Два ружья

Просыпаться в объятиях Жана было приятно. Армину было очень тепло, но он все равно ежился, когда дыхание Жана попадало на его шею. Он закрыл рукой загривок, будто там была его уязвимая зона, и выдохнул — больше не щекотало и холодно не было. Вставать совершенно не хотелось. Армин осмотрел комнату, вокруг валялись вещи, — он тут же укорил самого себя, что не сложил все вечером нормально, а поддался страсти и скинул все на пол, — на полу возле кровати лежали его часы. Под подушкой нашелся телефон. Армин взглянул на время — было около десяти утра. В непрочитанных лежала смс от его приемного отца, которому Армин вчера написал, что не будет ночевать дома. Они с Жаном встречались уже несколько лет, но никак не могли наконец определиться, насколько серьёзно все у них зашло. Секс был потрясающий, да и вместе им время проводить было комфортно. А уж вот так вот просыпаться — Армин бы отдал все, чтобы так и продолжалось. Жан заворочался и положил руку на обнажённое бедро Армина, чуть сжимая, но не проснулся. Член дернулся в ответ на это прикосновение, и Армин слегка покраснел. Ему нужно было встать, одеться и умыться, чтобы выглядеть хоть немного презентабельно. И когда он положил руку на ладонь Жана, чтобы аккуратно ее с себя сдвинуть, то почувствовал, как его стиснули в объятиях. — Доброе утро, — хрипло сказал Жан. Он был ужасно растрепан после сна, и Армин, улыбнувшись, зачесал его волосы назад. — Доброе, — кивнул он, целомудренно целуя своего парня в щеку. Жан закатил глаза. — Как спалось?.. Кирштайн прервал его вопрос нормальным настоящим поцелуем, не давая Армину даже вздохнуть, и уже потом, отстранившись, ответил: — Прекрасно. — Нужно вставать, — Армин откинул одеяло с себя, чуть поежившись от холода, и встал, потягиваясь. — Я думал, это утро не может быть еще добрее, — хмыкнул Жан. Армин обернулся и, проследив на взглядом парня, который пялился на обнажённую задницу самого блондина, тут же слегка покраснел и, подняв с пола трусы, тут же натянул их, щелкая резинкой. — Я в душ, — сказал он, шлепая босыми ногами по холодному полу и скрываясь за дверью ванной. Они с Жаном давно были вместе, да и прошлой ночью занимались сексом, но почему-то детское смущение все равно застилало Армина. И все же ему хотелось знать, как долго продлятся эти их отношения. У них все серьёзно или же секс по дружбе? Армин для себя понял, что ему точно нравился Жан и он бы хотел жить с ним вместе, но с Жаном было сложно. В конце концов, они познакомились из-за того, что Жан был влюблен в подругу детства Армина — Микасу, — а Микаса была полной противоположностью самого Армина. И до этого Жан рассказывал о девушках, никогда не говоря о том, что ему нравятся парни. У Армина была детская влюбленность в Эрена и два приемных отца, поэтому он никогда не был против гомосексуальных отношений. Когда Армин вышел из душа, зазвонил телефон. Жан был на кухне, заваривая кофе и сладко зевая. Арлерт поднял трубку. — Доброго утра, — голос отца иногда наводил ужас, но сейчас Армин слышал улыбку в его голосе. — Тебя во сколько ждать? — Привет. Я буду примерно через час, — сказал блондин, ероша коротко стриженные волосы. — Один? — уточнил хрипло голос, и Армин замешкался. Он давно хотел попробовать познакомить Жана со своими родителями, но не знал, как подступиться. — Думаю, да. Если что, напишу. — Хорошо. Ты в курсе, что можешь привести его, если хочешь. Трубка замолчала, и Армин поежился. Спросить Жана или нет? Он рассказывал отцам о том, что встречается в парнем, но больше никто об этом не знал, как и не знал, кто именно этот парень. Он оделся и пошел на кухню, где Жан уже соорудил завтрак. Кирштайн поцеловал его в макушку, обнимая, и усадил за стол. Пара бутербродов и чашка кофе, что может быть лучше? — Кто звонил? — поинтересовался Жан, у которого майонез от сендвича размазался вокруг губ. Армин улыбнулся и взял салфетку, вытирая излишки. — Отец. Спрашивал, приду ли я один. — А с кем ты должен был прийти? — удивился парень. Армин отвел взгляд. — С тобой, например. Типа познакомить парня с родителями и все такое. Жан кивнул. — Да, можно. Мама тоже спрашивала, когда я тебя приведу. Армин испуганно посмотрел на него. Жан в недоумении спросил: — Чего? Или ты против? — Нет-нет, — замахал руками Армин, слегка заикаясь. — Что ты. Просто я думал… — он замялся, но все же продолжил, — просто я не знал, насколько у нас все серьезно, чтобы знакомить тебя с родителями. Жан выплюнул кофе, после чего громко закашлялся. Армин с силой похлопал того по спине, но сделал только хуже — Жан замахал руками, после чего сам себя ударил кулаком в грудь и все прекратилось. Армин вытирал лужу кофе со стола, чувствуя себя крайне неловко. — Армин, ответь мне, пожалуйста, ты правда думал, что у нас несерьёзно? — спросил наконец Жан. Армин кивнул, не глядя на него. — Мы встречаемся четыре года с момента окончания кадетки, пережили несколько вылазок в горячие точки, иногда ночуем вместе, для тебя это несерьёзно? — Ты же раньше был по девушкам, — тихо ответил Армин, наконец находя в себе силы и разворачиваясь к парню лицом, сжимая себя за предплечье. — Ты иногда бываешь поразительно глуп для своего уровня интеллекта, — Жан мягко обнял его и поцеловал в лоб. — Эрен тоже так говорил, — усмехнулся блондин, на что Жан тут же воскликнул: — Слышать ничего не желаю об этом засранце! Армин рассмеялся. — И да, я ревную тебя к нему! — сказал вдобавок Жан. — Так что никаких Эренов в этом доме. — Хорошо, — Армин почувствовал, как тепло разливается у него на сердце. — Тогда сегодня идем ко мне? Жан кивнул. — Ты только хоть немного расскажи о них, я слышал всегда только мельком, что у тебя два отца и оба приемных. — Да, они бывшие спецназовцы, — кивнул Арлерт. — Как мы с тобой, разведчики. У них есть некоторые травмы, после которых они и ушли в отставку, прошу, не пугайся. У обоих больше пострадала правая сторона, поэтому не удивляйся. Жан нахмурился, но под пристальным взглядом Армина покачал головой. — Нет, ничего, просто вспомнилось кое-что. Они закончили завтрак, Жан ушел одеваться, а Армин помыл посуду — привычка мыть все сразу въелась на подкорку. Жан надел красивую черную рубашку и черные джинсы, выглядел он в этом сногсшибательно. Армин невольно залюбовался. — Хорошо, что у тебя два отца, не надо выдумывать, какие цветы дарить, — усмехнулся он. — Да, но это значит, что они наоборот могут быть к тебе строже обычного. Не забывай, они оба спецназовцы. Представь, что твой сын приводит в дом парня, как ты его встретишь? — спросил Армин, обуваясь и накидывая пальто. — С ружьем, конечно же, — фыркнул Жан. — Еще кто-то будет моего сына совращать. Они оба переглянулись и улыбнулись. — Ну, вот какого-то такого приветствия и жди, только в двойном экземпляре, — сказал Армин, набирая смс отцу. — Два ружья... А уже нельзя передумать, да? — вздохнул Жан. — Ладно, я люблю тебя, и ради любви я готов такое вытерпеть. Армин покраснел с головы до ног, судя по ощущениям. Жан впервые говорил ему так прямо, что он его любит. Не то чтобы у Армина были другие чувства, но он никогда не был достаточно уверен в Жане, и слышать подтверждение этого было безумно приятно. А Жан, кажется, даже не заметил, что сказал что-то настолько важное. Когда они добрались до дома Армина, тот вдруг замялся перед тем, как открыть дверь. — Они могут быть странными, и даже немного пугающими, — вдруг сказал он, и Жан снисходительно посмотрел на него. — Мы уже пришли, не разворачиваться же нам обратно из-за того, что мне страшно, — улыбнулся он, тут же сменив лицо на испуганное. — А мне реально страшно, как бы я не хорохорился. — Не хорохорился? — переспросил Армин. — Перенял словечко у Саши? — А что, звучит прикольно, — отвлекся Жан, и Армин наконец открыл дверь. В коридоре было темно, а из одной из комнат раздавалось мерное жужжание. Жан во всех красках представил себе пыточную камеру, где сдирают живьем кожу, когда вдруг послышался стук чего-то об пол и жужжание прекратилось. Армин включил свет, и Жан вздрогнул от неожиданности. — Прости, — раздался глубокий голос из комнаты. — Все же надо было дождаться Армина, у него две руки. — Пойдет, — фыркнул второй голос, и Жан отчетливо почувствовал, как у него трясутся поджилки. Он узнал их обоих и теперь точно знал, что одним ружьем не обойдется. — Жан, ты чего? — шепнул Армин, разуваясь. — Сам же говорил, назад дороги нет. — Да, но тогда я не знал, кто именно твои отцы, — нервно усмехнулся он. — И будь готов потерять сегодня парня, знай, я тебя любил и люблю. На похоронах не плачь. — Ты драматизируешь, — закатил глаза Армин, улыбаясь. — Армин? — из комнаты вышел взрослый мужчина со светлыми волосами, стряхивая с одной руки что-то, похожее на волосы. — Куда стряхиваешь? — злобно послышалось позади, и Жан снова похолодел. Из комнаты следом выкатилась коляска, из которой на него действительно смотрел… — Капитан Леви, — Жан машинально отдал честь. — Командир Эрвин! — Кирштайн? — Леви прищурился, но Жан помнил, что видит у него всего один глаз. — Ты чего тут забыл? Армин? — Я думаю, все предельно ясно, — сказал Эрвин, улыбаясь. — Жан и есть парень Армина. Странно, что я раньше не догадался. Армин переводил взгляд со своего парня на своих родителей, не успевая вставить и слова. — Ну, проходи, раз пришёл, — фыркнул Леви. — Заодно поможешь прибраться. Армин, посмотришь потом, как меня подстригли, подбреешь? — Да, конечно, — пробормотал блондин, а потом поднялся на носочках к Жану и спросил: — Откуда вы друг друга знаете? — Были на нескольких заданиях пару лет назад. Включая те, на которых они получили свои «правые» изъяны, — прошептал Кирштайн. — Кто бы знал, что они вообще живут вместе и воспитывают сына. И что их сын это ты. Армин улыбнулся. Да, это точно с первого взгляда по ним не скажешь, но Эрвин и Леви были на самом деле довольно гармоничной парой. Полные противоположности, которые притянулись и хорошо дополняли друг друга. — Эрвин, я тебе что говорил про блюдца? — раздался раздраженный голос Аккермана, и Армин вновь улыбнулся. Он был дома. Жан шлепнул себя по щекам, собираясь с мыслями и беря себя в руки. Что ж, да, родители его парня оказались той ещё задачкой со звёздочкой, но он обязан доказать, что сделает Армина счастливым, иначе бывший капитан его на швабру покромсает. Когда они зашли на кухню, Жан почувствовал, как взгляд Леви прошелся по нему с головы до ног, а затем скользнул куда-то в сторону, где Жан заметил висящие на стене два охотничьих ружья. Он судорожно сглотнул, но сел рядом с Армином, который уже о чем-то разговаривал со Смитом. — Эрен и Микаса заходили, — сказал старший блондин. — Отдали приглашение на свадьбу. Армин удивился. Жан удивился и того больше. — Они же вроде бы брат с сестрой, — шепнул он Армину, но тот покачал головой, беря в руки приглашение. — Так и знал, — улыбнулся он. — Бертольд в пролете. Жан заглянул в открытку, проигнорировав хмурый взгляд брюнета, и прочитал, что торжество состоится между Анни Леонхарт и Микасой Аккерман. — Внуков нам не видать, — с усмешкой заметил Эрвин, допивая свой чай. Леви цыкнул. Шрам через все лицо придавал ему еще более грозный вид, чем раньше, но было видно, что через эту стальную наспех натянутую маску пробирается уютное тепло, которое он чувствовал, находясь в этом доме с этими людьми. — А вы жениться не собираетесь? — Через мой труп, — процедил Леви. Эрвин снова усмехнулся. — Брось, Армин уже пять лет с ним встречается, а мы с тобой два дуболома не догалались о том, кто он такой. — Я думал, что вы и без того все знаете, разведчики же, — вмешался вдруг Жан. — Я попросил не выслеживать и не вмешиваться, — сказал Армин. — И рад, что вы сдержали обещание. — Но пять лет все же довольно серьёзный срок, — сказал брюнет, постукивая тремя пальцами по столешнице. — И какие планы на дальнейшую жизнь? Кирштайн, обещаю, что от тебя даже костей не останется… — Напоминаю, — влез Армин, — что я нынешний командир разведки и способен сам за себя постоять. Леви умолк, но Жан в целом додумал все, что он хотел ему сказать. — Мы с Армином действительно уже долгое время вместе, — Жан нашарил ладонь своего парня и крепко сжал ее в своих на столе, показывая серьёзность намерений. — И то, что я здесь, доказывает то, что хотел бы чего-то большего. — Вы уже тра… — начал было Леви, но жест Эрвина прервал его. Жан посмотрел на обоих, и Эрвин кивнул, словно бы давая добро на продолжение его речи. Армин покраснел, но стоически молчал. — Да, мы спим вместе не первый год, и Армин часто остается у меня, но я бы хотел, чтобы он переехал ко мне на постоянной основе. — Только после свадьбы, — отрезал Эрвин. Леви кивнул. — Жан, ты правда этого хочешь? — изумился Армин, тронутый тем, что сказал его парень. Кирштайн цокнул. — Ну естественно! Я хотел тебе тоже сказать, но раз так сложилось, уже чего молчать, — он слегка успокоился, после чего снова посмотрел на отцов Армина. — А предложение делать я буду не перед вами, а когда сочту нужным. Внутри него все тряслось, но он знал, что поступает правильно. Армин поглаживал его, поддерживая в этом. — Кирштайн, наряд на мытье посуды, — скомандовал бывший капитан. — Из дееспособных в доме только вы с Армином, а с ним нам надо побеседовать. — Так точно, — мягко ответил Жан, отпуская руку. — Отец Леви? Армин покачал головой, но едва не задохнулся от приступа хохота. Эрвин тоже улыбался. — Это было лишнее, — по-доброму усмехнулся Смит, вставая и увозя пылающего праведным гневом Леви в другую комнату. Армин чмокнул Жана в щеку и ушел за ними. Послышался шум разговора, смех, а потом снова мерное жужжание машинки. Жан натирал чашку капитана порошком и нисколько не жалел, что они с Армином встретились. Свое молчаливое одобрение он получил. Два охотничьих ружья уже казались не орудием убийства, а средством защиты. И эти два ружья никогда не выстрелят в него.