Маленькая любовь сумасшедших

Настя сидела за компьютером. Голос Земфиры взрывал мозг, не давая думать. Но это и было нужно Насте. Мысли терзали её. Пустота внутри приносила странное наслаждение. Она всё меньше думала о ней, но если и думала, то с болью и нежностью. Настя была как все подростки. Коротко остриженные волосы под мальчика, чёрная футболка оверсайз и чёрные джинсы. Так одевалась половина подростков. А в её десятом классе так вообще все кроме Ангелины. Ангелина странная девочка. Настя разошлась с парнем и поссорилась с подругами. И всё из-за неё. Но отказаться от неё Настя не могла. Как-то пыталась, но не вышло. Зато потом было очень больно и стыдно. Стыдно перед ней. Из апатии Настю вывела мама. Она встряхнула дочь за плечи. - Настя! Девушка сняла один наушник и выключила музыку. Карие глаза бессмысленно смотрели на мать. Редкие веснушки на бледной, почти прозрачной коже горели вопросом. - Хватит сидеть за компьютером. Пойди погуляй. А то вон какая бледная стала – все сосуды видать. - Хорошо, - голос девушки звучал спокойно и безразлично. Она поднялась и стала собираться. На улице было пасмурно и серо. Но Настя любила такую погоду, особенно весной. Солнце раздражало, от него она быстро уставала. Дождь приносил радость. Но она любила серые тучи больше, чем тёплые капли. Она предпочитала тихую грусть тихой радости. Река разлилась. Вокруг грязно. Белые кеды давно не белые. Сильное течение несёт льдины и ветки. Неожиданно девушка останавливается и смотрит на воду. Там ничего нет, но Настя вдруг начинает кричать. - Нет! Нет, Мери, нет! Не делай этого, прошу! К Насте поворачивается девушка. Чёрные волосы развиваются на ветру. Выдающиеся скулы, острый носик, чёткая линия бровей, ярко-алые губя и глаза… пустые серые глаза. Они не блестели, а были мутные, словно девушка лишилась рассудка. Вода почти достигает пояса. Волны ударяются об неё и разбиваются, словно стекло об камень. Губы что-то шепчут. - Нет, Мери, нет! Настя ступает в воду. Вода обжигает, но она не замечает этого. Она забыла, что для таких как Мери мало способов умереть. И в их число точно не входит смерть от воды или холода. Они практически бессмертны. Течение сбивает Настю, и она падает. Волна захлестнула её. Настя часто видела Мери, а вот Мери её не видела. Обычно в снах ты являешься главным действующим лицом, но не в этих снах. Здесь Настя являлась лишь наблюдателем. Она смотрела на жизнь Мери, на её счастливую жизнь. У неё было всё: любимый, родители, братья и сёстры. В её жизни всё было прекрасно, не считая одного: она должна была делиться с семьёй всем, что знала. У неё не было тайн, она старалась изо всех сил, но над ней часто смеялись. Её любили, но не понимали. Во многом. И Настя с тревогой смотрела на жизнь Мери. Она боялась, что однажды она не выдержит… и вот этот момент настал. Когда Настя проснулась, то сначала не поняла, где находится. Ах да, это же берег реки, только противоположный, и чуть дальше. Рядом никого нет. Да никого и не было. Это всё её больная фантазия. Но она мечтала встретиться с ней, и она встретилась. Настя возблагодарила небо. Настя была обычным подростком. Она одевалась и думала как все подростки. Обычный подросток. Нет, ничего не изменилось. И никаких следов, подтверждающих, что это был не мираж, а реальность, не было. Только с тех пор Настя живёт в частной клинике, а мама навещает её по праздникам. * Лена сидела за компьютером. Песня Нервов «Самый дорогой человек» сотрясала комнату. Но даже она не могла перекричать мысли. А мысли убивали. Они делали больно. В сердце было пусто. Хотя нет, пусто было вокруг, а в сердце была она. Она поселилась в её сердце навсегда. Лена была как и все подростки. Волосы покрашены в чёрный, ногти покрыты чёрным лаком. Чёрная футболка оверсайз и чёрные джинсы. Всё как у всех подростков. У всех.