Остановишься?

И если мы хоть когда-нибудь умрём, давай сделаем это в разные дни. Хорошо?

      Вокруг темно, он бежит по коридору, что кажется бесконечным. Со стороны слышны неразборчивые голоса, они пытаются догнать его, но безуспешно, они лишь растворяются в темноте позади. Пол кажется неровным и бугристым, иногда попадаются палки и камни, но он продолжает двигаться.       Впереди виден проблеск света, что медленно приближается, давая надежду на спасение из этого места. Он продолжает бежать, не оглядываясь, не позволяя себе остановиться. Он не знает, что произойдёт, если остановиться, знает лишь то, что нужно бежать. Куда он бежит — тоже не знает. Пока есть силы, будет продолжать. А с причинами разберётся потом. Всё равно он ничего не помнит ни о себе, ни о прошлом, а свет впереди выглядит как искомые ответы.       Впереди что-то пролетело и сверкнуло жёлтым цветом, на мгновение озаряя пространство вокруг. И теперь он знает, что бежит не по бугристому полу, а по обезображенным телам людей. Кожа на многих из них обожжена, у кого-то нет частей тела, где-то торчат кости, которые он считал за ветки и камни. Тела настолько прижаты друг к другу, что создают поверхность для шага. И он бежит по ним, понятия не имея что это за люди. Они не источают запаха, в них нет крови — они будто застыли между временем и пространством, позабыв что когда-то имели внутри себя жизнь.       Стены итак узкого коридора начали двигаться на него, пространство принялось сужаться и скрипеть. Звуки сжимающихся тел донеслись до его ушей, они будто бы вопили в агонии, прижимаясь все плотнее и плотнее друг к другу, но он не смотрел вниз, лишь на этот свет впереди и стремился к нему несмотря ни на что.       — Посмотри во что ты превратился, — произнёс мужской голос, отражаясь эхом и окутывая со всех сторон.       — Ты думаешь только о себе, — дрожащим голосом сказала какая-то женщина.       Его сердце упало куда-то вглубь и будто перестало биться после услышанного. Он не помнит кто эти люди, но их голоса кажутся до боли знакомыми. Они вызывают непонятную реакцию внутри, заставляющую желать оказаться рядом с источниками голосов и объясниться с ними. Но частью сохранившегося рассудка он понимал, что это невозможно и чувствовал лишь боль. Она ускоряла биение сердца, посылала мурашки по телу и заставляла ноги двигаться медленнее. Принудила сбавить темп, вдуматься. Всё его тело вдруг окутала усталость, силы покинули. Он перестал чувствовать собственные ноги, пришлось заставлять их двигаться, он почти стал волочить их по полу, всё ещё пытаясь двигаться на свет. После очередного медлительного шага он споткнулся обо что-то и упал.       Наступила тишина и покой. Вставать не хотелось. Захотелось лежать лицом во что-то мягкое и тёплое и не подниматься. Оно успокаивало стонущее сердце и замедляло сбитое дыхание. Такой умиротворенности он не чувствовал никогда в своей жизни, это он понял однозначно.       Стены непоколебимо двигались друг к другу пока он лежал не в силах подняться. Когда они коснулись его плечей и слегка надавили, он поднял голову туда, где был свет, и слегка улыбнулся, вспомнив абсолютно всё. Как всё детство во дворе гулял с пацанами, как радостный в первый класс пошёл, как первый раз влюбился и поцеловался. Вспомнил как поставил всю жизнь на кон любви в старших классах и проиграл, вытянув проигрышный билет. Он вспомнил как долго оправлялся от этого проигрыша, как новые знакомства завёл и как поставил всё, что было, на дружбу и выиграл, преумножил скромное состояние.       А затем темнота.       Пустота вдруг окутала все воспоминания, съев их без возможности вернуть. Что-то сдавило грудную клетку и тяжёлым грузом упало на самое дно, оставив след.       Он не мог вспомнить, когда всё пошло не так, смотрел на гаснущий свет впереди и утопал в собственных слезах, что потекли произвольно, не спрашивая разрешения. Да и стоило ли вспоминать? Он уже лежал на боку, не помещаясь спиной, стены всё плотнее прижимались друг к другу, он вот вот будет раздавлен ими и больше никогда ничего не почувствует.

***

      Девушка и парень лет 18-ти сидели на земле в парке в тёплый летний день и разговаривали обо всём подряд, не стесняясь любых тем.       — Существует ли жизнь после смерти? — он повторил её вопрос, зная свой ответ и не боясь озвучить ей, ведь он размышлял об этом поздним вечерами одиночества. — Я думаю она похожа на такой длинный коридор, ты бежишь на выход, чтобы твоя душа освободилась, но в любой момент можешь остановиться, чтобы сгинуть во тьме. Выбор все равно за тобой.       — А что изменится, остановишься ты или нет? — она склонила голову в недоумении, — Ты же всё равно умер. Выбор без выбора.       — Думаю, что там, где свет, есть ещё кто-то, кто выбрался, а во тьме ты один. — спокойно ответил он.       — То есть рай в том, чтобы быть с кем-то? — усмехнулась она и легла на землю, закрывая глаза.       — Получается что так. — усмехнулся в ответ он и лёг рядом.