Часть 3
11 апреля 2024 г., 17:53
Утром Тао проснулся разбитым: Яомэю он вчера так и не написал, но в анализирование своей текущей жизни погрузился настолько, что без слез всё-таки не обошлось. Как же так? В начале отношений всё ведь было. Когда Яомэй превратился в чёрствого мужлана? И с уверенностью в девяносто пять процентов омега мог сказать, что любви уже нет. Привычка? Или просто удобно? Спасибо ещё, что не в разных кроватях спят... И какого-то черта во все эти сравнения лез Ифань. Хуан даже успел представить их вместе, за что едва не ударил сам себя по лицу. Он уже даже подумывал прекратить встречи на несколько дней, чтобы остудить свой пыл и привести мысли в порядок. Чтобы не бросаться на внимание, как голодный на кусок хлеба.
Но Ифань, видимо, решил оборвать всё сам. Потому что выйдя утром из отеля, Тао альфу не обнаружил. Он даже остановился и некоторое время подождал, оглядываясь по сторонам в поисках знакомого пуховика. А потом пошел на работу именно той дорогой, где они впервые встретились. Даже кофе у Мэг купил. Правда про альфу спросить так и не решился. И в итоге, так и дошел до работы один.
А вечером... всё повторилось: Ифань не встретил его ни возле работы, ни возле отеля; и даже ожидание не помогло. И если честно, день без Ву оказался до смерти серым и скучным — альфа словно одним своим пуховиком включал краски жизни.
И на следующий день... всё повторилось, как и вчера: одинокое утро, одинокий вечер, и долгие часы в раздумьях о том, как теперь продержаться месяц в чужой стране и чужом городе и не сдохнуть от душащей тоски.
***
Утро пятницы было мрачным и холодным. Настолько, что Хуана не грели ни новый свитер, ни кофе от Мэг. Рабочий день был нудным и скучным, а мысль о том, что вечер пятницы будет ещё хуже, сводила настроение в ноль. Но хоть коллеги и пригласили его в ресторан, Тао понимал, что интереснее вечер не станет: такие люди зациклены на работе, и всё, что изменится в постоянных обсуждениях рабочих вопросов — это место их обсуждения. Поэтому, как только часы показали 18:00, Хуан поднялся из-за стола и начал собираться. Намотанный до носа шарф не уберег от пощёчины не по-осеннему холодного ветра, поэтому приподняв воротник пальто и посильнее нырнув под шарф, омега поспешил в отель, уже никого не ища по сторонам. — Тао! — вдруг донесся до его ушей знакомый, но какой-то словно севший голос. А следом в толпе замелькал красный пуховик. Романтическая прогулка после торгового центра для Ифаня закончилась температурой, приковавшей альфу к постели. Ву порывался встать ещё в первый день, но был слишком слаб. У него и сейчас ещё держались жалкие тридцать семь, но Ифань не мог сидеть дома дольше — впереди были выходные, и продлевать на два дня одиночество Хуана он просто не мог себе позволить. Тем более что активная фаза заболевания прошла; а голос дело наживное — вернется после горячего питья. Хуан, услышав свое имя, сначала нахмурился, думая, что ему показалось, но, лишь только увидев тот самый красный пуховик, омега буквально засиял. Он готов был броситься к альфе с крепкими объятиями, но очень быстро себя одернул. И все же подошёл к Ву с улыбкой. — Привет. Тот тоже едва не прижал омегу к себе, но удержался. Хотя бы потому, что был ещё крошечный шанс его заразить. — Прости меня, — начал Ифань без приветствий. — Я заболел и не знал, как тебя предупредить. Мы ведь не обменялись телефонами. И в тот же момент, когда был произнесен ответ, Хуан готов был просто-таки надавать себе подзатыльников. Человек ЗАБОЛЕЛ, а он уже напридумывал себе и перечеркнул всё то, что было «до». — Всё в порядке, — мягко улыбнулся Тао. Хотя внутри всё кричало: альфа не бросил его, он ему не надоел, а просто простыл. И на душе сразу стало как-то уютнее и теплее. — Наверное, в этом даже есть моя вина — тебе пришлось гулять без толстовки. А я ещё и забыл вернуть тебе ее. Как ты себя чувствуешь? Может, не стоило так быстро подниматься? Сегодня очень холодно, — Хуан скользнул взглядом по лицу Ву и только сейчас заметил, что Ифань в шапке. Той самой, что омега купил ему в их вечер шопинга. И от этого на душе стало ещё приятнее. — Я боялся, что в выходные не смогу тебя найти, — покачал головой Ву. Хотя сейчас понял, что мог просто прийти в отель и узнать номер, где живет Тао. Видимо, омега стал настолько дорог, что душа диктовала громче здравого смысла. — Да и я уже в порядке. Давай выпьем чаю где-нибудь? — Ты точно нормально себя чувствуешь? — уточнил Хуан. — Если нет — всё в порядке. Я переживу в одиночку, — улыбнулся он. — Я в порядке, но очень хочу выпить горячего, — Ифань протянул омеге ладонь. — Идем? Тао сначала расплылся в улыбке от того, что вечер наконец-то снова не будет грустным и одиноким, но жест альфы... Хуан посмотрел на его руку и поднял вопросительный взгляд. — Хочешь отвести меня за ручку, чтобы я не потерялся в толпе? — Да, — пораженный простудой мозг Ифаня только сейчас сообразил, что жест можно толковать превратно. Но руку альфа не отпустил. — Я боюсь потерять тебя снова, поэтому отпущу только в спокойном месте, можно? Тао вскинул брови, но следом по его губам скользнула улыбка. И он вложил пальцы в ладонь альфы. Ву с улыбкой кивнул и уверенно повел омегу через толпу. Теперь можно было успокоиться. Ближайшие полчаса они точно не потеряются. — Я надеюсь, ты ведёшь меня туда, где ближе, а не туда, где вкуснее? — уточнил Хуан, с улыбкой следуя за альфой. И про себя отмечая, что руки у Ифаня мягкие и теплые. — Где ближе и вкуснее, — кивнул Ву, одарив омегу мимолетной улыбкой. И от этой улыбки как-то вдруг стало настолько тепло, что Тао не заметил, как перестал ежиться и кутаться в шарф. Омега просто шел, не сдерживая улыбки и изредка поглядывая на Ву. Как же всё-таки здорово, что он просто заболел, а не бросил его. Ифань привёл их в кафе, где они ужинали в свой первый вечер. И где был замечательный облепиховый чай. — Ну, мы пришли, — когда за ними закрылись двери кафе, Ву приспустил шарф и отпустил омегу. — Всё, больше не держу, как и обещал. И Хуан понял, что руке стало сразу как-то холодно... И захотелось взять руку альфы обратно. Но все же, они не пара. — Нужно выбрать столик, чтобы тебе не дуло от дверей. Организм ещё ослаблен. — Ты обо мне заботишься?! — запищал вдруг альфа, шутливо замахав руками. — Но ты прав, — добавил он уже обычным голосом. — В углу зала, по-моему, будет отлично. — По-моему тоже, — не сдержал смешка Тао на писк альфы. Он огляделся и как раз вдалеке увидел свободный столик. — Нам туда. — Да, идем, — Ифань на ходу снял пуховик и повесил его на спинку стула. — Давай помогу. — Да... я сам, — Хуан неловко улыбнулся. Потому что ещё тогда, в вечер после магазинов, он решил, что нужно всё-таки держать дистанцию. Потому что ладно бы ещё у альфы не было девушки, но она есть. Жива и здорова. И позволять себе переступать через ее существование, неправильно. — Хорошо, — Ифань жестом подозвал официанта. — Ты будешь ужинать? — Да, я не обедал, — кивнул Тао, садясь за стол. — С какой это радости? — нахмурился Ву. — Ну... работа, — неловко усмехнулся Хуан. — Плюс, не хотелось особо. — Непорядок, — Ифань покачал головой и попросил официанта сразу принести чай. — Сегодня я плачу. В качестве извинений. — Даже не вздумай, — мотнул головой Тао. — Я понимаю, если бы ты намеренно сорвал встречу, но ты вообще-то заболел, Ифань. Причем, возможно, даже по моей вине. — Моя вина в том, что я сразу не взял у тебя номер телефона, — покачал головой Ву. — Выберешь нам ужин сегодня? — Стейки? — не раздумывая, предложил Хуан. — У тебя горло не болит? — Не болит. Но тут есть и другая еда, если что, — напомнил Ифань, сложив руки перед собой. — Не настаиваю, но напоминаю. — Тогда, может, выберешь ты? — мягко рассмеялся Тао. — Конкретно я не ел тут ничего, кроме стейков, — со смешком признался Ву. — Они фирменные. А я всегда беру фирменное блюдо, если не хочу выбирать. — Божееее, Ифань, — Хуан закрыл ладонью глаза и снова рассмеялся. — Ты хочешь стейк? Или хочешь что-то выбрать? — Я просто говорю, что и другие блюда тут тоже есть, — Ифань с улыбкой закатил глаза. — Вдруг ты рыбу хочешь. Всё, выбирай. — Значит, два стейка, — с усмешкой кивнул Тао. — Хочешь что-то ещё? — Я нет. Но на твоём месте взял бы салат, — кивнул Ву. — Ты обо мне заботишься? — с улыбкой передразнил альфу Хуан. Но в этот момент как раз подошёл официант, который принес для Ву чай, поэтому омега переключил свое внимание на него. — Будьте добры два стейка и салат на ваш вкус. Официант быстро записал заказ и кивнул, тут же уходя в сторону кухни. А Ифань улыбнулся. — Конечно, забочусь. Если ты заболеешь, я буду ухаживать за тобой. — А если бы тут была твоя девушка? — вдруг задал вопрос Тао. Ву заметно помрачнел, но омеге сдержанно улыбнулся. — Все равно ухаживал бы. Ты ведь один здесь. А так болеть не надо. — Извини, — тут же отвёл взгляд Хуан. — Я не должен был задавать этот вопрос. Но... Раз уж зашла тема — тебе не нужна помощь? — Кризис, вроде, миновал, — ответил Ифань, кашлянув в кулак. — Честно. — Звучит неправдоподобно, — с мягкой улыбкой фыркнул Тао. — Правда, — Ву протянул руку и погладил омегу по руке. — Только давай на каток послезавтра? А завтра я тебя в галерею отведу? Хуан посмотрел на их руки и с лёгкой нервозностью отвел взгляд. Это всё неправильно, так нельзя. Нельзя разбивать чужие отношения только лишь потому, что в своих чего-то не хватает. Но ведь Ифань сам — САМ — проявлял внимание. Это не может быть ничем другим. Друзья так не общаются, не противоположного вида. Но что, если Ву просто сам по себе ветреный, а Тао лишь его очередное увлечение? И мысли настолько заели омегу, что он мотнул головой и высвободил руку. Хотя абсолютно не хотелось. — Давай будем смотреть по обстоятельствам? Ифань снова мысленно дал себе по лицу и, налив чай себе и Тао, спрятал руки в карманах толстовки от греха подальше. А мысленно молился, чтобы его горе-девушка не догадалась его бросить. Потому что его честность по отношению к омеге висела на волоске: если отношения перестанут держать его совсем, то альфа сорвется. И потеряет единственного родного человека на сегодняшний день. — Но ведь мы увидимся? — Только, если тебе не станет хуже, — Хуан вдруг понял, что его жест мог показаться альфе слишком резким, ведь он в мысленном диалоге не участвовал, поэтому омега поспешил улыбнуться. — Твое здоровье должно быть в приоритете. — Хорошо, — Ифань сделал несколько глотков чая и довольно прикрыл глаза. — Как прошли твои два дня? Тао отвёл взгляд и улыбнулся уже с грустью. — Было непривычно. Ву глубоко вздохнул. — Прости. Я правда искал варианты, как тебе сообщить, но под темпером ничего не придумал. — Всё в порядке, твоей вины здесь нет, — с мягкой улыбкой покачал головой Хуан. — Я думал о том, что у тебя могло просто что-то случиться, поэтому всё хорошо. — Давай сразу махнемся номерами? — Ву наклонился и достал из кармана пуховика телефон. — А то снова заболтаемся. Тао уже хотел обернуться за телефоном, но замер на половине движения. — А… тут ведь можно купить сим-карту? А то каждый раз платить за международный вызов будет как-то... дороговато, — усмехнулся он. — Так есть мессенджеры, — пожал плечами Ву. — Но можем купить карту, когда поедим. — Давай лучше купим, — кивнул Хуан. — Во избежание случайных неоправданных трат. — Хорошо, — Ву тепло улыбнулся. Официант как раз принес им ужин, а, значит, Тао сейчас должен был вкусно покушать. Хотя... альфа вдруг нахмурился: почему его сейчас волнует именно сытость ЧУЖОГО омеги? Хуан весь ужин был сам не свой. За эти два дня он уже успел смириться с тем, что встреч с Ву больше не будет, а сейчас... он сидит с ним за одним столом и ужинает. И снова столько внимания, столько заботы и двусмысленных жестов. Но черт возьми, они оба заняты. И альфу бы оттолкнуть, но кто бы знал, как сложно поднять руку, когда ты перевязан веревками из теплоты и внимания. Ву старался просто радоваться тому, что они с Тао не потерялись. Но глупое сердце уже почти выпрыгивало в руки к омеге, и разум не мог его удержать, как не старался. Держала лишь девушка, которая сейчас была в Париже. Но держала очень слабо.***
— Давай не будем долго гулять? — попросил Хуан, когда они вышли из кафе. Ужин по его просьбе они оплатили напополам и сейчас направлялись в магазин за симкой. — Холодает. А ты ещё болеешь. — Блин, ну неужели мы так мало повидаемся? — Ву плотнее закутался в шарф. — Несправедливо. — Если тебе станет хуже, то мы не увидимся ещё дольше, — как бы между прочим заметил Тао. — Справедливо, — Ифань открыл для омеги дверь в салон сотовой связи. — Тогда я буду лечиться усерднее. — А вот это правильный подход, — кивнул Хуан, одновременно одобряя понимание альфы и благодаря за открытую дверь. — Тогда меняемся номерами и домой? – предложил Ифань, сразу направляясь вместе с омегой с ближайшему свободному продавцу-консультанту. — Да, — Тао проследовал за альфой, попутно доставая кошелек. Девушка-консультант быстро помогла Хуану подобрать сим-карту, и буквально через десять минут он уже вставил ее в свой телефон. — Сделаешь дозвон? — попросил он, протягивая альфе карточку с номером. — Да, — Ву тут же набрал номер и нажал вызов. И следом улыбнулся, когда услышал звонок телефона Хуана. Тао тоже не сдержал мягкой улыбки и тут же сохранил номер альфы. — Что ж, нам пора? — Пожалуй, да, — Ифань взял омегу за руку, но не сильно, словно давая возможность уйти. — Я тебя провожу. Хуан посмотрел на их руки и готов был просто застонать, мысленно умоляя альфу первым отпустить руку. Ну зачем, зачем Ву так нежен, когда у него есть девушка? — Ифань, ты ещё не выздоровел, — Тао нехотя высвободил ладонь. — Тебе сейчас лучше не переохлаждаться лишний раз. — Мне все равно по пути, — Ву развернулся и посмотрел на омегу. — Тао, я просто хочу убедиться, что ты спокойно добрался до дома. Хуан выдохнул, мысленно уже проклиная самого себя. Да как же поступать? Он как собака на сене, которая вроде бы и подпускает к себе, но тут же огрызается. И контролировать это так сложно... — У нас теперь есть средство связи, — напомнил Тао, приподняв телефон. — Я могу написать тебе. И даже отправить фото-подтверждение. Ифань глубоко вздохнул и, убрав руки в карманы, сделал пару коротких шагов назад. — Хорошо. Тогда буду ждать сообщение, — не дожидаясь ответа, он развернулся и растворился в толпе. Так проще. И больнее. И лишь только красный пуховик альфы перестал виднеться, Хуан зажмурился и закрыл глаза ладонью. Сердце словно стянули ремнем, а на глаза навернулись слезы. Ну как, КАК ему быть в этой ситуации? Он же всё делает правильно. Ведь правильно? Не даёт им обоим переступить черту и совершить ошибку. Вот только нужно ли им это... В отель Тао вернулся в ещё более паршивом настроении, чем в предыдущие два дня. Может им отменить завтрашнюю встречу? Или вообще выбросить симку и переехать в другой отель, чтобы сломать надежду альфы. Но нет, НЕТ, он не сможет так поступить. И не хочет... Поэтому спустя час после возвращения, Ифаню все же улетело обещанное, но короткое: «Я в отеле». Ифань в ответ прислал омеге фото кружки с чаем. «Я дома». Но в чашке был далеко не чай. Чай не спасает от боли в сердце — у виски по этой дисциплине твердая пятерка. Альфе было больно. Больно сопротивляться и видеть сопротивление от омеги. Но они не должны быть вместе и не должны были встретиться. Но встретились ведь...***
Утро субботы было похоже на утро дня прилета в Ванкувер: мрачное и холодное. Света было настолько мало, что подниматься из кровати не хотелось. Хуан проверил время на телефоне, а заодно и мессенджер — но там была тишина. Видимо, поход в галерею отменяется. Тао перевернулся на кровати и бездумно уставился в окно. Наверное, он вчера обидел альфу своим поведением. Ву ведь ради него, не выздоровевший, приехал встретиться, объясниться, показать, что Тао всё ещё не один в этом городе, а сам Тао что? Выставил руку, проводя между ними границу? Но ведь... Это правильно. Да, приятно, что Ифань даже в таком состоянии приехал поддержать, но ведь у него есть девушка... И мысль об этой девушке не давала омеге покоя. Поэтому, чтобы отвлечься хоть как-то Хуан решил самостоятельно посетить какую-нибудь галерею. Правда, оказалось, что Ифань, как и в прошлые дни, ждал омегу у входа в отель: более румяный и здоровый, как и обещал. А заодно и более печальный. — Тао, здравствуй, — Ву коротко помахал омеге, следом пряча руки в карманах пуховика. Хуан, абсолютно не ожидавший увидеть альфу, неуверенно подошёл к нему. — Ифань...? Надеюсь, ты тут не с раннего утра? — он с беспокойством осмотрел лицо Ву на предмет покраснений от холода. — Почему ты не написал? — По привычке, — усмехнулся Ву. Но тут же снова погрустнел. — На самом деле, у меня есть новости. Для меня не удивительные, но для тебя, наверное, не очень хорошие. — Что случилось? – напряженно спросил Тао. — В общем... Джуд меня сегодня бросила. По телефону, — Ифань плотнее натянул шапку. — Сказала, что останется во Франции и оставляет меня в Канаде вместе со своей прошлой жизнью. Мы к этому шли, и я отпускал ее без страданий и сожалений. И проблема в том, что... В общем, ты все равно заметил, поэтому не вижу смысла скрывать: я в тебя влюблён. Тебе это не нравится, это я тоже заметил. Да и это неправильно — ты ведь замужем. Пока мы с Джуд были вместе хотя бы формально, я держался. Но сейчас меня ничего не держит. Твой муж, прости, тоже. Я чувствую, что он совсем не любил тебя. Я бы положил к твоим ногам Вселенную, но понимаю, что это неправильно. Я ужасен. И, поскольку не могу держаться, мне лучше просто уйти. Чем дальше говорил альфа, тем сильнее Тао менялся в лице от обилия информации. Но к последним словам он уже даже не дышал. На глаза навернулись слезы, но омега их быстро сморгнул. И всё, что он смог из себя выдавить, это только короткое и растерянное: — Ифань... — Тао, — Ву подлетел к омеге и обнял лицо ладонями, стирая соленые дорожки — Что с тобой? Хуан зажмурился, не зная, что ответить и даже не понимая, почему плачет. Потому что может остаться один в чужой стране? Потому что может потерять человека, который за несколько дней стал ближе самого себя? Потому что никогда не знал, что люди могут влюбляться настолько сильно? Или потому что... чувствовал что-то сам? — Извини. Прости, — он тоже попытался стереть с лица слезы, путаясь с пальцами альфы. — Я... не знаю, почему так... И Ифань пошел ва-банк: даже если Тао побьёт его после этого, даже если прогонит, скинув с крыльца — он начал покрывать лицо омеги поцелуями, так жадно, будто не мог надышаться Хуаном, наполниться им. И Тао зажмурился ещё крепче, вместе с чем слезы из его глаз потекли сильнее. Ну почему, почему они встретились только сейчас? Когда он уже замужем... — Ифань... — беззвучно прошептал Хуан. — Господи, оттолкни меня, — взмолился Ву, не прекращая поцелуев. — Я достоин самых болезненных ударов от тебя, но я сам уже не остановлюсь. Я болен тобой. Не простудой. Но Тао не делал ничего. Он просто стоял и плакал, не зная, как, в итоге, поступить. Потому что сердце сходило с ума. Разум — сходил с ума. А он сам уже повернулся в сторону неправильной тропинки. — Я улечу через три недели... — прошептал омега. — Но это будут наши три недели, — таким же шепотом ответил Ву. Но вдруг остановился. — Я настолько делаю тебе больно? Хуан открыл глаза и заплаканным взглядом посмотрел на альфу. И лишь едва заметно покачал головой. — Я сам себе делаю больно. Ифань прижал омегу к себе и тихо выдохнул. Чудовище, а не альфа. Разве можно так мучить того, в кого влюблен? — Прости, — альфа наконец нашел в себе силы отстраниться. — Боже, прости меня. Я... больше тебя не побеспокою, — Ву сделал шаг назад, а затем медленно, продолжая смотреть омеге в глаза, начал спускаться вниз по ступенькам. Тао взволнованно распахнул глаза и протянул руку к альфе. А следом просто бросился к нему, хватая его за руку и вжимаясь в него, словно в последнюю надежду. — Не уходи, — прошептал омега. — Я не знаю, что сейчас ответить тебе, но прошу, не уходи. Ифань тут же спрятал омегу в своих объятиях и уткнулся носом в макушку. Без слов и порывистых движений. Без широких жестов. Только тепло и бешеное сердцебиение где-то под слоями одежды. Они простояли так ещё несколько минут, абсолютно игнорируя проходящих мимо людей, которые изредка с интересом поглядывали на парочку. И когда Хуан наконец-то успокоился, он нашел в себе силы снова посмотреть на Ву. — Прости, я знаю, что альфы не любят слезы, просто... это всё так... выбивает из колеи. — Слезы — самый простой способ облегчить душу. Я и сам иногда плачу, — пристыженно усмехнулся Ифань, но быстро погрустнел. — Скорее плохо то, что плачешь ты по моей вине. — Ты не виноват, — тут же замотал головой Тао. — Просто... я не думал, что такое когда-то может случиться. Твои слова... такие... Ву как-то странно усмехнулся. — Я думал, омеги любят, когда им признаются в любви. Особенно если эта любовь односторонняя... Но в отличие от альфы, на губах Хуана улыбка не появилась. Наоборот — он погрустнел еще больше. — Такое может нравиться только эгоистам. Потому что на самом деле это больно. Особенно со стороны человека, который влюблен. И самое уничтожающее — это когда ты ничем не можешь ответить человеку. — Все же, ты нереальный омега, — тихо ответил Ифань, погладив Хуана по спине. — Раз тебе совестно от того, что в тебя кто влюблен. Тао слабо и коротко улыбнулся и снова посмотрел альфе в глаза. — Так ты... не уйдёшь? Ву большим пальцем погладил омегу по щеке. — Пока сам не выгонишь. — Я собирался в галерею, — с мягкой улыбкой ответил Хуан. — Не хочешь составить мне компанию? — Хочу, — Ифань с готовностью кивнул. — Очень хочу. И Тао уже собирался начать спускаться с лесенок, как вдруг слегка нахмурился. — Погоди, а... сколько ты здесь стоишь? — Ну... — Ву задумчиво почесал затылок под шапкой. — Час точно. — Ифань, ты с ума сошел?! — возмутился Хуан. – Ты же болеешь! Ты хотя бы тепло одет? Так. Нет. Мы идём в кофейню, — он взял альфу под локоть и, развернув его на сто восемьдесят градусов, потянул в ближайшее кафе. Ифань тепло улыбнулся и послушно пошел за омегой. Даже если бы Тао повел его на эшафот, альфа бы так же послушно проследовал за ним. — Как скажешь. Некоторые время они шли молча. Хуан даже уже успел усмирить свой пыл и держал альфу не так крепко, как схватился изначально. Потому что в голове на повторе прокручивалась встреча на лестнице. — Как твое здоровье? — с заметной неловкостью поинтересовался Тао. — Ну, раз за час не отъехал, значит, немного окреп, — попытался отшутиться Ву. Идут в кофейню, как ни в чем не бывало. Как будто и не было признания. Глупый Ифань, избалованный дурак. На что вообще рассчитывал? — Можно вопрос? — вдруг спросил Хуан. — Конечно, — коротко кивнул Ву. Тао еще несколько секунд помолчал, прежде чем решиться. Потому что то, что он собирался спросить, было личным. Даже несмотря на то, что произошло между ними несколько минут назад. — С... Джуд, правильно? Почему так вышло? — Мы давно встречались, — пожал плечами Ву. — И уже давно как-то по привычке. Ей было удобно со мной, мне с ней. Иллюзия нормальных отношений. А сейчас она уехала и поняла, что без меня ей лучше. И нет смысла держать друг друга только ради комфорта. — Это не из-за меня? – осторожно уточнил Хуан, чуть повернув голову к альфе. — Вообще нет. Но она сказала, что испытала облегчение, когда узнала о тебе. И сказала, что даже если мы с тобой не начнем встречаться, то я, хотя бы, буду не один, — ответил Ифань. У Тао от ответа сжалось сердце. Потому что альфа сейчас словно раскрыл перед ним дверь в свою душу, нараспашку, представая максимально откровенным. И выстрелить или обнять — решать должен был Хуан. Но слава богу, что прямо в этот момент он наткнулся взглядом на вывеску с кофе. — Нам сюда, — Тао остановился и заставил остановиться альфу, с плавным нажимом поворачивая его в сторону дверей. Мэг в удивлении приподняла брови, когда увидела парочку даже в выходной. — Привет. Вам фирменное? — Мне горячий шоколад, — качнул головой Ифань, натужно кашлянув в кулак. — Привет, старушка. — А у вас есть имбирный чай? – вдруг поинтересовался Хуан. — Конечно, — Мэг улыбнулась омеге. — Сделать чайник? — Да, пожалуйста, — кивнул Тао. — Небольшой. И максимально горячий. Ему, — он указал большим пальцем на Ву. — А мне как раз его горячий шоколад. Пожалуйста. — Только не выплескивайте на него весь чайник, — не сдержала смешка бариста. — Он шумный и бесит, но в целом добрый. Ифань на «комплимент» лишь фыркнул, закатив глаза. — Спасибо, душка. И два чизкейка. — За мой счёт, — одними губами проговорил Хуан, чтобы это увидела только Мэг. — Я все слышу, — слегка повысил сиплый голос Ву. — Прекрасно, — Тао обернулся к альфе и улыбнулся. — Тогда займи нам столик. Ифань шутливо пригрозил омеге пальцем, но не сдержал улыбки. — Пойдем туда, к окну, — он прошел в угол зала, где у окна стояли уютные диванчики и висела гирлянда. Хуан, все же расплатившись за заказ, прошел вслед за альфой и, размотав с шеи шарф и сняв пальто, сел напротив Ифаня. — О, — Ву заметил на омеге тот самый свитер с барашками. — Видимо, сегодня и правда выходной, раз ты в джинсах и свитере. — А ты думал, что я настолько трудоголик, что даже сплю в рубашке и брюках? — фыркнул Тао. — Нет, — Ифань покачал головой и стянул шапку со слегка немытых волос. — Думал, в галерею тоже надо идти при параде. — То есть, я выгляжу не стильно? — Да при чем тут не стильно?! — выдохнул Ву с кашлем. — Ты выглядишь божественно. Хуан тут же опустил голову и, поджав губы, отвёл взгляд. Потому что комплимент альфы был максимально смущающим. — Кхм... — Тао в неловкости потёр шею. — Тебе не стоит сходить в больницу с таким кашлем? — Я вызывал врача, все в порядке, — качнул головой Ифань. В этот момент Мэг принесла им заказ, и Ву кивнул ей в благодарность. — Спасибо, — Хуан тоже кивнул бариста и перевел взгляд на альфу, кивнув ему на чайник. — Попей, пока горячий. Имбирь очень хорошо помогает при простудах. И согреешься заодно. Ифань мягко улыбнулся, чуть поджав губы, и кивнул, наливая себе чай. — Спасибо за заботу. Тао ответную улыбку спрятал, обхватив губами трубочку и втягивая через нее густой горячий шоколад. Ву отломил кусочек чизкейка и начал молча есть, лишний раз стараясь не смотреть на омегу. Потому что, всё же, положительного ответа он не получил. — Ты был когда-нибудь в галереях? — поинтересовался Хуан, чтобы хоть как-то прервать неловкое молчание. — Я же художник, — пожал плечами Ифань. — Хоть и мультяшный. Начало все равно у всех одинаковое. — То есть ты был в Художественной галерее Ванкувера? — уточнил Тао, тоже отламывая вилкой кусочек чизкейка. — И Ванкувера, и Квебека, и ещё много в каких. Могу экскурсию провести, — покивал Ву. — Правда? — Хуан с улыбкой поднял взгляд на альфу, отрываясь от чизкейка. — Да, без проблем, — но вот Ву все ещё старался на омегу не смотреть. Потому что было больно. Им все же надо было вернуться к первоначальному варианту и все прекратить. И Тао всё это заметил. — Ифань... — он опустил взгляд, начиная нервно покручивать трубочку в горячем шоколаде. — Если... Если тебе тяжело, то... я не заставляю. Точнее, — он вдруг облокотился на стол и с тяжёлым выдохом закрыл лицо руками. Если он сейчас скажет, что может везде погулять сам, то альфа уйдет. Уйдет сто процентов и больше не вернётся. Потому что только законченный мазохист будет делать вид, что всё в порядке, продолжая изображать дружбу с человеком, который ему небезразличен. Ифань глубоко вздохнул и, отняв ладонь омеги от лица, поцеловал его пальцы. Тао тоже реагировал странно, отвечая на жесты, но не на чувства. Прикипел настолько всего за пять дней? Хотя чья бы корова мычала. — Тао, в любом случае, сейчас мы кушаем. Давай не будем обижать Мэг, закончим завтрак, а потом я уйду. Хуан отвёл взгляд в окно, изо всех сил стараясь не проронить ни единой начинающейся слезинки. А потом вдруг поднялся из-за стола и с кратким: «Извини, я не могу», схватил пальто и шарф и вылетел из кафе, на ходу надевая вещи. Ифань с горечью посмотрел омеге в след и выдохнул, позволяя скупой слезе скатиться по щеке. Сразу видно, кто из них мыслит здраво, а кто большой тридцатилетний ребенок. Ву коротко усмехнулся и опустил взгляд. Это единственно верный вариант. В конце концов, они знакомы пять дней. ПЯТЬ. И два из них они даже не виделись. Через три недели Тао вернётся к мужу и всё встанет на свои места. Какая тут могла быть любовь? — Самая настоящая, — буркнул Ифань себе под нос. «Иначе зачем я встретил именно его? Он из другой страны, он других правил. Черт побери, и именно с ним я мог говорить без слов. Это ли не любовь?». Тао летел по улице, даже не пытаясь сдерживать слезы. Это что, насмешка судьбы такая?! Где он, черт возьми, провинился? Где поступил не так? Почему именно сейчас вселенная решила показать ему лучшего альфу? Такого, как он всегда мечтал: внимательного, открытого... любящего. Того, кто «готов бросить вселенную к его ногам». Того, кто постоянно заботится, переживает. Кому не безразлично, что ты можешь замёрзнуть или у тебя неудобная сумка. Кому не всё равно, что ты улетаешь на месяц... Таким в мечтах был Яомэй. А в реальности стал Ифань. В реальности, которой сбыться уже было не суждено. Влетев в номер, омега прижался спиной к двери и зажмурился. Уже не надо было никаких галерей, никаких командировок. Хотелось простого человеческого тепла и внимания. Хуан приподнял руку, посмотрев на обручальное кольцо, а потом вдруг стянул его с пальца и с силой выбросил в глубину комнаты. — Чертов Яомэй! — вдруг закричал он, обессиленно сползая по двери номера. — Ну почему, почему ты не полюбил меня так же сильно?... А к Ифаню тем временем подошла Мэг. — Эй, что ты с ним сотворил? — бариста села напротив альфы. Ву усмехнулся и, не глядя на девушку, сделал глоток чая. — В любви признался. Если что, девушка меня бросила, — он натянул на голову шапку и поднялся. — Спасибо за угощение. — Эй, Фань, не отчаивайся, — Мэг поднялась следом и похлопала альфу по плечу. — Вы разные. Не удивительно, что он не ответил взаимностью. Но и убежал как-то странно. — Он женат. А я, видимо, слишком напористый, — Ву пожал плечом. — Спасибо. Уже за поддержку. — Хочешь утешительный кофе? — предложила Мэг напоследок. Но Ифань покачал головой. — У меня тут целый утешительный завтрак, но не лезет. Пока, Мэг, — альфа поспешил уйти, пока бариста не предложила еще что-нибудь. Что ж, этим утром субботы его ждала только холодная постель и леденцы от кашля.
