Проблемный арендатор

С того момента, как Наруто поставили диагноз, прошло полгода. Учиха долго не мог решиться рассказать ему о болезни: реакция блондина могла быть абсолютно непредсказуемой, и эта неопределённость пугала. Однако, к счастью, всё прошло относительно спокойно — никто не пострадал. За это время они успели пережить и ссоры, и ругань, но, несмотря ни на что, оставались вместе. — Наруто, нам нужно серьёзно поговорить, — Саске опустил голову, стараясь не встречаться с блондином взглядом. Его голос звучал глухо, почти неуверенно. — Давай позже, а? Я на работу опаздываю, а меня и так чуть не уволили, ты же знаешь, — Наруто отмахнулся, натягивая куртку. На его лице всё ещё играла легкая улыбка, словно он не чувствовал напряжения в воздухе. — Нет, — отрезал Саске, крепче сжав руку парня. — Мы поговорим сейчас. Это важно. Не дав Узумаки времени на возражения, он мягко, но настойчиво оттащил его в комнату, подальше от входной двери. — Да что такое? — Наруто всё ещё улыбался, хоть его улыбка уже казалась чуть натянутой. В глубине души он начинал тревожиться, но привычка скрывать свои эмоции заставляла держаться бодро. Саске глубоко вдохнул, пытаясь успокоить дрожь в руках. Он понимал, что пути назад уже нет. — В общем, Наруто… — начал он осторожно, словно подбирая каждое слово. — После твоего последнего нервного срыва Конан мне кое-что сказала. Слова давались ему тяжело. Он отвёл взгляд, но всё же продолжил: — Она долго не была уверена в диагнозе, но ваших сеансов уже было достаточно, чтобы подтвердить её опасения. Она попросила меня поговорить с тобой… — Да не томи уже, — Наруто попытался скрыть нервозность за лёгким раздражением, но в его голосе прозвучал дрожащий оттенок. Саске поднял взгляд и, заставив себя улыбнуться, осторожно провёл пальцами по рукам блондина, пытаясь передать тепло и поддержку. — Знай, что мы справимся вместе, ладно? — его голос звучал мягко, почти умоляюще. — У тебя… параноидная шизофрения. В комнате повисла тишина. Наруто замер, будто слова не сразу дошли до его сознания. Потом он истерически засмеялся, закрывая лицо руками. Смех звучал рвано, как-то неестественно. — Блеск, — выдавил он, продолжая смеяться, пока его плечи не начали дрожать. Саске с тревогой смотрел на него, а затем аккуратно убрал руки блондина от лица. Слёзы катились по его щекам. Глаза, всегда такие живые и яркие, казались пустыми, лишёнными света. Не колеблясь, Саске встал, подошёл ближе и, обхватив Наруто руками, крепко прижал его к себе. — Я ведь говорил, чтобы ты как можно скорее уходил отсюда, — хрипло прошептал Наруто, уткнувшись лбом в плечо Саске. — Заткнись, — тихо ответил тот, мягко проведя ладонью по его спине. Сказать эти слова было для Саске сложнее всего. Он не хотел, чтобы Наруто чувствовал себя «больным» или «другим». Он знал, что путь впереди будет непростым, но был готов пройти его вместе с тем, кто для него значил всё. После этого Саске сдержал своё обещание и остался рядом, несмотря ни на что. Ему пришлось многому учиться — от того, как правильно поддерживать, до того, как справляться с собственными страхами и неуверенностью. Однако его неловкие объятия, тихие слова утешения и трепетные поцелуи становились для Наруто лучшим лекарством, которое невозможно заменить ничем другим. Прошло несколько месяцев, прежде чем Узумаки, робея и краснея, поделился с Конан важной новостью: он больше не видел «теней». Их исчезновение стало для него самым невероятным облегчением, словно он наконец-то вышел из долгого, тёмного тоннеля на свет. Конан, сдерживая радость, не смогла не обнять блондина, а затем поспешила рассказать об этом Саске. Когда Учиха услышал эту новость, он ощутил, как с души упал огромный камень. Его плечи расслабились, а на лице впервые за долгое время появилась настоящая улыбка. Он верил, что это был шаг вперёд — пусть маленький, но невероятно значимый. Конечно, всё шло не так гладко, как хотелось бы. Были дни, когда состояние Наруто ухудшалось. Он мог закрыться в себе, теряя связь с реальностью, или возвращаться к темным мыслям, от которых оба так стремились избавиться. Эти моменты были пугающими для обоих, особенно для Саске, который не всегда знал, что делать. Но он никогда не сдавался. В такие дни он просто садился рядом с Наруто, обнимал его, даже если тот сопротивлялся, и говорил самые простые вещи: — Мы справимся. Вместе. И они действительно справлялись. Раз за разом. Их путь не был лёгким, но каждая победа, даже самая маленькая, делала их сильнее. Саске учился быть опорой, а Наруто, в свою очередь, учился доверять. Вместе они доказывали, что даже самые сильные штормы можно пережить, если есть кто-то, кто готов идти с тобой до самого конца. Все проблемы решить у Наруто не получилось, и иногда в их квартиру заглядывала его мать — с истерикой и настойчивыми просьбами вернуться домой. Кушина буквально испепеляла Саске взглядом, словно надеялась, что, если смотреть на него достаточно долго, он исчезнет, а вместе с ним исчезнет и то, что, по её мнению, разрушало жизнь её сына. — Наруто, я умоляю, возвращайся домой. Я… я… — слова Кушины закончились, но слёзы всё так же безудержно стекали по её пылающим щекам. — Нет! — с тяжёлым вздохом Наруто опустился на стул, уставившись в пол. — Зачем мне возвращаться туда, где меня не ждут? Где от меня только требовали, а не принимали таким, какой я есть? — Он поднял глаза и добавил твёрже: — И… я не брошу Саске. Никогда. Ты слышишь? — Да на кой он тебе сдался? — в голосе женщины зазвенела истерика. — Просто посмотри на него! Злой, холодный, угрюмый. Чем он тебя удерживает? — Зато он был рядом, когда я в нём нуждался, мам, — голос Наруто дрогнул, но он не дал себе сломаться. — Он никогда меня не бросал и делал всё ради нас. Ради меня. — Блондин вскочил со стула, его голос стал громче. — Я люблю его! — выкрикнул он с отчаянием и страстью, понимая, что сказал это громче, чем следовало. Щёки залились румянцем, когда до него дошло, что Саске, вероятно, всё услышал, даже находясь в соседней комнате. — Что?! — Кушина застыла посреди кухни, глядя на сына так, будто он только что уничтожил её мир. — Я… я могла смириться с твоей ориентацией, но… не с ним, — выплюнула она с горечью. — Не с ним. — Бросив последний взгляд на Наруто, Кушина покинула квартиру. И, возможно, его жизнь. После её ухода в квартире повисла гнетущая тишина. Наруто ещё долго стоял посреди комнаты, чувствуя себя одновременно опустошённым и освободившимся. Но долго побыть в одиночестве ему не дали. Саске вышел из своей комнаты и, не произнося ни слова, направился к Наруто. Его взгляд был спокойным, но в нём светилось что-то тёплое, почти непроницаемое. — Слушай, я про… про те слова, — начал было Наруто, теряя уверенность под этим взглядом. — Я… не это имел в виду… Прости, я… — Он не успел договорить: напористые губы Саске прервали его. Это был нежный, трепетный поцелуй, который заставил его забыть обо всём, даже о собственных мыслях. — Я тоже, — прошептал Саске, обжигая ухо Наруто своим дыханием. Сердце блондина замерло, пропустив удар. Он пытался найти какое-то оправдание этим словам, их поступкам, но брюнет не оставил ему времени на размышления. Саске целовал его шею, ключицы, щеки, оставляя на коже горячие следы. Его руки нежно, но уверенно скользили по телу Наруто, изучая каждую линию, каждый изгиб. Это было больше, чем страсть. Это был, пожалуй, самый нежный и искренний секс в их жизни. Сакура иногда заходила к ним в гости, оставаясь всё такой же частью их жизни, несмотря на изменившиеся обстоятельства. Наруто не стал скрывать от неё правду — он рассказал о том, что между ними с Саске происходит. На удивление, девушка приняла эту новость спокойно, словно уже давно догадывалась. Ожидаемых истерик или слёз не последовало; вместо этого она дарила им свою дружескую поддержку и заботу, как настоящая подруга. — Ну что ж, — с улыбкой сказала она однажды, сидя за их кухонным столом. — Главное, чтобы вы оба были счастливы. Только попробуйте поссориться, я сама вас обоих придушу. Наруто рассмеялся, потянувшись за очередным куском её знаменитого блюда. — Я рад, что мы всё спокойно решили. А то куда я без твоей лазаньи? — он хитро улыбнулся, за что тут же получил лёгкий тычок в бок. — Идиоты, — засмеялась Сакура, закатывая глаза, но в её голосе чувствовалась неподдельная теплота. Саске молча наблюдал за ними из угла комнаты, скрестив руки на груди. Он никогда не был мастером выражать свои чувства словами, но в этот момент он был благодарен Сакуре за то, что она осталась рядом с Наруто. Даже если он и не сказал этого вслух, она, кажется, всё поняла. Парни никогда не задумывались о будущем. Они не строили планов, не спрашивали друг друга, что будет через год или два. Останутся ли они вместе? Будет ли у них всё хорошо? Эти вопросы словно не существовали. Они предпочитали жить настоящим — одним днём, без лишних размышлений о том, что принесёт завтра. Каждый новый день начинался с ощущения тепла и спокойствия. Главным для них было то, что сейчас они рядом. Неважно, что могло поджидать их впереди — заботы, ссоры или что-то ещё. Всё это казалось мелочью, пока они могли видеть друг друга, чувствовать тепло рук и знать, что кто-то по-настоящему ценит их такими, какие они есть. Ведь в конечном итоге, только это и имело значение.