Иногда Юнги выглядел чересчур серьезным, будто бы в моментах ему это не шло, хотя нельзя было сказать, что пофигизм к происходящему не был к лицу.       – Ты спас меня, хотя я тебя даже не звал на помощь. Как ты меня нашел? – Чонгук щурит глаза, но отвлекается, когда за дверью слышатся голоса.       Пару дней назад он бы сказал, что не хочет иметь с этим парнем ничего общего, но сейчас ему командная работа нравится куда больше.       – Я привязан к тебе, – очередное спокойствие. – Не всегда тебе нужно звать меня, чтобы я появился, иногда я прихожу сам, как, например, сегодня.       – О, Юнги, ты здесь, – в дверном проёме появился Тэхён. Он принес небольшой поднос с едой и бутылку апельсинового сока.       Есть хотелось неимоверно, поэтому за такое внимание к себе Чон был благодарен. Он приподнялся на кровати, аккуратно облокотился на подушки и подтянул к себе свой обед. Оказалось, что он спал больше 10 часов, что немного не характерно для охотника. Юнги стоял недалеко в углу, но вдруг исчез, оставляя после себя только приятный запах чего-то необычного. Чон даже не успел сказать «пока», но не обижался на такое исчезновение, он прекрасно понимал, что им, людям, далеко до ангелов и наоборот.       И всё же этот Юнги был интересен. Непонятно почему, но от него несло спокойствием и безопасностью. Возможно потому, что он ангел, логично.       – Выяснил что-нибудь? – прожевав кусочек курицы, интересуется Чон, как только Тэхён садится на кровать напротив.       Им есть о чём поговорить.       – Да. Сеера прислуживает Амону. Они собираются здесь не просто так, но я пока не знаю по какой причине. Мы всё ещё должны поймать одного демона, но на этот раз ты один не пойдешь, мы позовём Юнги.

***

      Никаких новых дел, никаких убийств, ничего из того, что могло бы привлечь внимание охотников. Будто все монстры залегли на дно, именно тогда Намджун вернул их обратно в город, отзывая от службы на ближайшее время. Они договорились встретиться и поговорить, ведь затишье обычно бывает перед бурей.       Черный нисан останавливается напротив небольшого домика в обычном спальном районе, если его вообще можно так назвать. Чонгук не берет оружие с собой, как делает это обычно, только лишь дожидается, когда Тэхён присоединится к нему. Они вместе заходят в дом, где на кухне крутится жена Джуна и по совместительству их подруга. В этом доме всегда очень вкусно пахнет домашней едой, поэтому желудок Чона предательски урчит, он уже очень долго не ел ничего такого. И Кэтрин об этом прекрасно знает. Она встречает их на пороге и проводит к накрытому столу, куда чуть позже подходит и Ким, на этот раз без формы, в домашнем.       Они любезно общаются, разговаривают о чем угодно, только не о работе до тех пор, пока их не сносит странный ветер, появившийся из неоткуда. Перед ними появляются Юнги, немного в растрёпанном виде, будто пробежал марафон. Поймав на себе вопросительный взгляд сначала Чонгука, а затем и остальных присутствующих, Мин оттягивает на шее галстук и проходит дальше.       – Эти девушки очень странные, – в своем ангельской манере отвечает мужчина. – Я просто проверял версию. Они ходили в одном нижнем белье по бару!       Чонгук кашляет от услышанного, подавившись курицей, но как только приходит в себя, переспрашивает: – Прости, что ты сказал?       – Я сказал, что искал следы демонов. Зашёл в бар, а там все девушки в одном нижнем белье. Вот я и попросил их одеться.       Тэхён может только пшикнуть от смеха в кулак, не позволяя смеяться над их новым другом, но вот Чонгук делает это открыто, вместе с Намджуном заливая смехом весь дом. Парни ухахатываются с каменного, не понимающего ничего лица ангела и не могут остановиться. Кэтрин, до этого делающая всем парням кофе, теперь стоит рядом с Мином и похлопывает его по плечу.       – Прости, Юнги, но, видимо, ты дверью ошибся, – начинает Чонгук.       – Там не было других дверей, только эта.       Руки у сына Господня опускаются, а брови приподнимаются вопросительно. Теперь слышится смешок Тэхена, который всё-таки не сдержался.       – Ладно, забудь, но ты просто зашёл в стриптиз-бар, там все так ходят, – объясняет Чон.       Он-то в этих делах мастер. Знает в какую дверь нужно зайти. И однажды он сводит этого ангела в самые развратные места их страны, покажет всё. Им всем иногда нужно отдыхать, и кое-кто это делает чаще других. Чонгук этого совсем не отрицает, он любит красивых девушек, но предпочтения иногда изменяются от блондинок к брюнеткам, от азиаток к европейцам. Где бы они ни были, Чон всё равно отхватит лакомый кусочек, получит свою дозу удовольствия и ещё пару недель будет только дрочить в душе или у себя в номере мотеля. Его жизнь такова, что не позволяет завести семью или хотя бы построить быт с понравившейся девушкой, да и он не шибко хочет этого делать, ведь парень влюбчивый, многогранный, а ещё молодой, поэтому лучше гулять по ветру.              Если говорить о его ориентации, о чем вообще разговоров они ни с кем не заводят, он чистый натурал и иногда натуральнее других. Да, он пробовал секс втроём, но никогда не соглашался на двух парней в одной кровати, ведь для него это был перебор, даже если этот парень просто трахает девушку рядом, пока та тебе отсасывает. Нет и нет, это не про Чонгука, лучше он переспит с одной красоткой, чем будет пялиться на мужской зад или хуже всего – на чей-то член, ему и видов в душе хватает.       И пусть тема немного отвлеченная, такие мысли помогают не сойти с ума. Иногда подумать о бурной ночи полезно.       – Что насчёт обеда? Юнги, ты будешь есть с нами? – Кэтрин уже берет в руки тарелку, чтобы наложить порцию для гостя, но её вовремя останавливают.       – Нет. Ангелы не едят, – честно отвечает Мин и шлюхается на свободное место на диване рядом с Чонгуком.       Неловко улыбнувшись, Кэтрин отставила тарелку в сторону, а вместо этого достала из духовки пирог с ягодной начинкой. Аромат от этого кулинарного произведения искусства стоял божественный, его хотелось скорее попробовать.       – Что ещё не делают ангелы? – всё же спрашивает Чонгук, отрезая себе кусочек пирога. Боже, он так скучал по домашней еде, что сейчас расплачется.       – Не спят, не чувствуют, не испытывают чувства голода, холода. Мы абсолютно уникальны.       Тэхён кивает на каждое слово в подтверждение, он где-то об этом даже читал. Чон же выдает тихое «мда уж» и возвращается к незаконченному делу в виде домашней выпечки.       Как только порция десерта на тарелке заканчивается, Чон горестно вздыхает и откидывается на спинку дивана, случайно опуская взгляд на ноги ангела, сидящего рядом. Его очень удивляла прямая осанка этого парня, его четкий взгляд да и вообще всё, что он когда либо успел сделать или наговорить за небольшое время, пройденное с начала знакомства.       – Я могу догадываться, что готовят демоны, – подаёт голос Юнги, глядя перед собой.       Намджун, до этого читающий газету, откладывает её и подсаживается ближе.       – Люцифера нет уже как сотню лет, тогда его поразили архангелы небесного войска и отправили в пустоту.       Кэтрин не охотница, она никак не связывает свою жизнь с этим, но тоже останавливается послушать, укладывая руки мужу на плечи. Теперь молчат все, желая услышать продолжение.       – Демоны хотят вернуть своего отца, а для этого им нужен его сын.       – Что? Но этого же невозможно. У Люцифера разве есть сын? – Тэхён смотрит сначала на ангела, а затем переводит взгляд на остальных, желая получить ответ.       – Если Люцифера воскресят, он порабатит небеса, а затем человечество.       Ну вот, теперь Чонгуку придется заедать стресс. Или запивать. Кажется, близится конец света, и если раньше это звучало просто как чей-то бред, то теперь, после знакомства с ангелами, это может быть возможно. Что ж, нужно с этим что-то делать, но почему разбираться придется именно им, не понятно.       – А разве Люцифера не могут снова паразить архангелы? – Чон пододвигает к себе тарелку пирога и отрезает ещё кусочек. Ему можно, он много работает.       – Если демоны принесут ему своего сына, то никто не сможет.       – Звучит как начало апокалипсиса, – пытается пошутить Тэхён и вздыхает.       Ладно, в их делах нельзя оставаться спокойными и серьезными, иногда нужно шутить, иначе можно поехать крышей.       – Нам и не с такой хернёй приходилось сталкиваться, – Чонгук снова откидывается назад и в очередной раз обращает внимание на чужие колени, на которых теперь покоятся руки.       Такие аккуратные, длинные пальцы. Они словно созданы для того, чтобы их целовали. И о боже, о чем он только думает. Видимо, не с той ноги встал, раз мозг поплыл не в том направлении.       – Я так понимаю, отдых отменяется? – и для большего эффекта корчит обиженную рожу.

***

      Телефон уже в седьмой раз разрывается от навязчивого рингтона. Уже появляются мысли сменить песню на звонке, но к гаджету тянуться лень. У него болит спина. Вытянувшись посильнее на кровати, Чонгук закрыл лицо руками и вздохнул. Не хотелось никуда идти, прыгать в машину и ехать в другой конец города, чтобы найти демона и убить, а может быть поймать. Хочется уже наконец-то спокойной жизни, но грядет конец света, а значит нужно разбираться как можно скорее со всем дерьмом, что Рай и Ад взвалили на их плечи.       На восьмой раз не выдерживает Тэхён. Он кидает мобильник в своего напарника и падает на кровать напротив. Они снимают номер в мотеле уже как второй день, и как-то повезло, что здесь плата за ночь меньше, чем в других.       На дисплее высвечивается «Клинтон», а это значит, что никого хорошего не светит. Брат отца, не самый хороший мужик: пьянчуга и лентяй. Вот от такой жизни Чонгук бежал в охотники, лишь бы не запить и не спиться в свои тридцать.       – Слушаю, – нет, не слушает, но пытается себя заставить.       – «Чонгук? Это ты? Слава богу. Это Клинт, ты же записал мой номер?» – быстро бормочет мужчина. – «Я бы просто так никогда не позвонил. Тут демоны, они меня окружили».       Чон больше ничего не отвечает. Он срывается с кровати, собирает оружие в сумку и выбегает на улицу к своей машине. Тэхён не успел даже спросить о чем-то, вместо этого выбежал следом. Всю дорогу Чонгук сам не свой. И пусть с Клинтом они никогда близки не были, сейчас он не оставит его одного. Всю дорогу Чон что и делает, так это набирает номер своего дяди, но ему не отвечают не в первый раз, не на девятый.       – Что случилось? Куда мы едем?       – В Талса, – быстро отвечает Чон, выжимая из своего монстра всё. – Там мой...там один знакомый столкнулся с демонами.       Тэхён понимающе кивает, отворачиваясь к окну.       – Мы не собираемся звать Юнги?       – Сами справимся, – не уверен он, что справятся, но Чонгуку гордости не занимать. Раньше же как-то справлялся, убивал демонов направо и налево, причем в одиночку.       К дому подъезжают быстро. Чон выходит первый, перед этим схватив кольт и дробовик. Тэхён берет только пистолет и бутылку со святой водой. Они вместе входят в дом, но там никого не оказывается. Приходится разделиться, Ким поднимается на второй этаж, а Чонгук спускается в подвал, замечая старого знакомого привязанного на стуле. Он быстро отвязывает Клинта, перед этим осмотрев помещение, а затем пишет смс своему напарнику, чтобы спустился к ним. Вряд ли с демонами всё может так быстро закончиться, тут точно что-то не так. Кажется, они готовят ловушку. И пусть готовят, Чонгук хитрее. Он находит баллончик с краской и вычерчивает ровный круг на потолке, забравшись на стремянку. Успевает он только спрятать все следы преступления, перед ним возникает та самая девушка, с которой они не закончили.       – Чон, признайся, ты считаешь меня тупой? – смеётся Сеера, делая несколько шагов к охотнику. Она указывает на потолок и скалится.       Клинтон, до этого ждущий указаний, срывает один из ковров, демонстрируя половину пентаграммы, внутри которой уже заточена дьяволица.       – Да, я так считаю.       Улыбаются теперь охотники. Как только главный демон остаётся заточенным кругу, остальных Тэхён изгоняет молитвой. Сееру приходится посадить на стул, подтолкнув его к ней. Девушка не промах, знает, как запудрить мозги: начинает умолять отпустить её, говорит, что демон уже вышел прочь, но вместо того, чтобы верить ей, Чон обливает девушку святой водой, заставляя всё тело покрыться волдырями и ранами. Демон рычит и издает звериные вопли, но как только вода испаряется, замолкает.       Оставив дробовик в стороне, Чон подходит ближе, встав возле круга. Ему ничего не сделают, если он не зайдет в пентаграмму, но с демонами лучше быть аккуратными, мало ли что они задумали, хитрые твари. Из круга им не выбраться, но нужно понимать: нарушится его целостность и проблем сбежать не составит.       Вот бы сейчас пива и чипсов, какой-нибудь сериал или выпуск про слонов на Дискавери, а не бегать за демонами, ожидая, когда наступит апокалипсис. Чонгук уже подумывает бросить всё, но понимает, что ответственность за жизни других лежат на их с Тэхеном плечах. Кто выбрал их? Почему они должны всем этим заниматься? Когда-нибудь Чон отыщет того, кто написал им такую судьбу, и тогда отрежет этому гаду руки, чтобы больше писать не мог.       – Мы знаем, что вы ищите сына Люцифера. Сколько вас?       – Сотни. Нас сотни. Вам нас всех не остановить, – смеётся Сеера и падает на колени, получив в лицо святой водой.       – Зато мы остановим тебя, – Чонгук берет в руки кинжал, но понимает, что ему не подойти слишком близко, чтобы нанести удар. – Говори всё, что знаешь.       Девушка тяжело вздыхает, понимая, что просто так от неё не отвяжутся.       – Вы и сами всё знаете. Как только мы найдем нового короля – вернём себе отца. И тогда всем вам придет конец. Но вы можете меня освободить, я буду полезна.       Хитрости демонам не занимать. Они умные твари, которых с каждым разом становится сложнее провести. Именно демоны одни из самых сложных противников, и сильнее они становятся всё быстрее. Лучше не вестись на лилейные убеждения, а ведь демоны – мастера убеждать в собственной правде. Им не составит труда заключить сделку, предложив то, от чего ни один человек не сможет отказаться, а в замен заберут его душу. Бессмертные души на рынке в наше время стоят очень дорого, но человеку без главной составляющей не жить, иначе он превратится в робота, не испытывающего чувств.       – Может перекусим? – интересуется Клинт, нарисовавшись за спиной Чонгука. – Она всё равно никуда не денется. Подкрепимся и вернёмся к выбиванию информации.       Чон любил поесть, это отвлекало от мыслей по спасению мира, а ещё немного успокаивало, поэтому предложение перекусить он принимает сразу же и тащится из подвала на кухню. Клинтон на скорую руку делает бургеры, достает из холодильника пиво и составляет всё на столе перед ребятами.       С Чонгуком они не общались больше пяти лет, за это время многое успело измениться, например: теперь Уилсон не пил сутками, а вместо этого работал в ночную смену охранником предприятия, а днём впахивал на автостанции, перекрашивая автомобили. В общем, зарабатывал честным трудом, а от прежней жизни не осталось и следа.       – Что вы собираетесь с ней делать? – намекая на демона в подвале своего дома.       На секунду они чувствует дуновение ветра, а затем недалеко от стола появляется ангел.       – Я избавлю её от одержимости.       – Что? – Чонгук уже привык к таким неожиданным появлением своего хранителя, в отличие от Клинта, схватившегося за сердце. – Мы сначала узнаем всё о Люцифере и планах на Ад.       – Она всего лишь посредник, поэтому не располагает информацией.       Сейчас Юнги не был похож на ангела, ну или был. На очень разозленного, грубого ангела, который настаивает на своей версии. К нему уже спустя несколько мгновений возвращается привычная хладнокровность.       – Вы держите дружбу с ангелом? – немного не вкуривает Клинт. Он хоть и не охотник, но прекрасно разбирается во всей этой сверхъестественной хернёй.       – Ну, вроде того, – Тэхён отставляет полупустую кружку с кофе в сторону.       Звучит всё это очень весело, хотя на деле и не особо. Дружба с ангелом. Такое вообще возможно? Разве что в их реалиях, и случиться это могло только с ними.       – Мы должны оставить Сееру, – настаивает на своём Чон.       – Нет, я освобожу её. Она вам ничего не скажет.       – Что ж ты за упертый баран такой? – вздыхает мужчина, глядя на ангела.       Юнги клонит голову в бок и вопросительно смотрит на своего подчинённого.       – Но я ангел...       – Забудь, Юнги, просто забудь. Выкинь из головы.       И пока их ангел снова что-нибудь не понял в человеческом сленге, они спускаются в подвал, где их уже заждалась Сеера, придумывая разные методы убийства охотников после своего освобождения.