Так ты... Умер?

Я снова проснулся на той же кровати. Окруженный теми же белыми стенами. На окне всё та же железная решётка. К сожалению я всё ещё тут, и всё ещё жив. Вчера ночью меня разбудил шум со стороны окна. Я распахнул шторы и увидел его. Он стоял около моего окна и улыбался. Его улыбка как и всегда была яркой и солнечной. Он явно хотел поговорить со мной, но толстые оконные стекла не позволяли. После многих совместных миссий мы научились понимать друг друга с помощью жестов, так что даже стекло не смогло стать преградой. Я не знаю сколько мы так "общались", но когда солнце показалось на горизонте он показал что ему пора. Я закрыл шторы обратно и лег в кровать. За завтраком, что заботливо принесла мне медсестра, я начал обдумывать наш ночной "разговор". Мне показалось что с ним было что-то не так. Его улыбка была такой же как и всегда, его черты лица тоже. Но что-то определённо было не так. Глаза! Его глаза выглядели как-то безжизненно. Они будто были полностью белые. Но почему? — Осаму! Забери свои лекарства! — на двери было маленькое окошко, через которое в палату просочилась рука и поставила пластиковую крышку на поддон под окошком. Громкий оклик отвлёк меня от мыслей. Я встал, взял свою крышечку с таблетками и, аккуратно раскрошив их, кинул в остатки остывшей каши. И я вдруг всё вспомнил. Нашу последнюю с Накахарой миссию... Я не успел. В момент когда Чуя уничтожил врага у него оставалось совсем немного жизненных сил. Я побежал к нему как только мог, но не успел аннулировать порчу, его бездыханное тело упало на землю. Вспомнил как положил его голову на колени и молил очнуться. Как мои слезы текли по его щекам и шее. Как сам лично принес его в портовую мафию. — Это всё я! Это я убил его! Собственными руками! — я посмотрел на свои руки, что были в его крови. Я орал и бился в истерике так громко, что к моей палате тут же прибежали медсёстры. Они что-то вкололи мне в руку и больше я ничего не помнил.