Лети

Июльская прохлада пробегает тонкими струйками лёгкого ветерка по бледной коже светловолосой девушки, что чуть приподняв полы своего голубого платья, бежит на назначенное место. Пасмурная погода явно передаёт её настроение и слабую взволнованность. Ветер осторожно раздвигает колосья, давно готовые к жатве и буквально скользит, проползая змеёй между ними. А на встречу из густого леса галопом скачет такой знакомый силуэт, который становится всё ближе и ближе, и наконец уже совсем четко видно бурого скакуна и всадника. Полосатую рубаху и синий берет. Спрыгнув с лошади и сократив расстояние между собой и девушкой до нескольких сантиметров, он сплёл пальцы обеих рук в два крепких замочка. Та чуть привстала на носочки и взглянула на парня с надеждой. Нежно-розовые губы тихо произнесли: — Мин Юнги, зачем вы меня сюда позвали? — Чон Лина, я позвал вас затем, чтобы сказать вам, что мы... не можем быть вместе, — хрипло ответил блондин, видя, как глаза девушки начинают блестеть от накапливающихся слёз. — Н-но... почему?.. — всё также тихо произнесла она. — Я не в силах тягаться с природой. Я охотник, а вы на заре превратитесь в крохотную весеннюю пташку, — с безысходносью во взгляде отозвался Юнги. Госпожа Чон осторожно положила свои руки на широкие плечи парня и, уткнувшись лицом в его мужественную грудь проронила пару крупных слезинок. Охотник нежно погладил девушку по голове, впустив свои пальцы в шелковые волосы жемчужного цвета. — Тогда... Позвольте провести последнюю ночь с вами, Мин Юнги, — кротко произнесла она. — Конечно... Куда желает поехать моя госпожа? — подойдя к коню и взяв его за поводья, спросил он. — Нет. Не нужно этого. Я хочу быть здесь до самого рассвета, — спокойно произносит Лина, осторожно присаживаясь на траве. Легонько похлопав по месту рядом с собой, она словно приглашает Юнги тоже присесть, на что парень охотно соглашается. — Красивый здесь пейзаж, не правда ли? — спрашивает он, а девушка согласно кивает и коротко улыбается, беря своего возлюбленного за руку.

* * *

— Госпожа Чон, уже светает! — воскликнул Юнги поднимаясь с земли. — Да, вы правы, — тихо отрезала Лина взглянув на рыжую полоску на горизонте, — Что ж, прощайте, Юнги... —  Девушка последний раз взглянула в глубокие и бездонные черные глаза парня и нежно поцеловала в губы на прощание. И вот. Нет больше той, которую Юнги секунду назад так нежно обнимал, тепло прижимая к себе. Её последние слова эхом раздавались в ушах и тихим чириканием где-то в долине. А от неё осталось лишь голубое платье, венок из васильков и небольшой букет немного увядших ромашек, что мирно покоились у ног молодого охотника.