Реальности альтернативны

Дом оказался вполне пригодным для жилья и, хотя, в целях безопасности они не включали свет, все блага цивилизации, такие как вода и туалет работали исправно. Проверив охранную систему и убедившись, что она отключена, они приготовились к ночевке. Еды, конечно, не было, но стресс по поводу всего происходящего держал ее в тонусе и той горсти семечек, что они съели на лавочке, удивительно хватило для того, чтобы не чувствовать голода. Но она знала, что Малдеру этого недостаточно - Утром я попробую сходить в магазин за чем-нибудь съестным - ободряюще сказала она, когда Малдер вышел из душа. Их глаза привыкли к темноте и света луны хватало что бы как минимум не натыкаться на вещи. Они выбрали одну спальню с ванной наверху и когда он забрался рядом с ней в кровать она почувствовала некоторое смущение. Он видел ее голой, черт возьми он был внутри нее, а она смущена его присутствием рядом с ней под одеялом. И либо ощутив ее нервозность, а может просто потому, что ему захотелось, он притянул ее к себе на грудь и прижал своей рукой в подобии защитного жеста. Этого было достаточно, чтобы рассеять все ее сомнения, и она отпустила ситуацию. Он потянулся к тумбочке и взял телефон в руки: - Ну что, Скалли, ты готова? – он спрашивает ее и она кивает одновременно вдыхая его запах, который в равной степени будоражит и успокаивает. Он включает телефон, нажимая иконку браузера, которую, методом «тыка», он определил как выход в интернет, пока Скалли была в ванной, и вбивает в поисковую строку «секретные материалы». Их встречает разноцветная надпись google справа и множество ссылок на набранный им текст. Но больше всего их поражает, что на картинках под надписью «В ролях» они видят свои лица. Лица эти стали старше, но они лучезарно улыбаются с экрана и это повергает в шок. — Это вот так я буду выглядеть через 24 года? – спрашивает Скалли приподнимая голову и ближе поднося ее к экрану что бы лучше рассмотреть фото. Малдер тыкает по надписи под картинкой и открывается множество фотографий, ее фотографий, разных возрастов и ипостасей. Она тыкает на надпись картинки и не может остановиться, листая вниз все изображения с ней. Она задерживается на фотографии, где ее язык собственнически облизывает Малдера и замечает, как его дыхание замирает. Она краснеет до пурпурного. - Я поняла, давай теперь ты. – они возвращаются на страницу с актерами и теперь выбирают его - Похоже я проклят на ношение странных имен в каждой вселенной – произносит он, когда они читают фамилию его Альтер-эго. Его изображения не в таком разнообразии как у нее, но больше с другой женщиной, чем с ней и ее это странным образом задевает. Она понимает, что тут это не он, но иррациональное чувство ревности просачивается в ее разум. По всей видимости ему тоже это не сильно приятно, и они возвращаются к тому, ради чего весь этот безумный вечер был затеян. Они нажимают на первую ссылку и их перекидывает на страницу под названием wikipedia с описанием искомого ими сериала. Они тихо и про себя читают всю информацию пока не доходят до списка сезонов и по очереди просматривают информации по каждому. Периодически Скалли вздыхает или произносит «Боже мой» когда описание серий особенно задевают ее за живое. В конце концов дойдя до ее похищения, она замирает и тыча в экран приглушенно произносит – Я хочу посмотреть. – он без вопросов набирает в поисковике нужную серию, и они начинают просмотр на одном из сайтов, который не требует ввести данные кредитной карты. Они смотрят молча. Когда начинает играть музыка и крупным планом показывают Дуэйна Берри в машине дрожь проходит по всему ее телу. Она помнит тот ужас, который испытывала в тот момент, а эта песня навсегда в ее черном списке, сейчас же, слыша это вновь и наблюдая за происходящим со стороны больше Малдера, чем своего, она заново переживает все с долей сочувствия к Малдеру. Теперь она четко понимает – это была не только ее боль. При сцене, где Крайчик убивает смотрителя канатной дороги Малдер впервые произносит что-то с тех пор, как они начали просмотр. «Ублюдок» - вырывается с его уст, а Скалли крепче прижимается к нему. В момент, когда сериальный Малдер находит в багажнике ее крестик она крепче сжимает свой в руках и чувствует, что рубашка, в которой лежал Малдер стала влажной под ней. Она не плакала, она не хотела плакать, слезы просто омывали ее, пытаясь смыть весь пережитый ей и ее напарником кошмар. Почти до самого конца они ничего не говорят, лишь сильнее вжимаются друг в руга при острых переживаниях. Лишь под конец, когда ее мать оставляет ее крестик у него она всхлипывает: «О, Малдер!» - и тянет его к своей груди в утешении, которое нужно было ему 5 лет назад. Он принимает его с отчаяньем упиваясь тем, что она все же жива. Она с ужасом ждет сезона про ее рак. И они начинают сразу с него. Она узнает откуда чип и не приходит в ужас. Все всё понимали еще тогда. Он судорожно болтает, когда сцена с его слезами у ее руки на больничной койке озаряет сумерками их спальню. Она не слушает его. Она впитывает образы и переживает сколько же всего они упустили. Она заканчивает просмотр на серии их совместной ночи двухнедельной давности. - Если хочешь, смотри дальше, я пока посмотрю, что там есть еще – говорит она, доставая свой телефон и уходя на кухню что бы согреть чайник и выпить хоть что-то горячего за сегодня. Женщина, что «играла» ее не давала ей покоя. Такая страстная, такая улыбчивая, такая живая. Сжимая в руке кружку с кипятком, она снова набирает название своего отдела в поисковике и снова нажимает на фамилию, прикрепленную к ее изображению. Первая же ссылка отправляет ее на описание жизни. И что это была за жизнь! Карьера, мужья, дети! Она успела все. С жадностью Скалли поглощает информацию о ее двойнике пока, ее напарник делает тоже самое наверху, но относительно их будущей жизни. Утро они оба встречают с красными глазами от недосыпа и слез. Когда он отрывается от очередной трагедии их жизни и спускается при свете первых лучах солнца он встречает ее взгляд. Ее тяжелый, пронзительный взгляд, который сжимает его сердце. - Представляешь, чтобы родить дочь ей пришлось во втором сезоне покинуть сериал. – она странно улыбается этому и Малдер чувствует от этой улыбки дрожь по спине. Он подходит ближе и тянет к ней руку, но она продолжает будто не замечает этого — Это произошло, когда меня похитили – эти слова она произносит шепотом – я не могу иметь детей, потому что она стала мамой, Малдер! - О Боже, Дана! – он тянет ее в объятья, и она сухо их принимает. Она все так же сокрушенно продолжает: - У нее трое, трое детей, трудно поверить, да? - ухмылка поселяется на ее губах, он чувствует это через майку - Но знаешь, что у нее никогда не было? – Мадлер просто молча отрицательно машет головой, успокаивающее гладя ее по спине в своих объятьях - Тебя… - и она сжимает его в тисках своих рук, а он благодарит ее Бога за то, что он сделал ее такой! Верующей, надеющейся, несокрушимой. Проходить чуть более минуты, когда она шевелиться в его руках давая понять, что готова отпустить его. - Боже, это так мелочно и глупо – с горькой ухмылкой произносит она, отстраняясь и смахивает слезы, собравшиеся на веках, не давая им пролиться окончательно. - Мы просто люди, Скалли. Тем более мы не знаем как работают вселенные. Есть ли тут закономерность или это просто удачное совпадение. - Совпадение? Что вся наша карьера уложилась в несколько сезонов странного сериала? - она устало машет головой смотря в пол. - Я всегда подозревала, что наша жизнь слишком насыщенна, чтобы быть правдой. Но не думала, что я в гребаном сериале! Какое-то время они просто молчат, смотря в экран ее телефона, с которого улыбается совсем другая женщина, имеющая ее черты. Через несколько минут она встаёте из-за стола и начинает одеваться. Видя замешательство в его глазах, она пытается его успокоить - Прости, мне нужна сигарета, а тебе что-то съесть. Я схожу в ближайший магазин и принесу. Мы позавтракаем и начнем собираться в путь. Кода она уже надевала пальто у порога Малдер подошел к ней и положил руку на дверь так, чтобы она не смогла ее открыть. - Не бойся я надену шапку и очки, тем более они все равно ничего не видят за своими телефонам – с улыбкой иронии говорит она и кладет свою руку на ручку двери, но Малдер все равно не отступает: - Скалли, я… - он запинается в середине и это настораживает ее – я не думаю, что тебе сейчас нужно курить. Я не думаю, что тебе нужно курить или пить в ближайшее время –он пробегается взглядом по ее лицу, опуская глаза на ее грудь и после талию. - Не знаю, Малдер, мне кажется, одна сигаретка более чем уместна в контексте тех знаний, что мы получили, не будь ханжой – его рука все так же не отпускает дверь и она всерьез начинает переживать, а он со вздохом продолжает: - В контексте тех знаний, что Я получил, табак крайне неуместен, Скалли. – она озадачено на него смотрит, он кажется ей странно возбужденным. - Малдер, если тебе есть что сказать, говори – она начинает сердиться, совершенно не настроенная на игру в «угадай, что задумал Малдер». Снова. - Если верить тому, что я видел, Скалли, а пока что не одна серия, что я посмотрел, ни разу не оказалась ложной, ты сейчас не в том положении. - Положении, каком положении, Малдер? - она еще более недоверчива смотрит на него и ее брови взлетают ко лбу, а рот застывает в попытке что-то сказать. До нее начинает доходить - Неееет – качая головой она начинает улыбаться, а рука произвольно летит к животу прижимая рубашку к телу. Он все так же серьезно смотрит теперь на ее руку на теле. Он утвердительно машет головой, подтверждая ее догадку. - Если есть хоть пол процента, что это правда, Дана, я бы не хотел рисковать – его тон на столько суров, что не остается никакого сомнения, что он не шутит. - Но – она опускает взгляд на свою руку у живота, как будто если она посмотрит вниз, то сможет убедится в правдивости его утверждения – как? – их глаза встречаются и он только пожимает плечами при этом на его лице расцветает на столько лучезарная улыбка, что ею он смог осветить бы весь Вашингтон. Ее слезы опять начинают образовываться на глазах, и она в отчаянно бросается ему на шею пряча их в его майку, а он ласков гладит ее по голове и целуя в макушку повторяет – Потому что мы верили в чудо, мы верили!