Rosellina

      Холодный январский вечер сопровождался снегом, светом из окон ресторанов и магазинов, которые продолжали работать, а также шумом самолётов над головой и изредка проезжавшими автомобилями. Содержаться на скучном мероприятии, пожалуй, стало самым роковым решением, когда-либо принятым Лизой. Девчушка шла по тротуару, опустив взгляд, и мысленно проклинала весь сегодняшний день, подходивший, благо, к концу. Сначала в расписании из ниоткуда возникла физика, потом в столовой опять образовалась давка, закончившаяся скандалом между одними школьниками и другими, а под конец, как можно догадаться, было именно то мероприятие, упомянутое выше. Идти на своих двух почти целый час до РДК, сражаясь с жарой, только ради каких-то несчастных двадцати пустых минут – почему это ещё не вошло в книгу рекордов Гиннеса как самый пик тупых и нелогичных издевательств над студентами? Наверное, потому что в Беларуси такое назовут отнюдь не рекордом, а жаль, вполне могло ведь сойти.       Проходя мимо магазинчиков, стоявших в ряд с одинаковыми дверьми, Лиза села на одну из лавочек в буквенном парке. Её не интересовала какая-то информация о писателях через QR-код, не интересовали сами буквы, которые, впрочем, по скромному мнению, могли быть выполнены в более подходящем и приятном стиле. Всё, чем кишела голова в данный момент – уединение. Порой, находясь в одиночестве, обнимающем со всех сторон, немаленькая Лизонька хотела расплакаться, подняв высоко голову, крикнуть от всей души, проклиная то, что мир не идеален, и просто представить себя любимой. Ах, если бы кто знал, сколько форумов белоруска обнаружила, где женщины искали ответ на вопрос о влечении к своему полу, наверное, девчушка уже находилась бы в кабинете психолога, а это разлетелось б, подобно горячим пирожкам. Пыколь, в конце-концов, город такой – ты никого не знаешь, но о тебе знают всё. Девиз сие дилеммы. А ведь всем известно о тебе в дурном ключе. Слухи, подобно кислоте, прожигают кожу насквозь, заставляя вопить душу изнутри. Но сейчас не об этом.       Лиза вздохнула и мечтательно улыбнулась, представляя, как рядом с ней сидит воображаемая подруга, разговаривает с ней, поднимает настроение, угощает, приглашает в гости. Конечно, это никогда не станет явью. У неё нет хороших подруг, семьи которых не пускали б плохие словечки за спиной. Быть может, девчушка просто недостойна иметь хорошую подругу? Любовь всей своей жизни? Кем вообще была очаровательная дева из мечтаний для неё самой? Наверное, чем-то реальным, реальнее самой реальной реальности. В розовых очках всё может выглядеть романтично, красиво, мило и радужно, ну а на деле? Встреть она такого человека в жизни, точь-в-точь, вряд-ли можно будет смело утверждать, что плод её воображения это не чёрная лошадка.       Лиза не сразу заметила, как позади неё послышался хруст травы, становившийся чётче, звучнее. Девчушке было плевать. По крайней мере, так оставалось до тех пор, пока неизвестные женские руки нежно не коснулись её плеч. Лиза ахнула и дёрнулась, замерев. Позади послышался приятный женский смешок.       — Испугалась?– с голосом, пропитанным смехом, поинтересовалась некто. Лиза обернулась, в неверии изучая то, что видит перед собой. Красивая незнакомка выглядела как взрослая девушка, с необыкновенно волнистыми волосами цвета «блонд» (или, по крайней мере, цвет был подобен золоту пшеничного разлива), обворожительными карими глазами, стройным телосложением. Одета она была в свободную кофту розового цвета и в светлые джинсы, имевшие «рваные» коленные чашечки. Нельзя опустить мимо и чокер – ткань, соединённая серебристым кольцом – и перчатки без пальцев. В качестве обуви девушка носила белоснежные кеды. Лиза лишилась дара речи.       — Невозможно...– негромко прошептала каштановолосая, не сводя глаз с яркого, идеального личика. Девушка усмехнулась, кивнув, а затем подсела рядом, без лишним разъяснений приобнимая.       — Я соскучилась.– целует, сука, в щёку, зная, что жар по чужому телу мгновенно расплывается, наполняя щёки и расслабляя мышцы. Впрочем, младшая нисколько не возражала.— Прошло лишь около получаса, а мне уже наскучило, представляешь? Я соскучилась, Лиза, по тебе.       — Я тоже...– выпаливает девчушка и, решив забить болт на здравый смысл, охотно прижимается к желанному телу, чувствуя аромат клубничных духов, смешавшихся со свежим воздухом и плачущей сосной. Такой необычный аромат, как и сама девица, кружили голову. Лизе не хотелось покидать тепло этого тела, желала утонуть в нём, как масло тонет среди картофелин, вынутых из кастрюли на тарелку, толком не остыв.       — Пошли ко мне.       И девчушка молча последовала за ней, влюблёнными глазами рассматривая всё тело «музы», останавливаясь подольше на сочных местах, смущённо отводя взгляд, когда глаза встречались на несколько секунд. Лиза крепко держала воплощение её мечтаний за руку, боясь отпустить, отстать. А красавица неторопливо шла, также не разжимая руку, украдкой поглядывая на девчушку, и уголки губ вздрагивали в яркой, кокетливо-очаровательной улыбке. Она, словно серена, ведущая жертву в ловушку, дурманила, как наркотик, и, по-видимому, незнакомка прекрасно всё понимала. Блондинка жила в небольшом доме, ограждённом небольшим заборчиком и украшенный кустиками. В темноте трудно понять, имелся ли второй этаж или нет. Стоило переступить порог дома, и Лиза, едва успев снять с себя куртку и разбуться, оказалась втянута в жаркий поцелуй. Закрыв глаза, девчушка поддалась вперёд, обхватывая талию своей возлюбленной.       Именно так грань между реальным и намудрённым разорвалась, унеся из головы здравое понимание происходящего...