***
- Кристина! - кричит кира, влетая в комнату к захаровой - что? - пытается не заметно спрятать зип-лок с порошком, который только что достала, что бы употребить -кароче, я позвонила лизке, она согласна приехать, но только через неделю, они с бабушкой на дачу уехали, но есть одно "но" - кира замолкает, пытаясь подобрать нужные слова для этого "но" - ну, в общем я ей сказала,что ты хочешь с ней познакомиться, как с моей сестрой, поэтому ты точно должна быть - другого выхода у киры просто не было. Другой бы предлог бы не сработал, для её упертой сестры -а, ну ок. Я так то реально хочу познакомиться с ней - откидываясь на стуле, говорит Кристина. А про себя молиться, что бы кира быстрее свалила. С каждой секунды её накатывает все больше и больше. - ты вообще как? Как сеанс с психологом? - интересуется кира. Для приличия или нет, не понятно. - все гуд. Продолжает ковырять там, где нельзя. Кир, я очень устала и хочу отдохнуть, если у тебя ко мне больше ничего нет, то может пойдёшь? - с ноткой агрессия говорит захарова. - понял, принял, не доебываю***
-папа, папочка, очнись, умоляю! - рыдая на всю улицу молит девочка шестнадцати лет. - сука, уроды, ненавижу! - тормошит отца, что истекает кровью. Кто-то из прохожих вызывает скорую, кто-то снимает на телефон, будто это цирк. Кто-то пытается оттащить девочку от уже мёртвого отца. - не трогайте меня! - вырываясь из рук, вновь кричит Кристина - папа, очнись, пожалуйста! Я не смогу без тебя - а папа не очнется.. Папа больше никогда не очнется. Мужчине перерезали артерию, моментальная смерть. А девочка ждёт, молиться. Это же папа, он самый сильный, он не может просто так уйти. Кристина захлебывается в собственных слезах и кричит на всю улицу. У неё отобрали самое дорогое, что только есть. У неё отобрали отца. Её папу.. По её вине. - это ты виновата, ты и только ты. Если бы молчала, отец бы жив был. Ты и только ты виновата, что он мёртв - шепчет незнакомый голос из толпы. И он прав. Только она и никто больше.. - Кристина, проснись - пытается разбудить сводную сестру, кира - Кристина, ты чего? - спрашивает, когда видит, что сестра начала хлопать глазами -что? - сонно переспрашивает. Глаза на мокром месте, а во рту все пересохло. - ты плакала и кричала во сне. Всё нормально? - обеспокоенно спрашивает кира, поглаживает пальцем плечо лежащей девушке - все нормально, иди спи, сны прошлого - приподнимается и садится на кровати - ладно, сладких тогда - допрашивать не стала, не её это дело, если захарова захочет, то сама поделится***
Заснуть повторно так и не получается у Кристины. Снова сны прошлого. Снова напоминание о том, что виновата только она. Но разве она могла по другому? Разве так должно быть? Видимо да. Мешая кружку чая, Кристина проклинает уже себя. Дура. Дура. Какая же дура. Надо было молчать. Надо было просто захлопнуть свой рот и молчать. Слезы текут сами по себе. Снова себя доводит. Снова себя ненавидит. О, как же она хотела бы оказаться на месте отца. Она заслуживает этого больше. Заслуживает валяться в земле и разлагаться. Не заслуживает жить. Не должна. Не имеет право. А чего вообще заслуживает такой человек, как Кристина? Только гнить до конца своей жизни. Сколько раз Кристина задумывалась о самоубийстве, не сосчитать на пальцах, но она не может позволить причинить повторно боль матери, которая считает свое чадо ангелом и даже не подозревает, что эта она убила своего собственного отца, мужа матери. Кристина набирает свою подругу, виолетту. Единственный человек, которому она может позвонить в любое время дня и ночи. Уже не сдерживая слезы, бормочет что-то себе под нос, а когда подруга в третий раз не берет трубку, то телефон летит в стенку. Гадство Разве она заслуживает такую подругу, как малышенко? разве она имеет право звонить посреди ночи? - блять, Кристина, что у тебя происходит - в комнату снова врывается обеспокоенная медведева - да вот, телефон случайно разбила - нагло врет, хотя по ней все видно. Предельно видно. А она и не скрывает, знает что кире плевать. По крайней мере она сама так думает - Крис, может поделишься? Я же вижу, что тебе хренова - не унимается девушка - все нормально, просто отец приснился, ничего такого - послушай, я пиздеж Чую за километр. Я не буду тебя допытывать,но знай, что я всегда за стенкой и готова выслушать - со всей искренностью говорит кира, пока её сестра мнет пальцы и явно о чем то сильно задумалась. Кира садится рядом, приобнимает Кристину и просто молча поддерживает. Ей просто хочется быть рядом сейчас с захаровой. - я виновата в смерти отца, а моя мать до сих пор думает, что я ангел - начинает Крис, а кира терпеливо ждёт, пока она соберётся с мыслями о подробнее расскажет обо всем. Такие заявления очень серьёзная штука - прикинь, чувак захотел меня изнасиловать, ну что он и сделал. До сих пор вахуи, что кому-то захотелось меня трахать - киру передергивает от таких слов, но она старается не подавать виду и просто слушает - а потом я пришла домой, понятное дело одежда разорвана, вся в синяках и кровь течёт - кира прижимает ещё сильнее в себе сестру и сама тихо начинает плакать - а дома только батя, ну он озверел, начал спрашивать кто, а потом в больницу меня повёз. Я ели его уговорила ничего матери не рассказывать, у неё ж сердце - снова всхлипывает и вытирает сопли - а потом он узнал кто и отпиздил их, а эти уебки не пальце сделанные, через две недели перерезали ему артерию. Мы с ним в магазин пошли, накупили всякого, вышли и я захотела ещё что-то взять, ну он остался меня ждать на улице, а я счастливая побежала быстрее, уже когда вышла на улицу, около него толпа собралась, а дальше как в тумане - захарова начинает дрожать и плакать ещё сильнее. Она никогда в слух не вспоминала все это. Про себя благодарит киру, что та ничего не говорит, потому что сказать то и нечего. Захарова виновата и точка. Молчаливая поддержка это то, что сейчас нужно. - Крис, хочешь с тобой лягу спать? Всю ночь уже ревешь, утром плохо будет - осторожно спрашивает кира, когда сумев взять себя в руки, успокоилась - если тебе не сложно - Кристина благодарна кире за её немую поддержку. Просто вот так, не утишает и не винит, она просто рядом, дала высказаться и вывалить все на неё. Порой этого достаточно, что бы стало легче. Порой просто надо быть рядом и молчать.***
утро выдается поистине херовым. телефон, что вчера кристина кинула стену, на удивление киры в рабочем состояние и орет на всю комнату. какой-то додик названивает с утра пораньше. кира старается аккуратно убрать руку с кристины, с которой они уснули в обнимку, что для обеих не естественно, но факт. после нескольких минут поиска телефона она все же его находит, не удивляется тому, что захарова не проснулась, она слишком измотанная. на экране высвечивается контакт "жаным". кира морщится, слишком мило для неё. Сбрасывает трубку, не её это дело кто и кому звонит. На минут задумывается, а вдруг это та брюнетка в трусах? - да какое нахуй мне дело до того кто это? - в слух произносит кира, когда понимает, что слишком часто думает о той загадочной девушке. Даже имени её не знает Кира выходит из комнаты, спускается на первый этаж и сталкивается с тётей жанной, которая разговаривает по телефону. Женщина трубку от ухо убирает и обращается к кире -кирочка, ты не заходила случайно к Кристине? Виолетта не может до неё дозвониться - не забывает пальцем указать на кухню, где ждёт завтрак - теть Жан, она спит, все нормально с ней - и уходит на кухню, заваривать себе кофе. Значит она виолетта.. Головой понимает, что виолетта может прийти, а значит они могут столкнуться. Надо познакомиться с ней, трахнуть и забыть, думает кира, отпивая свой крепкий кофе.