Desire for passion

Почти с самого первого дня их знакомства он был влюблен в Изану. Она же держалась надменно, совсем не замечала чувств, сделала его своим слугой, словно издеваясь — хотя черт её знает. Но он был готов стерпеть все, лишь бы всегда находиться рядом с ней. Хитто любил и ценил свободу, но даже на это ему было наплевать. Изана ни за что его не отпустит. Будь это кто-то другой, ему бы просто так это не обошлось. Но Курокава была единственной, кого не оттолкнула и не напугала его внешность. С ней Какучо никогда не чувствовал себя одиноким, хоть Изана и не считала его равным себе. И Хитто решил, что недостоин ее: куда ему, слуге, ухаживать за королевой? Поэтому он будет скрывать свои чувства от нее. Скрепя сердце продолжит носить клеймо цепного пса, тепля внутри чувства. Шли годы, но она оставалась непреклонной. Её привязанность сводилась к тому, чтобы видеть в Какучо лишь подчинённого, верного пса на поводке, но никак не потенциального спутника жизни. Его любовь стала лишь сильнее со временем. Но Курокаве было вовсе не до этого. Ее власть росла, а Поднебесье стало чуть ли не сильнейшей бандой в Японии. Хитто оставался ее неизменным подручным, ее правой рукой. Самым преданным, словно продолжением тела, щитом. Он безумно гордился ее достижениями, но в то же время ему было горько осознавать, что их отношения совсем не изменились. Он закрывал глаза на высокомерие и жестокость Изаны, исполнял все её прихоти, был обходителен и деликатен, покорно позволяя дергать за поводок.

***

День выдался довольно благоприятный. «Выходные» выпадали Какучо нечасто, и он решил полностью насладиться этим днём. В первую очередь он решил развеяться, и для этого очень хорошо подошла бы прогулка. Загруженный работой, он уже давно не гулял просто так. И бесцельно побродить по городу, отвлекшись от мыслей, он считал лучшим способом релаксации. Пробираясь сквозь шумные улицы, Хитто рассматривал прохожих людей. Все куда-то торопились, все были заняты своими делами. И только он не принадлежал к этому быстрому потоку. Он просто шёл, наслаждаясь внутренним спокойствием и умиротворением. Хитто растягивал прогулку как можно дольше, словно этого могло не повториться. Он вернулся домой уже под вечер. Завершить день Какучо решил тем, чтобы просто разлечься на диване и посмотреть по телевизору первую попавшуюся программу: будь то комедия, мелодрама, детский мультик или криминальная сводка. Но не успел он включить телевизор, как в кармане запищал телефон, уведомляя о входящем сообщении. — Надеюсь, ничего страшного, — тяжело вздохнул Хитто, пытаясь сморгнуть усталость, и потянулся за мобильником. На экране засветилось сообщение от Изаны: «У меня к тебе срочное дело. Приходи как можно скорее. Не задерживайся, пожалуйста». Сердце забилось чаще. Это сообщение очень настораживало, ведь даже смс Курокава писала в приказном тоне. Казалось, она совсем не знает вежливых слов. А здесь «Пожалуйста». Какучо тут же вызвал такси и уже через двадцать минут был около её дома. Свет в окнах не горел и Хитто бросился к двери, перебирая в голове все варианты из-за чего же она вызвала его в такой поздний час. На удивление, было незаперто. Он тихо вошёл, стараясь не нарушать тишину, которая царила в помещении. Осторожно нащупав выключатель, Какучо включил свет и обомлел от увиденного. Изана стояла напротив, повернувшись к нему спиной. Вместо привычных черной кофты и белых брюк, которые девушка предпочитала носить в «нерабочее» время, на ней было чёрное обтягивающее платье. Хитто не видел ее лица, но даже это так его взбудоражило, что на некоторое время он потерял дар речи. Курокава медленно обернулась к нему и улыбнулась. Её голос звучал так непривычно мягко и нежно, что обожгло воспалённый разумом слух, когда она произнесла: — Я ждала тебя. Какучо терзали сомнения: есть ли в этом какой-то подвох? Но тревожные мысли тут же рассеялись, стоило ему встретиться с ней взглядом. Сердце забилось ещё чаще, всё тело начала бить мелкая дрожь. Она была так прекрасна, что он думал о том, что происходящее сейчас не может быть ни чем иным, как сном. Она откинула длинные белые волосы назад, отчего серьги в ушах зазвенели, стукнувшись об острые скулы. Открывшийся взору Хитто глубокий вырез декольте ее платья заставил его самые сокровенные и самые грязные фантазии снова воцариться в его мыслях. Плотно, словно закупоренная бочка. Изана, заметив, какой эффект на него произвел ее внешний вид, легонько прикусила губу и, цокая каблуками, подошла к Какучо вплотную. Она медленно подняла руку и еле касаясь кожи пальцами, провела по его щеке, заставив его дыхание сбиться. Хоть это прикосновение и было по своей сути невинным, но этого вполне хватило, чтобы заставить Хитто возбудиться. — Что ты делаешь? — прошептал он, глядя ей в глаза. — Тебе должно это понравиться, — томно прошептала она, приблизившись ещё ближе. Ее лавандовые глаза сверкали загадочным светом, призывая Какучо вновь подчиниться ей и вступить в игру, которую она затеяла. Она — королева, он — ее слуга, и он попросту не имеет права ее ослушаться. Но вдруг это обман? Вдруг она просто сейчас посмеётся над ним или устроит скандал из-за того, что он неправильно всё понял? Хитто понимал, что играет с огнем, находится на грани, но всё же не смог противиться чувствам, захлестнувшим его и тут же со страстью и желанием впился в ее губы. Изана не сопротивлялась, наоборот ответила ещё большей страстью. Она прижалась к нему, он обхватил ее талию руками. Все его мысли и чувства были здесь, рядом с ней. Хитто даже не мог себе представить, что будет, когда этот момент закончится. Он всё верно понял. Она позволила ему это сделать, потому что хотела этого сама. Изана, не разрывая поцелуй, слегка попятилась, увлекая его за собой. Он был готов следовать за ней куда угодно, лишь бы этот момент длился как можно дольше. Парой резких движений она сбросила туфли с ног, тем самым заставляя Какучо слегка наклониться к ней. Тут же она отстранилась, лишь затем, чтобы снять с него футболку и поцеловать его вновь и ласкать руками его спину, заставляя его тихо постанывать от удовольствия. Курокава вытолкнула его в комнату, так неожиданно, что Хитто еле устоял на ногах. Она включила свет в комнате, и указывая за спину, спросила: — Поможешь? Какучо кивнул и зашёл ей за спину. Медленным движением он стал расстёгивать ей платье, наслаждаясь этой близостью. Как только платье опустилось на пол, Изана развернулась и, указывая на кровать, сказала: — Садись. Хитто покорно сел на край кровати, не сводя с нее глаз. В черном кружевом белье она выглядела головокружительно — сногсшибательно горячо. Она медленно подошла к Какучо и опустилась перед ним на колени. Он провел рукой по ее плечу. По её смуглой коже пробежали мурашки. Изана принялась за тугой ремень, мысленно даже жалея бедолагу. Всего несколько секунд, и он уже вместе с брюками валялся, отброшенный в угол. — Изана… — тихо прошептал Хитто, глядя на то, как она спускает бельё и обхватывает изящными пальцами его набухший член. Изана легонько облизнула головку и провела рукой по возбуждённому стволу. Какучо закрыл глаза, почти жмурясь до бликов, и низко застонал. Курокава подняла на него взгляд и соблазнительно улыбнулась. Ее пальцы ловко играли с его членом, заставляя его стонать от удовольствия все громче. Хитто сжал простынь и закусил губу, когда почувствовал, что его член находится глубоко у нее во рту. Она начала двигаться быстрее, лаская его губами и языком: от уретры до напряжённых яиц, щекоча складки и дразня выступающие вены. Он только и мог, что наслаждаться и биться в экстазе от умелых движений аккуратных рук. Казалось, она делала это много раз, но Какучо совсем это не волновало. Он уже был готов кончить, но вдруг она отстранилась и встала с пола. Изана улыбалась, глядя на то, как Хитто судорожно дышал, и медленно сняла с себя бельё, давая ему насладиться видом ее обнаженного тела. Какучо смотрел на изящные изгибы чужого тела, на его изумительную красоту и всё ещё не верил, что это происходит с ним. Изана плавно, словно кошка, легла на кровать и прошептала: — Иди ко мне. Его тело было готово взорваться от переполняющего желания, которое Курокава будоражила каждый взглядом и движением. Хитто опустился рядом с ней и уткнулся лицом в её волосы, вдыхая полной грудью, до покалывания, их аромат. Миг, и он уже навис над Изаной, глядя на неё сверху вниз. Она впервые позволила кому-либо доминировать над собой. Было сложно сказать, нравится ей это или нет, но в её взгляде не было ничего, кроме страсти и похоти. Какучо не мог сдерживать свои желания. Он страстно поцеловал Изану, отчаянно желая, чтобы эта ночь запомнилась ей так же, как и ему. Она ответила ему так же пылко, словно воспылала от его прикосновений. Хитто пальцем провёл по её промежности и принялся неспеша ласкать клитор. Курокава застонала, выгнув спину, а Какучо продолжал ласкать её, провоцируя новые волнения в гибком теле под собой. Он наслаждался каждым её стоном, наблюдал за тем, как она напрягается и дрожит, принимая каждое его прикосновение. Её дыхание участилось, сердце забилось ещё быстрее, и она уже еле сдерживалась от того, чтобы её стоны не перешли в крики. Хитто остановился и устроился между её ног. Девушка приподняла бёдра, и он вошёл в неё, ощущая, как её тепло и влага охватили член. Курокава вцепилась ногтями в его спину, откровенно застонав, когда он начал двигаться. Какучо двигался плавно, боясь причинить ей боль или дискомфорт. Изана обвила его ногами, позволяя проникнуть глубже. Движения стали интенсивнее, а стоны всё громче. Хитто был полностью поглощён страстью и красотой девушки. Её тело дрожало под ним, она выгибалась от удовольствия и прижималась к нему сильнее. Какучо застонал, целуя Изану и переплетая её пальцы со своими. Он тонул в ней: в тепле её объятий, в её запахе, в её страсти. Казалось, он совсем забылся, потерял голову. Девушка закричала, не сдерживаясь и с нажимом провела ногтями по плечу Хитто, оставляя красные полосы. Блаженство достигло своего пика. И Какучо осознал это только тогда, когда рухнул на простынь рядом с Изаной, тяжело дыша. Ощущая, как его дыхание постепенно приходит в норму, он повернул голову к девушке, чтобы снова на неё взглянуть. Её лицо было раскрасневшимся, а грудь всё ещё тяжело вздымалась. Курокава медленно повернулась к Какучо и приподнялась, опираясь на локоть и так привычно глядя на него сверху вниз. Хитто протянул руку и убрал прядь волос с её лица. Он был готов провалиться сквозь землю, не веря, что рядом с ним та Изана, которую он знал. Та, которую он знал, со всеми обращалась холодно, презирая вежливое обращение как к себе, так и к другим. Она не гнушалась никаких средств, которыми добивалась авторитета и власти. Упоминания одного лишь её имени было достаточно, чтобы повергнуть половину страны в ужас. Но эта Изана… Эта смотрела на Хитто с нежностью, поглаживая его грудь, улыбаясь, встретившись с ним взглядами. Он накрыл её ладонь своей. Девушка наклонилась и прошептала ему на ухо: — Не думала, что ты будешь настолько хорош. Какучо улыбнулся. Все-таки что-то в ней никогда не поменяется. Но тут же, как будто бы что-то вспомнив, он резко сел на кровати и спросил: — Ты не боишься, что у тебя будут проблемы? Курокава, немного подумав, к чему он клонит, как будто её озарило, спокойно сказала: — А, ты об этом. Не волнуйся, я принимаю таблетки. К этому я отношусь очень серьёзно. Уж лучше совсем не заведу детей, чем поступлю с ними так же, как моя… мать. Изана тут же помрачнела. Хитто замер, наблюдая, как она меняется в лице, и воспоминания увлекают его следом. — Ты не мой ребёнок, — спокойно сказала Карен, затягиваясь сигаретой, — твой папаша заделал тебя с какой-то проституткой на Филиппинах. Он сдох, и поделом ему. Прирезали в подворотне как собаку. А чужой ребёнок мне не нужен. Ты и твой отец мне жизнь испортили. Изана даже не стала спрашивать, почему же тогда она бросила свою родную дочь, Эмму. Все эти годы та, которую она считала мамой, была чужим человеком. Но даже не это вызывало боль. Почему она говорит это так, будто пытаясь сильнее задеть? Будто намекая, что Изана не должна была вообще появиться на свет. А ведь Какучо просил её не ходить туда, но она не собиралась слушать, надеялась, что мама в слезах радости от встречи броситься обнимать свою дочку, что скажет хоть что-нибудь нежное, полное любви. Девушка в слезах выскочила из игрового клуба. Хитто, стоявший около двери, слышал все, о чем они говорили и тут же бросился за ней, чтобы уберечь её от необдуманных решений. Изана тут же написала сообщение Шиничиро с просьбой встретиться. Как назло, тут же пошел проливной дождь. Сано примчался на место встречи быстро, будто был совсем недалеко. — Изана? — обеспокоенно спросил он, — что случилось? — Ты знал… — Она не спрашивала, утверждала. Тут же её голос с полушепота сорвался на крик, — Ты знал! Шиничиро молчал, позволяя девушке выпустить эмоции. — Зачем?! Я ведь считала тебя братом! Ты же знал, что я чужая, тогда зачем ты ходил ко мне? Писал письма? Зачем проводил со мной время?! Зачем это все?! Кому и что ты хочешь этим доказать?! Парень спокойно ответил: — Я не хотел, чтобы ты оставалась одна в этом мире. Чтобы у тебя был хоть кто-то близкий. Для меня ты всё так же остаешься младшей сестренкой. Можешь ударить меня, если от этого тебе станет легче. Ответ не заставил себя ждать. Изана с размаху впечатала ему кулаком в челюсть. И ещё раз. И ещё… Шиничиро стойко переносил каждый удар, не издавая ни звука, лишь изредка морщась от боли. Хитто наблюдал из-за поворота, никак не вмешиваясь. Он просто наблюдал. Когда Изана выбилась из сил, она тут же разрыдалась, падая в объятия брата… Курокава и сама не заметила, как её слезы, капля за каплей, падают на подушку. — Почему? — тихо прошептала она. — почему она так поступила? Какучо ничего не ответил, а просто молча обхватил девушку руками и прижал к себе. Он помнит, помнит тот день как вчерашний. Помнит, как отчаянно она кричала и била, в бессильной ярости рыдая. Изана прижалась к нему ещё сильнее, будто весь мир был огромным куском льда, а Хитто — единственный островок, на котором можно согреться. Он гладил её волосы, пытаясь ослабить тяжесть нахлынувших на неё эмоций, сосредоточив внимание на ней одной.