Bahama Mama 3: Любовь на Багамах

      — Боже мой! — завопил Хосок, подходя к своей яхте. — Моя лодочка! Альфа, собравшись с духом, всё же решил посмотреть на любимую яхту. Муж не преувеличивал, сказав, что это теперь детский парк развлечений. Чон в изумлении уставился на цветную пластиковую горку, находившуюся на второй палубе. Её было видно даже с пирса.       — Папа! — заорал Хоби, быстро поднимаясь на борт. — Где ты?!        Альфа поприветствовал команду и бегом направился разыскивать родителей. Вся компания в составе родителей и детей обнаружилась на втором уровне. Омеги сидели с малышами на коленях под большим натянутым тентом, закрывающим их от солнца. Рядом лежал, свернувшись в клубок, пёсик Юнги. Старшие альфы возились с детьми постарше. Бусинка с серьёзным лицом что-то увлечённо вещал Джихёну и Джунгу. Юнхо вместе с отцом Чонгука лепил куличики в песочнице, находившейся рядом с горкой. И только Тэхо и Мэй тихо сидели в сторонке на небольшой карусели с лошадками. «Карусель! — мысленно простонал Хоби. — С лошадьми!»       — И чего кричим?! — поинтересовался Джэ Хва у сына. — Что за вопли? Не пугай детей.       — Папа, — обречённо произнёс Хосок, — что это? Альфа показал на карусель.       — Сам не видишь, что ли? — хмыкнул Джэ Хва. — Ослеп на оба глаза?       — Я вижу. Это лошади, — рассерженно засопел Хоби. — Зачем вы здесь установили карусель?       — Мы и бассейн организовали на третьей палубе, — оповестил альфу Лиён. — С водными горками и фонтанчиками.       — О боже, — Хосок закрыл лицо руками. — Зачем?       — Дети любят плескаться в воде, — резонно заметил Сун Хи. — Это им на пользу.       — На территории курорта полно зон отдыха для детей, — глухо пробормотал Хоби, не отрывая рук от лица. — Почему вы там их не развлекаете?       — Там не то пальто, — Лиён погладил по тёмной кудрявой головке Бао. — Так, мой пирожочек?       — Да, — важно ответил мальчик.       — Видишь? — усмехнулся Джэ Хва. — Устами младенца глаголет истина.        Уён, сидевший на коленях у дедушки, наконец, обратил внимание на отца.       — Хо! — раздался звонкий голосок. — Хо! Малыш засучил ножками и протянул ручки к альфе, требуя взять его.       — К отцу хочешь? — любовно проворковал Джэ Хва внуку. — Ну, пойдём. Омега встал и направился к сыну. Он отдал ребёнка альфе и похлопал его по плечу.       — Хосок, ну чего ты так расстроился? Это всё для наших любимых детишек. Сегодня очень хорошая погода, и мы скоро отправимся в плавание по океану.       — Папа, — пропыхтел Хоби, уворачиваясь от цепких ручек сына, которые норовили его ухватить за нос, — можно просто плавать на яхте. Зачем вы превратили её в парк?       — Не бубни, Хоби, — усмехнулся Джэ Хва. — Ты же понимаешь сам, что твои возмущения на нас не действуют. Так захотели малыши.       — Папа, вы очень их балуете, — строго сказал Хосок. — Это уже ни в какие ворота. В Сеуле у нас лошадь стоит в стойле. На моей лодочке плавучий Диснейленд. Вы заваливаете их игрушками. Разрешаете делать всё, что они захотят. Кто из них вырастет в итоге?       — Люди, которых очень любили в детстве, — поджал губы Джэ Хва. — Сын, ты сомневаешься в нашем умении воспитывать?       — Нет, — начал было Хоби. — Но…       — Послушай. Все мы, — омега обвёл рукой старших, — воспитывали вас в своё время. И все вы выросли достойными людьми. Не сомневайся в нас, сынок. Мы знаем, что делаем.       — Хорошо, — пробормотал Хосок. — Вы скоро отчаливаете?       — Да. Ты с нами?       — Нет, па, — ответил Хосок, отдавая сына Джэ Хва. — Я должен помочь Джину с вашим свиданием. Они с Тэхёном задумали очень интересную программу для вас.       — А Котёнок с Джуном развлекаются? — подмигнул альфе Джэ Хва.       — Да, — улыбнулся Хоби. — Но, надеюсь, гон Джуна не затянется. Я с братом даже ещё толком не поговорил.       — Успеется, — добродушно ответил омега. — Дай им насладиться этой порой. Тебе ли не знать, какое это замечательное время. ********* Виктор старался не зевать, приветствуя посетителей отеля. Он вернулся в свою комнату практически на рассвете и поспал всего пару часов. Машинально отвечая на вопросы постояльцев, омега был далеко мыслями отсюда. Они с Манхи ночью ещё долго гуляли по пляжу. Смотрели на тёмное зеркало воды и звёздное небо. И много целовались. Манхи умел целовать так, что дух захватывало. От его поцелуев голова Виктора начинала кружиться и ноги подкашивались. Запах молочного шоколада будоражил кровь, вызывая в омеге дремавшие до сих пор желания. Поцелуи Манхи были всегда разными. Одни были нежными и трепетными, другие — обжигающими и страстными. Виктор коснулся подушечками пальцев своих немного припухших губ и счастливо улыбнулся. Все мысли о том, что Манхи рано или поздно уедет с Багам, омега отодвинул на задний план. У него есть настоящее. А что будет в будущем, он узнает потом.              — Виктор, — услышал он сквозь пелену своих мыслей. — Виктор, ты меня видишь? Перед лицом омеги помахала изящная рука. Виктор захлопал глазами, возвращаясь в реальность. За стойкой стоял Мануэль.       — Вы что-то хотели, господин Янг? — вежливо улыбнулся Виктор.       — О чём задумался? Я тебя два раза позвал.       — Да так, — смутился администратор.       — Влюбился, что ли? — прищурился Мануэль. — Кто счастливчик?       — Господин Янг, это личное. У вас какое-то ко мне дело?       — Да мне скучно. Мой муж какие-то дела решает. А на меня напала грусть-тоска печальная. Юнги тоже занят. Тэхён и Джин занимаются свиданиями. Даниель возится с малышами, и я не хочу ему мешать, — вывалил всю информацию француз. — Поговори со мной.       — О чём вы хотите поговорить? — улыбнулся Виктор.       — Кто тот альфа, который тебе понравился? — Мануэль облокотился о столешницу и подпёр щёки руками. — Гость? Или он здесь работает? Я тоже когда-то работал на Андросе. Только не в отеле. А в баре «Sweet Bahama Mama». Знаешь такой? Да и кто его здесь не знает? Мануэль всё говорил и говорил, не давая вставить Виктору хотя бы слово. Задавал вопросы и сам же на них отвечал. Виктор улыбался, глядя на красивого говорливого француза. Он ему нравился.       — И теперь я постоянно хочу водки, — продолжал свой монолог Мануэль. — Представляешь? Это, наверное, оттого, что я барменом работал? Или от чего-то ещё? Вот фиг же поймёшь. Беременность, Виктор, очень странная штука. Мне иногда хочется мужа покусать. Никогда таких желаний не возникало. А теперь хочу грызнуть его за локоть. И не просто играючи цапнуть, а серьёзно так укусить.       — Поздравляю вас с беременностью, господин Янг, — вставил Виктор.       — Спасибо.       — Это тебе, — внезапно прервал их тихий голос Манхи. — Привет, Мануэль. Альфа положил на стойку регистрации букет белых орхидей и уставился на Виктора влюблёнными глазами.       — Благодарю, — смущённо ответил омега, беря цветы в руки. — Очень красивые. Щёки Виктора окрасились румянцем, и он спрятал их за букетом.       — Так это в тебя он влюбился?! — воскликнул Мануэль. — О-ля-ля! Какая прелесть!       — Влюбился? — спросил Манхи, не отводя взгляд от Виктора. Омега ничего не ответил. Только румянец на щёчках стал ещё ярче.       — Мани! — раздался возглас Ричарда. — Ты прекратишь от меня постоянно удирать?!        Янг, пыхтя праведным гневом, шёл к стойке. Француз смешно округлил глаза и сделал милое лицо.       — Милый, ты был занят. А мне стало скучно.       — Привет, Манхи, — поздоровался Ричард с альфой, который не обращал на него никакого внимания. — Здравствуй, Виктор. Но и омега ничего ему не ответил. Янг удивлëнно посмотрел на супруга.       — А что это с ними?       — Любовь, — прошептал Мануэль. — Пойдём отсюда. Им сейчас не до нас. Француз взял под руку мужа. Пара направилась к выходу из отеля.       — Милый, я арбуз захотел, — вздохнул Мануэль. — Может, пойдём в ресторан?       — Слава богу, что не водку, — усмехнулся Янг. — Пойдём лучше в бар Намджуна. Там арбуз тоже подают. Поваляемся на шезлонгах. На океан посмотрим.       — Согласен, — счастливо улыбнулся француз. — Я люблю тебя, Ричард.       — А я тебя, мой Персик. ********** Юнги сидел на скамейке около бунгало. Трёхдневный марафон безудержного секса был позади, и омега сейчас просто отдыхал. Ему лень было шевелиться. Положа руку на сердце, Юнги очень надеялся, что они в этот раз зачали малыша. Он хотел ребёнка. И ему было плевать, кто это будет: альфа или омега. Меньше он его любить от этого не станет. Бывший Мин задумался о своей жизни. Как бы она повернулась, если бы он не приехал с Тэхёном на Багамы? Смог бы он в этом случае ещё раз встретиться когда-либо с Намджуном? Или они так бы никогда и не узнали о чувствах друг друга? Нашли бы себе каких-то других людей и ошибочно принимали свою привязанность за настоящую любовь? На эти вопросы нет ответов. Да и в принципе, они Юнги не нужны. Он счастлив. Его жизнь наполнена любовью и заботой. У него есть большая семья.       — О чём задумался, малыш? — на пороге бунгало появился Намджун. — Тебя что-то тревожит? Альфа сбежал с крыльца и уселся рядом с мужем. Бархатный вечер уже начинал опускаться на Андрос, принося с собой комфортную прохладу после жаркого дня.       — Нет, — серьёзно ответил Юнги, положив голову на плечо супруга. — Просто думаю, что бы произошло, если бы Чонгук не изменил Тэхёну. Мы бы сюда не приехали. Я бы вновь не встретил тебя. У нас бы никогда не было общих детей. Я бы никогда не узнал, что случилось с моим папой, и не нашёл брата. Ричард бы не приехал на Андрос и не повстречал Мануэля. Хосок не влюбился бы в Джина. Не было бы Раона и Уёна. Один Пак в шоколаде, как ни крути. Его Даниель приехал на остров независимо от наших жизней. А всё остальное переплетено очень тесно.       — Котёнок, судьба ничего не делает просто так, — мудро произнёс Намджун и поцеловал светлую макушку мужа. — Каждый сделанный выбор приводит к определённым последствиям. Действия Чонгука привели нас всех в сегодняшний день и к тому, что мы впоследствии имеем. Но, возможно, если бы Гук этого не сделал, то со временем он всё же смог бы рассмотреть в Тэхёне свой идеал, не причиняя такой боли ни ему, ни себе. Джин и Хосок случайно бы встретились в Сеуле и полюбили друг друга. А я бы приехал на свадьбу брата и, возможно, встретился бы с тобой. Вариантов много. Котёнок, размышлять над тем, как бы всё случилось, неблагодарное дело. Я тебе уже об этом когда-то говорил. Прошлого не изменить. Но в нашем с тобой случае всё сложилось как нельзя лучше.       — Ты прав, — вздохнул Юнги. — Нужно у Чухоблоха ёжиков забрать. Но Чонов сейчас нет дома. Джин и Тэ устраивают свидание для твоих родителей на соседнем необитаемом острове. А Гук и Хоби им помогают.       — А ты почему не поехал? — поинтересовался Джун.       — Я устал. Ты из меня все соки выжал, — честно ответил Юнги. — Я не могу шевелиться.       — Могу тебя искупать, — предложил альфа. — Ванную с ароматной пеной сделаю. Помою тебя. А после организую расслабляющий массаж и почитаю перед сном. Давай просто отдохнём сегодня. Без живности, детей, родителей и друзей. Они все думают, что мы ещё заняты.       — Джуни, а ты помнишь своё обещание?       — Какое обещание? — с подозрением спросил альфа.       — Полёт на воздушном шаре.       — Котёнок, не вешай лапшу на уши. Юнги снисходительно усмехнулся и достал телефон. Он включил запись и ехидненько посмеивался, наблюдая за изменившимся лицом мужа.       — М-да, — протянул Джун, прослушав свои обещания. — Хорошо. Раз сказал, значит, сделаю.       — Конечно, — довольно промурлыкал Юнги, — куда ты теперь денешься? А сейчас неси меня в ванную. Ножки болят.       — Ох уж эти твои ножки, — добродушно сказал альфа, подхватывая на руки мужа. — Хитрюга ты, Котёнок. Любимый маленький хитрец. ********** Синие шезлонги расположились полукругом практически у самой воды. Низенькие столики такого же цвета были заставлены бокалами, украшенными свежими фруктами и цветными зонтиками. Ненавязчивая мелодия, доносящаяся из бара, приятно ласкала слух. Большая компания уютно устроилась на шезлонгах и наблюдала за заходящим солнцем. Пурпурное сияние окрашивало небо, перемешиваясь с оранжево-красными росчерками небесного художника. Солёная вода, которая была лазурная днём, теперь стала зеркальным отражением живописного холста на небе. Это завораживало, вызывая вздохи восхищения у зрителей.       — Закат напоминает о скоротечности времени, — тихо сказал Намджун, не отрывая глаз от красного диска солнца, практически опустившегося в океан полностью. — Я столько раз наблюдал это, но всегда поражаюсь красоте заката.       — За закатами всегда следуют рассветы, — подал голос Чонгук. — И это обнадёживает.       — Ты имеешь в виду, что рассвет — это начало чего-то нового? — спросил Тэхён, сжав ладонь мужа.       — Да, Ягодка.       — Что-то вас на философию потянуло, — пробурчал Юнги, отпивая сок из высокого бокала. — Закаты, рассветы. Начало, конец. Лично меня интересует только один конец.       — Стало жутко любопытно, — сказал Янг, гладя белокурые волосы Мануэля, сидевшего у него на коленях. — Какой?       — Конец моего мужа, — Юнги поиграл бровями. — Если вы понимаете, о чём я?       — Тигра! — возмущённо воскликнул Пак.       — Ну, Юнги! — вторил ему Тэхён.       — Юнги, умеешь ты испортить момент, — пробормотал Хосок, держа банку с жуком. — Жемчужина, подержи Бонни. Я схожу за Багама Мамой. Хоби отдал банку мужу и, резво подскочив с шезлонга, направился в бар.       — Понятно, — вздохнул Сокджин. — Сегодня ночью я опять охочусь на крабиков. Может, они здесь не водятся? Или мы не там ищем? Ведь ни одного ещё не словили. А он же не успокоится, пока не найдём.       — Кто ищет, тот всегда найдёт, — изрёк мудрец Юнги. — О, смотрите! Они целуются! Ким указал на Манхи с Виктором, которые целовались под пальмой, стоящей поодаль. Пара, забыв про окружающий мир, наслаждалась поцелуем на закате.       — Кто сделал? Я сделал! — гордо похвастался бывший Мин и, поклонившись, выдал: — Купидон Ким. На вы и шёпотом.       — Да ну тебя, Тигра! — рассмеялся Чонгук.       — Молчи лучше, ежипевец! — брякнул Юнги.       — Господи, он снова придумал новое слово, — закатил глаза Даниель. — Юнги, что это хоть значит?       — Певец для ёжиков, — сдал с потрохами Тэхёна Юнги. — Он моим ежам концерты устраивал. Раздался дружный смех.       — Ягодка, — грозно прорычал Чонгук, — ты же мне обещал!       — Прости, Гуки, — пролепетал Тэ. — Я не удержался.       — Ты за это поплатишься, — Чонгук встал с лежака и, схватив супруга в охапку, направился к воде.       — Гуки! Нет! — завопил омега. Но Чонгук, не обращая внимания на крики Тэ, с разбега прыгнул с ним в океан.       — Счастливые. Я так рад за них, — едва слышно проговорил Сокджин, прижимая банку с Бонни к груди. — Они через многое прошли. Все наблюдали, как пара, вынырнув, начала целоваться на фоне заходящего солнца. Они молча смотрели на Чонгука и Тэхёна, стоящих по пояс в воде и самозабвенно целующихся. И каждый думал о том, как он сейчас счастлив.       — Бонни, — нарушил молчание Джин, — сделай так, чтобы мы больше никогда не страдали. Ни один из нас. Пожалуйста. Это моё самое большое желание.       — И моё, — тихо проговорил Юнги. Ким потянулся к банке в руках Джина и потёр её ладонью.       — Ты уж постарайся, Бонни. Иначе я тебя скормлю Пушистику, — пригрозил бывший Мин, вызвав улыбки на лицах друзей. Солнце полностью исчезло с горизонта. Багамская ночь начинала вступать в свои права. Но людям на пляже не было до этого дела. Они были рядом. Чонгук и Тэхён. Намджун и Юнги. Хосок и Сокджин. Чимин и Даниель. Ричард и Мануэль. Манхи и Виктор. Все они стали одной большой семьёй, пусть и не по крови. Спокойный океан неизменно шептал ласковые слова берегу с белым песком. Он ещё не раз станет свидетелем любви этих людей. Любви на Багамах, которая будет длиться до последнего вздоха. Он каждый день будет видеть, как мерцает неоном вывеска их любимого бара. Будет наблюдать, как вырастут их дети и как зародится новая любовь. Это всё будет в будущем. Но сейчас эти люди и этот остров стали одним целым. И он их уже никогда не отпустит. Багамы — это навсегда. The End.