Чувствую

Пока майор был в отключке, Виктор продолжал танцевать, стуча ботинками по полу и разговаривая сам с собой, периодически посмеиваясь. Крепко сжав коробочку с бета-коннекторами, он то касался ее губами, то, вдруг вставая на одно колено, протягивал ее кому-то, с надеждой смотря в пустоту. -Ведь ты бы вышла за меня, милая… — шепчет он, переводя взгляд на коннектор Ларисы, лежащий на столике, от чего в глазах начинает щипать. — я бы так хотел чтобы ты сказала «да»… ха-ха, какой же сюр… Коробочка прячется в кармане, когда Виктор поднимается с колена, а глаза внезапно переходят на его головную боль, мирно сопящего в кресле и ни разу не шелохнувшегося. На миг Петров думает, что в таком виде П-3 нравится ему больше, как человек, естественно, да только те дикие белые глаза, смотрящие на него в тот момент, все никак не выходили из головы, как и окровавленные руки. Сеченов, видно, не очень печётся о нём, раз они оба до сих пор здесь. -Забыл про тебя хозяин, псина… — с усмешкой произносит программист, медленно подходя к агенту и держа наготове электрошок. — ну ничего. Я позабочусь о тебе. Свободная рука осторожно поднимает агента за подбородок, а большой палец разглаживает бородку, успевшую, кажись, отрасти за время их пребывания здесь, пока Нечаев не дёргает головой, продолжая мирно спать, только брови чуть нахмурились. Взгляд снова падает на чужую шею, изредка дёргающуюся от глотков, после спускается на вздымающуюся грудь, сжатую верёвкой, переходящей назад, чтобы крепко закрепиться на запястьях. На короткий миг Виктор улыбается, ощущая своё превосходство перед своеобразным пленником, и это не майор Нечаев поймал его, а наоборот. -Как же несправедлив мир. Петров вновь упирается руками в подлокотники и кладёт колено рядом с левой ногой мужчины, чуть наклоняясь вниз, будто желая рассмотреть его поближе. -Опасную игру вы затеяли, Сергей Алексеич. — программист специально не проговаривает его отчество целиком, выказывая полное равнодушие к его особе. — Надо было тебя Мухтаром назвать, Сергей не очень подходит для цепной собаки. Он смеётся над собственными словами, позволяя наклониться ещё ниже, чтобы уложить голову ему на плечо и повернуться лицом к шее, опаляя ее дыханием. Глаза закрылись. -А может это для того, чтобы тебя в толпе быстрее найти было можно? Только открою тебе страшную тайну, майор. Ты у нас человек, на команду «ФАС» отзываться не нужно. Голова снова дёргается в сторону, пытаясь спрятать шею от странных ощущений, и Виктор чуть отстраняется, случайно задевая кончиком носа кожу на шее. На мгновение показалось что чужие губы что-то произнесли, тогда программист подносит ухо к ним, глядя куда-то в угол. -Я не расслышал. Повтори, будь добр.

***

-Не хочу… Нечаев все так же лежит на ее коленях, едва касаясь тёплой кисти, чтобы погладить одними пальцами. -Снотворное? Может водки? Ему на миг становится тошно. -Ещё скажите водку со снотворным… Вы же знаете что я этого не люблю. Мой мозг — моя крепость. В этот раз академик сидит рядом с ними, что-то записывая в свой блокнот, пока Катя убирает выбившуюся прядь Сергею за ухо и наклоняется, чтобы коснуться губами его щеки. Он знает что она улыбается. За окном все те же сумерки, значит шеф скоро будет уходить. По телевизору одна за другой идут серии «Ну, погоди!». Все как всегда. -Я могу выключить свет? -Да. Хочется никуда не пропадать, не терять в темноте тёплые руки, но темнота снова встречает его, крепко сжимая в объятиях. Вновь где-то раздаются шаги, и он инстинктивно ищет источник звука, пока не видит в темноте силуэт. -Кто ты, нахуй, такой… Фигура ничего не говорит, но он видит, что та начинает принимать очертания, до боли ненавистные. Губы фигуры изгибаются в ухмылке. -Успел соскучиться? -Пошёл вон из моей головы. То что двинуться с места не получается от слова совсем он понимает слишком поздно, даже рукой пошевелить не выходит. Силуэт подходит близко, заглядывает в глаза своими, и мужчина отчего-то желает их вырвать. Зелёные. Кипящие ненавистью. -Пошёл вон. Его голос проносится эхом. Фигура внезапно кладёт ладонь ему на загривок и, дёрнув к себе, начинает обжигать своим дыханием открытый участок шеи. -У меня к тебе предложение, товарищ майор. -Нам не о чем договариваться. -Да что ты? Фигура смеётся, внезапно прикусывая мочку уха, заставляя его дёрнуться, пока другая рука медленно расстёгивает пуговицы комбинезона. -Отпусти, сука, как человека прошу… -Ты ж меня тогда слушать не будешь. Ладонь пробирается под расстёгнутый верх, касаясь напряжённого живота и заводя ее на спину, а зубы скользят по шее. Силуэт как будто наслаждался дрожью. Наслаждался превосходством. -Последний раз повторяю, отпусти по хорошему… Собственный голос кажется не своим, больно хриплый, но рука не отпускает, а зубы заменяются горячим языком, вызывая новую волну дрожи. -Ты будешь мучаться. -Пошёл ты… -В другой раз. Мы ещё увидимся, Нечаев. Рука на спине прижимает ближе, рука на затылке хватает за волосы, а губы впиваются в чужие. Не правильно это все, не реально, как цветные картинки из детской книжки, как чёртово Лимбо, и поцелуй этот не настоящий. Укусить не получается, поэтому, собрав силы в кулак, мужчина с размаху бьёт лбом в лицо, и тут фигура будто растворяется, оставляя от себя только тихий смех, который медленно теряется в темноте. Его трясут за плечи.

***

Первое что он видит перед собой это лицо Петрова, искаженное в лёгком испуге. -Ну же, давай… приходи в себя, Нечаев! -Да живой я… — голос хриплый, будто от крика. Руки покалывает и сводит судорогой, пошевелить ими не сразу получается, но к удивлению они свободны от верёвки. Запястья неприятно саднит, кажется будто он содрал кожу с них. Виктор, отпуская плечи, облегчённо садится на пол и зарывается пальцами в свои волосы, пока Сергей ощупывает верх комбинезона. Расстёгнуто. — Ты что… -Да откачать я тебя пытался. — раздражённо выпаливает программист, пытаясь успокоиться. — Тебя начало трясти, и я… в общем ты мне теперь по гроб жизни должен. Откачать? Вот это новости! Нечаев глядит на свои руки и растирает их, восстанавливая кровообращение, затем дёргается, когда Петров бьёт ребром сжатой руки по подлокотнику. -Спасибо… — кротко произносит Сергей, застегнув пуговицы и поднимаясь с кресла, стараясь не смотреть на спасителя. -Ты куда собрался? — Виктор поднимает голову но встречает только спину майора, собирающегося покинуть комнату. -Не знаю как ты, а мне надо раз, — Нечаев показывает большой палец руки, — в туалет. Два, — затем указательный. — поесть. Когда дверь все же закрывается за ним, Петров поднимает с пола верёвку и начинает ее сматывать, чтобы потом бросить куда-то в угол и не видеть больше. Губы на миг усмехаются, открывая небольшую ранку на нижней губе. -Я ещё не закончил с тобой… — он отсекается, едва снова не назвав мужчину собакой. — я сведу тебя с ума.