Самозванец

На следующее утро, примерно в часу восьмом, одетый по всей своей обыкновенной роскоши ревизор осматривал неухоженные окрестности города Н, вместе с взволнованными чиновниками, которые при каждом нахмуривании лба или случайном вздохе господина, чуть ли не подпрыгивали на месте, очень боясь гнева нового ревизора, и смотря при этом, конечно, исключительно в землю. Вот только несмотря на их самые разные опасения и тревоги, каждому из чиновников ревизор под час говорил одни похвалы и почести, открыто восхищаясь запущенными училищами и плачевно выглядящими больницами. Испытывая огромное удивление столь странному факту, они преданно кланялись ему, не вполне уразумев, каким таким загадочным образом молодой человек оказался настолько слепым, что не соизволил заметить всю ту разруху и запустение, царившие в маленьком городе Н. Открыто воодушевляясь подобному, весьма даже приятному раскладу событий, один из чиновников Ляпкин–Тяпкин сотворил на своём полном лице приторную и льстивую улыбку, и ласковым, проникнутым почти неприкрытым самодовольством голосом заговорил : –Вот-с, глядите-с, господин Сергей Дмитриевич, с каким достоинством мы справляемся со своими рабочими обязанностями.– Он с несколько неестественной улыбкой оглядел невесть чему радовавшегося чиновника, и закончил изучение местных, заскорузлых зданий, по всей видимости, уж давно бы подлежащих немедленному сносу. Со всем упоительным радушием, на которое только был способен, мужчина обратился к обольстившимся приятным речам ревизора чиновникам: –Ну что же-с, дорогие господа, по моему ясному видению и здравому разумению, вы с невероятным трудолюбием и упорством подошли к исполнению своей важной работы, поэтому-с я подарю вам небольшие сбережения, дабы вы наиболее достойно отпировали вашу чудесную победу. –оглядел каждого из чиновников с выражением радости и несколько хмельного веселья он. Рассыпавшись в благодарностях и учтиво, почти восторженно поклонившись, они взяли 3 рубля с глазами, полными счастливого блеска и вскоре распрощались с щедрым ревизором, окончательно и бесповоротно изменив своё мнение о нём. *** –Да-с, безусловно, этот ревизор уж наверняка подлинный, невероятно добродушный и любезный, да тот прохвост Хлестаков , и в подмётки ему не годится! –громко поставил стеклянную кружку на замызганный стол городничий, малость захмелев. –Верно говорите, Антон Антонович, этот ревизор своё дело знает, да и тем паче-с пирушка нам улыбнулась именно с его золотой ручки! – охотно согласился с чиновником Филипп Филиппович Земляника, с удовольствием отпив доставшегося ему, почитай, даром, вина. Большинство товарищей, опьяневших и развеселевших под крепким градусом водки с куском свинины, одаривали всевозможными почестями своего благодетеля, шутили и возвращались к воспоминаниям о прошлом, особо опасном в своих неестественных выдумках чиновнике Хлестакове, осмелившимся обвести весь город вокруг пальца. Один лишь почтмейстер несколько приуныл и за всю энергичную и весёлую беседу своих товарищей не соизволил проронить ни слова, проникнувшись своими собственными, полными явного сомнения мыслями. Для него добродушное поведение нового ревизора показалось излишне подозрительным, так как молодой человек словно бы совершенно не обратил внимания на видимую даже самому неискушённому глазу разруху. Также почтмейстер не смог обойти тот удивительный факт, что приторные, не в меру слаженные речи ревизора были какими-то уж слишком отрепетированными, будто бы он являлся безупречным, безумно талантливым актёром Мариинского театра. Оглянувшись вокруг и увидев покрасневшие, знатно повеселевшие лица товарищей, Иван Кузьмич Шпекин не решился поделиться своими мыслями с ними. *** Рано утром, примерно в часу седьмом, недовольного городничего разбудили непрерывные стуки и он, уже готовясь по полной отсчитать незваных гостей, подошёл к двери. За порогом стоял Добчинский и Бобчинский, глупо взирая на чиновника, и пытаясь донести до него всю суть цели их визита, не переставая перебивать друг - друга. –Ну полно, полно, господа, изъяснитесь мне кратко и ясно! Что именно поведал вам Сергей Дмитриевич? – недовольно забурчал не молодой мужчина, однако же весьма и весьма заинтересованный во всём, что касается нового, полного замечательных качеств ревизора. –Он прямо сейчас приглашает нас всех посетить его гостиницу, да выпить ароматного чаю! Да, право, не позже чем через пол часа, так как в скоро времени, если мы вполне правильно уразумели.. Сергей Дмитриевич уезжает в Петербург! –с восторженным выражением лица, тонким голосом прощебетал Добчинский, испытывая явное положительное впечатление от приятного предложения ревизора. Чиновник тут же замлел и удовлетворённо заулыбался, понимая, что всё проходит именно так, как он хотел с самого приезда полезного ему молодого человека. –Это презабавные новости! – воскликнул очень довольный услышанным городничий, лишаясь каких-либо сомнений насчёт ревизора, которые ещё пару дней назад не отпускали его ни на минуту. **** Примерно часу в девятом все, известные нам ранее чиновники, сидели за большим круглым столом гостиницы, и с удовольствием угощались теми изысканными явствами, которыми их с хитрою, почти лисьей улыбкой потчевал ревизор, медленно расхаживая вокруг стола. Проникаясь тем неповторимым и захватывающим духом благодарности, мужчины с искренней печалью в глазах заглядывали в лицо полному приятных доблестей ревизору. Сам он, пребывал, казалось в превосхитительном настроении и переодически улыбался каждому из своих гостей, неизменно возвращаясь к собственным одному лишь ему известным мыслям. Далее мужчина торжественно произнёс: –Дорогие мои господа чиновники! Осмелюсь рассказать , что для меня большая честь иметь дружбу и знакомство с вами! И в связи с вашей истинно восхитительной работоспособностью, поразившей меня.. В самое сердце! Я с удовольствием сообщаю вам главную причину моего приезда сюда! Моментально насторожившиеся чиновники, испуганно съёжились и обратили свои взоры на развеселевшего больше обычного молодого человека, большие очи которого сделались по-настоящему озорными и безумными. –Я не сказал вам, мои почтеннейшие господа, что высшие власти славного города Петербурга, поручили мне в случае-с выполненной по-всем достойным правилам работы. Двое самых славных из вас, отправятся со мной в распрекраснейшую столицу нашей страны, в которой, я вам обещаю-с.. Получите намного большего, чем имеете сейчас. – с хищной, несколько демонической улыбкой на скуластом лице, ревизор медленно обводил взглядом каждого из чиновников, наслаждаясь растерянным, полным неприкрытого восторга взглядом каждого из них. –Возьмите меня, прошу!! Я буду исполнять свои обязанности ещё лучше прежнего!! – громко воскликнул Земляника, умоляющим взором вцепившись в излучавшее тайное веселье лицо господина ревизора. –Прошу, лучше меня, я вам там больше пригожусь! –буквально выпрыгнул из-за стола Бобчинский, больше всего на свете желая, чтобы именно его удостоили чести взять с собой в славный Петербург. Хитро прищурившись и состроив несколько неестественную усмешку, мужчина жестом остановил безудержные порывы польстившихся на хорошую жизнь чиновников и спокойно проговорил :Вы все, мои дорогие господа, безусловно заслуживаете отправиться со мной в прекрасный город, ведь ваше безупречное исполнение обязанностей очень ценно для меня. Однако же, к моему немыслимому огорчению, поехать со мной смогут, повторюсь, только двое из вас, так как это не моя воля, а поручение от правителя. И к слову, я уже сделал свой выбор. –загадочно облизнул пухлые губы молодой человек, усевшись на мягкий, обитый кожей стул, прямо напротив встревоженных гостей. –Ну что-же вы тянете, уважаемый ревизор? Скажите-с ради христа!–с открытой мольбой в голосе залепетал Бобчинский , уж очень желая побывать в интересных своим богатым убранством местах Петербурга. –Ну прошу, возьмите меня!! Обещаю-с быть исполнительным!! –недовольным взглядом окинул своего товарища Добчинский, силясь опередить его и отправился вместе с ревизором. Тот, вопреки ожиданиям многих гостей, решительно встал со стула и бесцеремонно, буквально на одном дыхании произнёс : –Антон Антонович Дмухановский и Филипп Филиппович Земляника.– не в меру удивлённые подобным, весьма неприятным раскладом событий чиновники с неприкрытою ненавистью во взгляде вцепились в спокойное лицо мужчины, но поболее их неожиданным решением были поражены непосредственно виновники торжества. Сперва они подумали, что им всё это только лишь чудится, однако затем, почти обезумевшие от снизошедшего на них счастья чиновники принялись с особенным воодушевлением осыпать, словно бы лепестками роз, искренними благодарностями такого по их мнению великодушного, в высшей степени настоящего ревизора! Они весело хлопали друг-друга по плечам, безудержно гоготали во весь голос, в отличие от других товарищей, проникнувшихся совершенно иными эмоциями, которые в одну секунду превратили их в ворчливых, всем недовольных стариков. Некоторых из чиновников, в особенности Ляпкина - Тяпкина, буквально распирало от злости и зависти, завладевшей им с тех самых пор, как ревизор произнёс ровно два имени. За исключением Антона Антоновича и Филиппа Филипповича, все остальные пребывали в таком сильном отчаянии и безмерной обиде на ревизора, который совершенно не обратив внимание на их мнения , распорядился по своему личному усмотрению. Из доброго, перспективного и бескорыстного молодого человека, он в одночасье превратился для них в эгоистичного, бесцеремонного, ни с кем не считающегося дурака. Один лишь почтмейстер странно притих и от чего-то подумал, что совершенно точно не имел желания оказаться на месте удачливых товарищей. –Да что же вы такое говорите, господин Сергей Дмитриевич!– громко взвизгнул крайне расстроенный Добчинский, пребывая в ужасе от того, что мечта оказаться в прекрасных окрестностях Петербурга обойдёт его стороной. –Неужели же-с по-вашему мнению, я хоть в малейшей степени хуже, чем они? –возмущённо вопрошал озлобленный Ляпкин-Тяпкин, ожидая самых чётких и утешающих объяснений от не оправдавшего его светлых надежд ревизора. –Да-с , господин, Сергей Дмитриевич. Почему они? На каких основаниях ваш выбор пал именно на них? – с ещё большим негодованием, чем у товарища осведомился у несправедливого ревизора Бобчинский, однако тот лишь смиренно, впрочем даже несколько холодно ответствовал : –Я же вполне ясно вам объяснил, на всё была воля правителя. Он невесело улыбнулся и опустил свои зелёные очи в пол. –Как-с?? Неужели же сам правитель Петербурга выбрал нас? - хором воскликнули все, весьма изумлённые услышанным чиновники, готовые в данную секунду подпрыгнуть от переполнявших их положительных эмоций, а в особенности Антон Дмухановский, уже мысленно изобразивший себя настоящим генералом. Остальные же товарищи в самых гнусных, нелицеприятных выражениях мысленно высказались о изменившимся прямо на их глазах ревизоре. По их общему и как им разумелось, самому искреннему мнению, Антону Антоновичу и Филиппу Филипповичу совершенно не заслуженно повезло. –Но ведь вы имели слово о том, что сами выбрали тех, кто поедет.. –вдруг соизволил подать голос, так редко заговаривавший до сих пор Иван Шпекин, с особенной опаской посмотрев на пребывающего в состоянии невозмутимого спокойствия ревизора, который изобразил на своём породистом лице лёгкую усмешку и незамедлительно парировал : –Увы, друг-с мой, вы, право, не так меня уразумели. – с несколько пафосным выражением обратил свой взгляд на него мужчина. –Вот-с не зря же люди добрые говорят, коль дураком родился, дураком и помрёшь. – осмелился съязвить довольный Земляника , адресуя данную весьма нелицеприятную грубость, без каких-либо сомнений почтмейстер. Тот в ответ пронзил его полным подлинного гнева взглядом. *** Вечером, ровно без четверти восемь, удовлетворённый собственными, впрочем одному ему лишь известными мыслями ( суть которых, без всякого сомнения раскроется нам немного позже), запряг в красивую, богато украшенную карету гнедых лошадей и с искренним радушием пригласил смеявшихся и улыбавщихся чиновников занять свои места в уютном экипаже. Дмухановский и Земляника светились светом искреннего восторга , уже представляя в голове все самые интересные и грандиозные жизненные планы в столице России - Петербурге.