Поцелуи в шею. почти можно, но всё ещё нельзя

Юджи заходит в комнату и упирается спиной о стену, тяжело вздыхая. Он облокачивается затылком о поверхность и закрывает глаза. Наконец-то он может не думать ни о чем. После двух экзаменов в универе у парня мозги кипят. Сейчас ему лишь нужен сон, сон, сон и сон. А ещё сон. Юджи буквально сходит с ума от всего, что сейчас происходит. Так тот ещё умудрился приболеть. Заебись! Единственное, что не позволяет Юджи прямо сейчас провалиться в сон - это капли воды, стекающие с его волос и впитывающиеся в ворот свитера. —Выдохся?-из сонного состояния его вырвал хриплый голос соседа, который буквально минуту назад выходил покурить на балкон на лестничной клетке,—Ну, ты у нас ещё на первом курсе. Вот хотя бы на второй перейдешь, сможешь набрать такую выдержку, как у меня. Сукуна ухмыляется, задирает голову и зачесывает волосы назад, показывая своё явное превосходство над младшим. Юджи бы возразил ему, но сегодня пусть идёт нахуй. Он слишком устал, чтобы сейчас выяснять отношения с соседом и желать, чтобы у него член отсох. Но старший неумолимо продолжал нахваливать себя, сопровождая это фразами: Какой же он ахуенный. Юджи знает, что такие выебоны у него в порядке вещей, что часто его смешит. Но виду подавать нельзя. Сукуна не забывает добавить: Как же Итадори повезло, что он делит эту квартиру с ним. Последний на это лишь закатывает глаза и стаскивает махровое полотенце с собственных плеч, начиная сушить волосы, параллельно пытаясь сдержать смех. Опустим тот момент, что эту квартиру нашёл Итадори. Так ещё и в пятнадцати минутах от универа. Но Ремен платит большую часть аренды, так что пусть выебывается. —Ей, малыш, неужели ты уже спишь? Ты так сильно устал? —Юджи будто заново возвращается в сознание и видит перед собой самодовольного Ремена, который явно дразнил младшего. Парень буквально уже спит на ногах. Это какой-то ад. Ничтожное расстояние в виде 10 сантиметров. Итадори ощущает, как тот медленно сокращает расстояние между ними. Но Ремен останавливается, будто спрашивая разрешения. Он играет с ним. Юджи надменно смотрит на него. —Тебе еще не надоело липнуть ко мне?— Юджи выпрямляет спину и скрещивает руки на груди. —Нисколько.— Сукуна повторяет за ним, тем самым слегка увеличивая расстояние между ними. —Ты неисправим. —Разве не это сейчас сводит тебя с ума?— Ремена забавляет эта игра. —Вероятно Юджи хватает Ремена за ворот футболки и притягивает к себе, накрывая его губы своими. Он ощущает вкус табака, его тошнит, но это неотъемлемая часть Старшего. Сколько раз они ругались, лишь бы Сукуна перестал курить, но всё напрасно. Юджи пьянят прикосновения Ремена к его талии. То, как он бесцеремонно прижимает ослабленное тело к себе и вновь сминает его губы, проводя по ним языком.Мокро. Скользко. Жарко. Влажно. Ещё. Как тот до боли прикусывает нижнюю губу и резко отстраняется, не давая прийти в себя, но быстро возвращается к губам. Как на них ощущается вкус железа. И точь-в-точь, когда Сукуна оттягивает их и больно сминает, выбивая воздух из лёгких. Жарко. Это дурманит. Юджи сходит с ума. Ремен перемещается вниз, на щеку, на подбородок. Затем плавно спускается к сонной артерии. Сердце бешено стучит. Его руки все ещё сжимают футболку Старшего. Он проводит языком по коже вверх, останавливаясь рядом с ушком. Прикусывает мочку и тихо шепчет: Хорошо, что нас поселили в одной общаге. Младший дрожит, а он спускается в ниже. Целует ключицы, прикусывает некоторые участки кожи. Юджи плавится в его руках, выгибается на встречу новым поцелуям. Он ощущает горячее дыхание Ремена. Почти везде. Крыша едет окончательно. Сукуна кусает его за плечо, а после припадает к месту укуса, целуя и слизывая кровь. Юджи застывает, с губ срываются хриплые стоны. —Стой...Подожди... — Просит он. Он определено, когда-то окончательно потеряет рассудок и помешается на поцелуях этого идиота.