Прекрасный портрет

Родители Агнес были аристократами высшего ранга, так что им не составило труда приобрести старинный особняк из чёрного мрамора. Их, любителей древностей, привлекли не только прекрасная отделка здания и огромный парк, но и многовековая история поместья. Здесь жили множество семей, сосуществовали целые династии. От большинства остались лишь портреты в коридорах, залах и жилых, нетронутых много лет со смерти обитателей комнатах, некоторые обустраивали новые уголки в парке, привозили книги, пристраивали к дому всё новые галереи, салоны, кладовые и спальни… Сейчас оттуда выехали семьи двух сестёр — неприятные люди со злыми кривыми лицами, туповатые и чёрствые. Они почему-то очень старались продать поместье, даже не возражая против того, чтобы за цену только дома отдать и всю обстановку, и парк, и ценнейшую библиотеку, не требовали доплаты. Слуги из числа приехавших и живших в особняке до этого заносили вещи, проветривали жилые комнаты, готовили спальни новым хозяевам… Агнес, её мать и отец зашли в сумрачный холл. Здесь было красиво, мрачновато и торжественно. Над одним из бархатных фиолетовых диванов висел семейный портрет: синеволосая кареглазая женщина, красноволосый зеленоглазый мужчина и три девочки-близняшки, похожие на уехавших сестёр. Но тех всего две… Может, одна из них умерла? Или это вовсе не они, а их предки? Агнес остановилась перед портретом, разглядывая его. Лица у сестёр глупые-преглупые, волосы фиолетовые, как эти вот диваны, а глаза светло-карие, даже жёлтые. Но вообще все они на редкость некрасивы. Мать костлявая, отец похож на кожаный мешок с жиром, сёстры колобкообразные… Носы у всех длинные, толстые и кривые, глаза маленькие и косые, брови частично отсутствуют, частично клочковатые. Семья одновременно смешная и жуткая… Через час, шатаясь по дому и разглядывая картины, Агнес забрела в галерею на втором этаже. Картины, по большей части портреты, здесь висели в изобилии. Девушка лет двадцати с огненно-красными волосами, собранными в высокий хвост, верхом на рыжей лошади… Старик с бледно-розовыми волосами, весело глядящий с полотна — видно, шутник был… Ещё портрет семьи, смуглые кудрявые блондины: отец средних лет и сестра с братом, оба подростки… Золотоглазая синеволосая смуглянка в египетского фасона белом… балахоне? Перед следующей картиной девушка замерла от восхищения. На фоне серебристой бархатной портьеры был изображён мальчик лет четырнадцати-пятнадцати. Фиолетовыми волосами и янтарно-жёлтым цветом огромных бездонных глаз он походил на семейку с картины в холле, но на этом сходство заканчивалось. Мальчик был невероятно, фантастически красив. Немного волнистые длинные волосы ниже плеча лежат неравными мягкими прядями, на голове те же волосы образуют подобие коротких рожек или кошачьих ушек, придавая мальчику на портрете сходство с грустным котёнком. Бледное, едва смугловатое худенькое личико спокойно, но в то же время напряжено, щёки впалые, губы светлые и нежные, как и всё лицо. Брови тонкие и чёткие, очень тёмные, но довольно короткие, что придавало выражению лица беззащитность, настороженность и… оттенок безвременной смерти. Во всей хрупкой фигурке мальчика, в тонкой шее, узких острых плечах, накрытых шёлковым тёмным плащом, в бездонных янтарных глазах читались печаль, непонимание и беспомощность. В числе семей двух сестёр Агнес его не видела, иначе сразу бы положила глаз на такого красавца. Может, он был сыном третьей сестры? Или просто умер слишком рано? Агнес приблизила лицо вплотную к полотну. Картина не так стара, как кажется, ей вряд ли больше года. Девушка знала толк в картинах и могла довольно точно определить возраст. Она ещё раз подняла глаза на портрет. Одинокая худенькая фигурка на холодном тёмном фоне, испуганный грустный взгляд… Агнес поняла, что ещё не раз придёт сюда, чтобы увидеть эту картину. Вскоре выяснилось, что эта галерея достаточно далеко от комнаты родителей, можно было свободно пробираться сюда по ночам. Агнес чувствовала, что в картине скрыта магия, и подолгу, порой до утра, сидела здесь, разговаривая с прекрасным портретом и душой читая ответы. Она бродила ночью по всему дому, но в итоге всё равно шла сюда. Ставила подсвечник (свечи были электрические, но выглядели так, словно настоящие) на бюро, садилась напротив картины на стоящую здесь софу и смотрела в огромные глаза мальчика на портрете. Девушка и в этот раз зашла в галерею. — Наверное, тебе одиноко и страшно здесь висеть… — тихо сказала она. — Другим картинам нет до тебя дела, бедняжка… Но я останусь здесь до утра, я тебя не брошу, слышишь? Взгляд мальчика немного, заметно лишь для Агнес, поменялся. Он слышал. Казалось бы, он не может выражать те эмоции, что не нарисованы, но сейчас выглядел так, будто его губы вот-вот дрогнут и он разрыдается. Девушке даже почудилось, что в его глазах блестнули слёзы…