Если это ты, то я тебе доверяю

Эндрю бросил недокуренную сигарету в окно и поднёс пачку к губам, чтобы достать новую, пока другая рука оставалась на руле. Старые привычки умирают с трудом, а ещё компания Аарона пробуждала в нём самое худшее. — Она такая вовлечённая в процесс, дети её обожают, и это при том, что она вампир! Иногда я просто смотрю на неё и думаю о том, как же мне повезло. Она так сильно горит этим делом, я… — Обычно это ведьмы сильно горят, но, может, пришло время и на вампирах протестировать, — наконец заговорил Эндрю. Аарон стрельнул в него таким взглядом, что сидящий рядом Кевин не сдержал смешка. Близнец в эту же секунду въехал ему локтём по рёбрам, заставляя подавиться воздухом. Иногда Эндрю начинал думать, что его брат был каким-то инопланетным существом: уж слишком много в нём было фанатизма по вампирам. А ведь представители их расы воевали с кровопийцами столетиями — никакого уважения к истории. Вот так прикладываешь все усилия, жертвуешь жизнью ради убеждений и спокойного будущего потомков, а потом какой-то оборотень решает, что трахаться с вампиршей — это вполне себе осознанный выбор взрослого. Стыдно должно быть. Да, Эндрю не любит клыкастую чирлидершу. Да, эти двое вместе уже третий год — эйдетическая память не щадит никого, тем более Эндрю, — но что с того? Он встречает её только на семейных мероприятиях, куда всех созывает Би, и этого более чем достаточно. А ещё ему на днях пришло приглашение на их свадьбу. Он использовал конверт как подставку под новую кружку, не так давно подаренную Рене. Помнится, строчки «нам было бы очень приятно, если бы Вы стали свидетелем на нашем празднике» расплылись из-за тёмных капель неаккуратно налитого кофе. — А с чего вдруг ты согласился поехать? Ты же терпеть их всех не можешь. Эндрю? — не получив никакого ответа, Аарон нахмурился, его светлые уши, появившиеся из-за грядущего полнолуния, прижались к голове в знак раздражения. — Если ты испортишь мне вечер, я больше никогда не стану прикрывать тебя перед мамой. Прибавив радио, Эндрю стряхнул пепел в окно. Это был глупый вопрос. Зачем он ехал на вечеринку в честь Хэллоуина? Такой же глупый ответ: Рене Уокер. Эндрю давно не посещал «лисьи» мероприятия. Прошло несколько лет, а эти идиоты вдруг решили собраться на том же месте в заброшенном парке аттракционов. Чёрт его дёрнул в этот Хэллоуин поехать туда. И любопытство. — Тебя это заинтересует, — сказала Рене, улыбаясь как самая настоящая ведьма. Что там Эндрю говорил про сожжение заживо? Прибавив музыку до предела, он вдавил педаль газа. Недовольные восклицания двух придурков с задних сидений оказались заглушены музыкой и рычанием двигателя. От воронки мыслей, утягивающей куда-то на дно, впрочем, это не спасло. Что такого интересного могла предложить Рене Уокер? Была одна догадка, но Эндрю отказывался за неё цепляться. К дьяволу. Резко затормозив у пункта назначения, он откинулся на сиденье. Оказывается, пальцы всю дорогу сжимали руль до побелевших костяшек, ногтевая платина вытянулась, образуя когти. Всё дело в полнолунии. — Совсем ебанулся? — Эндрю, какого… — Убирайтесь, — действительно рыкнул Эндрю. Кевин покинул машину за считанные секунды (ему не нравилось, когда кто-либо поблизости отпускал из-под контроля свою животную сущность, особенно — оборотни), но Аарон хмуро уставился на Эндрю, показательно складывая руки на груди. С места не сдвинулся. Ушки на макушке и хвост торчком — в такие моменты Эндрю был рад, что умел держать своего волка под контролем даже при почти полной луне. — Ты какой-то странный, — подозрительно прищурился близнец. Эндрю, не удостоив его ответом, вышел из машины. Нагрянуло чувство дежавю.

***

— Ты какой-то странный, — подозрительно прищурился Аарон. Эндрю, не удостоив его ответом, поправил волосы, надеясь, что они скрывают горящие кончики ушей. — Что на тебя наш... — Эндрю! Рыжие волосы растрепались, на лице растянулась улыбка, которую, честно, Эндрю хотел куда-нибудь спрятать, чтобы больше никто не мог любоваться ею, кроме него самого, а старые кроссовки прошаркали по полу, когда Нил ловко скользнул на место рядом. — Эй, Джостен, какого... — возмущения Аарона утонули на фоне шума крови в ушах и ускоренного биения сердца. Эндрю уставился в голубые глаза и сжал челюсть, чтобы удержать под контролем желание сделать глубокий вдох через нос. Ему слишком нравился этот аромат дождя и дешёвых леденцов без сахара, к которым пристрастился Нил. — Эндрю? Господи, какие вы отвратительные, хоть бы заранее предупредили! Куда я теперь сяду? — Привет, — тихо сказал Нил. Он постоянно так делал, и Эндрю ненавидел то, как слух фокусировался только на его голосе и отодвигал в сторону весь остальной шум.

***

— Привет! О, Эндрю, давно не виделись! Не ожидал, что ты приедешь... Эндрю прошёл мимо воодушевлённого Бойда, даже не взглянув на него. Этот щенок-переросток настолько же оправдывал своё человеческое происхождение, насколько его жена являла собой воплощение фразы «красота — страшная сила». Кажется, Эндрю не знал ни одной русалки, которая бы использовала свои способности только в мирном ключе — что и делала Дэн. По большей части. Он никогда не забудет, как она похлопала ресничками перед парочкой журналистов, чтобы те стёрли часть интервью, где Нил решил дать себе полную свободу в высказываниях в адрес других команд. Или то, как она с помощью пары слов и улыбки заставила всех нападающих из команды противника ползать на коленях перед Элисон и вымаливать прощение после того, как они отпускали сальности о ней и её тогда ещё недавнем становлении вампиром. А Мэтт был человеком, почти принцем на белом пикапе. Они прямо-таки из сказки вылезли. Эндрю пришёл на эхо смешавшихся голосов и смеха. Жалкое подобие стола было накрыто в зоне, где когда-то находился фуд-корт. Элисон смеялась во весь голос, держась за плечо Рене, Кевин что-то уверенно им обеим доказывал, а в паре шагов от них курили Сет и... — Признавайся, на любимый запах прибежал? — ухмыльнулась Дэн, возникнув словно из неоткуда. Эндрю показал ей средний палец. Она ответила тем же. — Как говорится, вспомни волка! — Никто так не говорит, Эли. — Я так говорю — этого достаточно! Эндрю уставился на единственную реальную ведьму из этого трио, и та улыбнулась ему, слегка кивнув в сторону. Как раз туда, где стояло две фигуры, высокая и низкая. Что ж, Сет Гордон был мудаком, каких ещё поискать. Его способность превращать всех в камень одним взглядом в глаза добавляла шарма, но совсем немного — ровно до момента, пока он не откроет рот и не начнёт разбрасываться оскорблениями налево и направо. С тех пор, как Рейнольдс обратили, у них всё пошло более чем по маслу. На вампиров фокусы потомков Медузы Горгоны не действовали, занятно, да? Переведя взгляд на фигуру пониже, Эндрю замер на полпути. Сделал глубокий вдох. Дождь и всё те же дешёвые леденцы без сахара. Стало понятно, какой чёрт дёрнул его приехать: у него были рыжие вьющиеся волосы, теперь собранные в маленький хвостик, поразительные голубые глаза и шрамы, которых явно прибавилось. Неужели они и правда не виделись шесть лет? — Привет, — по привычке тихо сказал Нил и обеспокоенно забегал глазами по лицу Эндрю, как всегда пытаясь считать малейшие признаки, выдающие его эмоции. — Я могу уйти, если хочешь. Наверное, мне не стоило... Вдруг перед Эндрю появился Аарон. — Пошёл ты на хуй, Джостен, — буквально зарычал он. Шум разговоров вокруг стих, Сет с заинтригованным видом наблюдал за ними, лениво поднося сигарету ко рту, и Эндрю ощутил, как все остальные напряглись, готовясь остановить драку, если она начнётся. Но нет, какая драка? У Нила Джостена? Ни в жизни. — Какого хера ты здесь забыл? Лучше правда съеби, потому что полнолуние на носу, а ты всё такой же никудышный охотник, каким был пять лет назад, да? Или, может, ты пришёл сюда, чтобы всех нас убить? Закончить то, что не доделал... Эндрю устало потёр переносицу. — Хватит. Аарон недоумённо повернулся к нему. Их связь, которая укрепилась за последние несколько лет, позволила без слов разобраться в ситуации, и уже через пару секунд он недовольно фыркнул и поднял руки в знак того, что сдаётся. Это его не касалось, по крайней мере, не напрямую, так что было только справедливо позволить двум взрослым людям решить проблемы между собой. С годами Аарон поумнел, этого не отнять. И, может, совсем немного на него повлияла одна Маккензи. Нил слегка хмурился, но смотрел в асфальт. Чувство вины, которое он испытывал, ощущалось на языке Эндрю почти так же чётко, как недавно выкуренные сигареты. — Я как будто сериал по телеку смотрю, — хмыкнул Сет, прерывая гробовую тишину. И хотя он усердно делал непричастный вид, от Эндрю не ускользнуло то, как он слегка склонил голову вбок, бросая взгляд на Нила, и ушёл к остальным только после его едва заметного кивка. Удивительно, как быстро они снова спелись. Два подстрекателя без фильтра. Два вечно недооценённых представителя своего рода. Идиллия да и только. Эндрю направился к детской карусели. Это был тёплый вечер, но сидеть на ржавых железках оставалось не лучшей идеей. Он прислонился спиной к фигурке в виде лошади и достал из пачки новую сигарету. Что там о плохом влиянии компании Аарона? Нил Джостен тоже пробуждал никотиновую зависимость. — Рассказывай, — он выдохнул дым в сторону Нила, наблюдая из-под полуприкрытых век за тем, как тот втянул его носом. Он действительно искусно врал. Хранил немало тайн, которые постепенно раскрылись во время их разговоров на крыше общежития. Эндрю почти разгадал его, почти забрался в эту голову, разобрал его на части и грубые нити, скрепляющие тело по швам. Но это было шесть лет назад. Тогда Эндрю знал, что Нил был одержим экси. Знал, что он дорожил этой разношёрстной компанией. Знал, что не интересовался отношениями. Эндрю тоже не интересовался. Эндрю, который ловил почти каждый задержавшийся на нём взгляд голубых глаз. Эндрю, который нагло пялился, когда видел Нила на утренней пробежке, в коротких шортах, с растрепавшимися волосами, с лёгкой улыбкой. (Эндрю, который знал, что Нил знал, что он смотрит.) Эндрю, который какого-то хера допускал мысль, что, может быть, он — исключение в привычных устоях Нила. А потом всё перестало иметь значение, ведь он исчез. Эндрю бы правда подумал, что Нил был частью его больной фантазии. Воображаемый друг. Однако все остальные тоже переживали, они искали Нила Джостена и помнили его всё это время. — Я бы очень хотел, чтобы всё сложилось иначе, — сказал в какой-то момент своего рассказа Нил, и Эндрю поджал губы. — Но это было самое лучшее и одновременно худшее решение в моей жизни. Я защитил вас всех, хотя бросил без объяснений, но отец не добрался до вас, и это единственное, что важно. — Не добрался до нас, потому что схватил тебя. — Я бы поступил так снова, если бы пришлось. — Грёбаный герой, — прошипел Эндрю и повернул голову на него, тут же сталкиваясь с голубыми омутами, полными решительности. — Никто не оценил твои самоотверженные жесты. Даже Кевин места себе не находил. То, как губы Нила на секунду дрогнули, заставило что-то в груди Эндрю сжаться. Сердце, наверное. Если оно там ещё было. — Он знал, — понял Эндрю и вдруг усмехнулся. — Разумеется, он знал. Интересно, как сильно бы всё изменилось, если бы Эндрю тогда зажал Кевина в углу и вытряс всю правду? Смог бы он помочь Нилу избежать того ада, через который он прошёл? Смог бы хотя бы удостовериться, что дело было не в нём самом, что это не он сделал что-то не так, испугал Нила или что-то подобное? — Эндрю, я не мог рассказать тебе. — Конечно не мог. — Не после всего того, что ты говорил об охотниках. Я струсил, знаю, но мне хотелось, чтобы ты помнил то хорошее, что произошло с тех пор, как мы стали друзьями, — Нил запустил пальцы в волосы, неосознанно выпуская их из захвата резинки и образуя петухи на голове; он ходил из стороны в сторону перед Эндрю, время от времени останавливаясь, чтобы взглянуть на него. — Я ведь думал, что умру. Я не был готов к этому, — столько лет бежать от опасности, чтобы в итоге прыгнуть ей прямо в руки, — да... Я был уверен, что уже не вернусь к вам. Эндрю поймал Нила за подбородок. Выдохнул тонкую струйку дыма прямо в лицо. Шрамы и следы ожогов морщились и разглаживались от множества мелькающих эмоций, но эти пронзительные глаза неизменно глядели на Эндрю, без неуверенности, без осуждения, без страха. — Что я тебе говорил? — медленно спросил Эндрю. Нил слегка нахмурился. — Но Эндрю... — Если это ты, то я тебе доверяю, — знакомые и одновременно непривычные слова ощущались на языке как любимая конфета, которую ты пробуешь в первый раз за очень долгое время. — Будь ты хоть морским коньком, это ничего не меняет. Нил сдался. Это всегда было той ещё картиной: вечно неподдающийся никому хитрец, ведущий себя тихо, вкрадчиво, нападающий внезапно, со всеми накопленными силами, таял рядом с Эндрю. Напряжение в теле значительно уменьшалось, осторожность в движениях сосредотачивалась на обеспечении комфорта Эндрю, внимательность давала ему разглядеть всё, что Эндрю пытался скрыть... Впрочем, с возрастом он становился всё более мягким, а ноющее чувство в груди подталкивало его к необдуманным действиям. — Но я ведь охотник, — предпринял последнюю попытку Нил. — Кевин чуть не убил меня, когда узнал. — Паника на ровном месте у эльфов в крови, стоило уже выучить. Нил вдруг выкрал его сигарету и сделал затяжку, не прерывая зрительный контакт. Его губы медленно растянулись в робкой улыбке. — Ненавижу тебя. — Расскажи поподробнее.

***

— Расскажи поподробнее. Довольная улыбка Нила вызвала у Эндрю желание задушить его. Труп — в мусорный бак, алиби найти не составит труда, следы преступления устранить тоже раз плюнуть. Вместо этого он прижал ладонь к губам Нила. — Девяносто пять процентов. Нил засветился так, что Эндрю почти зажмурился. И убрал руку, возвращая внимание к закату, который был далеко не таким захватывающим как паренёк, сидящий рядом. — Это довольно точно. Что случится, когда дойдёт до ста? Убьёшь меня? — Убью.

***

— Ты собирался убить нас всех изначально или когда твой папаша отдал бы приказ? Глаза Рене стали размером с яблоки в карамели, лежащие в тарелке неподалёку. — Аарон. Нил продолжил игнорировать всех, уставившись на кровавую нарезку мармелада в его тарелке. Отвращение подкатывало к горлу — Эндрю видел это по тому, как часто он сглатывал. Одним движением придвинув его гору сладостей себе, он бросил в Нила несколькими безобидными по уровню сахара леденцами. Звёздочки, заблестевшие в голубых омутах, обращённых к Эндрю, заставили его внутренности перевернуться, хотя, казалось, прошло уже столько лет. Вместо Нила предпочла заговорить Элисон. — Ублюдок укусил меня как раз после того, как ты исчез, Нил, — пожаловалась она и пожала плечами. — Быть саблезубым любителем крови не входило в мои планы, но что теперь сделаешь. Вдруг Сет фыркнул и поднял руку к очкам, намереваясь явно стрельнуть вполне убийственным взглядом в сторону Аарона, однако Нил оказался быстрее. Как и всегда. Он одним уверенным движением сдвинул стул в сторону и наклонился, закрывая собой Аарона. Голубые глаза с неприкрытой скукой уставились на зелёные вертикальные зрачки. Любопытно. На обычных охотников этот фокус-покус точно срабатывал, но, видимо, кровь Веснински давала о себе знать. Эндрю мимолётно оглянулся и понял, что был единственным, кто наблюдал за происходящим, поскольку все остальные предпочли закрыть глаза руками или отвернуться. Ну и сама Элисон, конечно, слегка нахмурилась. — Сет! — Во имя всего святого, Гордон, какого хрена? — Опять вы за старое, полудурки, — закатил глаза Кевин, но в сторону Сета всё-таки не осмелился смотреть. Чего никто не ожидал, так это того, что Гордон вдруг разразится хохотом. — Блядство, Джостен, я реально скучал. Эндрю тихо хмыкнул, наблюдая за тем, как Нил в эту же секунду глупо захлопал глазами, растерявшись. В его маленьком кроличьем мозгу никак не укладывалось, что эта шайка из идиотов любила его и принимала таким, какой он есть. Вроде как, в этом и был их девиз. — Ребят, не хотите забраться куда-нибудь повыше, чтобы понаблюдать за полной луной? — предложила Дэн, когда Элисон спустила очки обратно на глаза Сета. — Мы уже слишком стары, чтобы карабкаться на чёртово колесо, — проворчал Кевин. В ответ на это Мэтт посмеялся. — Да ладно тебе, Кев, из нас всех это у тебя карьера профессионального спортсмена! — Завались. — Мы правда полезем на эту махину? — даже не удивился Аарон. — Вы как были ебанутыми, так и остались. — Кто последний, тот убирает со стола! Эндрю поглядел в их удаляющиеся спины и показал язык Рене, которая бросила на него взгляд через плечо. Он прекрасно понимал, чего эти придурки добивались. Будто это не они делали ставки на их отношения и не они же устроили всё это сейчас, чтобы не только собраться старой-доброй компанией, но и подтолкнуть его и Нила друг к другу. Он почти закатил глаза на их детское поведение, но мысленный процесс прервал прозвучавший вопрос. — Сладость или гадость? Нил, похоже, считал себя смешным, если засчитывать хитринки в глубине глаз и довольную улыбку за попытку повеселить Эндрю. У него получалось. — Ты та ещё гадость, — протянув руку, Эндрю схватил его за футболку и притянул ближе. Нил после короткой заминки и уверенного кивка залез к нему на колени, положил руки на его плечи, а приятный запах окружил Эндрю со всех сторон. Волчья сущность умоляла прижаться носом к его шее. Сделать глубокий вдох, поцеловать, облизнуть, укусить. Грёбаное полнолуние. — Элисон сказала, что я сладкий, — Нил покрылся мурашками, явно не особо польщённый такими словами, но в миг расслабился, когда Эндрю положил ладони на его бёдра. — Как я пахну? Из груди Эндрю вырвалось тихое рычание. — Как дождь. Как несбыточная мечта. Как порванные кеды и пробежки ни свет ни заря. Как глупые вопросы. Как дешёвые леденцы без сахара. — Я думал, их больше не производят, — тихо сказал Нил. Эндрю слышал, как участилось его сердцебиение. — Если бы. — Они тебе нравятся. Эндрю вскинул голову, чтобы взглянуть на эту довольную улыбку. — Процентов на пять. Он всё понял ещё до того, как Нил достал из кармана своей толстовки злосчастный леденец и засунул за щеку. Голубые глаза просияли самодовольством. Какой злобный гений. — Ненавижу тебя. — Поподробнее? — Да или нет? «Да» Нила, произнесённое шёпотом, утонуло в мягком касании губ. Эндрю запустил пальцы в рыжие волосы, с удовольствием запутывая их там и позволяя резинке соскользнуть куда-то в капюшон его толстовки. Прикусил нижнюю губу, отзываясь на тихий вдох глухим рыком, скользнул языком навстречу неумелому языку Нила, и усилил хватку на упругих бёдрах. Он слишком долго мечтал об этом. Страх того, что всё окажется сном или температурным бредом, только сейчас начал выветриваться. — Эндрю? — слегка удивлённо пробормотал Нил в его губы. С большим нежеланием Эндрю отстранился, чтобы стрельнуть в него недовольным взглядом. Но потом понял, что урчал, а Нил ошеломлённо разглядывал уши, появившиеся на его голове.

***

— А в полнолуние у тебя появятся ушки? — Заткнись. — И хвост? — Нил. — Бабушка, бабушка, а почему у тебя такие большие зубы? — Я ненавижу тебя.