О (не)родительской любви

На шумных улицах гавани Ли Юэ было на удивление много людей. За невысокими ограждениями шумело море, а громкоголосые торговцы уже зазывали в свои лавки. Ярко светило солнце, озаряя своим теплом Чжун Ли и его маленькую дочь. Он крепко держал тебя за почти крошечную, по сравнению с его, руку и направлялся с тобой за покупками, попутно рассказывая что-то из истории. Но ты воспринимала это как сказки, интересуясь, скорее, окружением, чем разговором. Ты несильно дёрнулась, чтобы пойти туда, куда тебе хотелось. Чжун Ли, увлечённый монологом, отрезвился от этого движения. — Что такое? Ты потрясла его руку, как могла, намекая, чтобы он тебя отпустил. Чжун Ли мягко улыбнулся, зная, конечно же, твоё такое поведение. — Только не убегай далеко, хорошо? — Мгм, — ты издала утвердительный звук, побежав по мощёной дороге к высокому дереву, возле которого стоял алхимический верстак. Но ты не знала, что он так назывался, поэтому просто с любопытством крутилась возле него. Чжун Ли ещё не успел рассказать тебе об алхимии. Ты осторожно дотронулась до этой «штуки», похлопала по ней ладошкой, но, не получив никакого отклика от каменной конструкции, безутешно направилась к тому, что изначально привлекло твоё внимание: цветочки. За толстым и высоким деревом росли глазурные лилии. Ты увидела их, ещё когда вы с отцом шли по мосту. Ты подошла к ним и сорвала два цветка. Один ты вложила в свои волосы, а второй держала в руках — это подарок папе. Чжун Ли разговаривал с Дун Шэном, торгуясь за продукты. Отец не то чтобы был жадным, но скидку всегда почти требовал, умея отвечать за расходы. Но тебе это было неважно, главное, что папа никогда не оставлял тебя голодной, вот и всё. Ты вдруг подбежала к отцу, обхватив его короткими руками, и закричала от радости, стуча кулачками по нему, чтобы привлечь внимание: — Папа, папа, смотри, какой красивый цветок! Ты протягивала ему голубую глазурную лилию, но тебе приходилось поднимать голову высоко-высоко, чтобы видеть улыбающегося отца. Торговец вдруг тоже повеселел. — Хорошо, я вас понял, — ответил Дун Шэн. При виде чудесной дочки Чжун Ли он не смог устоять и согласился сделать скидку. — Но только потому, что вы вдвоём. Чжун Ли в шутку закатил глаза и быстро ответил: — Благодарю. Всё его внимание тут же снова обратилось к дочери. — И тебе спасибо, милая. Этот цветок и правда красивый. Он называется «глазурная лилия». Его историю, если захочешь, я расскажу тебе попозже. Чжун Ли, как будто зная, чего ты ждёшь, положил цветок себе за ухо, потому что его короткие волосы не позволяли носить цветы, как тебе, и ты просияла детским счастьем. Он расплатился за продукты, неся их в тканевом рюкзаке, который, однако, на плечи себе не повесил. Ты всё ходила вокруг отца, иногда отбегая в сторону, но так, что он всегда мог тебя видеть. И вот подошла к старушке, которая торговала воздушными змеями и другими игрушками. — Здравствуйте! — довольно чётко произнесла ты. В твоей немногословной речи не было неточностей, потому что папа занимался и продолжает заниматься твоим обучением едва ли не с ранних лет. Тебе было семь лет, но отец уже учил тебя писать, и ты вполне могла читать несложные детские книги. За ними вы тоже приходили в гавань, и ты сама выбирала в книжной лавке то, что тебе нравилось. — Здравствуй, — кивнула старушка. Она сразу взялась показывать тебе воздушных змеев, которые были особенно популярны у детей в гавани. — Вот, смотри, что у меня есть. Ты с восторгом начала рассматривать змеев, пока твой отец, прекрасно зная, что всё закончится очередной покупкой, медленно направлялся к тебе. — За городом живёте? — уточнила продавщица, видя искренний интерес девочки и заметив большую сумку с продуктами. Чжун Ли молча кивнул, наблюдая за тобой. Ты, также ничего не говоря, взяла воздушного змея в виде бабочки и вытянула его перед собой, чтобы рассмотреть на свету. По тебе и твоему поведению, пусть и со своими особенностями, сразу было видно, чья ты дочь. — Можно?.. — с надеждой спросила ты. — Конечно. И хотя Чжун Ли покупал тебе всё, что ты просила, ты никогда, словно многое понимая уже и не наглея, не требовала сверх меры. Ты ни в чём не нуждалась, а твои прихоти могли быть удовлетворены почти сразу, но то ли врождённый ум, то ли воспитание делали тебя осознанной даже в таком детском возрасте. Это, однако, вовсе не говорило о том, что ты не любила играть, шалить и «доставлять неприятности». Просто всё это меркло для твоего отца по сравнению с той безграничной любовью, которую он испытывал, даже просто смотря на тебя. Он не был скуп на похвалу и физическую ласку, но и сделать тебя излишне привязанной к нему боялся. Чжун Ли всё-таки… не умел воспитывать детей, как бы ни хотелось это отрицать. А матери у тебя не было. И отец никогда не рассказывал, почему так получилось. Чжун Ли купил тебе воздушного змея, и ты, опять ведомая им за руку, шла рядом, пока свободной рукой запускала свою «бабочку» над домами Ли Юэ. Ты улыбалась, глядя на расписного воздушного змея в голубом летнем небе. Рука твоего отца ощущалась крепко, но в то же время мягко, и пусть была сокрыта перчаткой, ты помнила, что дома он эти перчатки обязательно снимет, позовёт тебя сесть рядом или к нему на колени и будет объяснять что-то, читать или снова обучать письму. Ты не понимала, почему папа надевает чёрные перчатки на улице. Но, кажется, только рядом с тобой дома он показывал свои настоящие руки. Ты тогда была ещё слишком маленькой, чтобы понять Чжун Ли полностью. Но ощущение безграничного счастья от присутствия рядом уверенного и любящего родителя ты запомнила навсегда. И ты хотела, чтобы папа всегда был рядом, всегда любил и оберегал от всего-всего плохого и страшного, как он это делает сейчас. Если бы ты знала…