Контакт
24 мая 2024 г., 00:00
С прошлого года каждое воскресенье Джисона начиналось одинаково - с церкви. И каждый раз это было очередной пыткой для него, особенно часть, в которой ему нужно исповедоваться, самая нелюбимая и ужасная, так как на ней абсолютно всегда, без исключений, приходилось врать. Наверное это давалось ему так сложно еще и по той причине, что в глубине души он во все это верил и каждый раз боялся, что пастор как-то узнает, что он лжет, и самое главное - о чем лжет.
По воскресеньям бабушка всегда будила его еще раньше, чем обычно. Дедушке каждый раз удавалось избежать этой участи провести полдня на исповедях и прочих воскресных служениях, просто потому что, в отличие от бабушки, верил он уже долгое время в индуизм. Джисону же принимать индуизм было запрещено, просто потому что кроме дедушки никто не поймет и “надо верить в настоящего бога, а не во всякие глупости пестрые”. Хотя кроме дедушки ему, наверное, ничье одобрение особо нужно и не было. За исключением наверное Чана и Чонина, но оба исключения по отдельности.
Стоя в очереди на исповедь, Джисон уже чувствовал себя ужасно, ибо снова забыл какой рукой правильно креститься и получил подзатыльник от бабушки. Все это мероприятие совершенно не нравилось ему, а все равно приходилось ходить сюда. Благо почти все закончилось и осталась только самая унизительная процедура, во время которой он по какой-то причине каждый раз должен рассказывать обо всем, что он делал “неправильно” за это время. Каждый раз раздражало, тем более что постоянно приходилось врать, за что часто бывает стыдно. Вдруг в один день вся правда вскроется, бабушка говорит, что нет секрета, который можно хранить до гроба и никому не рассказать, что очень пугало. Неужели и его тайны в конце концов кто-то узнает? Джисон подумал, что наверняка это и будет его последний день, когда все вскроется. Либо же надо как можно скорее уехать отсюда, дабы не осталось людей, которые могли бы догадаться о чем-то. И так до конца жизни и переезжать, когда на радарах мелькает опасность быть раскрытым. Сколько не пытайся предугадать свое будущее, итог один - умираешь несчастным. И смириться с этим тяжелее, чем кажется. Скорее даже обидно, потому что каким бы неприятным не был бы кто-то из людей, которых он знает, он с большой вероятностью проживет более счастливую жизнь.
Когда очередь до исповедь дошла до Джисона, он сделал самый несчастный и страдальческий вид, будто все что он говорит его действительно волнует и он считает это своим самым большим грехом. Пришлось, как и всегда, начать раскаиваться в том, что не слушался бабушку с дедушкой, врал в каких-то мелочах и прочие незначительные глупости, которые можно ожидать от парня его возраста, что угодно, только не правду. Разумеется в очередной раз ему поверили, даже не усомнившись в сказанном, просто потому что на самом деле даже здесь всем абсолютно плевать. Джисон ушел пускай не совсем с чистой совестью, но с почти полным спокойствием, так как сегодня ему ничего не сказали, мол, соврал в чем-то.
И пока никто не заподозрил ничего, Джисон быстро направился к выходу, ждать бабушку где-нибудь снаружи, где почти нет людей. И проходя мимо сидящей толпы молящихся, тех кто уже по всей видимости прошел все эти церковные круги ада и решил остаться здесь по своей воле на подольше, парень заметил уж больно знакомое лицо. На одной из дальних скамеек, склонив голову и закрыв глаза, он заметил Чана с немного обеспокоенным видом. Кажется он тоже молился, и в отличии от Джисона, искренне, что для него было необычным зрелищем. Никогда бы не подумал, что тот верующий, да и не видел его здесь никогда, но выглядел он более искренним, даже чем старушка, сидящая рядом. Чем больше он узнавал Чана, тем больше создавалось впечатление, будто он самый правильный человек, который только может существовать. И работает, и бизнес собирается открывать, раздает дельные советы, маме цветы дарит, уважительно ко всем относится, так еще и в церковь ходит. Его мама наверняка гордится им - это первое, что пришло в голову Джисона спустя несколько секунд после того, как он увидел его здесь. Было бы так здорово стать таким же как он, чтобы близкие тоже гордились и все вокруг считали тебя примером для подражания. Но Джисон никогда не делал это своей целью, так как заранее знал, что ничего толкового из этой идеи не выйдет, а вернее из него не выйдет никакого подобия Чана.
…
После пройденных церковных мучений и терзаний совести, и помощи бабушке с пакетами с продуктами, Джисон был полностью предоставлен себе. И высвободившись из одних оков, решил самостоятельно заковать себя в другие - пойти в цветочный к Чонину, проверить там ли он. Они с бабушкой проходили мимо коробки, где играла компания каких-то ребят, но Чонина среди них он не заметил, поэтому решил проверить в цветочном, показушно для самого себя надеясь, что его там нет. Мало ли где парень гулять может, все-таки друзья у него есть, тот же Феликс, с которым они постоянно где-то ходят или гостят друг у друга. Какова вероятность, что именно сейчас, когда Джисон решил проверить его в магазине, он действительно окажется там. Только если так велит судьба… И в этом Джисон убедился сразу как только маленький магазинчик с мигающими круглые сутки огоньками показался ему на глаза. Иначе как судьбой это не назовешь, Чонин что-то усердно складывал под своей высокой стойкой. И раз даже сама вселенная хочет, чтобы Джисон встретился с ним сегодня, то как он может ей сопротивляться. Тем более сам только что вышел из церкви, эта встреча точно была благословлена с небес, не иначе. Сам понимал какие глупые отговорки сам себе придумывает, но ноги уже сами шли ближе к входу. Для себя он решил, что если Чонин заметит его до того как он подойдет вплотную к магазинчику, то так решил Бог. Но сделав несколько шагов, занятой Чонин его не замечал, пришлось сделать еще несколько. И все равно ничего, тот совсем не смотрит в сторону окна и стеклянной двери, считая деньги в кассе. Ну раз сделал несколько шагов, то почему бы не подойти еще ближе, верно? Так Джисон и подумал, ненавязчиво подходя все ближе к цветочному, оправдывая себя тем, что еще, мол, не так близко. В конце концов, закончив с деньгами, Чонин таки поднял голову к окну и заметил его. На лице парня появилось удивление и легкая улыбка, он помахал Джисону рукой, свободной стряхивая что-то с своей футболки. Теперь точно нужно идти, других вариантов не было. Он немного улыбнулся в ответ и, неловко опустив взгляд в попытке скрыть радостное сияние своих глаз, направился внутрь, уже чувствуя приятный трепет только от одного звона колокольчика на входе. ー Привет. ー Чонин чуть устало облокотился на стойку, переминаясь с носка на пятки. ー Какими судьбами? ー почему-то приход Джисона его даже немного обрадовал. Они договорились встретиться позже, но прошло несколько дней, а они так и не пересеклись ни разу, из-за чего Чонин уже начал чувствовать легкую вину. А тут парень сам пришел к нему и явно не просто так, поэтому можно быть спокойным. ー Да я… Просто хотел позвать тебя куда-нибудь гулять… Но ты вроде занят. ー И все же не намекнуть о своих намерениях Джисон не мог. Не хочется быть навязчивым, но обозначить свои планы посчитал крайне нужным, авось какой-то из его намеков Чонин поймет и согласится. По правде, внутри Джисону казалось, будто он зовет того на свидание, а не просто сказал, что где-то в теории хотел позвать его просто куда-нибудь погулять. Тот пару дней назад всего лишь сказал, что они еще увидятся позже, и это может означать буквально что угодно, вплоть до простой вежливости, а он уже растаял как масло на солнце. ー А-а-а… ー так он изначально и подумал, и даже немного расстроился, что на сегодня у него уже есть планы. ー Я почти закончил тут… Но я договорился с Феликсом встретиться через пару часов… Можем немного погулять сейчас, когда я закончу. Даже этому Джисон был искренне счастлив, словно брошенный щеночек, которому протянули руку, чтобы погладить. И так было до тех самых пор, пока Чонин не упомянул Феликса. Он почти успел полностью забыть о его существовании, а сейчас немного даже пропало настроение. Вспомнил вдруг, что никогда не станет для Чонина другом ближе, чем уже для него есть Феликс. Встать бы хотя бы на второй уровень по значимости в дружбе для него, а тут аж на первое захотел. В его случае, то что он имеет сейчас, уже неимоверная величина, достигнуть которой парень не должен был, по его же собственным предположениям. Но как и бывает всегда, чем больше получаешь, тем больше хочется еще. ー Хорошо. ー Пускай их прогулка будет недолгой, она хотя бы будет. ー Может…Тебе чем-то помочь? ー тогда он и чуть больше времени с Чонином проведет, и тот работу быстрее закончит. Парень удивился такому предложению и задумался. Раз тот хочет помочь, то почему бы и нет, явно ведь просто хочет подольше побыть рядом. “Побыть рядом” - на этой мысли Чонин больше всего заострил свое внимание. Почему вдруг именно такая формулировка возникла в голове? “Побыть рядом” не звучит по-дружески, технически конечно они находятся рядом друг с другом, стоят в метре, но именно эта фраза будто почти всегда имеет двоякий смысл. ー Хм… Мне надо воду в некоторых вазах поменять… Можешь помочь мне помыть вазы например… Джисон никогда не был так близок к работе с цветами, пускай технически он даже не будет прикасаться к ним, все равно это связано с ними. А работа с цветами для него была всегда чем-то женским, что его касаться не должно. Но ради Чонина и помощи ему Джисон даже не стал подавать виду будто его что-то смущает. И на самом деле это оказалось не так уж и трудно, в моральном плане. Просто помыть вазы, тоже самое, что и с посудой, только стакан побольше, некоторые почти размером с половину него самого. Стоишь себе в узком коридорчике, вплотную к двери, полощешь вазы в ледяной воде, пока та шумит так, что не слышно даже своих мыслей, и будто переносишься в другой маленький мир одиночества. Который лишь изредка нарушает приход Чонина, который приходит и приносит или забирает вазы, таская их туда-сюда. Джисон старался даже не смотреть на него, редко когда попадаются моменты, в которые он находится рядом с Чонином и не чувствует как сердце замирает от каждого взгляда парня. Нужно насладиться этим, пока есть возможность. К тому же, Джисон прекрасно понимал, что с ним в теории может произойти, если Чонин подойдет к нему слишком близко в этом узком коридорчике, где большую ширину пространства занимает он сам, так еще и в тусклом свете одной старой лампочки. Лишний раз лучше не рисковать. Чонин, звонко щелкая ножницами, подрезал цветы в зале и метался там словно запертая в комнате муха. Пока Джисон неспешно мыл вазы, вслушиваясь в шум воды, дабы не пришлось оставаться наедине с самим собой. Они не разговаривали друг с другом, но при этом проводили какое-то время вместе, при этом сознательно думая друг о друге. Чонин, находясь в своих мыслях, все прокручивал в своей голове это навязчивое “Побыть рядом”, гадая почему подумал именно так. Он так подумал о Джисоне, и эта мысль ему понравилась, быть может Чонин и сам в душе хотел бы “побыть рядом” с ним, что бы это не значило в его голове. А что еще собственно, кроме как просто погулять, например, это может значить? Отмахнувшись от таких странных мыслей, Чонин взглянул в сторону Джисона, который как всегда безэмоционально смотрел на то, как вода набирается в высокую вазу. Он тихо подошел к нему, когда тот выключил воду и уже собрался поднять вазу. ー Слишком мало… Еще долей. Нужно больше половины. Джисон даже не поднял на него глаза, словно действительно был увлечен этим делом. Тогда как на самом деле просто боялся смотреть ему в глаза. У Чонина его игнорирование вызвало странные чувства. Почему-то вдруг впервые ему хотелось, чтобы тот посмотрел на него. Но сделать с этим он ничего не мог, не заставит же как-то физически его смотреть на себя и уж тем более не скажет об этом, и тот, и тот вариант чересчур странный. Поэтому Чонин лишь бросил на того растерянный взгляд и ушел в зал, дав Джисону вздохнуть полной грудью. И все же оставить парня в покое он почему-то не мог. То, что Джисон даже не поднял на него взгляд и не сказал ничего, почему-то задело Чонина. Не в плохом смысле, скорее ему просто хотелось, чтобы это произошло. Будто что-то пошло не по плану, так как он это задумывал, и теперь оставалось лишь недоумевать почему все сложилось именно так. Поэтому Чонин стал искать новый повод зайти к Джисону, поправляя цветы в холодильнике. Это происходило в его голове настолько неосознанно, что он сам даже не сразу заметил, что зачем-то делает это. Такая глупость, с чего бы вдруг ему гнаться за вниманием Джисона, он ведь даже дружить то с ним изначально не хотел и сделал это лишь из жалости. А тут вдруг и рад тому, что он пришел, и внимание его теперь интересует почему-то. Чонин снова взглянул в сторону парня, наблюдая за тем как он ставит вазу с водой на пол и приступает ко второй. Но не придя ни к какому выводу, решил отложить размышления об этом в долгий ящик, ведь надо побыстрее закончить все дела. И закончив все дела, перед тем как сказать об этом Джисону, Чонин решил сходить в подсобку, через дверь рядом с парнем. Тот продолжал спокойно стоять у раковины, уставившись прямо в нее, словно там показывали что-то интересное, а не вода уходила в слив. Парень словно специально не смотрел на него, что даже немного начинало раздражать. Тем не менее, Чонин тоже старался игнорировать самого себя и сосредоточиться на том, чтобы забрать свои вещи из подсобки. Перед чем необходимо как-то аккуратно обойти Джисона, который вместе с раковиной занимает почти все пространство в коридорчике. ー Дай-ка я пройду… ー параллельно с своими словами Чонин стал ненавязчиво продвигаться к двери, обходя парня, аккуратно прикасаясь к его плечам кончиками пальцев. Джисон не успел ничего ответить, как тут же вжался в громоздкую раковину всем телом, дабы никак не соприкасается с Чонином. Но все равно почувствовал его прикосновения к своим плечам, отчего вжался в раковину еще сильнее, пока не начал ощущать все органы внутри. Мягкие подушечки тонких длинных пальцев Чонина бегло прошлись по его плечам, вызвав мурашки по всему телу Джисона. Тот ловко прошел за его спиной к двери и скрылся в темноте подсобки, оставив парня наедине со своими чувствами и мыслями. Это однозначно был слишком близкий контакт, к которому он не был готов. И теперь все мышцы в теле будто пытались сжаться и самоуничтожиться. Внешне Джисон старался не подавать виду, хотя уже был готов упасть головой в эту самую раковину от чувства трепета внутри и легкой тошноты. Прикрыв глаза и сделав глубокий вздох, он постарался взять себя в руки, это не должно его так тревожить. ー Можем идти. ー Внезапно раздался голос Чонина из темноты подсобки, напугав Джисона так, что тот чуть вздрогнул, после чего сразу постарался сделать невозмутимый вид. ー Ой… Прости. ー Он не сдержался и ненароком улыбнулся. ー Да я просто задумался… ー и впервые за все время, что Джисон стоит здесь, забылся и поднял глаза на Чонина. Сейчас парень тоже находился довольно близко, встал прямо в дверном проеме, меньше чем в метре от него. Нравится же ему проходы перегорождать, благо сейчас Джисону не нужно было сбегать от него. Между ними почти нет свободного пространства, а еще больше масла в огонь добавляет крайне тусклый свет. ー Идем… ー он старался отвести взгляд от Чонина, разглядывая темноту позади парня, лучше самого себя до греха не доводить лишний раз. И даже так, в полумраке, стараясь всеми силами не смотреть ему в глаза, как бы не хотелось, Джисон прекрасно видел его черные, угольные ресницы, которые притягивали взгляд парня к себе как магнит. Но на этот раз у него был весомый повод отвернуться - пойти к выходу из магазина.…
Короткая прогулка с Чонином до площадки, где он должен был встретиться с Феликсом, проходила гораздо лучше, чем все их прошлый встречи. Джисон понял, что если не смотреть на парня, то становится немного легче общаться с ним, так как попросту не отвлекался ни на что. А Чонин уже почти полностью успел привыкнуть ко всем странностям Джисона. Да и в общем-то понял, что тот может казаться странным из-за своей скромности, и на самом деле он из тех, кто просто предпочитает слушать нежели говорить. А он и не против поговорить чаще всего, даже если нет конкретной темы. Просто раньше парень не мог понять интересно вообще Джисону слушать его болтовню или тот хочет поскорее сбежать, ибо обычно выглядело все именно так. Когда они гуляли в прошлый раз в лесу, Чонин порой сам не замечал, что говорит только он один. Пока его немой собеседник молча шел с серьезным лицом, словно какой-то следователь, идущий по следам маньяка. Из-за чего в тот момент он решил, что болтает слишком много. И как же было удивительно спустя уже несколько секунд услышать от него “Так и что было дальше?” - причем сказано с таким же безразличием на лице, но при этом с интересом в голосе. По пути на площадку, слушая очередной рассказ Чонина, Джисон изредка мысленно отвлекался на то, что сейчас их прогулка закончится и тот пойдет гулять с Феликсом. Из-за чего в районе сердца припекало неприятное чувство ревности, которое никак не получалось успокоить. Но и сделать с этим парень ничего не мог, ибо в войне за внимание Чонина он всегда будет в проигрыше. Но когда во время своего рассказа Чонин в очередной раз упомянул Феликса, Джисон задумался над тем, а не находятся ли они с ним в одной и той же ситуации. Что если на самом деле Феликс, спустя столько лет дружбы с Чонином, так и не смог признаться парню в своих истинных чувствах. Нечто подобное Джисон какое-то время назад думал о Хенджине, но это ведь на самом деле не так вероятно, как в случае с Феликсом. Быть может не зря парень казался ему чересчур смазливым и в целом выглядел так, будто девушки его вовсе не интересуют. Разумеется о таком Джисон судил исключительно по внешности, тот кто казался ему чересчур женственным в манере или чертах лица - определенно имеет, как минимум, какую-то склонность к тому, чтобы испытывать к другим парням чувства гораздо большие, чем дружба. При этом почему-то смотря на себя в зеркало, эта предвзятость у него не проходила. Он совсем не вел себя так, как представлял себе геев, но сам будто не воспринимал, что может быть по другому, несмотря на то, что сам таковым является. ー У моей бабушки, кстати, кошка есть. Ласковая такая… ー Чонин снова перескочил с темы на тему. Но Джисону это даже нравилось. Они вроде и разговаривают, но он просто работает как приемник сигнала, который ему посылает парень. Радовало, что тот почти непрерывно рассказывает что-то о себе, не стесняется и кажется не чувствует раздражения по отношению к нему. ー Могу потом показать. Она с нами по соседству живет. ー Бабушкина кошка была и его любимицей, но показывал он ее не всем, дабы не мучать бедолажку лишний раз. Но Джисону показать ее Чонин готов, он не выглядит как тот, кто будет слишком сильно доставать ее, или тем более издеваться. ー Ого… У нас из животных были только щенки… ー откуда они взялись Джисон толком не помнил, так как был слишком маленьким. ー Но бабушка утопила их почти сразу. ー Он неловко улыбнулся, стараясь как-то скрасить этот не самый приятный момент истории. Чонин удивленно взглянул на него в надежде, что это была шутка. Причем сейчас, испытывая жалость, он даже не понимал к кому именно испытывал ее, к Джисону или к щенкам. У обоих жизнь явно не задалась, правда у одних эта самая жизнь весьма быстро закончилась, а второй до сих пор существует с этими воспоминаниями, которые явно не первые такие. Раз Джисон говорит об этом так спокойно, значит подобные случаи происходили с ним часто. Из-за чего Чонин испытал к нему очередной прилив жалости. ー Только я это наверное год назад узнал… ー защитная реакция в виде улыбки продолжала все ярче отражаться на его лице. ー Мне тогда лет 5 было наверное… И мы не часто бывали у бабушки… Поэтому в один день щенки появились, а в другой все просто пропали. Мне сказали, что всех раздали или продали… Не помню уже. А год назад, когда мы с мамой в очередной раз поссорились, она сказала, что их утопили… ー сам не заметил как вдруг начал изливать душу и сразу же замолчал, обойдясь без остальных подробностей. Чонин все это время внимательно слушал его, стараясь не издавать лишних звуков, пока тот настолько расслабился, что стал откровенничать. Интересно все-таки послушать его истории из жизни, раз уж он решил подружиться с ним. И когда Чонин услышал, что тот упоминает свою маму, почему-то ему стало еще грустнее, чем сам факт утопления щенков. Маму Джисона он хорошо помнил и понимал почему парень недолюбливал ее. На какие-то собрания она всегда приходила со скандалом и от нее всегда пахло перегаром, об этом Чонину рассказывала его мама, после того как возвращалась с таких мероприятий в недоумении. Да и сам Джисон пару раз упоминал их ссоры, без особых красок, но судя по всему происходило это часто, что уже казалось Чонину по плохому странным. Наступила неловкая тишина и кажется настал момент спросить о том, что сейчас Чонина интересовало больше всего. ー Джисон… Могу я спросить кое-что? ー он старался звучать не слишком грустно, и тем не менее, кажется Джисон предугадал его вопрос заранее. ー Спрашивай… ー хоть и догадался уже, решил не спешить с выводами, но мысленно уже подготовил ответ. И тут Чонин понял, что поспешил, в момент, когда Джисон дал добро на вопрос, хоть и понимал с чем тот связан, он передумал задавать его. Как на зло воцарила практически гробовая тишина, в которой молчание Чонина и легкий стыд, что он испытывал ещё больше усугублял ситуацю. Задавать свой вопрос парень уже совсем не хотел, понял, что возможно хочет узнать слишком личное. Но и не задавать его после согласия Джисона было бы странно. Чонин захватил воздух в легкие, готовясь сказать что-то, но никак не мог придумать что именно. И это продолжалось несколько чересчур долгих секунд, из-за чего парень не выдержал и засмеялся. ー Прости… Прости.. Забыл, что хотел сказать. ー Со скромной улыбкой Чонин прикинулся дурачком, взъерошив волосы на затылке. На Джисоне это с легкостью сработало: увидев широкую, сияющую улыбку парня, ему было уже все равно на вопрос, тем более что отвечать на него не так уж и много желания было. Теперь он был заворожен ямочками на его щеках и красивыми лисьими глазами, которые смущенно смотрели на него. ー Ясно… Как вспомнишь - говори. ー Джисон усмехнулся в ответ. Теперь уже оба прикидывались дурачками, будто не понимают о чем шла речь, и это своего рода тоже хороший контакт друг с другом. Оба хорошо понимают момент, в который, чтобы избежать неловкости, проще сделать вид, будто ничего не произошло. Раньше избегать подобного не получалось, поэтому этот момент ощущался еще более приятно, словно какая-то командная работа, когда никто ни с кем даже не сговаривался. Несколько секунд молчания, пока они шли по пустой проселочной дороге, уже не казались такими неловкими как раньше. Создавалось впечатление, будто им действительно удалось найти какой-никакой общий язык, пускай и таким странным образом. Чонин успел за это время прийти в себя и придумал более мягкий, но на самом деле не менее интересный вопрос. ー Джисон… Чем ты вообще обычно занимаешься? ー этот вопрос пришел в его голову, когда он попытался найти какую-нибудь общую тему для разговора и обнаружил, что не может вспомнить ничего, чем парень увлекался бы. Тот удивленно вскинул брови, уставившись в даль бескрайней дороги. По правде Джисон и сам не знал ответ на этот вопрос, поскольку толком ничем и не занимался. ー Да как-то… Ничем вроде… ー не скажешь ведь, что в свободное время он обычно предпочитает искать Чанбина и выпивать с ним где-нибудь за гаражами. Как будто это не то хобби, о котором стоит говорить человеку, который тебе нравится. ー Как?... ー невозможно ведь не увлекаться совсем ничем. Не сидит же Джисон каждый день без дела на одном месте или шастал по улицам без дела и причин. Впрочем теперь, вспоминая, что ни разу за последнее время не видел, чтобы тот занимался чем-то, это казалось все более реалистичным. ー Совсем ничем? ー и немного задумавшись, Чонин вдруг понял что это совсем не удивительно. Судя по всему, жизнь у Джисона выдалась не сахар, раз он такой нелюдимый и в целом неохотно открывается. А значит и вряд ли у него было время найти для себя какое-то любимое хобби, в отличии от Чонина, который в моменты когда не занят учебой был предоставлен себе в хорошем смысле, а не как Джисон, которого скорее всего просто игнорировали и он был вынужден быть с самим собой. Тот отстраненно пожал плечами, все еще пытаясь вспомнить есть ли что-то, чем он увлекается, но в голову ничего толкового не приходило. ー Обычно я просто гуляю… Один или с Чанбином иногда. ー Задумчиво говорил он, чуть замедлив шаг. ー Один?... ー Чонин и представить не мог чем можно заниматься, когда гуляешь в одиночестве, так как сам всегда гулял только с кем-то. Парень снова пожал плечами. ー Звучит как-то… Грустно… ー из-за этого ему стало еще более жалко Джисона. Он взглянул на парня, но тот не выглядел даже немного печально, словно это совершенно никак не волновало его. ー Да нормально вроде… иногда конечно бывает скучно, но я привык. ー И говорил он это совершенно невзначай, потому что правда не видел в этом ничего такого. Обычное дело ведь. Конечно не редко хотелось провести время с какими-то друзьями, как в детстве, но в последнее время выбирать не приходилось. Но не успел Чонин снова высказать что-то по этому поводу, как заметил, что к ним навстречу идет Феликс, и все его внимание моментально переключилось на него. Тот помахал ему и, чего не заметил ни Чонин, ни Джисон, немного нахмурился, когда увидел, что друг идет не один, но решил не делать поспешных выводов. ー Привет! ー беззаботно произнес Чонин, приветствуя лучшего друга. Джисон заметно затих, увидев на радаре “соперника”. Пока это соперник лишь в дружбе с Чонином, но воспринимал парень его почему-то так, будто только Феликс виноват в том, что они до сих пор не лучшие друзья. ー Привет. ー Со скромной улыбкой ответил парень, по-дружески приобняв Чонина. Это заставило Джисона почувствовать легкое покалывание в груди из-за ревности. Он старался скрывать это, делая вид, будто ему просто неловко быть третьим лишним, что тоже в какой-то степени правда. И дабы не испытывать это, парень решил в кои-то веке взять все в свои руки, благо с побегами он справлялся уже неплохо. ー Ну… Я пойду тогда? ー для приличия спросил Джисон, уже потихоньку отходя назад. ー А? ー Чонин удивленно обернулся на него, так как хотел еще кое-что сказать ему, а тот уже собирается уйти. ー Подожди. В то время как Феликс мысленно выдохнул. К Джисону, как и Чонин раньше, он относился с явным скепсисом, поэтому был рад узнать, что тот не присоединится к их прогулке. Джисон был удивлен не меньше и немного растерянно остановился, не понимая, что тот еще от него хочет. ー Давай встретимся завтра вечером? ー к сожалению это единственное время, когда он будет завтра свободен, а погулять с Джисоном хотелось как можно скорее, чтобы он хотя бы на какое-то время перестал чувствовать себя одиноким. Джисон был настолько шокирован таким предложением, что даже не успел скрыть свое удивление. Глаза моментально округлились, а брови приподнялись. Последнее чего он ожидал, это такого предложения с его стороны, и сразу даже не сообразил, что должен ответить на это. ー А… Х… Хорошо… ー немного растерянно и даже с легким вопросительным тоном произнес парень, будто не верил, что ему предлагают это. ー Тогда зайдешь за мной завтра? Я бы и сам зашел, но не знаю где ты живешь. ー Губы Чонина растянулись в легкую дружелюбную улыбку, когда он увидел искреннее удивление на лице парня. ー Да… Конечно… ー Джисон и не против зайти за ним, но все никак не мог осознать, что это не какая-то глупая шутка. ー Тогда до завтра! ー все таким же дружелюбным тоном и с очаровательной улыбкой произнес Чонин, махая парню на прощание. Для Джисона это все ощущалось как мимолетный поцелуй в щеку с его стороны, не меньше. Из-за чего еще некоторое время, пока Чонин и Феликс скрывались из его поля зрения, он растерянно стоял на месте, раскрыв рот и ощущая неимоверный трепет, словно все органы внутри стали ватными. Тот даже заставил его немного покраснеть, и заметил это Джисон не сразу, понадеявшись, что на самом деле это произошло только сейчас и не было слишком заметно.…
Джисон не смог оправиться после этого казалось бы незначительного случая, даже после того как вечером лег в кровать. Он снова занялся своим “любимым” делом, начав бесконечные ночные раздумья, которые редко приводят к чему-то хорошему. Парень лежал, укрываясь тяжелым одеялом из гусиных перьев, и рассматривал потрескавшуюся белую краску на потолке, раз за разом прокручивая в голове улыбку Чонина, что тот послал ему на прощание сегодня. И каждый раз по телу снова и снова пробегали мурашки. Теперь краснеть не страшно, в темноте комнаты никто не увидит его смущения, кроме него самого. Джисон с трудом мог сдерживать улыбку, которая настойчиво вырывалась наружу. Сегодня весь день Чонин улыбался ему и они хорошо общались. Не помешало насладиться этим моментом даже то, что шли они к Феликсу и тот практически забрал у него парня. Джисон все равно был доволен тем как все случилось. Он запомнил абсолютно все, что ему по дороге рассказывал Чонин, и каждую деталь, так как не мог слушать его чуть менее внимательно, голос парня слишком сильно нравился ему. От рассказов про кошку до того как недавно его укусил клещ и как бы он хотел наконец собраться в поход. О последнем Чонин говорил достаточно много, благодаря чему Джисону не составило труда догадаться, что подобный досуг парень очень любит. Он говорил о походах с таким трепетом и любовью, будто готов был посвятить этому всю жизнь. “В прошлом году мы ставили палатку прямо возле моря…” - эти слова Чонин произнес тогда с горящими глазами, что Джисон очень хорошо запомнил. Неужели и правда может что-то получиться? Разумеется речь шла о дружбе и ни о чем большем, как бы ему не хотелось. Чтобы не потерять все в один день, нужно держать дистанцию, то чего он хочет - не то что рискованно, сравни с самоубийством, то, чего делать нельзя ни в коем случае. Раз уж захотел подружиться с ним и тот позволяет ему сделать это, нужно вести себя скромнее и не переходить границы. Джисон прекрасно понимал, что никогда не сорвется в трезвом состоянии, но все больше раздумывая над этим, начинал сомневаться по поводу своего подвыпившего, чуть более смелого альтер-это, из-за которого в прошлый раз он чуть не заставил Чонина раздеться, благо вовремя опомнился. Сердце вырывалось из груди при мысли о том, что он может стать настоящим другом для Чонина. Но в то же время, Джисон никак не мог не увлекаться какими-то своими фантазиями по этому поводу. Позволил себе немного углубиться в это, оправдывая тем, что благодаря этому возможно он будет меньше думать об этом рядом с Чонином. Будто сейчас он может выпустить пар, чтобы потом было легче. Правда возникали подозрения, что от этого может стать и хуже. Воспоминания из фантазий начнут проникать в его голову во время разговоров с парнем и это уже очень плохо. Но сейчас, уже настроившись на интересные фантазии, Джисон не обращал внимания на эти мысли, неосознанно пустив все на самотек, хотя минуту назад сам пытался убедить себя в том, что необходимо быть осторожным. И так, прикрыв глаза, Джисон неуверенно приступил к обдумыванию своих ночных фантазий. Каждый раз это ощущалось так неловко, словно происходит не в рамках его головы, а наяву. Как и многие его фантазии, эта начиналась в школе, после уроков. Когда они с Чонином вдвоем остаются ненадолго, чтобы убраться в классе, ибо впервые очередь на уборку выпала им двоим. Звучит как мечта и раньше это было самым реалистичным вариантом, где они бы могли остаться наедине друг с другом. Но вместо простой быстрой уборки, зацепившись слово за слово, они начинают мило болтать друг с другом. Чонин много улыбается и смеется, сидя на парте и беззаботно покачивая висящими ногами. Джисон, облокотившись поясницей о парту напротив, внимательно слушает какие-то его россказни. Приятный тихий голос парня разносится по пустому кабинету, а за окошком уже сияет закат. Они оба немного устали после учебного дня, но все еще наслаждались обществом друг друга, не спеша заканчивать уборку, так как придется разойтись по домам. Чонин, например, во время своего рассказа заметит на волосах парня какую-то пылинку, захочет убрать ее и случайно подойдет слишком близко. А после осознания этого, наступит долгое неловкое молчание, во время которого никто из них не решается отстраниться. Зато спустя некоторое время сам Чонин решается наклониться еще ближе, неуверенно приближаясь к губам Джисона, чтобы поцеловать. На таких моментах парень обычно и заканчивал свои фантазии, слишком неловко заходить дальше. Сразу ощущение, будто заставляет Чонина сделать это, хотя это даже не сам Чонин, а просто его образ в голове. Так и сейчас, Джисон стыдливо прикрыл лицо подушкой и попытался задушить себя. Но как и всегда, ничего не вышло, поэтому пришлось просто лечь спать, сгорая от угрызений совести. Попытка была неплохой, но вылить свои чувства к Чонину так и не вышло, только еще сильнее раздразнил себя.
