Его нежный цветочек..

Утро добрым не бывает, даже если это выходной. Сынишка с самого утра лип к нему, скучает ведь. Тоже очень скучает по сыну, сейчас они просто вместе валяться на кроватке. Вахит валялся, почти не чего не делать, лишь листал рекомендации в тт и уже голова кружится от этих тупых танцев и как у них всё заебесь и они на все руки мастера. Сын уже снова клевал носом уткнувшись ему в грудь, пригрелся и спит как маленький птенчик. Гладит его по тёмным волосам, когда — то и у него был такие же, пока он в тринадцать лет не пришился и сменил свой образ на вечную лысина. Очень скучно было, до скрежета в зубах, но не хотелось будить своего совёнка. Вдруг приходит уведомления в телеграмме от контакта «никто». Зималетдинов решил посмотреть что ему написали в столь ранее время. Какого хрена, спрашивается ему пишут незнакомые номера в субботу утром, хорошо что поставил на безвучку, чтоб ребёнка не разбудили. Время Москве 07:21 утра. «Вахит, привет. Решил первым написать, хочу предложить встречу. Ты не против если я с сыном заскочу к тебе, так чисто поговорить как люди?» Карии глаза ещё раз перечитали эти предложения и задумались. Уж точно не каждый день ему пишет враг с такими словами. Да и вообще какого он решил вдруг поговорить как люди, может это какой — то подвох. Почесав лысый затылок и ещё раз всё прокрутить в голове он принял решение — ответить. Пусть будет, что будет. Взяв в руки телефон и напечатав пару предложений он отправил их собеседнику. Пальцы даже чуть задражали от гнева. Почему он так спокойно может написать с утра пораньше, мол давай встретимся, будто они друзья старые и через огонь и воду вместе прошли. Лишь тёплое тельце Амира на груди остоноавливали отрицательные чувства вырваться на ружу. Лишь продолжил нежно гладить другой рукой тёмные волосы сына и чуть поглядвать краем глаза на его безметежное личико. Он ведь всё делает ради ннго, чтоб он никогда не нуждался в ни в чем. Чтоб не знал, что такое голод, нищита, побои и запах водки, что пропитался их квартирку, в одежду маленького Вахита, в его тельце, на самую подкорку Запах водки, человеческих испражнений, грязи и крови. Он тог да и думать не мог, что сын алкашей, сможет подняться на ноги, ещё бы стать счастливым и вообще будет замечательно. Хорошо подумав, он стёр сообщение, где послал своего аппонента во всех ему известных направлениях и написал новое. Время по Москве 7:26 утра «Да я не против. Приходите в час дня. Адрес ты знаешь.» Что он мать твою сейчас делает… Зималетдинов положил телефон и ушёл в ванную комнату. Осторожно положив своего мальчика на согретое им место. Вроде не проснулся. После всех водных процедур, он пошёл позавтракать. На кухне уже ждала любящая жена, которая уже приготовила покушать своему мужу. По привычке, уже рутино пожелал её доброго утра и чмокнул в щеку, сел есть. Было очень вкусно. Похвалил по той же рутиной привычке, целуя её руку с кольцом на беззымяным пальце. Вся их семейная жизнь стала привычкой. Женщина попыталась прямо там склонить любимого мужчину к супружескому долгу, пока сын спит в их комнате. Зима лишь отмазываться решил, сообщив, что к нему сегодня придут его партнёр по бизнесу с сыном. На что женщина сообщила, что тогда уйдёт в гости к подруге. На этом их разговор был окончен. После еды Вахит потопал обратно в комнату, открыл ноут и решил фильм посмотреть. Всё таки выходной на работу не надо, почему бы и не посмотреть. Надев наушники Включил первый попавшийся фильм. Сын спал смирно попкой кверху, положил голову на бочок, как обычно спал будучи ещё младенцем. Укрыл его пледом и снова осторожно погладил по голове. Время шло быстро. И вот уже 12:47. Ваха оделся более красиво и стал ждать гостей. Ясмина ушла в гости к своей подруге, как и обещала. Сын играл в комнате в приставку. Они словно немцы без ровно без пяти час. Улыбаться в тридцать два зуба. У обоих улыбка чеширского кота с ямочками на щеках. Оба так похожи. Кучерявые, зеленоглазые. Только мальчишка выше ростом, стройнее, хотя можно сказать, что и спортивный. Правда бледный, словно солнце не видел в жизни и синяки под такими пушистыми почти как у девчонки ресницами. Зима отдернул себя, неужели он засматрелся на пацана. Темболее, он ведь враг… Ну не он его папаша, но это не делает его святым. Повисло молчание, слышнно даже как муха жжужит за окном. Неловкое молчание прервал сынишка лысого выбежав маленьким торнадо заявив, что у него кончилось овсяное печение с мармеладками. Увидев построних людей, тут же спрятался за отца и мило засопел, спрашивая кто это. — Я Валера, это мой папа Олег мы друзья твоего отца — Нашёл я первым парень и улыбнулся мальчугану протянув ему руку. Тот не смело пожал её и тоже чуть улыбнулся — Я Амир Вахитович — Захихикал и убежал на кухню, уже от туда послышался шум, нашёл таки печение свое любимое. Почесав лысый затылок хозяин пригласил семью Туркиных к столу. Выдав им тапочки и провел лично в ванну для гостей. Сели за стол лишь вдвоём с Олегом, Амир утащил Валеру в свою комнату, показывать что такого купил ему папочка.Оно и к лучшему, можно будет поговорить по мужски серьёзно без детей. Разговор вроде получился, особенно если учесть, что бутылка дорого и вкусного коньяка опустила к его концу. Глаза обоих повеселели и языки уже чуть охотнее стали говорить друг — другу комплименты. Всё таки они сделали шажок навстречу. Может ещё и друзьями станут, что только в пьяную голову не придёт. Валера пришёл к ним сообщив, что малой уснул, тот его уложил и пробрался с комнате. Зима обнял пацаненка крепко, чуть не удушив в объятиях и долго пьяно благодарил за то, что развлекал сына весь вечер.С отцом он крепко и можно сказать страстно обнялся, тыкнувшись в друг друга лбами. Гости ушли, а сам хозяин ещё долго лежал в постели вспоминая почему — то не разговор с Олегом или ещё чего то с ним связаное, а его сына. Странно, но от этих мыслей у него случился жёсткий стояк. Так похоже нужно перестать так много пить А то уже на пацана встал. Он лишь в трусах их них торчит уже порядочно, ткань сжимает плоть почти до боли. Можно конечно было сходит в душ и просто расслабиться под горячей водой, но встовать было лень. Лишь убедившись, что комната заперта, а то у Амира была привычка приходить иногда ночью и спать с ним. Ведь сыну всего лишь четыре года. Понятно, что огромный дом его может напугать. Поэтому спокойно ложит возле себя и гладит по голове, рассказывая ребёнку интересные историй, пока тот не уснет.Вроде все тихо. Жена осталась у подруги на ночь, так что никто не должен помешать ему. Со спокойной душой мужчина уже спускает трусы с худых ног, оголяя свой можно сказать большой орган межлу ними. Спокойно открыл головку, слегка вишнёвого цвета с уже со смазкой у дырочки, осторожно взял ствол в кулак и провел верх и вниз открывая до конца крайнюю плоть и обратно закрывая её. Чуть задушенно выдохнул закрывая глаза, спустил левую руку под правую и стал ласкать себя двумя, уже быстрее, прикусил нижнюю губу, боясь сделать лишний шум. Перед закрытыми глазами образ не жены или вообще женщины, а Валеры. Как он тонкими, пальцами, чуть шеравыми на полушечках от частного нажимания кнопок, берет его солдата в руки и так смотрит мятными глазами, улыбкой кота из мультика. Ваха, продолжает умело ласкать себя его грудь поднимается и отпускается в такт движениям рук, чуть давит на венки на стволе, левый рукой уже сколит ниже, мнет и массирует яйца и уже трёт слегка дырочку между половинок ягодиц. Сердце стучит быстрое, разгоняя кровь с сотнями эмоций по венам. Парень уже весь мокрый как псина, закрывает глаза и чуть высул язык. Никогда секс с женой не приносил ему столько кайфа, уже сжимая мошонку на грани боли, нежно вставил длинный палец в собственную задницу, сильнее двигая рукой, кусая уже губы до крови. Перед глазами уже все поплыло только мятные глаза не покидают его сознания. Двигает руками умело. Он делал это сотни раз будучи юнцом запираясь по долгу в ванной, или у друга после порнухи. Движения были уже настолько отточены, что стали чуть ль не роботезиррванны. Однако столько удовольствия он испвтрвал только в свои первые оргазмы в далёкие 12- 13 лет, чтоб аж до звёздочек перед глазами. Он не заметил как уже поплыл как раньше. Шумно сглатывая мужчина кончил, сжав ноги и выгувшись струной. Запачкав себя по самую лысую макушку, даже на стенку попало. Он не помнит кричал он или нет, только лишь на всякий случай заткнул рот рукой высунув палец из дырочки межлу половинок. Так и уснул со спущенными трусами и с такой довольный мордой…