Когда приходит счастье

В детстве Соми пугали историями об оборотнях, населяющих город. Оборотни правда существовали, но они были добрыми, а не как в легендах, кровожадными монстрами со светящимися красными глазами. А ещё оказалось, что оборотень очень предан человеку, которого изберёт своей парой. Соми повезло с парнем. Он был оборотнем. С милыми особенностями: когда она его целовала, у него появлялись пушистые ушки или вырастал хвостик, а ещё вдруг вместо ладоней появлялись пушистые лапки, которые Соми не упускала возможности потискать. Ким Сынмина всего потискать хотелось, но она долго не решалась сделать это. Она была взрослой девушкой, но с парнями общалась осторожно. Сынмин был прекрасным. Высокий, стройный, со смешливыми глазками и очаровательной улыбкой. Они познакомились в торговом центре, где проходил конкурс по поеданию риса на скорость. Соми решила поучаствовать. Сынмин сидел рядом с ней. Она съела плошек десять, а потом уже челюсти еле смыкала. Сынмин выбыл на девятой плошке. Они сидели на скамеечке, переваривали съеденный рис и смотрели на то, как оставшиеся участники опустошают плошку за плошкой. Соми потом смеялась, что они вот так забавно познакомились, и порой любимый рис есть не хотелось из-за этих воспоминаний. Сынмин был горазд на перекусы. — Соми, твоих родителей нет? — спросил Сынмин, перелезая через окно. Она притворила дверь, взглянула на друга, секунда и — повисла на его шее. Сынмин поцеловал её в ушко. — Ждала? — спросил он, целуя её в мочку, а потом в верх ушка. — Угу, только что из душа вернулась. Мамы и папы нет. Уехали, — прошептала она, потянувшись к её губам. Сынмин накрыл их пальцами, покачал головой, улыбаясь. — Что такое? Соми сделала ещё одну попытку, встала на носочки. Сынмин надавил на её плечи. Соми поджала губки. — Ты обещал, — буркнула она, капризно топнув ножкой. — Ну, Сынмин… Один чмок. Она вытянула губки. Сынмин прижал к ним палец. — Не-а. Сначала накорми меня. — Пойдём на кухню. Соми взяла его за руку. Сынмин шёл бодро, она еле тащила ноги. Помылась, приготовилась, а он — накорми. Мама говорила что-то про «путь к сердцу мужчины лежит через желудок», у Сынмина, наверное, через два желудка, потому что ел он много. Приходил к ней в гости и съедал всё, что предлагала её мама, а когда мамы дома не было, всё, что приготовила Соми. На кухне он поймал её за талию и чмокнул в шею. Соми увернулась, выскользнула, открыла холодильник, достала кастрюльку риса, кастрюльку супа, контейнеры с салатами. Разогрела рис и суп, салаты открыла и поставила на стол. Сынмин уплетал, аж щёки надулись. А Соми дулась по другому поводу. Он дал обещание сделать с ней это. Только она подумала, как вспыхнула и качнулась на стуле. Сынмин поднял на неё обеспокоенный взгляд. — А ты чего через окно? — поинтересовалась Соми, зачерпнув ложечкой рис из его миски. — Подумал, так эффектнее, — засмеялся Сынмин. — В следующий раз через дверь войду. — Нет-нет. Через окно было круто. Он улыбнулся. — Хорошо, когда родителей не будет дома, жди стук в окно. Ким Сынмин был волчонком. Он прибежал однажды к Соми в таком обличье, она испугалась, хорошо, что в тот день родители были на работе. Соми только пришла с подработки, как увидела сидевшего в кустах волчонка. Вначале она испугалась, но потом волк вдруг обратился в Сынмина. Сынмин рассказал ей о своих превращениях, он, в отличие от оборотней в книжках, мог обращаться не только в полнолуние, а тогда, когда хотел. Соми называла его волчонком, но Сынмин таким не был, он был большущим волком бурого окраса. Пару раз он катал Соми на своей спине, она держалась за его мягкую шерсть, обнимала за шею и грелась его теплом, а потом они лежали на полянке и целовались. Не с волком, а с Сынмином. В одно из таких свиданий, Сынмин предложил ей заняться чем-то большим, чем поцелуи. Конечно же, Соми согласилась, и ждала с нетерпением, когда же её волк придёт к ней. — Я подкрепился, — сказал он, собрав посуду. — Помою. — Нет-нет, я сама. Она мыла посуду, а он к ней приставал. Невинно щипал её за талию, мурлыкал всякие милые слова, обнимал тёплыми руками и тёрся своим пахом о её попу. Такого у Соми ещё никогда не было. Чтобы парень тёрся этим… Она остудила лицо холодной водой. Сынмин поцеловал Соми в щёку, облизал губы и ещё раз поцеловал. Посмотрел ей в лицо. Соми смущалась. Он чмокнул её в губки. — Не хочешь? — грустно спросил Сынмин, захотев вдруг её отпустить. Соми стиснула его пальцы. — Ты взял с собой презервативы? — Угу, — Сынмин расплылся в улыбке, пошуршав пакетиком в кармане. — Не один, а парочку. — Соми, — он завёл её в комнату, раздел и посадил на кровать. — Только ты не бойся, хорошо? Она кивнула. Сынмин осторожненько подцепил её трусики. Она ухватилась за них, не позволив опустить ниже лобка. Тогда Сынмин поцеловал её в губы, по-настоящему поцеловал, не так, как на свиданиях, там он её только чмокал, а тут, мягко погрузился своим языком в её рот. Соми подхватила пальцами его волосы, запуталась в них, дёрнула на себя, чтобы его губы прижались к её губам сильнее. Сынмин отвечал на её поцелуи горячо и взросло, что она потихоньку начала делать точно так же. Сынмин подхватил её нижнюю губу, облизал, задев зубы, и вдруг опустил голову, раздвинув ноги Соми. Она уже промокла. Он аккуратно лизнул языком между половыми губами, а пальцем помассировал клитор. Соми не знала, куда деться от его языка, да и нужно ли деваться? — Ладно, ты можешь их снять, — буркнула она. — Трусики. — Хорошо, — на его губах показалась любящая улыбка. Он был рад, что Соми доверилась ему. Он осторожно лизал и целовал. Но больше Соми нравилось, когда он проводил пальцами по клитору и немного ниже, там, где было её чувствительное место. Он размазывал смазку, смотрел там на что-то, а Соми время от времени хлопала его по щеке, когда он слишком уж пристально смотрел. Сынмин за эти «пощечины» толкнулся в неё пальцами. Соми содрогнулась и охнула. Его пальцы были большими и такими твёрдыми, что она невольно захотела ещё. Сынмин исполнил её желание. — Потрогай, — попросил он с болезненным желанием. Соми коснулась пальчиками розовой головки, двинула рукой вниз. В отверстии белела смазка. Соми мазнула по ней пальчиком. Сынмин хрипло простонал. Он взглянул на Соми и почувствовал, что любит её больше жизни. Родители сказали, что ему понадобится много упорства, чтобы найти девушку. Они были правы. Он боялся, что Соми, узнав, кто он на самом деле, отвернётся, закроется от него, но она обрадовалась, что он открыл ей свою самую большую тайну, и за искренность полюбила его сильнее. Сынмину хотелось сегодня подарить ей столько любви, сколько он только сможет. Он взял её за пальчики, согнул, чтобы обхватила головку, и, накрыв её пальцы своими, показал, как нужно двигать ладонью. Соми повторяла за ним, а Сынмин потянулся к ней и чмокнул в губы, а потом прильнул к ним теснее. Он смачно чмокал её в губы, расцеловывал щёки, цвета лепестков роз, и нежно водил рукой, лаская самые сокровенные места. Когда она была подготовлена, да и он уже терпеть не мог, он надел презерватив и вошёл плавно, так же осторожно, как все его ласки в эту ночь. Правда, попытка была не одна. Разрывая упаковку презерватива и беря возбуждённый член в руку, Сынмин боялся, что может случиться конфуз. У него или уши вырастут, или хвост, или нос превратится в волчий, или руки и ноги шерстью покроются. Он так напрягся, что не с первого раза попал, пришлось попробовать второй раз. Соми уже вся изнывала, он размазал смазку по её входу, вошёл, задержав дыхание, и выдохнул только тогда, когда заполнил её всю. Они целовались и двигались, тесно прижавшись друг к другу. Кровать слегка покачивалась и скрипела. Соми чувствовала на кончике языка вкус Сынмина и толкала язык глубже в его рот. Сынмин отстранился немножко, заглянул вниз, вынимая член, а затем снова вставляя и двигаясь плавно. Жаль, они не могли заниматься этим подольше. У Сынмина это тоже был первый раз, и закончился он очень скоро. Стоило только вынуть член, как презерватив заполнился спермой. Сынмин смог довести Соми до оргазма с помощью своих пальцев и языка. Получив долгожданную разрядку, Соми взглянула на Сынмина ярким, горящим взглядом и обняла. Конфуз всё-таки произошёл. Папа рассказывал Сынмину во время редких, но важных бесед «про это», что у оборотней в моменты огромного счастья могут появляться ушки или хвост. Сынмин лежал на груди Соми и вдруг почувствовал, как на голове что-то шевелится. Соми засмеялась, ушки защекотали ей подбородок. Она схватила и сжала их легонько, пригладила. Сынмин жалостливо посмотрел на неё. — Ушки, исчезните, — пробормотал он, уткнувшись лицом в её грудь. — Почему не исчезают? Он краснел всё больше, а у Соми грудь от смеха содрогалась. — Надеюсь, хвоста нет, — буркнул Сынмин, щупая свою пятую точку. — Фух. Его нет.