***
8 апреля 2024 г., 01:39
В промерзлой комнате пахнет дымом сигарет и алкоголем. Окна на распашку, пепельница переполнена, а на журнальном столике стоит несколько бутылок и лишь один стакан. Он направляется на кухню, но взгляд цепляется за зеркало. Чёртова стекляшка. Он не видит своего ужасного отражения, вместо этого там мелькают моменты прошлого. Счастливого прошлого. Его губы трогает легкая улыбка, когда эта "киноплёнка" показывает их жизнь. Он видит как высокий парень, стягивая с него шляпу быстро убегает. Как обещают друг другу быть вместе навсегда...
Легкая улыбка превращается в подрагивающие губы, а по щекам бегут прозрачные дорожки. Руки сжимаются в кулаки. Его трясёт, от злости, обиды, отчаянья и горя. Не удалось это "навсегда".
Сегодня ровно год, с того дня когда Осаму Дазая не стало. А ещё, в этот же день, год назад жизнь Чуи Накахары разделилась на "до" и "после". После этого злосчастного дня, он начал просто существовать.
На счету шатена было много безуспешных попыток, но никто даже не подозревал что одна станет "удачной". Накахара не сумел его остановить... Ах если б можно было отмотать время назад. Он бы смог, он бы успел! Обязательно! Чуя просуществовал уже год с чувством вины. Вины за его смерть. Когда мысли стали пожирать его, он заливал их алкоголем, тем самым, который так любил Осаму.
Картинки в зеркале перестают мелькать, останавливаясь на мрачном парне. Из-за такого существования под его глазами большие синяки, бледная кожа, выраженные скулы, худощавое тело и поблёклые рыжие волосы. Рядом с собой он видит высокого кареглазого шатена, что приобнимает его сзади.
— Почему? — почти шёпотом — почему ты оставил меня?! — переходя в крик спрашивает Чуя
Дазай молчит. Он просто смотрит на него через зеркало.
— Ты обещал мне! Так почему же ты не рядом?!
В ответ снова тишина.
— Ты - фальшивка! Не настоящий! Всего лишь моя больная фантазия! Тебя нет! — Накахара бьётся в истерике, пытаясь скинуть забинтованные руки, что снова и снова находят его плечи.
Дазай слегка улыбается. Он выглядит слишком спокойным, чем ещё сильнее выбешивает рыжего.
Удар. Звук ломающегося стекла резанул по ушам, и руку как будто обдало кипятком. В одном из осколков он всё ещё видит шатена. Он также стоит, его руки на плечах Чуи.
— Нарисуй мне сердце — едва слышно — давай же, возьми осколок — это его голос! Голос Осаму!
Рука Накахары уже потянулись к одной из стекляшек на полу, он вздрагивает. "Зачем мне это делать? Ради фальшивки?" И всё же он поднял.
— Нарисуй свою любовь ко мне. На руке — голос Дазая действует как гипноз, под влияние которого попал рыжий.
Острый край стекла скользнул по бледной коже, оставив красный след.
— Сильнее, сердце должно быть кровавым
Чуя надавливает сильнее, стараясь аккуратно выводить линии. По предплечью течёт вишнёвая жидкость. В глазах темнеет. Он продолжает выводить сердце...
Окно всё также открыто. В комнате стало ещё холоднее, но запах почти выветрился. Бездыханное тело с вырезанным на руке сердцем лежит рядом с осколками зеркала. В тот же день, в то же время что и год назад, не стало и Накахары Чуи.