Ты это подстроил, не так ли?

Лицо юноши в состоянии, граничащим с полудрёмой, уродует раздражённая морщина. Резкая тяжесть в груди, сухость во рту и глотке не остаются проигнорированными, мужчина переходит в сидячее положение: в голове словно обезьяна с тарелками играется во всё удовольствие, в глазах рябит, а голову ломит, словно что-то давит на макушку в попытке выломать черепную коробку. Стук, ещё пара – оконное стекло укручивают капли приближающегося дождя, а то и ливня, вдруг повезёт – ночь уже и не настолько плохая. Рука тянется к бутылке воды, предательски потерявшей прохлады: губы роняют тихий выдох, сухость во рту отступает и уже не так гадко. Дилан поворачивается в сторону окна, наблюдая за происходящим и пытаясь как-то отвлечься, чтобы снова заснуть. Всё-таки ливень. Капли тарабанят по стеклу приятной вибрацией. Темнота и мрак комнаты были настолько глубоки, что сам программист верил наивно, что его надежда на то, что мерзкое пробуждение совсем не настало, а он проснулся вследствие ночных мыслей и постоянного напряжения. Да и сном это назвать нельзя отнюдь, поток мыслей своим жужжанием устраивал разуму уставшего такие американские горки, что единственным желанием, как и на вышеупомянутых аттракционах, было сблевать остатки пищи. Глаза болезненно ноют, находятся в состоянии раскалённого напряжения и агонии, готовые отсохнуть и оставить своего обладателя слепым до конца бренного существования. Впрочем, это далеко не самый худший исход, даже наоборот, лучше наслаждаться мучительной темнотой, нежели становиться свидетелем надоевших картин обстановки комнаты. По бледной коже раскалённым стеклом бегут капли пота и парень в который раз отмечает в голове, что пора бы приобрести уже несчастный кондиционер, чудо техники явно бы облегчило его существование, как минимум вычёркивая из каждодневных ритуалов холодный душ, чтобы смыть влагу и освежить масляные пряди волос (и грязнились они именно во время сна). Дилан торопится лечь обратно в кровать, прихватывая за собой ноутбук. Глаза устало мечутся по экрану, отдающего противным светом. В комнату заходит Карл, настолько дотошный сосед, что только при одном его виде хочется поскорее заткнуть уши. Студент не раз понимал, что человек действительно беспокоится: может такая черта характера, может родители воспитали – в любом случае обижать его не хотелось. Поэтому, лишний раз наступать себе на язвящее горло приходилось. – Дилан, ох, ты встал! Я уж думал, ты вовсе весь день проспишь. Уже вечер! У тебя не было сегодня пар? Ты же не прогуливал ничего? – С искренним переживанием вопрошал парень, опираясь одной рукой о дверной косяк. – Не прогуливал я ничего.. У меня, ээ, препод заболел. Пары отменили.. Подожди, а Ло где? – Придумывая очередную отговорку, которой Карл поверит настолько же, сколько и в утверждение о том, что Земля плоская, юноша заметил отсутствие своего болтливого товарища. В его отсутствие и вправду было как-то не по себе. – А где он? Я его не видел после того, как мы добрались до университета. – Собеседник вопросительно вскинул бровь на брюнета. Встряхнув головой и потупив сначала в сторону прохода, а потом в окно, из уст Дилана раздался недовольный вздох, а после прикрытые веки настигли ладони, практически вдавливающие круговыми движениями глазные яблоки внутрь черепа. – Очевидно, он опять возится где-то на улице. Все равно, что дворовая собака.. Лицевые мышцы соседа вытянулись, придавая его взгляду ошарашенности. Парень уже предвидел последующую за такой реакцией лекцию о том, какой мироходец безответственный и какие болячки он может подхватить такой опрометчивой выходкой. Чтобы спасти себя от этих нотаций, программист вскакивает с места и спешит выпроводить собеседника из комнаты, под предлогом неотложной проектной работы. – Да-да, Карл, обязательно.. Как только он вернётся, я приведу его к тебе.. – Обрывки недосказанных фраз теперь навсегда остались за дверью, а сам мужчина издал победный стон. Очередная ложь всё-таки пошла на пользу: дел у него и вправду было по горло, а произвольный отдых отнял у него много времени. Значит, оставалось только сесть за монитор и ожидать прихода голубоглазой бестии. Ждать долго не пришлось. Хлюпающие шаги, раздающиеся по главному помещению блока, предвещали появление эколога. Дверная ручка податливо опускается, а в комнату заходит промокший до нитки Лололошка. Пушистые волосы теперь были забавно прилизаны, одежда прильнула к его телу, обнажая контуры стройной фигуры. Грязь и пыль смешались с водой, прожигая свои следы по ногам и оседая на обуви. Жалостное выражение лица иностранца походит на собачье: и сколько раз уже парень сравнивал его с собакой? Но в некоторые моменты тому и вправду не хватало виляющего хвоста. Брюнет недовольно разворачивается на стуле, скрещивая руки на груди и не сводя взгляда с собеседника. – Ты время видел? – Видел. – А погоду? – Как видишь, и погоду. – Мироходец неловко разводит руками, а на лице появляется глупая улыбка. – И я испортил одежду.. Не одолжишь что-нибудь своё? Программист вскидывает бровью на неожиданную просьбу голубоглазого, а после поднимается с места, чтобы поравняться с силуэтом напротив. – И когда это мы стали делить пожитки? Собеседник тут же отвёл взгляд в сторону, заводя руки за спину. – Прости. Я просто подумал.. Лицо у Ло бледное, миниатюрные черты лица заставляют засматриваться дольше, а уголки губ непроизвольно поднимаются, отказываясь подчиняться нравам хозяина. И как можно на него злиться? Дилану остаётся только закатить глаза под лоб, а после направиться к проходу, слегка отталкивая парня со своего пути. Пара минут взволнованного ожидания и брюнет снова одаривает своим присутствием эколога, передавая сухое полотенце. Русый удивленно моргает глазками, переключаясь с соседа на махровое полотенце и обратно. Прикрывая за собой дверь и проходя вглубь спальни, юноша подходит вплотную к Лололошке и, непроизвольно дотрагиваясь до плеча, тут же отдергивает руку, стряхивая капли холодной воды куда-то в сторону. – Что стоишь? Сушить тебя будем. Несмотря на однообразие моего гардероба, натягивать на мокрое тело мою одежду я не дам. – Фраза оканчивается легкой усмешкой, а взгляд с лица напротив наконец поднимается на волосы. – У меня.. э-э, конечно, не такие пушистые волосы, как у тебя. Поэтому, если вдруг они как-то не так уложатся или в них застрянет расческа - я не виноват! Понял? – В ответ на заданный вопрос тут же последовал одобряющий кивок, после которого Дилан отошел чуть назад. – Вытирайся давай, снимай одежду.. не сушить же нам еще и кровать после тебя. Мироходец слегка опешил, но проговорив заново в голове все слова, он счел это вполне логичным указанием. Правда, теперь возникла слегка другая проблема. – Ты не мог бы.. отвернуться? Пожалуйста. – Усмешка программиста теперь превратилась в натуральную улыбку, слегка прикрываемую рукой. – Ло, не будь ты из другой вселенной, мира..? Короче, у меня или у кого-нибудь другого бы явно возникли вопросы.. Но, окей, окей, мне не сложно. – Понимая, что тот не особо и шутит, парень просто поджимает губы и послушно разворачивается в сторону окна. – Чего я там не видел.. Для голубоглазого такая просьба была достаточно очевидной: нелицеприятные шрамы, происхождение которых сам обладатель не до конца знал, могли бы вызвать массу вопросов. Да и он никогда прежде не обнажался перед другими.. По крайней мере, он этого не помнит. А Дилан и не против: собеседнику так спокойнее, значит и ему тоже. Брюнет изрядно погрузился в свои мысли, стараясь так скоротать время ожидания, что привело его в чувство только внезапно показавшееся оголенное тело в отражении окна. На улице темень, а мутности придавал непрекращающийся ливень; в комнате яркий свет и, бинго: вместо привычного и надоедливого “общажного” пейзажа – полная картина всего происходящего сзади мужчины. Ди потребовалось еще мгновение, чтобы понять ситуацию и стыдливо опустить взгляд вниз, прикрыв верхний угол поля зрения ладонью. И теперь оставалось только гадать, что именно повлияло на появление непривычного для его образа румянца: нарушение просьбы иностранца или что-то другое. – Я закончил! – Воодушевленно вскликнул Ло, вытирая снова и снова стекающие капли с его волос. – Э-ээ, а-а.. Возьми из шкафа то, что приглянется.. – Программист все еще не меняет позы. – Только не увлекайся там! Не хватало после тебя в шкафу снова убираться.. Понимающе кивнув на просьбу парня, эколог открыл дверцу гардероба. В глаза тут же бросилась непривычная темнота, которую скудно разбавляла лишь пара белых рубашек. Выбор был не особо большой, а потому он схватил первую попавшуюся вешалку с толстовкой, на которой оказался какой-то интересный принт. Штаны, а уж тем более джинсы на ночь одевать не хотелось, а потому порывшись еще глубже, он откопал не то шорты, не то семейники, после чего снова повернул голову в сторону брюнета и уточняюще спросил: – Ты не против, если я надену это? Юноша внезапно повернулся и также резко развернулся обратно, отмахиваясь свободной рукой в направлении спрашивающего. – Да надевай что хочешь! Блин, Ло, прикрылся бы, а потом уже просил повернуться! – Румянец засверкал еще сильнее, а сам Дилан укусил себя за внутреннюю часть щеки: это часто помогало привести себя в чувство. А сам Лололошка теперь тоже осознал, в какой наготе и под каким ракурсом предстал перед соседом, так что сгорать от неимоверного стыда и смущения приходилось им обоим. Само переодевание не заняло много времени: голубоглазый опрятно разгладил перед толстовки, еще раз осмотрев свой вид со всех сторон. – Теперь я точно все! – На этот раз стоящий у окна студент сначала поднял взгляд на отражение, полностью убедившись в правде слов, а только потом развернулся. Русый немного мешкался, привыкая к новой одежке. – Ну как? Я не выгляжу нелепо? Прежде чем подойти ближе, программист оценивающе перевел взгляд на образ. Удивленно приподняв брови, тот наконец заговорил, постепенно приближаясь к Ло. – Я даже и не думал, что у нас схожий размер одежды. А тебе идет. Особенно мое худи с турнира по одной видеоигре. Классный мерч, правда? – Так непривычно видеть его в своей одежде. Такое зрелище оказалось куда интимнее, чем секс. А Дилан о такой реакции своего мозга на, вроде бы, обычную ситуацию и не догадывался. Сам мироходец еще немного покрутился на месте, но последним утверждением в одобрении образа была приластившаяся к ногам Абилка. Вот кто точно не соврет – так это кошки! Им хоть самой дорогой рыбой под носом води, а гниль почувствуют. – И Абилке нравится. Я не сомневался, что у нас с ней одинаковые вкусы! (в парнях?). Посмотрим, понравишься ли ты ей с пушистым гнездом на голове. – Немного злорадствуя, брюнет выудил из кармана заранее приготовленную расческу. Испугавшись такого настроя, хоть и послушно присев на кровать вслед за парнем, иностранец на всякий случай переспросил: – А отказаться можно? Они, наверное, и сами как-нибудь высохнут.. – Ну уж нет. Ты мне еще спасибо скажешь: благо тебя Карл не увидел, а то мне уже пытались закатить профилактическую беседу, которая предназначалась тебе. Поэтому, это же в твоих интересах.. Да и вообще, заработаешь себе инфекцию, а мне потом самому по подвалам лазить что-ли? – Вместе рассмеявшись, Ло принял удобное положение, распластавшись на животе в кровати возмущенного сей картиной собеседника. – Эй, а ты не обнаглел? – Не-а! Так ведь удобнее.. Ты сам сказал, что болеть мне нельзя, а для выздоровления нужен комфорт и покой.. – Практически нарвавшись на подзатыльник, Лололошка улыбнулся. Программист лишь тяжело выдохнул, понимая, что обернул свои слова против себя же. Ничего не оставалось, кроме как вычесать и досушить это чудо, чтобы потом согнать на собственную кровать. Аккуратно прикасаясь к чужим, уже немного обсохшим волосам, Дилан слегка помедлил: русые локоны были очень мягкими и густыми. Трогать их было одно удовольствие. Поднося к небольшому пучку волос, заранее собранному в руку, расческу, юноша проводит сверху вниз, освобождая пряди от лишней влаги, а также распутывая их. Весь этот процесс затянулся на непосильно долгое время, а к концу голова студента устало упала на собственное плечо. Работа удалась на славу: волосы сухие, расческу не пришлось выстригать из колтунов, да и смотрятся и вовсе не как гнездо. Полный гордости от такого результата, брюнет легонько толкнул подозрительно молчащего эколога в плечо. Толкнул еще раз, и еще – ответа не последовало. – Вот наглый гад. Пригрел себе местечко, а мне что, теперь на полу спать? – Под нос пробурчал себе тот, осматривая комнату. На настольных часах вырисовывался красивый порядок цифр “00:12”, что знаменовало наступление нового дня. На улице так и продолжался тошнотворный ливень, не предоставляя и намека на свое прекращение. Другого выхода не оставалось: придется поменяться на эту ночь с ним кроватями. Уже собираясь вставать, руку программиста резко перехватывает другая ладонь, немного шокируя уходящего. Из-под подушки слышится неразборчивое мычание, а после лицо освобождается от тканевых оков, уже тихо и более по-человечески шепча: “Пожалуйста, останься тут”. Ди неловко встряхивает головой, чуть отстраняясь. Хриплый голос продолжает: “Просто ляг вместе со мной.” Переваривая информацию, первое, что слетает с языка, как обычно не соответствует главным мыслям: – Значит все-таки притворялся спящим. И не стыдно? – Уголки губ насмешливо приподнимаются, продолжая выжидать последующее мычание, которое, впрочем, не заставляет себя ждать. “Прошу, Дилан.” Протянутое собственное имя в затихающем полустоне бьет почти что 220 в голову. У него и так от тебя голову сносит, что же ты творишь, мальчик? Не в силах сопротивляться ( да и нужды в этом сопротивлении было ровно 0 ), парень завалился на свободную часть кровати. Конечно, было тесновато, но то, как резко Ло прижался к брюнету, отмело все остальные неудобства и сомнения далеко не на второй, и даже не третий план. Давно согретое тело теперь спешит поделиться этим теплом с программистом: ноги самовольно обхватывают чужие, словно лианы, а руки заключают в столь крепкие объятия, что и дышать-то нечем. А кислород из мозга стремительно забирало горячее дыхание соседа, так неудачно устроившегося около его шеи. Или это был заранее хорошо спланированный ход? Тогда Дилану оставалось лишь смиренно поднять руки вверх, сообщая о своем проигрыше и попадании в хитрую ловушку мироходца. А проигравшему остается лишь одно: играть по правилам победителя. Постепенно закрывая глаза, студент наконец засопел в унисон с лежащим рядом парнем. Дождь на улице уже не играл никакой роли, по крайней мере, для них двоих точно. Им явно придется объясняться перед парнями, в очередной раз пришедшими будить их с утра. Придется выслушать так и не рассказанную лекцию Карла. Но это будет потом. А сейчас эти заботы их не волнуют. Наверное, это был единственный проигрыш в жизни Дилана, о котором тот не жалел.