Глухой джинн

      Антону не удалось провести новогодние праздники спокойно: показатели заболеваемости поползли вверх, и нужно было вовремя обеспечить больницы необходимыми препаратами. Поэтому, проведя несколько прекрасных дней с любимым, он принялся за работу.       Антон всё ещё не мог поверить, что Савва согласился переехать к нему, но, увидев, как к его дому подъезжает грузовая газель с вещами Саввы, убедился в своём счастье. Теперь в холодильнике Антона появились блюда, приготовленные Саввой, а ночами его радовали низкие стоны любимого. Антон сразу устроил Савву экспедитором, зная его болезненное отношение к потере работы. Он понимал: больше нельзя откладывать серьезный разговор. Антон видел, как Савва переживает из-за случившегося, хотя старается не показывать ему.       Савва явно боялся быть обузой и пользоваться возможностями и средствами Антона. Дошло до того, что Савва отказывался добираться до работы вместе с Антоном, предпочитая старую иномарку и придумывая причины. Он старался есть блюда из продуктов, которые сам купил и приготовил, при этом кормя и Антона. Прошло две недели их совместной жизни, и Антон решил, что пора прекратить возникшее недоразумение, пока оно не зашло еще дальше.       Антон, возвращаясь домой на машине, заказал роллы по смартфону и забрал их по дороге. Он отлично знал, что Савва любит морепродукты. — Тош, будем ужинать? — спросил Савва, когда Антон переоделся и зашёл в гостиную. — Я приготовил тушеный картофель с грибами и курицей. — Да, а я привез роллы с угрем, красной рыбой и икрой, — сказал Антон. — Хорошо, — ответил Савва, однако Антон уловил в его голосе напряжение.       Они накрыли на стол и стали говорить о чем-то отвлечённом. Антон наблюдал за Саввой: тот взял два ролла, а потом стал налегать на жаркое. — Саввушка, тебе не нравятся роллы? — поинтересовался Антон. — Ты их почти не ел.       Савва, не поднимая глаз, проговорил: — Да что-то нет аппетита. — Врёшь! — строго воскликнул Антон. — Долго это будет продолжаться?       Савва поднял голову и исподлобья посмотрел на Антона, но продолжал молчать. — Не притворяйся глухим джинном, — произнес Антон. — Савва, ты понимаешь, что это ни в какие ворота не лезет? Когда я предложил тебе переехать в новый дом, я не имел в виду сожительство будто в общежитии — это твоё, это моё. — Тош, не нервничай, — тихо промолвил Савва. — Просто я не могу вот так запросто пользоваться плодами твоих трудов.       Антон нецензурно выругался. — Ты не дальний родственник, который приехал в гости и скоро отчалит, или любовник, оставшийся переночевать! — почти выкрикнул Антон. — Разве ты не понимаешь, что ты… ты… — он шумно сглотнул. — Ты моя половинка, мы — семья!       Антон сам не ожидал от себя таких слов. Правда осознал: это действительно его мысли и желания.       Савва вытер губы салфеткой, встал, подошел к Антону и потянул его за руку. Когда Антон поднялся, Савва заключил его в объятия. — Тош, ты прав, ты - моя семья. Пусть это и скоропалительный вывод, но он греет душу, — сказал Савва. — Я остался без семьи рано, вернее, была только бабушка, а ты рос без отца. Я не совсем понимаю, как правильно жить вместе. Мне кажется, что я тобой пользуюсь, я все время задаю себе вопросы: не будет ли то или это уже перебором? Нас учили с детства жить в гетеросемье, где мужчина — добытчик, а жена — хрупкое, нежное существо, о котором нужно заботиться. Наверное, я пытаюсь переложить эту модель поведения на наши отношения.       Антон хмыкнул. — Саввушка, считай, что у тебя очень сильная «жёнушка», способная врезать по морде, заработать денег, и, к тому же, бреется по утрам, — пошутил Антон. — Ну тебя, — добродушно ответил Савва. — Тош, давай договоримся: я стараюсь принять происходящее, а ты не будешь меня слишком опекать… Хотя, зная тебя…       Савва вздохнул. — Саввушка, сейчас была лишь прелюдия. У нас впереди еще серьезный разговор, — констатировал Антон. — Но сначала давай поедим. — Тош, насколько серьезный? — спросил Савва, заглянув в глаза Антону. — Максимально, — сообщил Антон.       После ужина они расположились на мягком диване, полуобернувшись друг к другу. Антон взял Савву за руку и, глядя ему в глаза, начал говорить: — Саввушка, я хочу, чтобы ты правильно меня понял. Ты задумывался о нашей совместной жизни? — Ну, я говорил тебе, что думал жить с тобой в своей новой квартире, — ответил Савва. — Хорошо, Саввушка. А как бы ты объяснил на работе или соседям, почему живешь с мужчиной? — спросил Антон. — Данный факт никого не касается, — категорично заявил Савва. — Я бы не стал ничего объяснять. — Ладно, попробуем по-другому, — промолвил озадаченно Антон. — Сколько ты собираешься быть со мной рядом?       Савва удивлённо посмотрел на Антона. — В смысле? — не понял он. — Кто думает о таком? — Я, — ответил Антон. — Я привык строить не только ближайшие планы, но и дальние. Как обычно живут пары вроде нас в нашей стране? Повстречались, пожили пяток лет и разбежались. Никто никого не держит, никто никому не обязан. Нет общих целей, имущества. Всё скрытно, словно воры. — Тош, я не собираюсь расставаться с тобой через пять лет, — промолвил Савва. — Я понимаю, что тебя тревожит. Но так уж получилось: мы оба мужчины, и наша любовь под запретом. — Под чьим запретом? — спросил Антон. — Под запретом закона, — ответил Савва. — Тебя такой расклад устраивает, Савва? — задал вопрос Антон. — Когда ты не можешь меня обнять на улице, прижать к себе, не объясняя всем и каждому, что это «просто по-дружески»? Или когда тебя выгоняют с работы только за то, что ты спишь с мужчинами, забывая все твои достижения?       Савва угрюмо молчал.       «Опять превратился в глухого джинна. Если Савва не знает, что сказать или предложить, он просто игнорирует мои слова», — подумал Антон.       Но в данный момент он ошибся. — Тош, ты умнее и дальновиднее меня. Я не знаю, что могу сделать в нашей ситуации, ведь в данном случае решаем не мы, а общество, в котором мы находимся, — заметил Савва.       Антон, услышав слова Саввы, немного успокоился. — Да, ты прав, Саввушка, — продолжил Антон. — Я пришел к такому выводу сразу, только мы начали встречаться. Ты ведь знаешь, кем я работаю. Моя работа — прежде всего планирование. Вот я и стал строить планы и искать варианты, видя, как обостряется ситуация вокруг ЛГБТ. Савва, дальше будет хуже, я это предвижу. Недавно в «Мартини» приходили с проверками, им грозит закрытие.       Савва внимательно посмотрел на Антона. — Мне кажется, ты что-то решил… Ты, наверное, не зря забрал все мои документы под предлогом устройства на работу? — спросил он и нервно погладил тыльную сторону ладони Антона. — Я не решил, Саввушка. Без тебя мои планы — просто пыль, — признался Антон. — Говори, — потребовал Савва. — Я хочу уехать с тобой и начать новую жизнь, — сообщил Антон, посмотрев на Савву.       Его лицо сначала выразило удивление, а потом стало предельно серьезным. — Я все понимаю: другой менталитет, порядки, — продолжил сбивчиво Антон. — Мне будет проще, чем тебе, Саввушка. Я неплохо знаю английский и немецкий языки, овладел нужной терминологией, и смогу получить рабочую визу как высококлассный специалист. Наши партнеры готовы принять меня на работу, учитывая мой опыт, дипломы и стаж. Правда, сразу это не будет высокая должность, как нынешняя, придется поработать и набраться опыта. Генеральный тоже рад, ведь я смогу способствовать оперативному сотрудничеству…       Савва упорно молчал, его лицо стало непроницаемым. Сердце Антона сжалось, однако он продолжил говорить: — Саввушка, не переживай, мы не останемся на улице… Изначально я думал пойти легким путем, получить грин-карту в США через инвестиции, открыть бизнес или филиал. Только сумма слишком большая, а я хочу вложиться в недвижимость, ведь нам нужно где-то жить. Да и я не привык так рисковать, необходимо изучить все подводные течения. Даже если я продам дом и машины, после инвестиций может не хватить на комфортное пребывание и на твою учебу. А в долги я лезть не хочу… — Эм… — Савва попытался собраться с мыслями. — Дай соображу… Ты меня словно обухом по голове ударил… Ты хочешь продать всё здесь, купить дом в США и эмигрировать?.. Ты хотел вложиться в бизнес, но понял невыгодность… — говорил Савва скорее для себя, чем для Антона. — «Большая сумма» — это сколько? — Многовато, — расплывчато ответил Антон. — Тош… — строго сказал Савва. — От 800, может больше… — уточнил Антон. — Восемьсот тысяч долларов? — ошеломлённо переспросил Савва. — Ну да, — сказал Антон, пожав плечами. — У них и зарплаты немного отличаются от наших среднестатистических. — Я даже представить себе таких денег не могу, — пробормотал Савва. — А что ты там говорил про мою учёбу? Куда ты меня уже определил? — Во-первых, ты должен начать заниматься с репетитором, учить язык. Это важно, — объяснил Антон. — Ты устроишься и начнешь работать простым медбратом, затем подтвердишь диплом и сможешь стать старшим. А потом пойдешь учиться на врача, на травматолога, как ты и хотел. — Это было давно. Если и пойду на высшее, то только на биомедицинского инженера. Учиться на врача дорого и очень долго, — поделился мыслями Савва, а потом спохватился: — Тош, а ты ничего не забыл? — Что? — спросил Антон, смотря на Савву невинным взглядом. — Ну, надо было посоветоваться сначала, а не ставить меня перед фактом о своих грандиозных планах, — заметил Савва. — А то мне кажется, что моя роль в предстоящем мероприятии как у болтающегося отростка между ног.       Антон потупился. — Не было времени, — оправдался Антон. — Пока границы открыты, мы должны успеть. Ковид непредсказуем, сам знаешь. — И когда ты планируешь переезд? — спросил Савва. — Через два месяца, — ответил Антон. — Тебе придется очень постараться, Саввушка. Но не переживай, я помогу тебе. И не думай о затратах, ты сможешь оплачивать свою учебу, когда устроишься на работу.       Антон с надеждой посмотрел на Савву и тихо добавил: — Нам нужно определиться, куда мы поедем…       Савва удивленно округлил глаза. — Я думал, ты говорил о США, — сказал он, пораженный. — Сначала я так и планировал, — пояснил Антон. — Да, английский я знаю лучше. Кроме того, в США больше развлечений, пляжи, отношение к ЛГБТ очень лояльное: прайд-парады, вечеринки, незабываемые мероприятия. И можно быстрее заработать… Но другой континент, и не всё однозначно. Для молодежи — идеально. — Тош, конкретнее, — потребовал Савва. — Австрия, — промолвил Антон. — Правда, нужно учитывать, это небольшая страна со строгими порядками. Особых супер-развлечений там нет, за ними ездят в другие европейские страны. Австрийцы не самые общительные люди, в отличие от американцев. Не получится завалиться к соседям с бутылочкой вина — этого просто не поймут, ведь у них жизнь распланирована на год вперёд. Плюс покупка недвижимости потребует волокиты. Савва, главное — сможешь ли ты выучить немецкий и ассимилироваться в новом обществе?       Савва обнял Антона, крепко прижав его к себе. Антон сразу почувствовал волнение. Савва нежно прошептал ему на ухо: — Тош, я тебя люблю… Ты невероятный… Я хочу, чтобы ты был счастлив со мной.       Антон задохнулся от будоражащего низкого голоса. Совладав с собой, он высвободился из объятий и возмутился: — Савва, перестань переводить тему. Ну точно глухой джинн из моего сна…       Но Савва просто взял и закрыл его рот поцелуем, большие ладони нырнули под футболку. Аккуратно, в процессе поцелуя, он завалил Антона на диван. Мужчина тяжело задышал и крепче прижался к Савве. — Саввушка, почему ты так внезапно прервал разговор? — прошептал он, отстранившись.       Савва посмотрел на него глазами, полными любви, и ответил: — Тош, я уже всё решил. Мы поедем в Австрию. Я дополнительно учил немецкий, хотя в дипломе указан английский. Я думал уехать с Костиком, он мечтал о переезде в Германию, мы даже ходили на курсы немецкого… Правда дело не в этом. Мне подходит спокойный образ жизни, мне не нужно безудержное коллективное веселье. Провести время с тобой — вот моё счастье. В США я, наверное, боялся бы, что тебя уведут на какой-нибудь масштабной гей-вечеринке в клубе. Ты слишком заметен.       Антон прыснул от смеха. — Почему ты смеёшься? — поинтересовался Савва. — Просто я думал о том же самом: вдруг тебе понравится кто-то на прайд-шествии, там много очень красивых мальчиков на любой вкус, а ты до безумия прекрасен, — признался Антон. — Ты проявляешь собственничество, но я обычный, в отличие от тебя, — сказал Савва.       Антон не стал спорить, слова Саввы согрели его душу.       Савва наклонился и начал нежно облизывать и целовать шею Антона. — Саввушка, чего ты внезапно возбудился? Мы же вроде серьёзно разговаривали, — спросил Антон, теряя контроль. — Я подумал о том, что после эмиграции мы сможем зарегистрировать брак, — с томлением прошептал Савва, снова покрывая Антона поцелуями.       Эмоции накрыли Антона с головой. — Как же я тебя сильно люблю, — выдохнул он, поглаживая волосы Саввы.