пусть соседи слушают нашу ругань)

Антон заходит в номер отеля, где они остановились всего на пару дней. В этом городе решено провести два концерта, один из которых уже позади. Следом за парнем залетает Попов. Злой как никогда. Конечно, он уже привык, что вся группа в том числе и его парень, пользуются невероятной популярностью. Однако, такое было впервые: во время всем известной игры " Каскадёры «, девушка игравшая Матвиенко позволила себе слегка облапать Шастуна. Арсений не ревнивый, что вы. Он просто не любит когда трогают то, что принадлежит ему. — Какого хрена, Антон? — Голубые глаза пылают, кажется как будто сейчас подожгут всё вокруг. — Что ты от меня хочешь? — Шастун устало вздыхает. Антон любит Арса. Очень любит. Даже то что он ревнует его ко всем на свете, но иногда это выводит из себя. — Я уже извинился, хотя, кстати, мне не за что извиняться! — Меня заебало, что на тебя вешаются все кому не лень! — Арсений подлетает ближе к своему парню и уже не может сдерживать своих эмоций. — А меня заебало, что ты ревнуешь меня ко всему что движется! — Оба уже кричат. Они не часто ссорятся, но когда такое случается, лучше прятаться всем на свете да куда подальше. Пара обменивается отборным матом, различными упрёками и аргументами ещё несколько минут, после чего расходятся, предотвращая тем самым больший скандал. Антон уходит курить на балкон, Арсений же остаётся в комнате, меряя её шагами и борясь с желанием запустить чем-то в Шастуна. Но спустя какое-то время он останавливается и садится на кровать, положив голову на руки и тяжело вздыхая. Шастун это видит, и не только это. Он знает, что Попов его любит. Он знает как сильно, а потому понимает эту реакцию. Но они слишком много наговорили друг-другу, чтобы делать вид, что ничего не случилось. А потому решает действовать. Он подходит сзади и забирается на кровать, оказываясь за спиной Арсения. — Прости меня, — Но в ответ лишь тишина. Потому Антон решает поиграть по-крупному. — папочка. — После этих слов, Шастун обходит брюнета и оказывается перед ним. Тот поднимает голову, ожидая, что же будет дальше. — Мне кажется мы слишком много друг-другу сказали, но я не хочу с тобой ругаться. Мне очень стыдно, папочка. — Антон садится на колени к Арсу и начинает оглаживать его плечи и шею руками. — Но я думаю, мы можем разрешить и эту проблему. Он говорит это так развязно, но в тоже время так невинно. У Арсения что-то стягивает внутри от этого тона. Как он может долго злиться на это чудо? Но злиться он может, да и правила игры, которую задумал Шаст, он знает наизусть. Они целуются. Очень горячо, очень развязно, так, как могут лишь по-настоящему вовлечённые люди. — И что же ты можешь предложить? — Разрывая поцелуй спрашивает старший. Они оба знают чего ждать, потому когда Шастун слегка ухмыляется и слезает с колен, усаживаясь между ними, в двух головах пролетает мысль: " Игра началась «. Игра, в которой нет проигравших, игра, которая доступна лишь двум игрокам. Антон опускает руку на вставший член Арсения и мягко водит по нему сквозь ткань чёрных джинс. После чего разбирается с ширинкой и приспускает тёмно-синие боксеры, освобождая возбуждённый орган. Антон продолжает смотреть на своего парня, когда его язык опускается на влажную от смазки головку. У Арсения снова сносит крышу. Такой уж он, Антон Шастун: весёлый миловидный парень для всех и развратный любовник для Попова и только для него одного. Тем временем, Шастун уже во всю разошёлся: обхватывает член губами, потом снова вылизывает по всей длине, гортанно стонет и закатывает глаза. Арсений жестом просит его приостановиться. Тот тут же исполняет, после чего оказывается брошеным на большую двуспальную кровать. Попов начинает расстегивать рубашку младшего, оставляя на теперь доступных участках кожи поцелуи и укусы. Парень стонет и прогибается, но хочется больше. Им обоим хочется больше. Но оба помнят правила игры. — Я не могу больше, Арс. — Ноет нижний, на что получает усмешку и шлепок по заднице, пока ещё покрытой тканью брюк. — Проси лучше, малыш. — Арсений любит эту игру. Да что там, они оба её просто обожают. Им хорошо вместе, они кайфуют от каждого слова, жеста и прикосновения. Что может быть лучше? — Возьми меня пожалуйста, папочка.— Такой ответ брюнета устраивает, потому он довольно улыбается и встаёт с кровати направляясь к своему чемодану. Возвращается с баночкой смазки и наручниками? Антон не успевает спросить, откуда появился данный аксессуар, потому что его руки уже оказываются зафиксированными за изголовье кровати. — Ты будешь кричать сегодня, мой мальчик. Громко и долго, понял? — Антон кивает. После чего Арсений стягивает с парня штаны и бельё, сразу же шлепая по оголённой ягодице, выбивая из парня лёгкий стон. Он смазывает пальцы и сразу же вставляет в горячее отверстие два. Антон вскрикивает, шипит, но пытается сам насадиться на пальцы. Брюнет продолжает процесс растяжки, поворачивая руку, меняя угол, раздвигая пальцы, пока не выбивает из парня очередной вскрик, перерастающий в стон. Антон продолжает извиваться, стараясь сильнее насадиться на сильные пальцы, но Арсений хочет поиздеваться. Потому реагирует на каждое движение противоположно ожиданиям, чем вызывает разочарованные стоны. — Я хочу, чтобы ты просил меня о каждом действии. — Он снова сверкает своими голубыми глазами и, черт возьми, как же он ухмыляется! — Выеби меня, папочка. Пожалуйс…а-ах.— Последнее слово обрывается, ведь Арсений любит когда Антон перебивает сам себя, своими же стонами. Попов отвешивает нижнему пару звонких шлепков, выливает какое-то количество смазки на свой член и резко входит в едва растянутую дырочку. Антон очень громко вскрикивает, чем вызывает довольную усмешку у старшего. Арсений закидывает длинные ноги себе за спину и начинает движение, постепенно увеличивая темп. Антон кричит, стонет и вздыхает. Иногда матерится, за что получает очередной шлепок. Стоны становятся громче, на шее и груди Шастуна появляются новые отметины, а цепочка наручников звонко стучит по изголовью кровати. — Боже… Я сейчас. — Но Арсений так просто не даст ему сегодня кончить, потому пережимает чужой член у основания. — А тебе разрешали? — Попов смотрит прямо в зелёные глаза, во взляде которых полное подчинение и безграничная любовь. Они любят друг друга, им хорошо сейчас и всегда будет. — Ну пожалуйста, я же. Ох блять. — Антон забывается и снова получает по упругой заднице, от чего кричит ещё громче. — Проси. — Рычит старший склоняясь к уху и опаляя его своим дыханием. — Дай мне кончить, папочка, пожалуйста! — Снова обрывается на крик, граничащий с плачем. Попов разжимает руку и начинает двигать ей в том же темпе, которого придерживается сам. Антон кончает, на мгновение напрягаясь всем телом и сжимая внутри член своего парня. После чего обмякает в чужих руках, чувствуя как Арсений изливается ему внутрь. Последний освобождает худые руки от оков, после чего оба падают на кровать, стараясь восстановить дыхание. — Знаешь, если так будет проходить каждая наша ссора, можешь давать себя лапать хоть каждой фанатке. — Антон в ответ смеётся и утыкается лбом в плечо старшему. — Ревнивый придурок. — Совсем беззлобно бухтит Шаст. — Но я тебя и таким люблю. — А я люблю тебя. Завтра им наверняка предъявят ребята, занявшие соседние номер, за шум, но это будет завтра, а значит не страшно. Такая уж у них любовь — громкая, самая громкая из всех. Антон заходит в номер отеля, где они остановились всего на пару дней. В этом городе решено провести два концерта, один из которых уже позади. Следом за парнем залетает Попов. Злой как никогда. Конечно, он уже привык, что вся группа в том числе и его парень, пользуются невероятной популярностью. Однако, такое было впервые: во время всем известной игры " Каскадёры «, девушка игравшая Матвиенко позволила себе слегка облапать Шастуна. Арсений не ревнивый, что вы. Он просто не любит когда трогают то, что принадлежит ему. — Какого хрена, Антон? — Голубые глаза пылают, кажется как будто сейчас подожгут всё вокруг. — Что ты от меня хочешь? — Шастун устало вздыхает. Антон любит Арса. Очень любит. Даже то что он ревнует его ко всем на свете, но иногда это выводит из себя. — Я уже извинился, хотя, кстати, мне не за что извиняться! — Меня заебало, что на тебя вешаются все кому не лень! — Арсений подлетает ближе к своему парню и уже не может сдерживать своих эмоций. — А меня заебало, что ты ревнуешь меня ко всему что движется! — Оба уже кричат. Они не часто ссорятся, но когда такое случается, лучше прятаться всем на свете да куда подальше. Пара обменивается отборным матом, различными упрёками и аргументами ещё несколько минут, после чего расходятся, предотвращая тем самым больший скандал. Антон уходит курить на балкон, Арсений же остаётся в комнате, меряя её шагами и борясь с желанием запустить чем-то в Шастуна. Но спустя какое-то время он останавливается и садится на кровать, положив голову на руки и тяжело вздыхая. Шастун это видит, и не только это. Он знает, что Попов его любит. Он знает как сильно, а потому понимает эту реакцию. Но они слишком много наговорили друг-другу, чтобы делать вид, что ничего не случилось. А потому решает действовать. Он подходит сзади и забирается на кровать, оказываясь за спиной Арсения. — Прости меня, — Но в ответ лишь тишина. Потому Антон решает поиграть по-крупному. — папочка. — После этих слов, Шастун обходит брюнета и оказывается перед ним. Тот поднимает голову, ожидая, что же будет дальше. — Мне кажется мы слишком много друг-другу сказали, но я не хочу с тобой ругаться. Мне очень стыдно, папочка. — Антон садится на колени к Арсу и начинает оглаживать его плечи и шею руками. — Но я думаю, мы можем разрешить и эту проблему. Он говорит это так развязно, но в тоже время так невинно. У Арсения что-то стягивает внутри от этого тона. Как он может долго злиться на это чудо? Но злиться он может, да и правила игры, которую задумал Шаст, он знает наизусть. Они целуются. Очень горячо, очень развязно, так, как могут лишь по-настоящему вовлечённые люди. — И что же ты можешь предложить? — Разрывая поцелуй спрашивает старший. Они оба знают чего ждать, потому когда Шастун слегка ухмыляется и слезает с колен, усаживаясь между ними, в двух головах пролетает мысль: " Игра началась «. Игра, в которой нет проигравших, игра, которая доступна лишь двум игрокам.Антон опускает руку на вставший член Арсения и мягко водит по нему сквозь ткань чёрных джинс. После чего разбирается с ширинкой и приспускает тёмно-синие боксеры, освобождая возбуждённый орган. Антон продолжает смотреть на своего парня, когда его язык опускается на влажную от смазки головку. У Арсения снова сносит крышу. Такой уж он, Антон Шастун: весёлый миловидный парень для всех и развратный любовник для Попова и только для него одного. Тем временем, Шастун уже во всю разошёлся: обхватывает член губами, потом снова вылизывает по всей длине, гортанно стонет и закатывает глаза. Арсений жестом просит его приостановиться. Тот тут же исполняет, после чего оказывается брошеным на большую двуспальную кровать. Попов начинает расстегивать рубашку младшего, оставляя на теперь доступных участках кожи поцелуи и укусы. Парень стонет и прогибается, но хочется больше. Им обоим хочется больше. Но оба помнят правила игры. — Я не могу больше, Арс. — Ноет нижний, на что получает усмешку и шлепок по заднице, пока ещё покрытой тканью брюк. — Проси лучше, малыш. — Арсений любит эту игру. Да что там, они оба её просто обожают. Им хорошо вместе, они кайфуют от каждого слова, жеста и прикосновения. Что может быть лучше? — Возьми меня пожалуйста, папочка.— Такой ответ брюнета устраивает, потому он довольно улыбается и встаёт с кровати направляясь к своему чемодану. Возвращается с баночкой смазки и наручниками? Антон не успевает спросить, откуда появился данный аксессуар, потому что его руки уже оказываются зафиксированными за изголовье кровати. — Ты будешь кричать сегодня, мой мальчик. Громко и долго, понял? — Антон кивает. После чего Арсений стягивает с парня штаны и бельё, сразу же шлепая по оголённой ягодице, выбивая из парня лёгкий стон. Он смазывает пальцы и сразу же вставляет в горячее отверстие два. Антон вскрикивает, шипит, но пытается сам насадиться на пальцы. Брюнет продолжает процесс растяжки, поворачивая руку, меняя угол, раздвигая пальцы, пока не выбивает из парня очередной вскрик, перерастающий в стон. Антон продолжает извиваться, стараясь сильнее насадиться на сильные пальцы, но Арсений хочет поиздеваться. Потому реагирует на каждое движение противоположно ожиданиям, чем вызывает разочарованные стоны. — Я хочу, чтобы ты просил меня о каждом действии. — Он снова сверкает своими голубыми глазами и, черт возьми, как же он ухмыляется! — Выеби меня, папочка. Пожалуйс…а-ах.— Последнее слово обрывается, ведь Арсений любит когда Антон перебивает сам себя, своими же стонами. Попов отвешивает нижнему пару звонких шлепков, выливает какое-то количество смазки на свой член и резко входит в едва растянутую дырочку. Антон очень громко вскрикивает, чем вызывает довольную усмешку у старшего. Арсений закидывает длинные ноги себе за спину и начинает движение, постепенно увеличивая темп. Антон кричит, стонет и вздыхает. Иногда матерится, за что получает очередной шлепок. Стоны становятся громче, на шее и груди Шастуна появляются новые отметины, а цепочка наручников звонко стучит по изголовью кровати. — Боже… Я сейчас. — Но Арсений так просто не даст ему сегодня кончить, потому пережимает чужой член у основания. — А тебе разрешали? — Попов смотрит прямо в зелёные глаза, во взляде которых полное подчинение и безграничная любовь. Они любят друг друга, им хорошо сейчас и всегда будет. — Ну пожалуйста, я же. Ох блять. — Антон забывается и снова получает по упругой заднице, от чего кричит ещё громче. — Проси. — Рычит старший склоняясь к уху и опаляя его своим дыханием. — Дай мне кончить, папочка, пожалуйста! — Снова обрывается на крик, граничащий с плачем. Попов разжимает руку и начинает двигать ей в том же темпе, которого придерживается сам. Антон кончает, на мгновение напрягаясь всем телом и сжимая внутри член своего парня. После чего обмякает в чужих руках, чувствуя как Арсений изливается ему внутрь. Последний освобождает худые руки от оков, после чего оба падают на кровать, стараясь восстановить дыхание. — Знаешь, если так будет проходить каждая наша ссора, можешь давать себя лапать хоть каждой фанатке. — Антон в ответ смеётся и утыкается лбом в плечо старшему. — Ревнивый придурок. — Совсем беззлобно бухтит Шаст. — Но я тебя и таким люблю. — А я люблю тебя. Завтра им наверняка предъявят ребята, занявшие соседние номер, за шум, но это будет завтра, а значит не страшно. Такая уж у них любовь — громкая)